Дорога на панель

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Стрингер", август 2001, "Равняйсь! СМИрно!"

За 10 лет российская пресса прошла путь от расцвета до полной деградации

Дорога на панель

1 июля 1997 года на факсы практически всех ведущих столичных СМИ пришел один и тот же текст. В тексте рассказывалось о том, как бывший первый заместитель министра финансов Андрей Вавилов «нагрел» родное государство на 270 миллионов долларов на сделке с МАПО «МиГ».

Этот день можно смело считать поворотным моментом в истории становления, расцвета и деградации российских средств массовой информации.

Историю эту следует условно разделить на четыре этапа:

1. Борьба с коммунистами и переписывание советской истории.

2. Борьба за читателя, рекламные деньги и деньги олигархов.

3. Тотальная скупка каналов и газет олигархами. Война за собственность.

4. Борьба государства с олигархами за возвращение контроля над СМИ.

Когда Михаил Горбачев отпускал журналистов на волю, он даже не подозревал, с какой силой имеет дело. Долгое время этого не подозревали и «демократы», хотя сполна воспользовались журналистами при узурпации власти.

Первое осознание силы СМИ пришло к реформаторам с началом экспроприации собственности. Банковская война, разгоревшаяся после залоговых аукционов в конце 1995 года, продемонстрировала всем, что печатное слово не менее эффективно, чем депутатский запрос или запрос Генпрокуратуры.

Первая банковская информационная воина могла разнести в щепки саму ле-гитимность приватизационного передела собственности. Будущих олигархов спасли угроза возврата к власти коммунистов и выборы 1996 года.

Разношерстная толпа реформаторов и приватизаторов вынуждена была объединиться ради очередной победы Ельцина на выборах. Ельцин победил, стартовав с нулевого рейтинга, исключительно благодаря СМИ. А все дивиденды от победы достались олигархам, которые стали таковыми только после победы Ельцина.

Эта была еще одна впечатляющая демонстрация силы печатного слова и одновременно его продажности.

Но поворотным моментом, как уже было сказано, все-таки надо считать 1 июля 1997 года-день начала второй банковской войны за «Связьинвест».

На следующий день после получения газетами факсов с «компрой» на Вавилова выступил глава Центробанка Сергей Дубинин. Дубинин публично обвинил Вавилова и банк «МФК» в хищении 500 миллионов долларов из госбюджета.

Прилетевший из Франции Вавилов собрал 14 июля 1997 года ответную пресс-конференций. Журналисты жаждали крови: ждали сенсационных разоблачений финансирования предвыборной кампании Ельцина.

Ситуация, как и накануне выборов, складывалась патовая. Информационная война могла лишить только что переизбравшегося больного Ельцина последних остатков легитимности. В случае откровенных рассказов Вавилова о черной предвыборной кассе выборы надо было объявлять недействительными.

Буквально за 15 минут до выступления Вавилова у него зазвонил мобильный телефон. Некто, с голосом, похожим на потанинский, сказал, что не надо войны- договорились. Звонку предшествовала встреча Березовского и Чубайса, на которой последний якобы пообещал «отдать» «Связьинвест» Гусинскому.

25 июля на аукционе по «Связьинвесту» победил ОНЭКСИМбанк. Война все-таки началась, но тему предвыборных денег уже никто не задевал.

До второй банковской войны олигархи предпочитали покупать в основном главных редакторов по интересам, сохраняя видимость независимости прессы. После - стали покупать СМИ целиком, а журналистов - оптом и в розницу.

Это было время создания новых информационных империй и холдингов. Это было началом конца независимых СМИ.

Весной 1998 года Виталий Третьяков, после того как Березовский помог ему сохранить за собой «Независимую газету», в интервью журналу «Люди» сказал: «Борис Абрамович Березовский, между прочим, был бы идеальным президентом России, я думаю, и многих других стран. Это нереально, и я говорю о нем не как о конкретном человеке, а как о политическом типе. Но как политическая фигура, как мастер компромисса, мастер развязки всяких проблем - он сильнее всех, почти идеальная фигура для президента России». Летом 2001 года Березовский одну проблему мастерски развязал - уволил Третьякова с поста главного редактора «Независимой газеты».

