Закулисный торг: малайзийский Boeing MH17 год спустя

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск
Investigation of the crash site of MH-17

Достоверная, детальная, официальная версия трагедии тщательно скрывается до сих пор

17 июля 2015 года исполнился первый год с того дня, когда на территории Украины упал выполнявший рейс Амстердам — Куала-Лумпур пассажирский авиалайнер Boeing 777 Malaysia Airlines, на борту которого находились 283 пассажира и 15 членов экипажа. По данным Malaysia Airlines, самолёт, рейс MH17, вылетел с 14-минутной задержкой из Амстердама (Schiphol Amsterdam Airport) в 12.14 по местному времени (13.14 по киевскому времени) и направлялся в столицу Малайзии Куала-Лумпур (Kuala Lumpur International Airport), где должен был приземлиться на следующий день 18 июля в 6.10 по местному времени (01.10 по киевскому времени). Однако в 16.15 по киевскому времени украинские авиадиспетчеры сначала потеряли с ним связь, а затем в 16.20 по киевскому времени он вообще исчез с радаров Днепропетровского районного диспетчерского центра. В 16.45 по киевскому времени был выявлен сигнал аварийного маяка авиалайнера в трёх километрах к северо-западу от села Грабово Шахтёрского района Донецкой области, которое расположено в 78 км от Донецка и примерно в 50 км от границы с Россией.


К сожалению, но и по прошествии года с этого трагического дня, приходится констатировать, что, пожалуй, единственная, в первую очередь официальная информация об этом крушении, которую можно считать бесспорной, однозначно доказанной и потому абсолютно достоверной и принятой всеми без исключения сторонами, это только то, что Boeing MH17 действительно упал, а все его пассажиры и члены экипажа действительно погибли. Об остальных обстоятельствах трагедии можно лишь предполагать, поскольку вся другая, в том числе информация от официальных инстанций, существует преимущественно на уровне предположений, недоговорок, слухов, домыслов и преднамеренных информационных вбросов, в основном с целью отвлечения внимания от реальных причин падения авиалайнера и затяжки расследования катастрофы. А достоверная, детальная, в первую очередь официальная информация о произошедшей в украинском небе трагедии тщательно скрывается от независимых специалистов, экспертов, СМИ и, соответственно, от мировой общественности под предлогом секретности.


Такая явно ненормальная ситуация даже дала повод немецкому журналу «Der Spiegel» уже 22 августа 2014 года опубликовать статью с достаточно красноречивым заглавием: «Крушение рейса MH17: странное молчание следователей» («Absturz von Flug MH17: Dasseltsame Schweigender Ermittler»), в которой приводится мнение ряда экспертов, обвиняющих Запад в сокрытии доказательств крушения. Но и к настоящему времени ситуация с опубликованием реальных причин и обстоятельств падения авиалайнера официальными источниками никак не изменилась, чему наглядное свидетельство очередной отказ от предоставления информации об обстоятельствах расследовании падения Boeing.


На этот раз, министр безопасности и юстиции Нидерландов Ардван дер Стер (Ardvander Steur) отказался отвечать на запрос по поводу расследования катастрофы голландским журналистам, мотивировавшим своё обращение законом об открытом правительстве. Как сообщил 12 августа с.г. голландский телеканал RTL Nieuws, министр обосновал отказ тем, что публикация определённых материалов может поставить под угрозу отношения Нидерландов с другими странами, принимающими участие в расследовании. Таким образом, появление полной официальной информации о реальных обстоятельствах падении Boeing в ближайшее время ожидать явно не приходится. Во всяком случае, разосланный Управлением безопасности Нидерландов (Dutch Safety Board, DSB) 2 июня с.г. группе привлечённых к расследованию экспертов из Австралии, Великобритании, Малайзии, Нидерландов, России и США проект промежуточного отчёта, который планируется опубликовать 13 октября с.г., тоже строго засекретили.


В принципе, это не ново, поскольку правительство Нидерландов ещё 19 ноября 2014 года категорически отказалось отвечать на вопросы по поводу условий заключения соглашения о расследовании обстоятельств падения Boeing одному из четырех крупнейших издательских домов мира Elsevier. Мотивируя свой отказ, правительство Нидерландов сослалось на… государственную тайну, поскольку, по мнению правительства, риск ущерба отношениям Нидерландов с другими странами превысит пользу от раскрытия информации, чем, практически, прямым текстом подтвердило политические мотивы сокрытия объективных данных о расследовании катастрофы.


Затяжка опубликования причин падения Boeing и тщательное сокрытие информации о деталях расследования крушения авиалайнера официально мотивируется условиями подписанного 7 августа 2014 года соглашения о создании возглавляемой Нидерландами Объединённой команды следователей (Joint Investigation Team, JIT: Нидерланды, Австралия, Бельгия и Украина), которая параллельно с DSB осуществляет уголовное расследование крушения Boeing. Кстати, действие этого соглашения должно было закончиться 7 августа с.г., но стороны во второй половине июля с.г. продлили его действие до 7 февраля 2016 года. О существовании условия секретности в соглашении ещё 12 августа 2014 года заявил представитель генпрокурора Украины Юрий Бойченко на брифинге в Киеве: «В ходе расследования продолжаются экспертизы и другие следственные действия — их результаты будут обнародованы по завершении расследования и при согласии всех сторон, которые заключили соответствующее соглашение».


