Дмитрий Каменщик и Валерий Коган отказались признать себя бенефициарами "Домодедово"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Дмитрий Каменщик и Валерий Коган отказались признать себя бенефициарами "Домодедово"

Для акционеров аэропорта защита от рейдеров и уголовных дел важнее публичности

Оригинал этого материала
© "Коммерсант", origindate::21.07.2011, Аэропортом Домодедово не удалось овладеть, Фото: "ИТАР-ТАСС"

Сергей Машкин

Compromat.Ru

Дмитрий Каменщик

Как сообщил вчера следственный комитет России (СКР), опрошенные в качестве свидетелей по уголовному делу о неисполнении требований транспортной безопасности в аэропорту Домодедово бизнесмены Дмитрий Каменщик и Валерий Коган отказались признать себя владельцами аэропорта и вообще обсуждать со следователем структуру собственности своего предприятия. Их позиция вполне объяснима: согласно действовавшему на момент совершения теракта в январе этого года в Домодедово законодательству, именно собственник аэропорта должен был отвечать за безопасность пассажиров на принадлежащем ему объекте. Следствие, в свою очередь, обещает установить хозяев по результатам оперативной разработки и с помощью уже назначенных бухгалтерских экспертиз.

Как сообщили "Ъ" в СКР, расследование уголовного дела о "неисполнении требований по обеспечению транспортной безопасности на объектах транспортной инфраструктуры и транспортных средствах" (ст. 263-1 УК РФ), возбужденного после совершенного в январе этого года теракта в аэропорту Домодедово, ведется по двум направлениям.

Одна оперативно-следственная группа разрабатывает так называемую должностную, или милицейскую, составляющую теракта и уже пришла к некоторым выводам. Так, например, следствие установило, что террорист-смертник Магомед Евлоев, взорвавший бомбу в аэропорту и погубивший таким образом 37 человек, мог бы и не прятать "адскую машинку" под курткой, а нести ее открыто — при входе в зал прилета боевика все равно некому было остановить. Как видно на изъятых следствием записях с видеокамер в зале ожидания, в момент прохода преступника через уличные двери единственный охранявший вход сотрудник транспортной милиции как раз отлучился с поста, чтобы поболтать с симпатичной уборщицей зала. Когда заминированный террорист начал ходить по залу, подыскивая наиболее многолюдное место для взрыва, милиционер и вовсе куда-то скрылся.

Появились у следствия вопросы и к кинологической службе при ЛОВД Домодедово — ведь вычислить начиненного взрывчаткой Евлоева лучше любого милиционера могла бы натасканная на гексоген собака, однако животные в охране зала прилета задействованы не были.

СКР уже установил, что средства на содержание милицейского питомника регулярно выделялись, и теперь экспертам-финансистам предстоит выяснить, расходовались ли по назначению "собачьи" деньги.

Как следует из официального сообщения СКР, его сотрудники уже неоднократно допросили в качестве подозреваемых уволенных после теракта бывшего начальника управления на транспорте МВД России по Центральному федеральному округу Андрея Алексеева, экс-руководителя ЛОВД Домодедово Александра Трушанина и его экс-замов Александра Будцова и Александра Дегтярева. Экс-милиционерам, как говорят в СКР, возможно, придется отвечать за проявленную халатность или превышение должностных полномочий, выразившееся в бездействии при обеспечении безопасности пассажиров.

Тем временем вторая следственная бригада отрабатывает уже коммерческий аспект совершенного преступления — в СКР считают, что способствовать трагедии могли не только милиционеры, но и сотрудники аэропорта, находящегося в частной собственности. По данным следствия, уже известно, например, что вход в зал на момент совершения теракта перекрывала всего одна рамка-металлоискатель, которая из-за огромного количества входящих просто не могла выполнить свои функции, и пассажиры шли в обход конструкции. Достаточно сказать, что сейчас в Домодедово установлены по три рамки на каждом из входов, и даже их, как считают в СКР, все равно мало для пропуска пассажиропотока самого крупного в России аэропорта.

"Аэровокзальный комплекс не был обеспечен исправными системами контроля и досмотра пассажиров и посетителей, а существующее досмотровое оборудование не проверялось и не настраивалось систематически",— говорится в официальном сообщении СКР. Администрация Домодедово, как было установлено, вообще не посчитала нужным закупить рамки безопасности, используя вместо этого арендованное оборудование.