Этап первый: борьба с коммунистами

Первый этап был самым романтическим. Журналист тогда ходил в драных джинсах. Был лохмат, пьян и совершенно счастлив от осознания своей роли в истории. Его зарплата равнялась авансу рядового инженерно-технического работника.

Журналист страдал большевизмом. Причем радикальным. Его статьи заменяли речи на митингах. Заголовки не отличались от призывов. Впервые за 70 лет труженик пера стал владеть умами народа и манипулировать его настроением.

Гласность, объявленная Горбачевым, его же и съела, родив нового лидера -Ельцина. Во многом благодаря непримиримой по отношению к коммунистам позиции прессы во время путча 1991 года Борис Николаевич смог забраться сначала на танк, а потом на самую вершину власти в стране. Ельцин услугу оценил.

В декабре 1991 года первый российский президент подписал закон «О средствах массовой информации», который и по сей день считается самым либеральным законом в стране.

Опираясь на новый закон, но оставаясь при этом на государственном финансировании, СМИ начали менять форму собственности. В основном это касалось печатных изданий. Газеты и журналы начали акционироваться.

В 1992 году мало кто их журналистов понимал, что это такое. Поэтому на собраниях коллективы редакций чаще всего голосовали единогласно за решения, предлагаемые главными редакторами.

В качестве примера можно привести «Московский комсомолец». Его руководитель Павел Гусев, назначенный на должность горкомом комсомола, умудрился убедить своих сотрудников, что «МК» должен стать закрытым акционерным обществом, а он - главным и единственным акционером издания.

В результате была выпущена одна акция, которую Гусев, не мешкая, спрятал в свой сейф. В один миг человек, для которого пост главного редактора «МК» считался лишь очередной ступенькой в комсомольско-партийной карьере, разлюбил все советское и стал крупным собственником.

Уже через год газета стала приносить миллионные прибыли, а Павел Николаевич за этот же срок прошел путь от «Таврии» до шестисотого «Мерседеса». По такому же сценарию был приватизирован и «АиФ».

Справедливости ради надо сказать, что во многом благодаря этой стратегии вышеупомянутым изданиям впоследствии удалось избежать тяжелой участи, постигшей другие газеты, руководители которых попытались играть в демократию. Приватизация газет с участием трудовых коллективов повлекла за собой многочисленные расколы, а закончилась продажей акций Березовскому, Потанину, Алекперову и т.д.

Через череду расколов и вынужденной продажи прошли «Комсомольская правда», «Известия», «Независимая газета»... Газеты, изначально принадлежавшие одному хозяину, сумели сохранить относительную независимость и финансовое благополучие.

Первый срок правления Ельцина можно смело назвать периодом наивысшего расцвета российских СМИ. Едва образовался рекламный рынок, печатные издания устремились за читателем и тиражами.

Правила определялись в ходе игры. Объективность и проверенность информации приносились в жертву жарености и оперативности. Чем хуже становились дела в государстве, тем лучше это было для прессы. Народу нужны были сенсации, и он их получал с избытком. Благодаря новому закону журналистам позволялось все.

Чиновничеству приходилось учиться работать в новых условиях. Ссориться с журналистами выходило себе дороже. При каждом ведомстве стали возникать пресс-центры. Чем активнее чиновник дружил с пишущей братией, тем стремительнее развивалась его карьера. Так, своим резким взлетом Шойгу и Рушай-ло на 50 процентов обязаны прессе, ежедневно и добровольно раскручивавшей эти персоны как спасителей Отечества.

Этап второй: борьба за читателя

К 1993 году рынок печатных СМИ обрел более-менее ясные очертания. Газеты заняли определенные читательские ниши и никого на свою территорию не пускали.

«МК» успешно вытеснил со столичного рынка городских газет «Московскую правду» и «Вечерку». «Независимая газета», несмотря на многочисленные внутренние конфликты и отсутствие денег, закрепилась как политическое элитарное издание, читаемое в пределах бульварного кольца.

«Коммерсант» раз и навсегда стал эталоном отечественной деловой прессы. «Комсомолка» и «Известия» уверенно завоевывали провинцию, отодвигая «Труд».

