Еще не концлагерь, но в бараки на ночь уже запирают

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Еще не концлагерь, но в бараки на ночь уже запирают FLB: Первый репортаж корреспондента "Известий" о деятельности неонацистской группировки "Легион Вервольф"

"С виду это ничем не примечательное учебно-опытное хозяйство, расположенное в черте крупного российского города. Двадцать минут езды на автобусе от центра - и вдруг... Надсадный лай овчарки, охранники вытягивают руки в нацистском приветствии, в каптерке главного надзирателя - огромный штандарт со свастикой, на его столе лежит "Майн кампф". Что это - сюжет фантастического фильма? Ничуть не бывало. Корреспондент "Известий" наблюдал описанное собственными глазами и кое-что даже смог сфотографировать. Трудотерапия для бомжей В сырых весенних сумерках призывно светятся люминесцентные лампы теплиц. Невысокая ограда, к ней вплотную подступают березы, вокруг - ни души. Каркают, устраиваясь на ночлег, вороньи стаи.В сырых весенних сумерках призывно светятся люминесцентные лампы теплиц. Невысокая ограда, к ней вплотную подступают березы, вокруг - ни души. Каркают, устраиваясь на ночлег, вороньи стаи. В этом безлюдье смутно угадывалась какая-то ловушка. Но там, за полупрозрачной пленкой, рисовались воображением хрустящие огурцы, сочные помидоры. Голод подавил дурное предчувствие и погнал на "территорию". Едва рука коснулась дверцы, сзади обрушилась какая-то сипа, она придавила к земле, хрипло дышала в затылок. Обернулся - овчарка. В ста метрах показался мужчина в камуфляже, правой рукой он поигрывал рукояткой плетки: - Фу, сидеть. Что, козел, приполз морковки погрызть? Будут тебе и фрукты, будут и витамины. Вставай, пошли. В небольшой комнатке за столом сидит 30-летний парень. Главный их - сразу понятно по тому, как тянутся перед ним охранники. Глаза ледяные, смотрит, кажется, сквозь прицеп. На стенах развешены бичи, дубинки, какие-то цепи. А над головой, на знамени, - свастика красная. Вот попал, так попал... - Ты знаешь, - спрашивает он, - какой срок светит тебе за воровство? Предлагаю выход: поработаешь у нас на свежем воздухе недельку-другую, подкормишься, мы тебя здесь заодно уму-разуму поучим - и гуляй себе. Идет? "Территория" - это 200-300 гектаров возделанной земли, на которой два десятка теплиц, кузница, гараж, несколько сараев и кирпичная постройка, где находятся казарма для охранников и каптерка. Вокруг - парковый массив примерно такой же площади. Несколько раз в день грузовичок увозит в кузове ящики с овощами, розами или саженцами. Возвращается в гараж, когда уже совсем темно. Довольные охранники объявляют о "конце сегодняшней трудотерапии" - загоняют бомжей в сарай и бросают им две буханки черного хлеба. Дверь закрывается на замок до утра. Охранники не все злые. А вот главный, Алексей его зовут, - этот зверь: отбросы, падаль, гниль - иначе не называет бомжей. "Вы - не люди, - орет он, - вы - тараканы, ноль. Если и кирпичи не научитесь таскать, я вас здесь закопаю, никто даже искать не будет". Он и тренировками командовал. Соберет молодых охранников - 15-16-летних мальчишек, и отрабатывают они удары на бомжах. Страшнее всего, когда Алексей достает две деревяшки. Они связаны цепью и, когда крутятся в руках винтом, могут череп проломить. Один бомж от работы отлынивал, весь день прятался в зарослях, а когда стемнело, пошел в сарай. Овчарка его учуяла, схватили. Он кричал жутким голосом, потом затих. Больше его не видели. Бомж по кличке Паразит рассказал мне, как попал он на "территорию" и что сам видел и слышал. Свастика из свадебной ленты Я же оказался там по чистой случайности. Недавно встретил молодого человека, которого в сентябре 1993-го видел среди защитников Белого дома. Взяв мою визитку, он пообещал позвонить на следующий день. Алексей (а это был "главный", о котором рассказывал Паразит) сдержал обещание. И вот я - в его каптерке. - Честно говоря, не ожидал увидеть такое, - сказал я, указывая на свастику и "Майн кампф", - шел на встречу с тобой как защитником Белого дома. - Вчера, просмотрев твои публикации в "Известиях", я был против этой встречи. Но орм проголосовал "за" единогласно, и мне пришлось подчиниться: имею право накладывать вето на его решение, если хотя бы один голос "против". - Что такое орм? - Орм - так древние скандинавы называли свое вече. В нашей организации это что-то вроде высшего совета. Алексей - фюрер нацистской группы. Но об этом знают немногие. Для посторонних - он руководитель охранного бюро, заключившего арендный договор с владельцами учебно-опытного хозяйства. В худшем случае городские власти принимают организацию всего лишь за одну из полумафиозных силовых структур. О том, что под "крышей" охранного бюро скрывается группировка нацистских радикалов, знают не более полусотни людей. С добродушным видом эти нацисты продают саженцы дачникам. (Уверен, что кто-то из читателей "Известий" приобретал там семена овощей, розы или другую сельхозпродукцию.) В парниках трудятся квалифицированные рабочие, им также вряд ли ведома обратная сторона хозяйства. Бомжи, которых отлавливают охранники и делают своими рабами, заняты на черных работах - рытье траншей, уборке мусора и т.