Весьма условной, как полагает следствие, была и работа службы авиационной безопасности (САБ), структурно входящей в штат работников Домодедово. Сотрудников САБ вообще не хватало, но и тех, кто находился на дежурстве, их руководство не сумело правильно организовать: у охранников, как выяснило следствие, не было четкого представления, кто из них за какой сектор отвечает и как им нужно взаимодействовать с находящимися рядом сотрудниками транспортной милиции.

Интересно, что, изучая изъятую во время недавних обысков электронную документацию ОАО "Домодедово", следователи попутно обнаружили, что администрация крупнейшего аэропорта не всегда использовала в своей деятельности лицензированные компьютерные программы. Это обстоятельство, как говорят участники расследования, не связано напрямую с безопасностью пассажиров, но косвенно говорит о режиме жесткой экономии, в которой работало предприятие. А именно стремление владельцев предприятия сэкономить на оборудовании и персонале, как полагают в СКР, и стали ключевой проблемой, благодаря которой стала возможна случившаяся трагедия.

[Известия.Ру, origindate::20.07.2011, "В аэропорту Домодедово спецслужбы нашли контрафактный софт": — Специализированные авиационные и иные программы, которые использовались в управлении комплексом аэропорта и аэронавигационным оборудованием, контрафарктны. Отсутствуют гарантии корректной работы программ управления аэропортовым комплексом и аэронавигационным оборудованием, — заявил «Известиям» источник в бюро специальных технических мероприятий МВД. — Врезка К.ру]

При этом попытки СКР найти владельцев Домодедово, как официально заявили вчера в ведомстве, пока оказались безрезультатными. По данным СКР, были допрошены в качестве подозреваемых нанятые топ-менеджеры ОАО "Домодедово". Среди них оказались директор российского представительства зарегистрированной на острове Мэн управляющей аэропортом офшорной компании Airport Management Company Limited (AMCL) Игорь Борисов и его зам Вячеслав Некрасов. Кроме того, дали показания управляющий директор отвечающего за безопасность в аэропорту ЗАО "Эйрпорт Авиэйшн Секьюрити Домодедово" Андрей Данилов и начальник службы авиационной безопасности этого ЗАО Анатолий Моисеев.

Предполагаемый владелец аэропорта Дмитрий Каменщик и его компаньон Валерий Коган, как утверждают в СКР, были всего лишь опрошены в качестве свидетелей, поскольку оба категорически отказались признать свое право собственности на предприятие. В сообщении СКР оба коммерсанта, соответственно, и фигурируют как "позиционирующий себя в качестве председателя совета директоров аэропорта Домодедово Каменщик" и "позиционирующий себя в качестве председателя наблюдательного совета аэропорта Коган". Как заявляет комитет, господин Каменщик сообщил следователю, что только позиционирует себя руководителем аэропорта, поскольку это предусмотрено его контрактом с AMCL, а на самом деле является всего лишь консультантом представительства фирмы в РФ. Показать контракт и назвать реальных собственников аэропорта свидетель отказался, сославшись на ст. 51 Конституции РФ, позволяющую не давать показания против себя. Господин Коган, в свою очередь, отказался назвать не только свою должность, но даже фамилию и место жительства, мотивируя отказ все той же 51-й статьей. По данным следствия, бизнесмен также числится консультантом представительства AMCL.

Молчание предполагаемых владельцев Домодедово вполне объяснимо. Дело в том, что установленные следствием хозяева аэропорта автоматически станут подозреваемыми, а в перспективе — и главными обвиняемыми в рамках уголовного дела о необеспечении транспортной безопасности. Как следует из положений действовавшего на момент совершения теракта Федерального закона РФ от 9 февраля 2007 года "О транспортной безопасности", именно владелец предприятия должен был обеспечить безопасность пассажиров на своем объекте. Согласно п. 1 ст. 4 закона, "обеспечение транспортной безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств возлагается на субъекты транспортной инфраструктуры, если иное не установлено законодательством РФ". П. 9 ст. 1 того же закона, в свою очередь, указывает, что "субъектами транспортной инфраструктуры являются юридические и физические лица-собственники объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств".