Намного хуже обстояли дела на телевидении. Здесь даже для обычного поддержания техники в рабочем состоянии требовались огромные инвестиции. У государства таких средств не было.

Кое-как держались только первый и второй каналы, день и ночь транслировавшие мексиканские сериалы и производя дешевые передачи типа «Поля чудес».

Деньги от рекламы, словно капли жира, падающие на раскаленную сковородку, разлетались по многочисленным агентствам, оккупировавшим Останкино. Редкие попытки систематизировать и централизовать этот процесс заканчивались трагически. Яркий пример - убийство Владислава Листьева.

Однако в силу охвата аудитории и огромного влияния на массы людей долго оставаться беспризорником телевидение не могло. Первым попытать счастья в телевизионном бизнесе решил хозяин «МОСТ-банка» Владимир Гусинский.

В 1993 году у петербургского канала, вещавшего на пятой кнопке, отобрали вечерний эфир и отдали новорожденной компании НТВ. В этот проект Гусинский привлек деньги банков «Столичный» и «Национальный кредит». Последний занимался обслуживанием счетов Национального фонда спорта, который, в свою очередь, обладал беспрецедентными льготами по ввозу в страну табака и алкоголя. Меньше чем через год НТВ перебралось с пятого канала на четвертый.

Гусинский, надо отдать ему должное, в новом бизнесе доверился профессионалам и не вмешивался в технологический процесс. Через короткий срок телекомпания выбилась в лидеры информационного вещания. Денег, как своих, так и чужих (в основном чужих. - «!»), Владимир Александрович для НТВ не жалел. Здесь, да еще, пожалуй, в "Коммерсанте», был изменен сам подход к журналистскому труду. Творческим работникам стали платить хорошие деньги. Причем в валюте и конвертах.

Чтобы избежать утечки кадров, другим владельцам СМИ приходилось подтягиваться к этой поднятой достаточно высоко планке. Но не все смогли. На этот период приходится первая волна миграции лучших перьев из отсталых редакций в успешно развивающиеся.

Информационный бизнес стал приоритетным направлением в деятельности группы «МОСТ». Гусинский занялся созданием медиа-холдинга. Почти одновременно с НТВ создается газета «Сегодня», в которую, подстрекаемая Михаилом Леонтьевым, уходит едва ли не половина коллектива «Независимой газеты». Затем Гусинский в обмен на крупные кредиты приобретает контрольный пакет акций радиостанции «Эхо Москвы». В холдинг вливаются журналы «Семь дней», «Итоги», а чуть позже «Караван историй».
От прежних соучредителей НТВ Владимир Александрович ловко избавляется, но при этом наживает себе кучу врагов на самом верху, что заставляет его обзавестись мощнейшей службой безопасности.

В журналистской среде потихоньку начинает происходить классовое расслоение. Труженики пера уже не хотят митинговать на баррикадах и бескорыстно бороться за светлое будущее.

Они хотят получать большие зарплаты, отдыхать за границей, иметь хорошие квартиры и дачи. Благ, естественно, на всех не хватает. Но поиск упорно продолжается. Слова «независимость», «свобода слова» превращаются в декларацию. Журналисты в большинстве своем мечтают лечь хоть под самого захудалого олигарха, лишь бы улучшить личное благосостояние. Выясняется, что вторая древнейшая профессия недалеко ушла от первой.

Вслед за Гусинским наверстывать упущенное бросился Березовский. Борис Абрамович замахнулся на телевидение. Он решил заняться первой общенациональной программой, избрав любимый метод «пришел, увидел, победил». Зачем тратиться и создавать канал с нуля, когда можно присосаться к неистощимой государственной кормушке.

Описывать процесс покупки Березовским акций первого канала слишком долго и утомительно. Он длился почти год. В отличие от хозяина «МОСТа», Березовскому телевизионные профессионалы только мешали. Ему не нужен был качественный канал. Ему нужны были рупор с большой зоной покрытия и возможность контролировать движение рекламных денег.

Новая телекомпания под названием «ОРТ» была зарегистрирована в день убийства Влада Листьева, 1 марта 1995 года.