Видимо, этим же условием объясняется то, что опубликованный DSB 9 сентября 2014 года предварительный отчет о расследовании обстоятельств крушения авиалайнера не внес ни малейшую ясность в реальные обстоятельства падения Boeing. В отчёте указано, что «Рейс MH17 — Boeing 777−200 Malaysia Airlines распался в воздухе, вероятно, в результате структурных повреждений, вызванных большим количеством объектов высокой энергии, которые проникли в самолет извне. Вполне вероятно, что эти повреждения вызвали потерю структурной целостности самолета, что привело к разрушению в полете. Это также объясняет внезапное прекращение регистрации данных с самописцев, потерю контакта с управлением воздушным движением и исчезновение самолета с радаров», отметило, что не обнаружило признаков технической неисправности самолета или ошибки в действиях экипажа, признало, что фактической причиной катастрофы было воздействие внешнего фактора, и подтвердило, что, исходя из показаний бортовых самописцев и данных диспетчерских служб, рейс MH17 из Амстердама в Куала-Лумпур 17 июля выполнялся в штатном режиме до 16:20:03 по Киеву, когда полет оборвался.


MH17 Flight Route (en).png

Схема «MH17 Flight Route (en)» участника PM3 - собственная работа. Под лицензией CC BY 3.0 с сайта Викисклада - https://commons.wikimedia.org/wiki/File:MH17_Flight_Route_(en).png#/media/File:MH17_Flight_Route_(en).png


С учётом того, что в предварительном отчете DSB даже причина «распада» Boeing указана только предположительно, то говорить о, хотя бы, намёке в этом «отчёте» на какую-либо конкретизацию источника появления «большого количества высокоэнергетических объектов», которые «вероятно» привели к разрушению самолёта в воздухе, вообще не приходится. Остаётся только предполагать, что в лайнер попали то ли поражающие элементы запущенной кем-то откуда-то какой-то ракеты, взорвавшейся в непосредственной близости от Boeing, то ли сам Boeing случайно попал в метеоритный дождь или облако недосгоревших в плотных слоях атмосферы обломков неизвестного спутника. Всё это действительно выглядит более чем странно, особенно на фоне расследования авиакатастрофы немецкого пассажирского самолета Airbus 320, упавшего 24 марта с.г. в районе горного массива Труа-Эвеше возле местечка Динь-ле-Бен во Франции, причину падения которого озвучили уже… 26 марта!


При этом попытки скрыть полученную в ходе расследования информацию доходят просто до абсурда. 22 апреля с.г. голландский патологоанатом Жорж Маат (George Maat), являвшийся одним из экспертов Национальной судебно-следственной группы (Landelijk Team Forensische Opsporing, — LTFO), занимающейся идентификацией жертв катастрофы, во время лекции перед студентами университета в городе Маастрихте (Maastricht) рассказал не только о том, как проходит процесс опознаниятел погибших и показал некоторые фотографии останков пассажиров, находящихся в городе Хилверсюм (Hilversum), где происходит идентификация жертв катастрофы, но и заявил, что Boeing был сбит ракетой. Естественно, что это высказывание Маата незамедлительно попало в СМИ, после чего министр безопасности и юстиции Нидерландов Ардван дер Стер назвал поведение Маата «чрезвычайно неуместным и неприятным», инцидент незамедлительно был рассмотрен на заседании парламента Нидерландов (!), и Маат был отстранён от работы в LTFO. По словам Стера, за разглашение информации об уголовном расследовании, которая «не соответствует истине».


Т.е., исходя из этого утверждения министра безопасности и юстиции Нидерландов, в ходе расследования уже в апреле с.г. было установлено, что Boeing был сбит не ракетой?! Но тогда как быть с заявлением пресс-секретаря прокуратуры Нидерландов Вим де Брюна (Wim de Bruin), сделанным ещё в марте 2015 года, т. е., за месяц до лекции Маата, о том, что «пока еще рано утверждать, что причиной крушения самолета стала именно ракета «Бук». Эта версия действительно рассматривается следствием, однако не исключен также вариант крушения Boeing 777 вследствие запуска ракеты класса «воздух-воздух». Никакие окончательные выводы пока не сделаны». Что же в таком случае «нового», да ещё «не соответствующего истине», спустя месяц после заявления Брюна сказал Маат? Министр Стер об этом заявлении Брюна не знал или то, что позволено публично говорить господину Брюну, остальным повторять запрещено, поскольку Брюн продолжает распространять те же самые сведения в СМИ до сих пор?!


Вообще, можно сказать, что расследование обстоятельств падения ведётся DSB и JIT, мягко говоря, крайне безобразно, чему лучшее свидетельство обращение официального представителя DSB Сары Верной (Sarah Vernoy) в редакцию телеканала RT после просмотра документального фильма «MH 17: Год молчания», премьера которого состоялась в эфире RT в годовщину трагедии: «С большим интересом мы посмотрели ваш документальный фильм «MH 17: Год молчания». В нём RT показывает части крыши кабины пилотов, найденные около Петропавловки. Мы бы хотели забрать эти элементы и передать их в Нидерланды, чтобы Совет безопасности мог использовать их для расследования и реконструкции событий».


В принципе, обращение вроде бы логичное, если бы не одно «но», — 27 ноября 2014 года та же Сара Верной заявила в беседе с корреспондентом ТАСС, что «у нас был список фрагментов самолета, которые мы хотели собрать, и мы их собрали, что касается оставшихся на месте крушения фрагментов, то они не представляют интереса для следствия. Это значит, что они не будут транспортированы в Нидерланды и останутся на Украине, и мы не знаем, что с ними дальше произойдет. Они не являются доказательствами в расследовании причин катастрофы?! Т. е., год назад эти «элементы» не были доказательствами, а после просмотра фильма не просто ими стали, но даже срочно понадобились? А если бы эти доказательства, которые DSB внезапно резко возжелало после просмотра фильма «использовать для расследования и реконструкции событий» за прошедший год тупо сдали на переплавку, исходя из слов Верной об их никчемности? И почему «части крыши кабины пилотов» (!) не только не вошли в «список фрагментов самолета, которые хотели собрать» для восстановления Boeing, но их за это время даже не пробовали найти, хотя при восстановлении авиалайнера, которая проходит на авиабазе Гилзе-Рейен (Gilze-Rijen) в Нидерландах, было видно, что их не хватает?