СКР, в свою очередь, называет неудавшиеся опросы тактическим отступлением, но никак не поражением. "Помимо опроса свидетелей у нас в распоряжении есть финансовая и хозяйственная экспертиза, а также оперативные методы, которые помогут в самое ближайшее время установить и привлечь к ответственности истинных собственников аэропорта",— отметили в СКР.

России происходили теракты и в метро, и в жилых домах, однако никогда в рамках возбужденных по этим преступлениям уголовных дел не допрашивались руководители метрополитена или мэрии Москвы",— отметили представители ЗАО Домодедово. По их мнению, нести ответственность за непредотвращенный теракт должны в первую очередь правоохранители, а активность следствия в отношении бизнесменов Каменщика и Когана в аэропорту называют "попыткой использовать теракт в качестве рычага экономического давления на собственников предприятия".


***

В материалах для прессы Дмитрия Каменщика назвали "председателем совета директоров аэропорта Домодедово", группа "Ист Лайн" не упоминается вовсе

Оригинал этого материала
© "Московские новости", origindate::20.07.2011

Хозяин Домодедово спрятался от рейдеров

Михаил Кукушкин

[…] «Для меня не очевидны преимущества статуса публично известного акционера. Ставлю себя на его место: не очевидны!» — заявил вчера Дмитрий Каменщик, впервые за несколько лет появившись на большой пресс-конференции. Информация о том, что Каменщик конечный бенефициар аэропорта, владеющий 100% компании, появилась 18 мая в опубликованном на сайте Лондонской фондовой биржи объявлении компании DME Ltd. , намеревавшейся провести в Великобритании IPO Домодедово. Уже 30 мая DME Ltd., представлявшаяся управляющей компанией Домодедово, отказалась от IPO, сославшись на то, что потенциальные инвесторы недостаточно высоко оценили ее ценные бумаги.

Примечательно, что объявление от 18 мая, которое в некоторых российских публикациях называют «инвестиционным меморандумом» или «проспектом», в юридическом смысле таковым не является. Оно было составлено настолько аккуратно, чтобы исключить возможность любых претензий к организаторам несостоявшегося IPO. В объявлении прямо говорится, что инвесторы не должны покупать бумаги DME Ltd. до тех пор, пока компания не выпустит собственно «проспект». А публикация этого документа так и не состоялась.

Вчера Каменщик заявил, что лично он никогда не называл себя хозяином-единоличником, и много раз в ходе пресс-конференции употребил словосочетание «акционеры Домодедово». Беседуя с журналистами в менее формальной обстановке после конференции, он все же сказал, что на тот момент, когда Домодедово готовилось к IPO в мае, информация о бенефициаре была раскрыта верно. Но нынешнюю структуру собственности в аэропорту он никому не расскажет.

«Мы закрытая компания, — пояснил Каменщик. — Наша политика — не разглашать информацию о себе, пока мы не станем открытой компанией». Сеанс намеков и недомолвок был гармонично дополнен «исчезновением» группы «Ист Лайн». Дмитрий Каменщик еще в 1995 году возглавил совет директоров этой группы компаний, занимавшейся авиаперевозками, туризмом и смежным бизнесом. В 1998 году «Ист Лайн» взяла у государства в аренду Домодедово, и все последующие годы она считалась управляющей структурой аэропорта. Вчера Каменщик был представлен собравшимся как «председатель совета директоров аэропорта Домодедово», а группа «Ист Лайн» в подготовленных к пресс-конференции материалах не упоминается ни разу.

Аэропорт скрывает своих акционеров, чтобы минимизировать риск рейдерской атаки, объяснил председатель. А еще потому, что эти люди просто не стремятся к публичности.

Присущая руководству Домодедово скрытность уже навлекла на него высочайшее раздражение. В феврале президент Дмитрий Медведев лично потребовал от Генпрокуратуры выявить собственников аэропорта. «Коммерческие структуры должны быть открыты, а не прятаться и уходить от ответственности», — отметил тогда президент, имея в виду расследование террористического акта, совершенного подрывником-смертником в Домодедово 24 января. По иронии судьбы именно 18 мая, в тот день, когда в Лондоне появилось объявление DME Ltd. о Каменщике как конечном бенефициаре, заместитель генпрокурора Александр Буксман публично расписался в неспособности выполнить президентское распоряжение. «Мы так и не нашли ту самую «последнюю матрешку», которая могла бы показать собственника Домодедово», — заявил Буксман в Госдуме.

