Житомирский централ

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Как живут в украинской тюрьме для смертников и политиков

214-150x100.jpgЖитомирское учреждение по исполнению наказаний № 8, или, проще говоря, тюрьма, выстроено в районе вокзала — чтобы арестантов этапировать было легче. Тюрьма — это СИЗО, арестный дом, сектор особого уровня безопасности для осужденных на долгий срок, хозблок и сектор для пожизненного содержания. Здесь украинские политики оказываются со времен президентства Леонида Кучмы. Самый яркий здешний арестант — Михаил Бродский, бывший глава Госпредпринимательства. Он даже сумел баллотироваться и пройти в парламент, не выходя из СИЗО. Он был освобожден в связи с избранием депутатом. О житомирской неволе он вспоминает как о самом тяжком этапе своей карьеры.
Эту тюрьму, ставшую популярной среди украинских чиновников, открыли почти сто лет назад. Обустроили 229 камер, передавали по наследству НКВД, МГБ, МВД. Дорастили пропускную способность до 1300 человек. Сюда попадают за предумышленные особо тяжкие преступления, переводят из других зон — за нарушение режима.
Система охраны здесь такая, что за все время ее существования из нее не смог никто сбежать. Она устроена так, что, даже перебравшись через забор, беглец попадает снова на территорию тюрьмы. Последняя — неудачная — попытка побега была в начале 1970-х.

В секторе для смертников сидят 170 приговоренных к высшей мере наказания. Среди них — Анатолий Онуприенко, убивший 52 человека. Он «побил» печальный рекорд Чикатило. В соседних камерах с ним — людоеды, мироеды-юристы и милиционеры, совершившие по нескольку убийств.

117-500x281.jpg

Серийный убийца Анатолий Онуприенко. На его счету - 52 жертвы.

Жизнь смертников, теперь ставших пожизненниками, в житомирской тюрьме расписана от решетки до обхода. В 6.00 — подъем, в 22.00 — обход и отбой. В 13.00 — обед, после него — часовая прогулка внутри каменного куба без крыши. Ее заменяет решетка, по которой ходят охранники. Раз в неделю — тюремная баня. Раз в полгода — свидание с родными (разговор через стекло по спецтелефону).
Когда смертную казнь отменили, пожизненников стали селить не по одному, а по двое. Так, пояснили нам в МВД, увеличили «пропускную способность» заведения. Только Онуприенко сидит один. Только его не выводят на тюремные работы. Остальные зеки делают тут пружинные блоки для мебели, мусорные баки, тротуарную плитку, бетонные секции для заборов и канализационные люки.
Серийный убийца Анатолий Онуприенко сидит здесь 15 лет. Поначалу он общался с журналистами. Теперь же объявил себя глухонемым мормоном и от разговоров отказывается — пребывание в одиночке не прошло для него зря. «Известия» нашли человека, сидевшего в камере смертников по соседству с Онуприенко. Он, Игорь Безслезный, сумел доказать, что был осужден незаконно, и вышел на свободу. Это — первый известный на Украине случай, когда приговоренного к высшей мере полностью оправдали.

Безслезный рассказал, что с ним происходило в камере смертников: «Содержание в ней страшней расстрела. Крохотная камера, двое нар — нижние и верхние. В углу — умывальник и туалет. В другом углу — столик и приваренный к нему стул. Все железное. Потолок сводчатый, низкий, будто в склепе. Есть окно с решеткой, но стена такая толстая, что солнечный свет практически не проникает. Холод и сырость страшные, на стенах — грибок. Они покрашены в мерзкий, угнетающий темно-синий цвет.

314-500x333.jpg

Так выглядит камера смертника

Зимой здесь почти так же холодно, как на улице, спать приходится в куртке. Зато в каждой камере есть кабельное телевидение. У нас спортивный канал обычно работал, но мне не до телевизора было. Смотреть телевизор можно от подъема до отбоя. Еще можно читать, писать, кроссворды разгадывать, в шахматы играть. Еду приносят три раза в день. В дверях — «кормушка», через которую передают кашу, суп, иногда картошку, все с кислой капустой.
Когда обживаешься в камере, тебе в ней разрешают сделать ремонт. С воли передают обои, клеишь их. Онуприенко ремонт не делал. Может, потому он стал сходить с ума и по ночам так страшно выл.
Мне повезло, что я сам из Житомира, охрана тюрьмы меня знала и понимала, что я невиновен, и помогала. Я добился того, что мою апелляцию рассмотрел Верховный суд, мое алиби подтвердилось, и я вышел на волю. А теперь добиваюсь компенсации за незаконный арест и бизнес восстанавливаю. Я фирму имел, которая вяжет венки для похорон».

56-500x375.jpg

Игорь Безслезный (крайний справа) сразу после освобождения. Он сумел доказать свою невиновность.

Перед тем как посадить в житомирскую тюрьму, украинских политиков отправляют в киевскую — Лукьяновскую. Она выстроена в самом центре города еще в 1859 году. Корпуса сделали буквой Ш, что затрудняет побеги. Самым комфортным у арестантов считается корпус «Катенька», названный в честь Екатерины II. Неплохой называют «Столыпинку», в ней обычно политиков держат. А самыми тяжелыми  считают «Сталинку», «Брежневку» и «Кучмовку». Так через тюрьму прошла вся история страны.
Это исправительное заведение у политиков именуется, как ресторан, — «У Лукьяна». Здесь заключенных вдвое больше, чем по проекту положено. Только ВИП-камеры сохраняют малонаселенными. Как рассказал «Известиям» начальник тюрьмы Игорь Шейкин, политики содержатся в маломестных камерах на 4 человека. «В переполненные (от 20 человек) мы их, конечно, не помещаем. Они подчиняются обычным законам СИЗО. Ходят в баню, едят и то, что с воли передают, и то, что у нас готовят. Это личное дело каждого сидельца».

65-500x350.jpg

Заключенные в Житомирской тюрьме

Администрация тюрьмы сохранила в неприкосновенности камеру, где ранее провела 42 дня оппозиционерка Юлия Тимошенко. Как говорит Шейкин, «мы найдем, куда Тимошенко поместить».
Для политиков «У Лукьяна» организованы целые сектора. Их постами называют. В отличие от Житомира, «у Лукьяна» по телевидению показывают один канал — «Первый украинский национальный». Тимошенко говорила «Известиям», что его просмотр — одна из тюремных пыток.
Зато арестованным политикам теперь предлагают 200 товаров из тюремного магазина. «Родственники кладут им деньги на счет, они делают заказ, и мы приносим товар. Цены — как на воле. Как правило, это не сигареты — большинство чиновных арестантов не курит», — говорит Шейкин.
Начальник киевского СИЗО мечтает перенять голландский опыт: «Там, если на тюрьме висит табличка «Переполнено», осужденные ждут, когда они смогут прийти и отбыть наказание. У нас так нельзя, хотя наша вместимость 2950 человек, а сидят более 4000. А у нас ведь и дети пребывают — 77 человек. Мы к ним психологов приводим, школу им организовали, компьютерный класс, учим украинской мове, литературе, английскому…»
Украинские  политологи и правозащитники уверены, что содержание в тюрьмах страны нужно приравнять к пыткам. А новая власть намерена строить не только новые районы, кварталы, жилые массивы, но и СИЗО. Чтобы не переполнены были, чтобы было где разместиться.

Оригинал материала: "Известия"

Навигация