Что касается первоначальной версии крушения Boeing, официально озвученной президентом США Бараком Обамой в его выступлении 18 июля 2014 года, т. е., сразу на следующий день после падения Boeing, что «имеющиеся данные указывают на то, что самолет был сбит ракетой земля-воздух выпущенной с территории, которая контролируется пророссийскими сепаратистами на Украине», то и к настоящему времени эта версия так и не подтверждена ни одним реальным доказательством, в первую очередь, со стороны самих США. Хотя, по заявлению на одном из брифингов, в то время заместителя пресс-секретаря госдепартамента Мэри Харф (Marie Harf), такие выводы основаны на данных о том, что «в тот момент, когда был потерян контакт с бортом MH17, мы засекли пуск ракеты класса «земля-воздух» из района под контролем сепаратистов на юго-востоке Украины».


Тем не менее, на сегодняшний день нет ни одного достоверного доказательства того, что малайзийский Boeing был сбит ракетой именно «земля-воздух», так как время и место пуска такой ракеты никем, ничем и никак не зафиксированы. Ни идентифицированными очевидцами трагедии и многочисленными видеозаписями, сделанными непосредственно в момент катастрофы, хотя инверсионный след ракеты «Бук», идущий по наклонной от места пуска ракеты к сбитому авиалайнеру длиной километров в 15 и сохраняющийся при лёгком ветре (4 м/сек), какой был в этой местности 17 июля 2014 года, минимум 10−15 минут после пуска ракеты, визуально не заметить было бы невозможно даже на расстоянии в 15−20 километров от места пуска, а очевидцев падения Boeing, учитывая достаточно густонаселённый район крушения, предостаточно. Ни американским разведывательным спутником экспериментальной космической системы СТСС, специально предназначенным для обнаружения и отслеживания пусков ракет различной дальности, который именно 17 июля 2014 года совершенно «случайно» как раз в это время пролетал над юго-восточными районами Украины. Ни российскими спутниками системы предупреждения о ракетном нападении, позволяющими в режиме реального времени отследить маршрут любого летательного аппарата или ракеты с точной фиксацией траектории от места запуска/взлета до точки посадки, подрыва или падения на большей части северного полушария планеты, не говоря уже о приграничной Украине. Во всяком случае, ни США, ни Россия никаких документальных данных о таком пуске пока не предоставили.


К годовщине падения Boeing в Интернете было размещено ещё два совершенно новых, ранее не публиковавшихся видеоматериала, снятых сразу после падения авиалайнера, которые дают, практически, круговой обзор неба в месте падения Boeing, но ни в одном из них также не видно ни малейшего намёка на инверсионный след от ракеты «Бук», нет никаких упоминаний об инверсионном следе от земли к месту в небе, откуда упал самолёт, и на звуковых дорожках видеоматериалов. Один из видеоматериалов разместил в YouTube пользователь под ником Billy Six и, судя по звуковой дорожке, это частное видео было снято случайными очевидцами буквально в момент падения Boeing. Второй видеоматериал, снятый ополченцами сразу после падения авиалайнера, появился на сайте австралийского издания «The Courier-Mail».


Пока единственным имеющимся доказательством пуска ракеты «Бук» является опубликованная 19 июля 2014 года Службой безопасности Украины фотография инверсионного следа именно в районе падения Boeing. Но с этим доказательством как-то очень быстро «не сложилось», поскольку «фотография СБУ», опубликованная ранее одним из пользователей в Twitter прямо в день падения Boeing, привлекла внимание неких «экспертов», которые не только незамедлительно нашли и других свидетелей пуска ракеты «Бук», но также согласно их показаниям быстро вычислили точное место запуска ракеты, — «в поле около хутора «Берегись» и даже обозначили это место на карте. Первым на указанном «экспертами» месте оказался частый гость на Украине, журналист британского издания «The Telegraph» Роланд Олифант (Roland Oliphant), но… никаких реальных следов пуска ракеты «Бук» в этом месте не обнаружил, о чём уже 22 июля 2014 года в «The Telegraph» появилась соответствующая публикация. Более того, опрошенный Олифантом местный тракторист сказал, что никогда не слышал и не видел ничего подобного пуску ракет.


А 23 июля 2014 года на поиски следов пуска ракеты «Бук» в то же самое, указанное «экспертами» место выехала со съёмочной группой корреспондент ВВС Ольга Ившина и также провела весьма детальное расследование, результаты которого исключительно «объективная, независимая и правдивая» ВВС удалила со своего сайта сразу же после его размещения! Как пояснил 24 июля 2014 года управляющий редактор русской службы ВВС Ян Ледер (Yan Leder), репортаж Ившиной был удалён «из-за его несовершенной структуры и из-за неполного соответствия редакционным ценностям ВВС» и пообещал сообщить, «как только репортаж будет вновь опубликован» после «доработки материала».


Переполох в редакции ВВС вызвало отнюдь не то, что группа Ившиной, так же, как и Олифант, не обнаружила место пуска ракеты «Бук», хотя, если бы в районе поиска действительно состоялся пуск ракеты, то и Олифант, и Ившина со своей съемочной группой его бы обязательно нашли, тем более, что ни первому, ни второй в этом никто не препятствовал. Тот, кто хоть раз видел пуск ракеты «Бук» даже на видео, хорошо понимает, что следы этого пуска на земле невозможно скрыть/замаскировать так, чтобы место пуска сразу же после запуска ракеты найти было абсолютно нельзя, не говоря уже о такой «мелочи», как анализ земли с места предполагаемого пуска ракеты «Бук». Кроме того, после пуска нельзя совершенно дочиста отмыть пусковую установку «Бук» от гари и копоти твёрдотопливного двигателя выпущенной ракеты, а неизбежно грязную/закопченную после пуска ракеты установку «Бук» тоже никто не видел.


Дело не в том, что это расследование ВВС, так же, как и расследование «The Telegraph», подвергло серьёзному сомнению сам факт пуска ракеты «Бук» в принципе, поскольку ни самого пуска ракеты «Бук», ни даже инверсионного следа от неё, никто из местных жителей, наблюдавших падение Boeing не видел. И даже не в том, что расследование ВВС буквально «по горячим следам» подтвердило слова начальника Главного штаба Военно-воздушных сил России генерал-лейтенанта И.Ю.Макушева на брифинге 21 июля 2014 года о самолёте, который «барражировал в районе разрушения «Боинга-777» и осуществлял контроль за развитием ситуации», поскольку в репортаже Ившиной сначала две местные жительницы искренне и непосредственно рассказали корреспонденту BBC, что в одно время с катастрофой авиалайнера видели в небе военный самолёт, а затем, чуть позже, о военном самолёте рядом с Boeing в этом репортаже рассказал Ившиной и командир ополчения города Снежное Сергей Годованец.


Дело в том, что в самом начале первого варианта своего репортажа именно Ившина впервые озвучила версию, что Boeing мог сбить самолёт: «Жители близлежащих сёл УВЕРЯЮТ, что видели в небе боевые самолёты незадолго до катастрофы. ИМЕННО ИСТРЕБИТЕЛИ, ПО ИХ МНЕНИЮ, МОГЛИ СБИТЬ «БОИНГ». Во втором, полностью соответствующем «редакционным ценностям ВВС» варианте репортажа Ившиной второе предложение, после «доработки материала», из репортажа… исчезло! Причём эта фраза на звуковой дорожке нового варианта репортажа Ившиной была полностью переписана, на что указывают разные слова в новом предложении: «Жители близлежащих сёл РАССКАЗЫВАЮТ, что видели в небе боевые самолёты незадолго до катастрофы». Так что управляющий редактор русской службы ВВС Ян Ледер, мягко говоря, явно лукавил, когда написал в своём комментарии к «доработанному материалу», что «в репортаже остались элементы, от которых, по мнению наших критиков, мы хотели бы избавиться». Как видно из «доработанного» материала, от некоторых «элементов» как раз избавились. Хотя Ледера вполне можно понять, это сейчас версия о том, что Boeing мог быть сбит самолётом, рассматривается JIT в качестве одной из рабочих, но заявить об этом уже 23 июля прошлого года — это, безусловно, для ВВС был скандал.


Вторым, и только 30 июля 2014 года, т. е., ровно через неделю после репортажа Ившиной, высказал версию о том, что Boeing мог быть сбит ракетой «воздух-воздух» профессиональный лётчик, эксперт и журналист из Германии Петер Хайсенко (Peter Haisenko) на портале AnderweltOnline.com. 3 августа 2014 на портале независимых журналистских расследований Consortiumnews.com со ссылкой на американских экспертов высказал ту же версию известный американский журналист Роберт Перри (Robert Parry). И, наконец, 23 августа 2014 года Российский союз инженеров (РСИ) опубликовал материалы весьма обстоятельной инженерно-технической экспертизы, результатом которой стал вывод о том, что «характер пробоин на фрагментах обшивки плоскостей и фюзеляжа, представленных в информационных сетях, позволяет утверждать, что применялось ракетно-пушечное вооружение самолета».


В принципе, при однозначно доказанном присутствии военного самолёта в воздухе во время падения Boeing такая версия имеет полное право на жизнь, однако страдает тем же недостатком, что и версия с пуском ракеты «Бук», — на сегодняшний день нет никаких прямых доказательств пуска ракеты «воздух-воздух» этим самолётом, — свидетели падения Boeing сам самолёт видели, хлопки в небе слышали, но пуска ракеты самолётом, — нет. Представители Генштаба РФ на упоминавшемся брифинге 21 июля 2014 года заявили, этот самолёт всего лишь «барражировал в районе разрушения «Боинга — 777» и осуществлял контроль за развитием ситуации», но о пуске ракеты «воздух-воздух» или, хотя бы, признаках такого пуска этим самолётом представители Генштаба РФ на брифинге не сказали ничего. К тому же есть и проблемы с классификацией типа самолёта, находившегося рядом с Boeing, что вполне обоснованно отметил в своей экспертизе РСИ, указав, что Су-25 имеет сходную с МиГ-29 по площади отражающую поверхность и поэтому на радарах Су-25 отображается идентично МиГ-29.


США, по-прежнему не представляя никаких доказательств, упорно продолжают заявлять о полной приверженности своей прежней версии. В частности, Мари Харф, на этот раз уже в качестве старшего советника госсекретаря США по вопросам стратегических коммуникаций, 2 июня с.г. на брифинге в Вашингтоне снова совершенно официально заявила: «Наша оценка была чёткой с самого начала, — MH17 был сбит ракетой земля-воздух, выпущенной с территории подконтрольной сепаратистам в Восточной Украине». В подтверждение этой версии журналисты голландского телеканала RTL Nieuws даже нашли и побеседовали с автором опубликованной СБУ фотографии инверсионного следа, которую исследовал Олифант и съёмочная группа ВВС, но при этом никак не ответили на вполне логично вытекающий из их же репортажа вопрос, — если, по утверждению этого свидетеля, «много людей вышли на балконы, чтобы посмотреть, что взорвалось», то почему больше нет ни одного фото инверсионного следа, а Олифант и Ившина даже найдя точно указанное «экспертами» место пуска ракеты «Бук», не нашли там никаких следов пуска?! Развили бурную деятельность в этом плане также некие «расследователи», именуемые себя Bellingcat, но их «доказательства» слишком абсурдны, чтобы их можно было всерьёз обсуждать.


Тем более, что Ившина во втором, уже «доработанном», варианте своего репортажа говорит об этом моменте очень конкретно: «Проверили мы и координаты, вычисленные блоггерами на основе снимков СБУ, но никаких следов присутствия там мобильной ракетной установки сейчас нам найти не удалось. Ничего не смогли добавить и встреченные нами местные жители.» В первом варианте репортажа, до «доработки», Ившина говорит по поводу «Бука» ещё конкретнее: «Не видели «Бук» и встреченные нами местные жители». Кстати, Ившина первой попыталась объяснить в своём репортаже, причём в обоих вариантах одинаково, происхождение самой «фотографии СБУ»: «Дым, который видно на фотографии исходил откуда-то оттуда из-за моей спины. СБУ считает, что это след от запуска ракеты «Бук». Но нужно отметить, что здесь, примерно в этом же месте находится мемориальный комплекс Саур-могила, около которого постоянно идут бои, и угольная шахта. Получается дым мог с такой же степенью вероятности исходить из любого из этих мест».


Не исключено, что именно под впечатлением репортажей Олифанта и, особенно, Ившиной, весьма скептически отозвался 27 октября 2014 года о результатах «расследований» пуска ракеты «Бук» в интервью SPIEGELONLINE прокурор Нидерландов Фред Вестербеке (Fred Westerbeke), возглавляющий JIT: «Если посмотреть материалы в СМИ, то кажется довольно очевидным, что случилось с самолетом и кто в этом виноват. Но если мы действительно хотим привлечь к ответственности виновных, нам нужны более надежные доказательства, чем телефонный звонок, найденный в Интернете, или фотографии с места катастрофы. Именно поэтому мы рассматриваем несколько сценариев».


В этом плане вполне логично напрашивается сравнение с «челябинским метеоритом», полёт которого 15 февраля 2013 года от момента его входа в атмосферу до момента взрыва продолжался всего 32,5 секунды, тем не менее в YouTube моментально появились сотни (!) видеозаписей очевидцев, в том числе кадры из видеорегистраторов автомобилей, на которых зафиксирован полёт метеорита. А в случае с Boeing, — ни одного реального видео либо хотя бы фотографии за 10−15 минут висящего над землёй 15-километрового инверсионного следа от земли по направлению к тому месту в небе, откуда упал Boeing на глазах у тысяч очевидцев падения?! Вопрос о видео-, фоторегистрации с земли каких-либо действий военного самолёта в отношении Boeing отпадает по причине облачности, за которой до момента падения Boeing самолёты вообще видно не было.


Зато российская сторона никаких проблем с доказательствами не испытывает, причём довольно успешно упражняется в доказательстве и отрицании обеих версий одновременно. Известный российский тележурналист Аркадий Мамонтов показал 11 октября 2014 года в эфире канала «Россия-1» свой документальный фильм «Рейс MH-17. Прерванный полет», в котором обосновал уничтожение Boeing украинским штурмовиком СУ-25, указав, что «17 июля с военного аэродрома в Кульбакино под Николаевом, Украина, в воздух поднялись четыре штурмовика из 299-й воздушной эскадрильи ВВС Украины. Это модернизированные самолёты, которые легко достигают высоты 10 000 метров и могут находиться там в течение получаса, выполняя при этом боевые задачи. В 299 бригаде есть 5 таких штурмовиков, — бортовые номера 06, 07, 08, а также 38 и 40». Именно эти четыре штурмовика «перелетели в Днепропетровск на «аэродром подскока», откуда и взлетали к Боингу», а совершенно бесспорный специалист по части знания возможностей СУ-25, — экс-главком ВВС РФ (январь 2002 — май 2007) генерал армии Владимир Михайлов рассказал в фильме, что самолёт СУ-25 «может достаточно быстро подняться на высоту 9200−9600 и находиться там достаточно длительное время» и добавил: «я лично летал на этой высоте».


Правда, другой, и тоже совершенно бесспорный специалист по части знания возможностей СУ-25, — лётчик-испытатель, Герой России Магомед Толбоев сразу же после показа фильма заявил: «я категорически отрицаю версию, что «Боинг» был сбит СУ-25. Я его испытывал шесть лет. СУ-25 выполнить такую задачу не в состоянии по своим техническим характеристикам! Предельная высота его действия — шесть тысяч метров. Он штурмовик — работает на высоте от шести тысяч до двухсот метров. Никакой самолет «Боинг» не сбивал, его сбила ракета «земля-воздух» — я говорю это с первого же дня. Мой окончательный вывод и других профессионалов — «Боинг» был сбит ракетой с земли». Тем не менее, в конце ноября 2014 года был показан ещё один документальный фильм, на этот раз российского журналиста Андрея Караулова, «Как погиб «Боинг»?». В этом фильме не просто подтверждалась версия Мамонтова, но и уточнялось, что Boeing сбил украинский штурмовик СУ-25 с бортовым номером 08, который пилотировал подполковник 299-й авиаэскадрильи украинских ВВС по имени Дмитро Якацуц. Кроме того, в фильме ещё один, не менее бесспорный специалист по части знания возможностей СУ-25, чем Толбоев и Михайлов, — экс-главком ВВС РФ (сентябрь 1992 — январь 1998) генерал армии Петр Дейнекин вполне спокойно и грамотно объяснил, что для СУ-25 «высоты зависят от физического состояния лётчика и от мощности двигателя» и он может работать на большей высоте «при условии установления для пилота дополнительного кислородного оборудования и герметизации кабины».


С Михайловым и Дейнекиным полностью согласился ещё один бесспорный специалист по части знания возможностей СУ-25, — экс-вице-президент РФ генерал-майор авиации Александр Руцкой, имеющий богатый боевой опыт за время войны в Афганистане (485 боевых вылетов на штурмовике Су-25), который в эфире радиостанции «Коммерсантъ-FM» заявил: «Су на такую высоту поднимется, я вам докладываю. На Су-25, чтобы наносить удары более, чем позволяет радиус самолета, мы взлетали, набирали высоту 7−10 тыс. м, выключали правый или левый двигатель, шли к цели на одном двигателе, подходили к цели, запускали второй, наносили удар, опять набирали высоту и возвращались на одном двигателе. Технически это возможно. Кислородную маску к лицу поплотнее — и вперед».


А менее чем через месяц, 22 декабря 2014 года в редакции «Комсомольской правды» появился человек, который поведал ещё одну версию уничтожения Boeing украинским самолётом. Уже на следующий день он был допрошен следователями Следственного комитета РФ, а 24 декабря официальный представитель СК РФ Владимир Маркин рассказал: «Из показаний теперь уже свидетеля, которому в целях обеспечения его безопасности присвоен псевдоним, гражданский самолет Boeing-777 рейса МН17 мог быть сбит 17 июля текущего года боевым самолетом Су-25 ВВС Украины, пилотируемым капитаном ВВС Украины летчиком Волошиным. При этом боевой вылет был осуществлен с аэродрома, дислоцированного в районе города Днепропетровск. Он лично видел, как перед вылетом самолет Волошина был снаряжен ракетами «воздух-воздух» типа Р-60, которыми в обычных условиях при осуществлении боевых вылетов самолеты Су-25 не снаряжались. Свидетель сразу обратил внимание, что по возвращении самолета на аэродром ракеты в снаряжении самолета уже отсутствовали, и тогда же он отчетливо услышал слова летчика Волошина, сказанные одному из сослуживцев: «Он — самолет — оказался не в то время и не в том месте».


3 июня с.г. СК РФ не только назвал версию поражения Boeing ракетой «воздух-воздух» выпущенной украинским штурмовиком СУ-25 приоритетной, но и назвал имя свидетеля, — гражданина Украины Агапова Евгения Владимировича, проходившего военную службу в должности механика авиационного вооружения первой эскадрильи бригады тактической авиации ВВС Украины. Сам Владислав Волошин дал по этому поводу обширное интервью, в котором в частности, заявил: «Этот человек действительно служил в нашей части. Как я знаю, служил в одной эскадрилье механиком по вооружению. Характеристики и отзывы об этом человеке не самые лестные. И он дал против меня заведомо ложную информацию».


При этом, пожалуй, самый бесспорный специалист по части знания возможностей СУ-25, — президент научно-производственного концерна ООО «Штурмовики Сухого», генеральный конструктор самолета Су-25 Владимир Бабак, также, как и Толбоев, опроверг версию о том, что Boeing МН-17, мог быть сбит СУ-25. 28 июля 2014 года в эксклюзивном интервью АРМС-ТАСС Бабак отметил, что «технические характеристики самолета Су-25 позволяют ему подниматься до высоты 11−12 км.», но, «в связи со значительной разницей в скоростях самолетов поразить ракетой Р-60 малайзийский самолет из задней полусферы весьма затруднительно. В принципе, конечно, можно «выскочить» на эшелон полета «Боинга» и сразу же произвести атаку. Но это очень и очень сложно, я не верю в реальность этого сценария и в то, что украинский Су-25 мог пустить ракету Р-60». А 10 марта с.г. в интервью немецким вещательным корпорациям NDR и WDR и газете Süddeutsche Zeitung, Владимир Бабак ещё более категорически высказался по этому поводу: «Думаю, о применении Су-25 заявили для того, чтобы замести следы. Объяснить это иначе я не могу. Мы не понимаем, как Су-25 мог сбить «Боинг».


Естественно, что не остались в стороне непосредственные разработчики зенитных систем «Бук» из ОАО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей», причём довольно странным способом, — сначала 5 мая с.г. на сайте российской «Новой газеты» оказался строго конфиденциальный документ под названием «Результат экспертной оценки по факту расследования авиакатастрофы Boeing-777 (рейс МН17) 17.07.2014 г. на Юго-востоке Украины». По объяснению редакции, «эта работа российских инженеров ВПК (в том числе и того НПО, которое проектирует и выпускает ракеты типа «Бук») должна быть направлена в адрес голландских специалистов, ведущих расследование чудовищной трагедии».


Через месяц, 2 июня генеральный директор «Алмаз-Антея» Ян Новиков и советник генерального конструктора концерна Михаил Малышевский на пресс-конференции в Москве анонсировали, а 8 июня распространили официальную оценку специалистов концерна, в которой указано, что «наиболее вероятной причиной разрушения самолета Boeing-777 малазийских авиалиний (МН17) в воздухе является воздействие зенитной управляемой ракеты 9М38М1 из состава зенитного ракетного комплекса «Бук-М1», а «моделирование процесса наведения ракеты 9М38М1 на «Боинг» МН17 в точку, где он был поражен, показало, что пересечение траекторий ракеты и самолета с условиями, определенными в п. 2.3−2.5., реализуется только из ограниченного района — южнее н.п. Зарощенское». Правда, Новиков с Малышевским, так же, как и представители ГШ МО РФ, «скромно» промолчали, что какие-либо доказательства наличия инверсионного следа от пуска ракеты «Бук» из этого «ограниченного района — южнее н.п. Зарощенское» отсутствуют точно так же, как доказательства наличия инверсионного следа от пуска ракеты «Бук» с поля «около хутора «Берегись».


