Ждите Алишера

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Алишер Усманов нацелен на создание сырьевой железорудной монополии

1107433204-0.jpg Бизнесмен Алишер Усманов мечтает объединить ключевые железорудные активы России и СНГ. Сталелитейные компании, зависящие от поставок руды с его комбинатов, будут неминуемо терять рентабельность бизнеса и станут возможным объектом поглощения со стороны поставщика.

На прошлой неделе была завершена крупнейшая сделка в истории российского бизнеса (если не считать, конечно, продажу «Юганскнефтегаза»). Более 97% акций Михайловского ГОКа, а также около 30% акций завода «Тулачермет» были приобретены почти за 2 млрд долларов двумя покупателями — физическими лицами. Это известный бизнесмен Алишер Усманов, уже владеющий двумя российскими сталелитейными заводами и крупнейшим в мире Лебединским ГОКом, и Василий Анисимов, которому когда-то принадлежал блокирующий пакет Красноярского алюминиевого завода. Эта сделка оказалась прецедентной не только по размеру платежа, но и по своим последствиям. Алишер Усманов и его партнеры дали российскому рынку понять, что они нацелены на создание сырьевой железорудной монополии. Результаты этого ощутит на себе половина российской экономики — в первую очередь сталелитейные компании, а также все прочие материалоемкие отрасли.

КМА уже под контролем

Два миллиарда долларов — еще пару лет назад такие деньги были готовы платить только за крупнейшие нефтяные компании. Не многовато ли это за один карьер и одну обогатительную фабрику?

Начальник центра анализа рыночной конъюнктуры Газпромбанка Сергей Суверов считает, что Алишер Усманов даже и не переплатил, поскольку с точки зрения стратегии эта покупка является ключевой для того, чтобы получить возможность прямо влиять на внутренние цены на железную руду.

Действительно, Алишер Усманов и несколько его партнеров (среди которых помимо Василия Анисимова числится Лев Кветной и еще по крайней мере один непубличный бизнесмен) уже сейчас получили контроль над более чем сорока процентами российской добычи железной руды. Вместе Лебединский и Михайловский ГОКи по добыче железной руды попали на четвертое место в мире. И попадание в список лидеров сейчас принципиально важно — цены на руду достигли своего максимума по крайней мере за последние пятнадцать лет. Правда, цены почти на 90% этих ресурсов определяются по контрактам, которые заключают между собой крупнейшие производители и потребители. Скажем, китайские сталелитейные компании по десяти-двадцатипятилетним договорам покупают сырье у австралийских и бразильских поставщиков. Эти цены пересматриваются не чаще одного раза в год (в основном в апреле) и не дают представления о нарастающем давлении со стороны спроса. Спотовые же цены на оставшиеся 10% за последние полтора года выросли в два-три раза. Например, если в первом квартале 2004 года стоимость железорудных окатышей на российском рынке составляла примерно 40 долларов за тонну, то в январе 2005-го ГОКи выставили прайс-лист уже на 90-100 долларов. Некоторое представление о рынке дают цены сделок купли-продажи российских ГОКов за последние год-полтора

И именно по этой причине группа Алишера Усманова становится опасным рыночным противником с точки зрения потери рентабельности для тех производителей стали, которые пока не до конца обеспечены собственным железорудным сырьем. И смертельно опасным, если мировые цены на коксующийся уголь и руду не приостановят свой галопирующий рост в ближайшее время. Некоторые металлурги уже впали в панику, громогласно упрекая рударей в жадности и непатриотичности. Как указывает аналитик инвесткомпании Brunswick UBS Федор Трегубенко, мировые контрактные цены на руду действительно в два раза ниже внутрироссийских. Но это явление временное. В апреле этого года вероятен пересмотр контрактных цен, считает г-н Трегубенко, как на руду, так и на уголь. По его прогнозам, цены на железорудное сырье на мировом рынке вырастут на 40-90%. Те сталелитейные компании, которые так и не смогут обзавестись собственной рудной базой, попадут в прямую зависимость от владельцев ГОКов, считает аналитик

Достояние России

Стальные бароны даже было попытались воспрепятствовать созданию рудной группы Усманова, организовав арест акций Михайловского ГОКа во время сделки. Но, как нам пояснил Алишер Усманов, «имевшиеся инсинуации — одно из проявлений истерики…». «Структура цены в мире переживает сейчас очередную революцию, — говорит г-н Усманов, — во всем мире профит-центры перемещаются к тем активам, которые производят либо невоспроизводимую, либо маловоспроизводимую продукцию. Так обстоит дело в нефтяной и газовой отраслях. Так будет и в металлургии».

Всего три-четыре года назад мало какой ГОК мог позволить себе купить мощный грейдер. Рентабельность этого бизнеса была близка к нулевой, а его существование было прямо связано с вертикальной интеграцией со сталелитейными компаниями, минимизирующими свои расходы. «Раньше металлурги чувствовали себя куда вольготнее и маржой с производителями руды делиться не собирались. Теперь пришло время делиться», — считает Усманов.

«Знаете, в чем заключается парадокс России? — спрашивает Алишер Усманов. — Никто не обратил внимания, что по запасам железных руд Россия находится на первом месте в мире, как, например, по газу. Но если у нас есть флагман газовой индустрии — «Газпром», — то почему такой же флагман нельзя построить в железорудном сегменте? Ведь пока что наши горнорудные компании — дети по сравнению с лидерами рынка CVRD, Rio Tinto, BHP Billiton. Но ведь есть потенциал роста!»

«У меня, — заявил Алишер Усманов, — есть идея объединить в том или ином виде некоторые железорудные компании СНГ — Соколовско-Сарбайский ГОК в Казахстане, Лебединский ГОК, Михайловский ГОК в России, некоторые украинские рудные компании — и организовать, скажем, Единую горнометаллургическую компанию, которая будет диктовать цены на железорудное сырье всему миру. И я готов посвятить этому делу свою жизнь».

Выигравшие и проигравшие

По разведанным запасам железной руды Россия действительно занимает первое место в мире — 100,9 млрд тонн, при том что в 2004 году добыча составила всего 96 млн тонн. Так что у Алишера Усманова есть все шансы воплотить свою идею в жизнь. Появление любой достаточно крупной прибыльной компании будет означать и шанс появления в России корпорации, чей основной бизнес — горная разработка и добыча руд. До этого времени таких компаний у нас не было. Между тем страны с крупными запасами руд такие компании имеют. Например, в Австралии есть многопрофильные BHP Billiton и Rio Tintio, капитализация которых составляет 78 и 42,6 млрд долларов соответственно. Они добывают уголь, железную руду, алмазы и т. д., получая прибыль на всем, что извлекается из земли. Наши же рудные компании до сих пор не в состоянии разработать ни один новый крупный рудник — нет ни значимой капитализации, ни возможности получить доступ к заемным средствам, ни рыночного опыта таких проектов. С созданием самодостаточных крупных компаний это станет возможно.

Что может помешать грандиозным планам бизнесмена Усманова? Желание стальных королей избавиться от слишком сильного поставщика, выкупив его активы. Но они, по образному выражению г-на Усманова, «могут и не проглотить такой кусок». Больше всех пострадать от возможной монополизации железорудного рынка может Магнитогорский меткомбинат. У ММК практически нет ни своей рудной базы, ни угольных месторождений. Правда, по слухам, сейчас Магнитка ведет переговоры о покупке того же Соколово-Сарбайского ГОКа в Казахстане. Однако, насколько нам известно, претендентов на этот актив будет немало. Если же этот ГОК приобрести не удастся, Магнитка уже в ближайшее время станет объектом поглощения со стороны либо обеспеченных рудой сталелитейщиков, либо группы Алишера Усманова, в месторождениях которой сосредоточено около 3/5 всех разведанных российских запасов руды.

Андрей Виньков, Дмитрий Сиваков

Оригинал материала

«Эксперт»