Д4. Языковая экспертиза выступления Савельева

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала, origindate::18.02.2000

ИНСТИТУТ ЯЗЫКОЗНАНИЯ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
Сектор психолингвистики и теории коммуникаций

Юрий Александрович СОРОКИН доктор филологических наук, профессор

103009, Москва, Б.Кисловский пер., 1/12. Тел.: 290-14-64

В Московскую областную коллегию адвокатов Адвокатское бюро "Лещиков и партнеры" г-ну ЛЕЩИКОВУ А.В.

В запросе от 20 января с.г. по поводу поручения Вашего клиента Д.В.САВЕЛЬЕВА Вы просили меня ответить на вопросы:

1. Адекватно ли воспринял истец г-н Р.А.АБРАМОВИЧ содержание телевизионного сюжета в программе "Итоги" по каналу НТВ 19 сентября 1999 года и конкретно слова Савельева, прозвучавшие там.?

2. Можно ли утверждать, что сказанное Д.В.САВЕЛЬЕВЫМ в программе "Итоги" является оскорбительным по содержанию?

Изучив приложенные к запросу исковое заявление Р.А.АБРАМОВИЧА и скрипт телемоста "Киселев - Савельев", со всей ответственностью берусь утверждать: в тексте (скрипте) передачи нет даже намека на какие-либо оскорбления (инвективы), задевающие честь и достоинство истца. Подчеркиваю: оскорблений, ориентированных на негативную оценку личностных качеств АБРАМОВИЧА или его ценности как некоего социотипа в тексте высказываний Д.В.САВЕЛЬЕВА нет. В силу этого данные высказывания невозможно также квалифицировать как оскорбительные по содержанию.

В монографии "Понятие чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и средствах массовой коммуникации" (Москва, 1997 г.), я и мои соавторы дали первый с 1917 года научный анализ понятий чести и достоинства применительно к правовым коллизиям. И детально показали, что нынешнее истолкование оскорбления (инвективы) в юридической практике современной России сплошь и рядом оказывается чрезвычайно расплывчатым (неопределенным). Ни в одном из ныне действующих кодексов нет ясного определения,что же такое оскорбление чести, достоинства и деловой репутации. И уж совсем за гранью логики оказываются попытки подсчитать размеры компенсации за ущерб непонятно чему. Справедливости ради, следует отметить, что как истцы неспособны внятно сформулировать что же их обидело, так и средства массовой информации отнюдь не блещут способностью ясно формулировать свои мысли.

В исследуемом тексте интервью (см. скрипт телепередачи) Д.В.САВЕЛЬЕВ излагает" по горячим следам" свое видение событий, ставших поводом для телевизионного сюжета. Он ни единым словом не задевает ни личность г-на АБРАМОВИЧА, ни его профессиональные качества, ни общественное положение. Он всего лишь излагает факты, вынужденным участником которых он стал.

Г-н АБРАМОВИЧ в исковом заявлении не пытается отрицать то, что события, послужившие поводом для телевизионного сюжета, действительно имели место. И, судя по тексту его заявления - он не смог сформулировать прежде всего самому себе природу собственной обиды. Хотя время для того, чтоб все это сформулировать, у него было. Подав иск через два месяца после выхода в эфир интервью с САВЕЛЬЕВЫМ, г-н АБРАМОВИЧ, как мне представляется, поступил вполне обдуманно .Так как от вольных или невольных свидетелей разговоров истца и ответчика, (разговоров, ставших предметом иска!), спустя столь длительный период времени вряд ли можно требовать детального воспроизведения слов, которые они действительно слышали .Они могут воспроизвести лишь какие-то фрагменты речи и дать свою оценку общему характеру разговора

Из чего я делаю вывод не только о неспособности истца, но и о его сознательном НЕЖЕЛАНИИ понять смысл и характер сказанного ответчиком, о его попытке перехватить инициативу при минимуме аргументов.

Изложенным САВЕЛЬЕВЫМ фактам он не противопоставляет реальных фактов, предпочитая рассуждать о некоей "государственной тайне" и своих сильных переживаниях из-за сказанного САВЕЛЬЕВЫМ с телеэкрана. В искренность этих переживаний можно было бы поверить, если б иск был подан сразу после передачи.

А в данном случае суду остается лишь определить - имели место разговоры истца и ответчика или их не было, оставив за рамками иска упомянутые истцом категории "чести, достоинства и деловой репутации".

И на этом пути, как мне кажется, показания свидетелей (если таковые имеются!) и объяснения ответчика вряд ли можно рассматривать вне оценки позиции истца, его способности и желания понять суть сказанного в его адрес.

Ю.А.СОРОКИН, ведущий научный сотрудник

Института языкознания РАН,

доктор филологических наук, профессор.