Молчат по поводу причин катастрофы Boeing пока только разработчики авиационной ракеты Р-60 класса «воздух-воздух» из НПО «Молния». Но и после ознакомления со всеми уже существующими российскими версиями и мнениями действительно бесспорных специалистов, создаётся впечатление, что их авторы упорно старались доказать правоту русских пословиц «кто в лес, кто по дрова» или «бей свой своих, чтоб чужие боялись». Ведь версия СК РФ опровергает выводы фильма Караулова, поскольку, например, согласно показаниям Агапова Су-25 управлял капитан Волошин, а не подполковник Дмитро Якацуц. А генеральный конструктор самолета Су-25 Владимир Бабак, как оказалось, по-видимому, не знает не только того, как можно модернизировать Су-25, о чём поведал Дейнекин, но и того, что самолёт СУ-25 «может достаточно быстро подняться на высоту 9200−9600 и находиться там достаточно длительное время», хотя экс-главком ВВС России генерал армии Владимир Михайлов давно «лично летал на этой высоте», ни, тем более, как летали на Су-25 в Афганистане, о чём рассказал Руцкой. СК РФ, в свою очередь, полностью доверился показаниям единственного свидетеля, не удосужившись, как следует из опровергающих версию применения Су-25 заявлений Бабака, за 8 месяцев следствия запросить официальную экспертную оценку возможностей Су-25 у научно-производственного концерна ООО «Штурмовики Сухого». И это далеко не все противоречия!


Естественно, что такой разнобой мнений и обоснований не внушает доверия ко всем этим версиям в целом. Тем более, что есть весьма негативные аналогии из недавнего прошлого, — американцы тоже «доверились» одному единственному свидетелю-перебежчику из Ирака, который очень «достоверно» дал показания о «о заводах на колесах и на рельсах по производству биологического оружия» в рамках иракской секретной программы по созданию биологического оружия, заявив при этом, что «сам руководил одним из таких предприятий». Эти показания США даже использовали в качестве предлога для вторжения в Ирак в 2003 году, тем не менее, в конечном итоге колоссально оскандалились, поскольку всё равно стало известно, что так называемый «свидетель» просто придумал всю эту историю о создании биологического оружия в Ираке.


Ещё больше удивления вызывает титанический труд, вне всякого сомнения, технически квалифицированных специалистов «Алмаз-Антея» в поддержку версии применения «Бука». Правда, Новиков отметил, что «задача пресс-конференции состоит в доказательстве непричастности концерна к трагедии в небе над Украиной, соответственно, неправомочности и несправедливости применения к нему экономических санкций», но, ведь применили санкции к «Алмаз-Антею» абсолютно не из-за участия специалистов концерна в стрельбе по самолёту. К тому же Новиков и Малышевский начали брифинг во здравие версии о «Буке», весьма убедительно расписав до мелочей его возможное применение, а закончили за её упокой, одной фразой напрочь перечеркнув все свои информационные старания и обстоятельные математико-баллистические труды своих специалистов. Отвечая на вопрос журналиста «КоммерсантЪ» о том, мог ли малайзийский Boeing быть сбит штурмовиком Су-25, Новиков заявил: «мы не будем исключать и другие версии, но если самолет был сбит из зенитного комплекса, то это только «Бук-М1» и только ракета 9М38(М1)»?! После такого заявления комментарии излишни.


Единственно возможной причиной появления такого фундаментального труда можно предположить разве что попытку создания специалистами «Алмаз-Антея» некоего образца или формулы того, как должен выглядеть расчёт специалистов DSB в обещанном 13 октября с.г. промежуточном отчёте, если вдруг эти специалисты решат представить свою версию траектории и места запуска ракеты «Бук». Причём решение о проведении такого исследования специалистами «Алмаз-Антея», надо полагать, принималось на самом высоком уровне, поскольку специально для публичного обнародования выводов специалистов «Алмаз-Антея» был снят гриф секретности с данных о тактико-технических характеристик таких ракет. Впервые были разглашены секретные данные о форме боевой части и распространении облака поражающих элементов после взрыва ракеты «Бук», конкретизированы данные о том, что происходит после подрыва боевой части ракеты и как распространяется облако поражающих элементов, дана подробная схема распространения поражающих элементов ракеты, так называемый «скальпель», описан тип поражающих элементов ракеты, их количество и некоторые другие параметры, без которых ни один эксперт в мире, включая экспертов DSB, никогда не смог бы правдоподобно сочинить версию о применении ракеты «Бук».


Тем не менее, следует отметить, что все расчёты применения ракеты «Бук», включая обстоятельнейшие расчёты специалистов «Алмаз-Антея», в действительности имеют и будут иметь практически нулевую доказательность для определения места её пуска. В качестве примера для понимания причины такого категорического утверждения, необходимо рассмотреть один из видеоматериалов расследования убийств снайперами в Киеве 22 февраля 2014 года. На пятой минуте видеоматериала (4.55) хорошо видно, как вставленная в отверстие от пули на дереве лазерная указка чётко указывает на окно здания из которого стрелял снайпер, полностью исключая какие-либо сомнения о местонахождении снайпера во время стрельбы. И что весьма важно, — в данном случае совершенно исключён субъективный фактор, поскольку, как бы эксперт ни крутил указку, но на соседнее здание она всё равно не покажет.


В случае с «Боингом» такого не может быть, ни практически, ни теоретически, поскольку Boeing, в отличие от дерева, в момент поражения перемещался со скоростью 915 км/час (более 250 м/сек). Следовательно, края отверстий в его обшивке неизбежно будут не ровные, как в дереве, а со смещением. К тому же, учитывая, что поражающие элементы ракеты не могли попасть в самолёт все одновременно, а самолёт перемещался с большой скоростью, следовательно, каждое входящее отверстие от поражающего элемента будет иметь свой, пусть не намного, но всё равно отличающийся от других угол смещения, поскольку при каждом попадании каждого поражающего элемента Boeing находился в разных местах. Кроме того, для точного определения угла имеет также значение — снижался в это время самолёт, набирал высоту или летел параллельно земле.