Лондонское объявление тоже не дало прокуратуре ощущения полной ясности. 30 июня сотрудники Следственного комитета России в связи с делом о теракте провели многочасовой обыск в нескольких зданиях Домодедово, в том числе и в кабинете Каменщика. А двумя неделями раньше допросили его самого. «По моему ощущению, они задавали мне вопросы, не связанные с терактом», — заявил Каменщик вчера. Среди участников рынка популярна версия, что активность правоохранителей в Домодедово имеет целью вынудить нынешних владельцев расстаться с бизнесом. Либо в пользу близких к власти бизнесменов. Либо в пользу самого государства, которое вынашивает планы по объединению трех крупнейших аэропортов Москвы: Домодедово, Шереметьево и Внуково.

Впрочем, сам Каменщик вчера отрицал, что Домодедово переживает рейдерскую атаку.

Он также сказал, что его команда не ведет переговоров о продаже акций аэропорта, так же как и о вступлении в какое-либо объединение с государственными аэропортами.

Некоторые эксперты поняли слова председателя совета директоров с точностью до наоборот. «Каменщик сигнализирует государству о том, что у Домодедово появились новые, скорее всего иностранные акционеры, — считает старший аналитик ИФК «Метрополь» Андрей Рожков. — И что государству придется считаться с ними при реализации любого сценария объединения аэропортов». По мнению эксперта, это должно дать акционерам аэропорта гарантию, что власти не попытаются приобрести активы Домодедово по заниженной цене. При этом сам Рожков в иностранных акционеров не очень верит. «Каменщик все же кажется мне настоящим хозяином аэропорта», — говорит аналитик. […]

Каменщик вчера сказал, что его команда больше к IPO не готовится и возвращаться к этой идее в обозримом будущем не собирается.


***

Оригинал этого материала
© Forbes.Ru, origindate::20.07.2011

Совладелец Домодедово Дмитрий Каменщик о тишине, собственниках аэропорта, рейдерах и Путине

Пьеса в двух действиях

Участник рейтинга Forbes и совладелец аэропорта Домодедово Дмитрий Каменщик провел первую за несколько лет пресс-конференцию. Заявленная тема «экспорт авиатранспортных услуг» отошла на второй план, как только прозвучал главный вопрос: «Кто владелец Домодедово»? [...]

В кулуарах конференции журналисты пытались добиться от Каменщика ответа на главный вопрос, спрашивали о роли Когана и встречах с Путиным. Каменщик объяснял свою позицию, острил и всячески уходил от ответа. Больше всего это напоминало маленькую пьесу.

Каменщик и Пустота. Комедия без развязки

Действующие лица: Дмитрий Каменщик, председатель совета директоров аэропорта Домодедово, журналисты

Место действия: Зал одной из гостиниц в центре Москвы

Вместо пролога. Монолог Каменщика

Информацию о собственниках аэропорта, достоверную на тот момент времени, мы разместили на бирже. После того как отказались от IPO, встал вопрос: кто собственник Домодедово? С нашей стороны вопрос не встал. Этот вопрос несколько раз рассматривали ФАС и Минюст. Структура собственности с юридической точки зрения корректная.

Действие первое. О рейдерах, собственниках и рейтинге Forbes

Журналист: Не раздражает, что вас называют собственником Домодедово?

Каменщик: Давайте сформулируем вопрос: не называть ли меня собственником?

Журналист: Вы против того, чтобы вас в прессе публично называли собственником аэропорта?

Каменщик: Коллеги, разобью ответ на две части. Отвечаю искренне на вопрос. Вы называйте меня, как считаете нужным.

Хор журналистов: Нет. Мы хотим называть правильно.

Каменщик: Понятно... Это первое. Второе: мне любое упоминание не нравится. Не люблю публичных мероприятий. Не люблю всего, что связано с известностью, ни в какой форме. Мне нравится тишина, ограниченный круг лиц.

Журналист: Как вас тогда называть?

Каменщик: Как вы считаете нужным.

Журналист: А как бы вы хотели?