д. Жаловаться на своих истязателей им и в голову не приходит: "Кто поверит?" В нацистской организации - жесткая иерархия, строящаяся на беспрекословном подчинении вышестоящему. - Валера, - вдруг заорал собеседник, - видишь этого человека, - он кивнул в мою сторону, - запоминай его хорошо: если с нами что-то случится, возьмешь это (он протянул боевику цепь). ~ Он, что, удавит меня этой цепью? - с глупым смешком спросил я. - Он приказ не обсуждает и запомнил тебя навсегда. Наши ребята проходят такую морально-психологическую подготовку: надо - сделаем человека, надо - дерьмо, в зависимости от того, каким он нужен организации. После такой обработки всякая информация, приходящая извне, кажется им просто бредом. Костяк организации сплочен в горячих точках. Специальной, впрочем, ориентации точках. Если боевик воевал в Югославии, то на стороне Хорватии, если в Абхазии, то на грузинских позициях. "Хорватские усташи и звиадисты - настоящие наци! - говорит Алексей. - Я предпочитаю воевавших еще и потому, что злоба и ненависть порождают истинную преданность". Надежным считает фюрер пополнение из среды панков. "Панки беспредельны в своих деяниях: природная агрессивность, идея полного отрицания - главные их черты, - говорит он, - поработай с ними, и они будут отрицать то, что отрицаешь ты". Каждый нацист может один раз в полгода рекомендовать кандидата в члены организации. - Сколько же, - спрашиваю, - всего людей у вас? - Около тридцати. Больше не надо. А знаешь, почему? Они начинают дружить между собой. Я это сразу пресекаю. Один из наших недавно женился. Мы его свадебную ленту разрезали и скроили из нее свастику - видишь (он указал на штандарт, висевший на стене). Алексей лично подготовил около двадцати стопроцентных штурмовиков. - Я прежде всего, - говорит он, - приучаю действовать их в "автономных условиях". Если даже нашу организацию раскроют, все они создадут точно такие же. Нацисты в свободное от охраны время зубрят места из "Майн кампф", подчеркнутые рукой фюрера. В парке отрабатывают приемы рукопашного боя. "Территорию" они покидают только по приказу. Заработанные наличные деньги идут в общий котел - на питание, обмундирование, оружие и литературу. "У нас, - говорит Алексеи, - не партия, а вроде древнего иезуитского ордена". 23 сентября прошлого года Алексей с несколькими из своих боевиков пришел в Белый дом. "Пришли, конечно, не для того, чтобы защищать тех болтунов или маразматическую Конституцию. Пришли потому, что появилась возможность пострелять сначала в демократов, а потом в коммунистов". Одного Баркашова с его Русским национальным единством, продолжает нацист, было достаточно, чтобы произвести в стране правый переворот. "Мочить всех-всех" Алексей окончил юридический факультет МГУ. (Биографию описываю с его слов.) Служил замполитом в Советской армии. Два года проработал в правоохранительных органах в Узбекистане. Еще два - провоевал в одной из горячих точек. В Россию вернулся весной 1993 года. Нацистские идеи воспринял еще мальчишкой: живя в провинции, прочел "Майн кампф", изданный на польском языке. Прошел через увлечение оккультизмом, черной мистикой - это, говорит он, прямой путь в фашизм. В "организацию" попал в 1985 году. Как она называется и кто ее создатель, Алексей предпочел умолчать. Сказал лишь, что в 1991-м она была уже достаточно разветвленной: ее отделения действовали на Украине и в Прибалтике, штаб-квартира находилась в одном из крупных российских городов. В том же 1991-м организация стала ассоциированным членом международного конгресса националистов (название условное). Всего в конгресс входит около 10 нацистских партий из Венгрии, Хорватии, Польши, прибалтийских государств и России. Последнее место пребывания его штаб-квартиры - Будапешт. - Наша программа умещается на 4 листах, - говорит фюрер, - открой "Майн кампф" - там все уже написано, только вместо слова "немец" поставь слово "ариец", и все. Цель проста: "бей жидов, коммунистов и демократов". В одном из пунктов программы "организации" - отказ от участия в политической деятельности. - Мы мало с кем контактируем, - рассказывает Алексей, из существующих в России правых партий только Русское национальное единство более или менее нам близко. Но Баркашов сейчас занимается политикой, его военизированные отряды больше для проформы, штурмовики ему не нужны. А кто-то должен делать другую работу. Так вот кто-то - это мы. - Теракты? Ты понимаешь, что это бессмысленно? - Конечная цель нас не волнует. Есть конкретный враг, и надо с ним бороться. На прощание фюрер Алексей напутствовал: "Вспомни, - сказал он, - "Майн кампф": сначала убей того, кто рядом с тобой и кто слабее тебя"."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации