Жириновского расстреляли на площади революции

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Жириновский кричал:"Убейте их! Бейте их ногами! Разотрите их по площади!"

1065414582-0.gif В субботу лидеры всех оппозиционных партий отмечали десятую годовщину расстрела Белого дома. Лидеры КПРФ и блока «Родина», посетившие самодельный мемориал на Пресне с разницей в три с половиной часа, обвиняли друг друга в предательстве, а лидер ЛДПР подвергся нападению активистов Национал-большевистской партии.

С утра депутаты и сторонники Верховного Совета десятилетней давности начали собираться на улице Дружинниковской, перекрытой усиленными нарядами милиции с металлоискателями. Площадка перед памятным крестом около стадиона «Красная Пресня» была оцеплена еще одним милицейским кордоном – к кресту подпускали только тех, кто, по мнению милиции, был похож на депутата Верховного Совета или родственника погибшего. За крестом с самого утра обосновались представители Союза православных хоругвеносцев, суровые бородатые мужчины в черных рубашках, державшие в руках хоругви с ликами Спаса Нерукотворного и Александра Невского. Политики появились только к полудню. Первыми пришли Сергей Глазьев, Дмитрий Рогозин, Светлана Горячева и Сергей Бабурин. С ними был бывший депутат Верховного Совета протоиерей Алексей Злобин, который отслужил молебен в память о погибших. Депутатам раздали свечи. По ходу богослужения политики по очереди осеняли себя крестным знамением. Потом начался митинг.

«Это был ритуальный расстрел защитников конституции,– сообщил собравшимся господин Глазьев.– Люди защищали ее не потому, что она была хороша, а потому, что были убеждены, что нельзя нарушать закон». Господин Глазьев сообщил, что после роспуска Верховного Совета он в знак протеста вышел из правительства, где занимал пост министра внешнеэкономических связей. Когда корреспондент Ъ напомнил господину Глазьеву, что тот подал в отставку еще за месяц до событий у Белого дома, господин Глазьев смутился, но повторил, что это все равно был протест.

Соратник господина Глазьева по блоку «Родина» Дмитрий Рогозин рассказал о том, что ему удалось узнать об октябрьских событиях в ходе собственного расследования. «Было иностранное вмешательство,– заявил он,– была третья сила, которая стреляла в спины милиционеров, и расследование нужно продолжать». Все политики, пришедшие к кресту в полдень, обвиняли лидеров КПРФ в том, что те десять лет назад испугались беспорядков, а потом, как выразился господин Бабурин, «приватизировали историю хамским образом».

Пока лидеры «Родины» критиковали Геннадия Зюганова, лидер КПРФ вел к Белому дому своих сторонников от Калужской площади по Садовому кольцу. Колонна шла долго, за это время у креста появились еще несколько депутатов, главный редактор газеты «Завтра» Александр Проханов, сообщивший , что «чем больше молебнов, тем лучше», имея в виду, что настоящий молебен проведет священник, который придет с колонной КПРФ. Участники первого молебна, тем временем, уехали в Госдуму. Там, в обеденном зале цокольного этажа их ждали накрытые столы и манекенщицы, демонстрировавшие достижения высокой моды. Во время обеда, не очень напоминавшего поминальный, звучали речи о том, что нельзя забывать трагические события десятилетней давности, но эти речи уже не могли отвлечь депутатов от трапезы.

Колонна КПРФ достигла Дружинниковской улицы только к 15.30. Колонна состояла из двух частей,– коммунистической и монархической, причем во главе последней почему-то шли люди с большим транспарантом «Свободу Юрию Буданову!». Под звуки песни «Вы жертвою пали» к кресту подошли люди с портретами погибших. Их сопровождали лидер КПРФ Геннадий Зюганов и депутаты Госдумы Виктор Илюхин и Александр Куваев. Господа Куваев и Илюхин остались у креста митинговать, а господин Зюганов неожиданно покинул место траурных мероприятий: по перекрытому Горбатому мосту он ушел к своей машине и куда-то уехал. По дороге господин Зюганов рассказал корреспонденту Ъ о том, что господин Глазьев несправедливо обвиняет его в предательстве. «Сейчас время предателей и время героев»,– отметил господин Зюганов. К предателям он отнес лидеров блока «Родина», а к героям – всех остальных.