Расставив своих людей на ключевые посты в компании, Борис Абрамович стал ее полноценным владельцем. Верный слуга Бадри Патаркацишвили в качестве заместителя генерального директора занялся финансами ОРТ. Не менее преданная Ксения Пономарева возглавила информационное вещание. Государство же, как держатель контрольного пакета акций ОРТ, исправно оплачивало его многомиллионные долги.

На ОРТ воцарились хаос и бардак. Более-менее талантливые журналисты регулярно просили убежища у соседей и при первой возможности уходили. Не было денег на новую технику и содержание зарубежных корпунктов.

Тем не менее, бывший математик продолжал преумножать свою медиа-империю. Березовский приобрел 29 процентов акций ТВ-6 и финансировал создание «Нашего радио».

Президентские выборы 1996 года собрали олигархов в единый, мощный кулак, который должен был сокрушить всех противников действующего президента. Командовать кулаком был поставлен Чубайс. Работа закипела. СМИ неожиданно подружившихся Гусинского и Березовского превратились в настоящие PR-компании и принялись поднимать рейтинг Ельцина с тем же рвением, с каким раньше его опускали.

Ельцин победил, заработав, правда, очередной инфаркт и окончательно утратив способность самостоятельно руководить государством. Пресса же радовалась, что в очередной раз отстояла свободу слова в лице президента. Банкиры оценили силу ее влияния, но одновременно сделали вывод, что журналисты легко приручаемы. Их надо только баловать время от времени.

Этап третий: скупка СМИ олигархами

После выборов НТВ полностью завладело четвертым каналом, а в начале 1997 года Гусинский окончательно переквалифицировался в медиа-магната, возглавив новую структуру - «Медиа-МОСТ» - и сложив с себя полномочия генерального директора группы «МОСТ» и президента «МОСТ-банка».

Различные медиа-холдинги начали расти как грибы после дождя, а их владельцы стали относиться к избранной касте неприкосновенных.

Как мы уже упоминали, Березовский приумножил свою империю значительным пакетом акций ТВ-6, Смоленский путем щедрого кредитования установил контроль над издательским домом «Коммерсант», Газпром купил «Рабочую трибуну» и «Труд».

Не отставали и самостоятельные структуры. «Совершенно секретно» Артема Боровика прибавил к одноименным газете, телепередаче и журналу «Лица» еженедельник «Версия», одолжив денег у американцев. «МК» Павла Гусева расширил свою базу журналом «Деловые люди», региональными проектами, питерской газетой «Час пик» (затея эта потом провалилась), а также многочисленными профильными охотничьими изданиями.

Каждый месяц появлялись новые газеты. Дошло до того, что все приемлемые оригинальные названия для них оказались исчерпаны. Лучшие умы ломали головы, но ничего нового придумать не могли. Например, в Москве и по сей день насчитывается три совершенно одинаковые по направленности и содержанию газеты с названием «Время».

В борьбу за «Комсомольскую правду» и «Известия» включился ОНЭКСИМбанк, спонсировавший ранее журнал «Эксперт». Впереди маячил аукцион по продаже «Связьинвеста», и ОНЭКСИМ нуждался в накапливании информационных ресурсов для успешного участия в предстоящих торгах.

С «Комсомолкой» люди Потанина разобрались довольно легко. До этого контроль над ней пытался установить «Газпром», вложивший в издание 9 миллионов долларов и имеющий в управлении около 20 процентов акций. Однако на одном из собраний акционеров было решено продать акции ОНЭКСИМу. Главный редактор Валерий Симонов и часть коллектива, не согласившаяся с этим решением, покинули газету.

С «Известиями» Потанину пришлось повозиться и пережить довольно крупный скандал. С осени 1996 года основным инвестором «Известий» выступала нефтяная компания «ЛУКойл», Редакция во главе с Игорем Голембиовским этим сотрудничеством не тяготилась. Однако в какой-то момент известинцы заигрались в свободу слова.

В начале 1997 года газета перепечатала заметку из французского журнала «Монд», в которой утверждалось, что тогдашний российский премьер Виктор Черномырдин обладает состоянием в пять миллиардов долларов.