Поэтому, образно говоря, каждая вставленная в такие отверстия лазерная указка будет не только показывать направление, пусть с небольшим, но отклонением, но и ещё иметь определённый люфт, поскольку поражающие элементы сближались с авиалайнером не перпендикулярно, а одновременно в горизонтальной и вертикальной плоскостях. При таких условиях объективно высчитать абсолютно точное направление, откуда именно прилетели поражающие элементы ракеты нереально, поскольку определение угла попадания поражающих элементов при таких условиях всё равно будет зависеть в каждом отдельном случае и от субъективной оценки эксперта всех этих нюансов, а к каким расчётам может привести субъективный фактор в таких случаях, рассказывать не надо. К тому же и в исследовании специалистов «Алмаз-Антея» направление прилёта к Boeing поражающих элементов ракеты тоже указано достаточно приблизительно: «в горизонтальной плоскости 72−78 градусов и в вертикальной плоскости — 20−22 градуса»


То же самое можно сказать и об определении расстояния места подрыва боевой части ракеты от Boeing. В исследовании специалистов «Алмаз-Антея» указано, что «удаление точки подрыва от внешней обшивки самолета — около 3−5 метров», но это расстояние подрыва дистанционного взрывателя ракеты воздух-воздух Р-60 (5 метров), а стандартные параметры подрыва ракеты «Бука» несколько другие. Как указали в своей экспертизе, например, специалисты РСИ: «ракета земля-воздух, с весом боеголовки от 40 до 70 килограммов, взрывается не внутри объекта поражения, а вблизи него на расстоянии от 50 до 100 метров»?! Разница весьма существенная. Кроме того, существуют ещё и вопросы с определением точного месторасположения Boeing относительно земли в момент подрыва боевой части ракеты.


Другими словами, все расчёты, как указали специалисты «Алмаз-Антея», по методике «обратного моделирования», начиная с самого первого параметра, — определения направления движения поражающих элементов от места подрыва боевой части ракеты к самолёту носят более субъективный характер, чем объективный и не могут быть абсолютно точными, а уж тем более, с помощью этих расчётов нереально установить точное место пуска ракеты с земли. Например, по словам Малышевского на брифинге, пуск ракеты «Бука» произошёл «из района площадью 2,5 на 3,5 километра южнее Зарощенского», т. е., почти 9 кв. км! Естественно, что в случае внесения в «формулу «Алмаз-Антея» других параметров, начиная с направления движения поражающих элементов от места подрыва боевой части ракеты к самолёту, то и место пуска «Бука» может быть не просто совершенно другим, а практически любым, в зависимости от «необходимости». Поэтому все подобные экспертизы, выводы и их обсуждения, это не более, чем попытки отвлечь внимания от главного вопроса, на который уже давно должна была ответить DSB, но не факт, что ответ на этот вопрос будет в её промежуточном отчёте 13 октября с.г.


В статье 5 «Предварительного отчёта» DSB под названием «Дальнейшее расследование» есть пункт об экспертизе обломков и «возможных посторонних предметов, если они будут обнаружены», из чего следует предположить, что на момент опубликования 9 сентября 2014 года предварительного отчета, таких «посторонних предметов» экспертами DSB обнаружено ещё не было. Однако, уже 12 сентября 2014 года Фред Вестербеке заявил голландскому изданию «de Volkskrant», что в рамках судебно-медицинской экспертизы анализируются 25 металлических объектов, которые были найдены в телах и в багаже погибших?! Возникает закономерный вопрос, эти «25 металлических объектов» эксперты DSB и JIT нашли прямо 10−11 сентября и потому они не попали в отчёт DSB или всё-таки ранее? А если ранее, то почему о них ничего не сказано в отчёте DSB?


Но в любом случае, было бы логично предположить, что, в целях скорейшего установления истинных причин падения Boeing, будет незамедлительно проведена тщательная (обязательно не в одной лаборатории и не одной страны!) металловедческая экспертиза этих «25 металлических объектов», и тогда вопрос о том, какая именно ракета сбила Boeing будет снят с повестки дня окончательно. Однако, судя по предложению заместителя руководителя Федерального агентства воздушного транспорта — уполномоченного представителя РФ для участия в расследовании обстоятельств и причин катастрофы самолета Boeing Олега Сторчевого уже после получения промежуточного отчёта DSB в июле с.г., о готовности «провести все необходимые исследования в присутствии специалистов из любых стран», поскольку у российской стороны «есть высококачественное оборудование, в том числе для проведения металловедческой экспертизы, которая может определить марку стали, из которой изготовлен поражающий элемент», понятно, даже несмотря на всю секретность проекта промежуточного отчёта DSB, что материалов металловедческой экспертизы в этом проекте нет! А ведь это единственная экспертиза, результаты которой могут объективно и абсолютно достоверно определить тип сбившей Boeing ракеты и окончательно прекратить спекуляции на эту тему! Тем не менее, Вестербеке 17 июля 2015 года в интервью ВВС уже ни словом не вспоминает ни о металловедческой экспертизе, ни вообще о существовании этих «25 металлических объектов».


Увы, но в очередной раз приходится констатировать, что поскольку расследование произошедшей в украинском небе трагедии c Boeing МН17 стало предметом закулисных политических торгов, чему самое весомое доказательство, это явное нежелание ответственных за расследование лиц максимально быстро и объективно выполнять необходимые и совершенно очевидные следственные действия, то объективные результаты расследования крушения Boeing и, тем более, сроки их обнародования будут зависеть исключительно от результатов этих закулисных политических торгов.

Фёдор Яковлев

Ссылки

Источник публикации