Каменщик: Я бы хотел, чтобы вы сами приняли решение и называли так, как считаете нужным.

Журналист: Это не вариант. Есть официальная позиция Домодедово: как вас все-таки называть?

Каменщик: Официальная позиция следующая. Внутренняя политика компании: не комментировать вопрос о конечных собственниках.

Хор журналистов: Почему такая скрытность? Есть какие-то опасения? Что вы скрываете? Нездоровый интерес провоцируете.

Каменщик: Вот вопрос «почему» поставил меня в затруднительное положение. Почему мы считаем нужным не разглашать информацию о конечных собственниках? Во-первых, жизнь корпорации несколько стабильнее в ситуации, когда конечные собственники не раскрыты. Физическое лицо или физические лица могут быть объектами атаки. Рейдерской атаки. Если они неизвестны или неизвестны достоверно, то, следовательно, объект для атаки исчезает. Существует ли гарантия защиты от рейдерских атак? Ну, видимо, нет. Поэтому такой риск мы рассматриваем. Считаем ли мы, что он фатальный? Нет. Это лишь вопрос экономии денег. Мы либо расходуем ресурс на защиту этого человека или этих людей, либо не расходуем. В конечном счете это бизнес. И вторая причина состоит в том, что наши акционеры — это люди, которые не тщеславны.

Хор журналистов: То есть люди? Не один человек?

Каменщик: Это люди, которые не любят публичной известности.

Журналист: Предпринимались ли рейдерские атаки в отношении физических лиц, которые не тщеславны и являются собственниками Домодедово? В отношении вас, ваших коллег?

Каменщик: Вы знаете, эти лица не были известны, поэтому их атаковать было невозможно. Всегда были какие-то догадки на эту тему. Но когда ты планируешь дорогостоящую рейдерскую операцию... С той стороны тоже бизнес — может быть, незаконный, но это тоже в конечном счете бизнес, там тоже расход ресурса есть... Когда планируешь атаку — ты должен действовать наверняка. Если ты вдруг ошибся с человеком, то огромная операция, в которой задействовано очень много людей и денег, провалилась. Ты — в смешном положении. Второй фактор. Есть категория людей, которые хотят быть известными. Они любят, когда о них написано в Forbes. Они сами звонят в Forbes...

Журналист, перебивая: О вас Forbes тоже написал.

Каменщик: ...и говорят: «Знаете, мы на самом деле богаче, чем вы написали». Мне несколько раз звонили коллеги из Forbes и спрашивали: «А вы не хотите, мы что-нибудь напишем о вас?» Я говорю: «Да нет». Они: «А вы знаете, у нас есть такая опция, вы сами можете написать». Я говорю...

Журналист, перебивая: Ну неправду вы говорите.

Каменщик: Я вам говорю: у меня есть много недостатков, но я не хитрю. Нам это все неинтересно, мы хотим, чтобы про нас никто не писал.

Журналист: А когда вы видите этот рейтинг и что вас поставили на определенное место: какая у вас реакция?

Каменщик: Я очень огорчаюсь.

Действие второе. О Когане и Коганах

Журналист: Статус Когана в аэропорту?

Каменщик: Коган — председатель наблюдательного совета.

Журналист: Коган в Москве проживает? Он работает в аэропорту?

Каменщик: Он проживает в Москве. С Коганом есть такая история. Постольку Коганов много, нашего Когана, Валерия Михайловича, путают с разными Коганами по очереди. В частности, например, с Владимиром. Часто видел какую-то информацию, которая да, действительно имеет какое-то отношение к Когану, но не к нашему.

Журналист: Например, друг Путина?

Каменщик: В частности, такое читал. Видел сообщения, что он построил огромный дом в США. Это не соответствует действительности, по моим данным.

Журналист: То есть не ваш Коган?

Каменщик: Вероятно, существует Коган, связанный с этими событиями. Но этот — не наш.

Вместо эпилога

Хор журналистов: У вас была встреча с Путиным? Тет-а-тет?

Каменщик: У меня не было ни одной встречи тет-а-тет с Путиным.

Журналист: Странно. У всех бывает, а у вас нет.

Каменщик: Может быть, это объясняется какими-то моими недостатками. Скрытыми или явными. [Задумчиво] Не было встречи.