Вагит Алекперов, активно друживший с Черномырдиным, прочитав публикацию, пришел в ярость и потребовал немедленной отставки Голембиовского. Попутно был отдан приказ скупать акции «Известий» по завышенным ценам с целью приобретения контрольного пакета.

Однако за Голембиовского вступились интеллигенция и журналистское сообщество. Поднялся большой шум. И вот здесь появляется ОНЭКСИМ, который якобы встает на сторону коллектива и тоже начинает скупать акции у журналистов.

Больше всех в этой истории выиграл собкор газеты в Америке Надеин. У него оказался маленький (менее одного процента), но решающий пакет. После долгих торгов он уступил его Потанину едва ли не за четверть миллиона долларов.

В итоге Владимир Олегович смог подчинить себе газету. А Голембиовскому после очередного собрания акционеров и нескольких драк в коридорах редакции с представителями Потанина все равно пришлось уйти.

Видимо, из чувства мести к главе ОНЭКСИМа Борис Абрамович приютил Голембиовского и его команду, поручив им новый проект под названием «Новые" Известия». Он, наверное, рассчитывал,, что Игорь Несторович в кратчайший срок сделает качественную цветную газету и уберет старые «Известия» с рынка.

БАБ снабдил редакцию новейшей техникой и назначил журналистам неслыханное прежде жалованье. Средняя зарплата в «Новых Известиях» приближалась к двум тысячам долларов. К грандиозному проекту были притянуты лучшие перья со всей Москвы.

Планка оплаты журналистского труда в очередной раз поднялась. В редакциях вновь начались брожения. Талантливых журналистов перекупали, словно хоккеистов. Это заставило главного редактора «Независимой газеты» Виталия Третьякова выступить с наивной инициативой и призвать хозяев СМИ не платить журналистам свыше одной тысячи долларов в месяц. Естественно, предложение не нашло поддержки среди коллег.

Обозначилась и еще одна тенденция. Пишущая братия очень быстро рассталась со своей принципиальностью. Прежде чем предложить тот или иной материал к публикации, каждый корреспондент думал, не задевает ли он прямым или косвенным образом интересы хозяина. А интересы эти простирались . во все области.

В это время был зафиксирован последний, предсмертный, взлет «Медиа-МОСТа». Гусинский строил буквально космические планы, которые реализовывались с помощью льготных кредитов Внешэкономбанка (благодарность за помощь в победе Ельцина) и «Газпрома», купившего на выгодных для Гусинского условиях часть акций холдинга. «Медиа-МОСТ» запустил спутник и активно начал развивать проект НТВ+, приобрел несколько радиостанций и забрался в Интернет.

После выборов банкиры и олигархи, еще недавно работавшие сплоченной командой, насмерть передрались и переругались друг с другом. Боевые действия самых толстых кошельков страны между собой возобновились с новой силой. Началась война компроматов.

Журналистам стало проще работать. Добычей информации занимались службы безопасности олигархов, а также прикормленные источники в госструктурах. Газетчикам же оставалось литературно обрабатывать фактуру и ставить ее на полосы.

Рано или поздно халява должна была закончиться.

Этап четвертый: возврат СМИ в лоно государства

В августе 1998 года грянул кризис. Издания, зарабатывавшие самостоятельно, даже несмотря на обвал рекламного рынка, кое-как удержались, хотя некоторые из них тоже играли в ГКО.

Вот как описал сложившуюся ситуацию в одном из интервью главный редактор «АиФ» Владислав Старков:

«Это был первый кризис в нашей стране, и перепугались мы страшно. 142 человека уволили. Что касается ГКО, то три пятых мы, по совету отдела экономики, реализовали, две - не успели. Из банков, где лежали наши деньги, мы многое вытащили. А, по большому счету, из кризиса мы вышли очищенными. Потому что увидели балласт, ракушки, прилипшие к нашему кораблю. Некоторых из уволенных потом вернули, но многих - нет. На их место взяли других. Мы были «совки» с невинными глазами, а стали нормальными людьми - журналистами и бизнесменами».

Большинство олигархических СМИ погрузились в глубокую кому.

