Елена Батурина стала помещицей

Материал из CompromatWiki
(перенаправлено с «Елена Батурина Стала Помещицей»)
Перейти к: навигация, поиск


Cегодня компания «Интеко» владеет в Белгородской области 42 тысячами гектаров земли

Фото Виктора Хабарова Поговаривали, что непрестижный сельскохозяйственный бизнес Елене Батуриной навязали сверху. Не совсем так: она купила на Белгородчине два цементных завода, на презентацию приехал супруг Юрий Лужков, и руководство области, расчувствовавшись, предложило: «А вот есть тут у нас еще несколько лакомых кусочков. Не хотите ли?» Елена Батурина со старшим братом Виктором, который по совместительству является вице-президентом компании «Интеко», достали калькуляторы и поняли, что очень даже хотят. Потому что все остальное в России уже поделено, а жить и зарабатывать еще хочется, иначе скучно. Так 2 года назад на белгородской земле высадился первый олигархический десант.

Игра на чужом поле

[...] Местному населению их приход активно не нравится. Претензии следующие: во-первых, в погоне за наживой капиталисты будто бы запахали знаменитое Прохоровское поле, где в 1943 году произошло танковое сражение, решившее исход войны. Во-вторых, наводнили область супертехникой, не приспособленной передвигаться по ложбинам. В-третьих, повырезали весь скот, поразрушили коровники и свинарники и поувольняли к чертовой матери людей. В-четвертых, породили социальную несправедливость, принимая на работу избранных и платя им бешеные зарплаты, в то время как все остальные сидят по домам и сосут лапу. Здоровые сорокалетние мужики пасут гусей — это ли дело?! В-пятых, задешево и в массовом порядке скупили земли и ничего на них не сеют. В-шестых, демонстративно молчат о своих планах, отказываясь встречаться с народом, посылая подальше представителей властей и запрещая своим сотрудникам отвечать на вопросы журналистов.

Начнем со святыни. Прохоровское поле и правда запахано, но отнюдь не «Интеко». Директор музея Александр Ничипоров удивился самому вопросу: «святые для каждого россиянина» (по терминологии газеты «Правда») поля распахиваются, оказывается, аж с 1947 года, потому что это историческое место занимает 6 тысяч гектаров самых плодородных во всей России земель. Не засеивать их было бы просто глупо. Даже тот пятачок, на котором бросился под танки взвод Героя Советского Союза Павла Шпетного, и тот исправно приносит урожай. Стоит на поле небольшой знак, ветераны к нему цветы приносят — и все! Это, согласитесь, гораздо цивилизованнее веночков из бумажных цветов, которыми несчастные родственники погибших в автокатастрофах стремятся пометить каждый российский столбик. То есть никакого покушения на святыни со стороны Батуриной не было. Да и не удалось бы ей это при всем желании: музей-заповедник находится в федеральной собственности, а уж после того как его в прошлом году посетили Путин, Кучма и Лукашенко, внимание к нему утроилось.

Идем дальше. Справедливо ли, что богатые москвичи скупают у крестьян единственное, что у них есть, — землю? «В Москве-то сотка стоит несколько тысяч долларов, а они за все наши 5 гектаров дают всего 20 тысяч рублей!» Конечно, несправедливо! Лично я заплатила бы больше, но, может, поэтому Батурина — миллиардерша, а я — нет. И тем не менее: сегодня компания «Интеко» владеет в Белгородской области 42 тысячами гектаров земли. К сведению: площадь Москвы составляет примерно 100 тысяч га…

Коровы плачут — караван идет

Что еще интересно: «Интеко» и не думала кормить людей сказками типа: потерпите, и будет вам к 1980 году коммунизм (по Хрущеву) и к 2000-му — отдельная квартира каждой семье (по Горбачеву). У демократии с кошельком другой принцип: либо ты продаешь свою долю, участвуешь в конкурсе на место тракториста или доярки и принимаешь правила жизни при капитализме, либо тихо спиваешься на своем непаханом огороде. Это тебе, товарищ, не колхоз: бесплатной техники для вспашки огородов больше никто не выделит, как и машины в город, ежели у кого приключились роды, похороны, свадьба или болезнь. «Как мы все это народу-то скажем?» — схватились за голову белгородские чиновники. «А вы с ним не встречайтесь! — оптимистично предложил представитель «Интеко» в Белгородской области, директор департамента сельского хозяйства Валерий Гличиянц. — Я вот сам не встречаюсь и вам не советую». К слову сказать, Гличиянц строго-настрого запретил своим менеджерам вступать в контакты с районной администрацией: «Нечего им совать свой нос в частный бизнес». Такого на селе, сохранившем основы общинного строя, еще не слышали…

Что касается сельхозтехники, она на самом деле космическая. Когда навстречу мне по сельской дороге пролетел ракетообразный агрегат с щупальцами, скорее похожий на НЛО, чем на трактор, я даже не успела вытащить фотоаппарат. А потом еще долго наблюдала, как широкозахватные сеялки, каждая из которых заменяет десяток отечественных машин, носятся по ложбинам. То, что раньше делали тридцать механизаторов, у «Интеко» делают два. Отсюда и социальная напряженность: куда деваться остальным двадцати восьми?

С ненужными животными поступили проще: извели под корень, исходя из того, что это позор, если корова дает всего 3 тысячи литров молока в год. (Для сравнения: в Голландии средний показатель — 9 тысяч, в Израиле — 12). Без каких бы то ни было эмоций погрузили стадо в «КамАЗы» и отправили на мясокомбинат. Завезли австрийских и датских буренок с электронными чипами в ушах. Но дояркам все равно роднее наши, с колокольчиками…

[...] Мужики из сельской администрации, наблюдая весь этот олигархический смерч, грызут теперь локти, но сделать ничего не могут: собственник имеет право творить то, что захочет. Компания «Интеко» уже потратила на свой амбициозный проект в Белгородской области 21 миллион долларов, и возврат денежных средств ее интересует куда больше чужих чувств.

Валерий Бутаев

Оригинал материала

«Комсомольская правда»