Ситуацию спасли надвигающиеся выборы. Благодаря деньгам, брошенным на предвыборную кампанию,рынок средств массовой информации смог выжить, но окончательно потерял цивилизованный вид. Как заметил г-н Старков, представители четвертой власти стали уже совсем другими, нормальными людьми - журналистами и бизнесменами. Два в одном.

Послекризисное время ознаменовало период наивысшего расцвета PR-структур, которые еле поспевали осваивать бюджеты людей, стремящихся во власть. К середине 1999 года журналистам, большинство из которых маялось без работы и денег, была объявлена всеобщая мобилизация.

Думские выборы стали генеральным сражением между «семьей» и блоком «Отечество» во главе с Лужковым и Примаковым. Силы были явно не равны. На стороне первых бились империя Березовского (один Доренко чего стоил), государственные СМИ и практически весь государственный чиновничий аппарат. .На вторых ставку сделал один Гусинский.

Московский мэр вместе с хозяином АФК «Система» Евтушенковым создал свой информационный холдинг, в который вошли канал ТВЦ и несколько изданий: бесплатная газета «Метро», «Литературная газета», газета «Росс1я» и рассчитанная на регионы газета «Версты». На их раскрутку бросили миллионы долларов, но отдача оказалась нулевая. Один издательский дом «Коммерсант», купленный в это же время Березовским, стоил всех лужковских проектов.

Если бы за Лужкова не вступились традиционно лояльные к нему холдинги «МК» и «Совершенно секретно», дела у него обстояли бы совсем плохо.

В результате проиграли все. Победил Путин.

Сейчас на рынке СМИ совсем другие игроки и главный из них - государство.

Газеты по-прежнему пестрят заказными материалами (см. рейтинги заказных публикаций в «Stringer»). Однако цельу заказчиков почти всегда одна: понравиться государству.

Понаблюдав с интересом за последним шоу предводителей «Медиа-МОСТа», сражавшихся за хозяина, при котором им так хорошо жилось, народ успокоился.

И только мятежный Березовский по-прежнему ищет бури. Выгоняет верных, но поднадоевших слуг и пристраивает обиженных. Он еще мечтает залезть на коня и помахать шашкой, старательно переустраивая свою прессу. Говорят, что скоро опять можно будет посмотреть на Доренко.

В феврале нынешнего года Министерство печати РФ всерьез планировало остановить неконтролируемое увеличение телеканалов, радиостанций и газет путем замораживания процесса выдачи новых и приостановки действия старых лицензий.

Свои намерения чиновники объяснили слишком малыми размерами рекламного рынка. Мол, рынок этот не может выдержать 25 тысяч печатных и 15 тысяч электронных СМИ, существующих на сегодняшний день в России.

«Средства массовой информации должны перестать зависеть от государства или частного бизнеса в плане получения доходов», - заявил заместитель министра печати Владимир Григорьев, особо подчеркивая, что предлагаемая мера обеспечит финансовую состоятельность и независимость уже существующих СМИ.

Большей глупости нельзя было вообразить. Самоокупаемые СМИ легко пересчитать по пальцам, а прибыльных вообще единицы. Особенно это касается общефедеральных общественно-политических телеканалов и газет. Чтобы равномерно разделить рекламные деньги, их число надо сократить до сотни, остальные - закрыть. Большинству плодящихся, как муравьи, СМИ рекламные деньги до лампочки. И в Минпечати это прекрасно знают.

Спрос на политическое влияние определил предложение. Ежегодно 40 тысяч электронных и печатных СМИ осваивают сотни миллионов долларов «политических» денег. Чаще всего -грязных, Рынок образовал множество различных PR-агентств, служащих посредниками между журналистами и 'обладателями денежных средств, стремящихся во власть и воюющих с конкурентами.

Бесконечная череда выборов и борьба за собственность помогали держаться на плаву миллионной армии журналистов и порождали информационную инфляцию. Последние же события вокруг НТВ, ОРТ, ТВ-6, «Независимой газеты» и «Эха Москвы» окончательно девальвировали отечественные средства массовой информации в глазах населения. Как и само понятие «свобода слова».[...]