За сколько можно попасть на прием к высокому начальству

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


К Сечину — $300 тыс., к Бортникову, Нургалиеву, Чайке, Бастрыкину – $250 тыс., к Шувалову — $150 тыс., к Голиковой — от $30 тыс.

Оригинал этого материала
© The New Times, origindate::14.02.2011, Фото: "Коммерсант", "Российская газета"

Доступ к уху

За сколько можно попасть на прием к высокому начальству

Барабанов Илья

Compromat.Ru

Игорь Сечин (слева) и Игорь Шувалов

Дорогие часы на руке госчиновников давно перестали удивлять. Но откуда Breguet’ы и шикарные автомобили у помощников и референтов первых лиц — для многих оставалось загадкой. The New Times разобрался в бизнесе тех, кто отвечает за возможность войти в кабинеты руководства страны.

Популярная кремлевская байка, в основу которой легли реальные события: в конце 2010 года одного из помощников Дмитрия Медведева поймали за руку при получении взятки. За $25 тыс. чиновник взялся передвинуть встречу президента с одним крупным бизнесменом на пару часов. «После того как поймали, долго думали: как быть с этим новым знанием. Потом просто сказали: «Хоботов, это мелко»*. Теперь мы знаем, сколько стоит президент», — рассказывает чиновник со Старой площади.

По возрастающей

$25 тыс. по нынешним временам — действительно деньги не ахти какие. Старожилы чиновных кабинетов вспоминают, что в первой половине «нулевых» такую сумму брали умельцы за организацию встречи с папой римским Иоанном Павлом II. «Сегодня это «цена» крепкого губернатора, — говорит чиновник из аппарата правительства. — А вообще доступ к главам регионов начинается от $10 тыс.».

Несколько десятков тысяч долларов придется выложить просителю, если он собрался посетить кого-то из членов правительства. «Говорили, что цена прохода в кабинет Татьяны Голиковой стоит от $30 тыс., — делится сотрудник Минздравсоцразвития. — Но мне кажется, это маловато». Собеседники The New Times в правительстве называют другие суммы: например, $150 тыс. — обеспечение доступа к вице-премьеру Игорю Шувалову. Самым «дорогим» доступом считается возможность приблизиться к курирующему нефтянку вице-премьеру Игорю Сечину: $300 тыс. только за то, чтобы сотрудники аппарата рассмотрели ваш проект. Если он интересен, то окажется на столе у всесильного чиновника, затем, возможно, последует встреча. Для сравнения: в лихие, как сейчас принято говорить, 90-е доступ к телу премьера Черномырдина стоил $100 тыс., а возможность ознакомиться с его недельным графиком — $20 тыс.

Одинаковую сумму — $250 тыс. — придется выложить, если кровь из носу приспичило пообщаться с кем-то из силовиков: столько берут и «за» директора ФСБ Александра Бортникова, и «за» министра внутренних дел Рашида Нургалиева. В том же ценовом сегменте — глава СК Александр Бастрыкин и генпрокурор Юрий Чайка.

Compromat.Ru

Юрий Чайка

«Важно понимать, что если у чиновника нет к вам никакого интереса, то вы можете ломиться в его офис хоть с миллионом долларов, — говорит один из московских «джиарщиков»**. — Если чиновник курирует какую-то федеральную программу, а вы, бизнесмен, хотите поучаствовать в ее реализации, то его аппарат вполне может организовать вам эту встречу. И убьет двух зайцев сразу: и сам заработает, и о государственных нуждах порадеет. Деньги же разойдутся между помощниками, референтами, службой протокола. Иногда бизнесмены по ошибке думают, что платят напрямую первому лицу, но это не так. До интересующего вас министра эти деньги даже не дойдут».

Доступ к высокопоставленному телу можно купить и просто так, без определенной цели. Так, говорят, в начале 2000-х годов известный питерский криминальный авторитет Константин Яковлев (больше известный как Костя Могила) за $250 тыс. оказывал следующую услугу: клиент получал возможность оказаться в одной толпе на каком-нибудь публичном мероприятии или на одной трибуне стадиона с тогда едва избранным президентом Владимиром Путиным. Зачем? Попробовать примелькаться, засветиться, попытаться завести разговор или просто полезные знакомства. Костю Могилу застрелили в Москве в 2003 году, но бизнес после этого не увял. «Джиарщики» говорят, что именно таким образом на инаугурацию Дмитрия Медведева попал лидер преступной группировки из печально известной станицы Кущевской Сергей Цапок.

От прохода до решения

Опрошенные The New Times эксперты предупреждают: если вы возьметесь лоббировать нужное вам решение, то на подготовку и прохождение документов по всем инстанциям, получение соответствующих виз и резолюций могут уйти миллионы — все зависит от масштабности проекта. В этом смысле работа в аппарате правительства — золотая жила. «С приходом на пост президента Дмитрия Медведева у правительственных чиновников неожиданно открылся новый источник дохода, — делится специалист по GR. — Президент затеял чехарду со сменой губернаторов, и теперь, когда на очередной регион приходит варяг, в аппарат Белого дома и профильные министерства выстраивается очередь из крупных региональных бизнесменов, которые лоббируют свои кандидатуры на посты региональных министров. Торгуется все — от минздрава до сельского хозяйства. Цена регионального министерского портфеля может начинаться от $2–3 млн».

Столько же в конце 1990-х стоил пост вице-премьера правительства РФ, курирующего какую-нибудь естественную монополию, например, железные дороги. Должность заместителя министра федерального правительства обходилась в $500 тыс., а министерский кабинет в Москве — в $1 млн. За 10 лет цены выросли в разы: очевидно, задача по удвоению ВВП как минимум в этой области успешно выполнена.

Золотой сезон

Сегодня региональные бизнесмены за товаром под названием «доступ к телу» обращаются к «джиарщикам» — это их задача навести мосты, построить неформальный диалог. С незнакомым человеком чиновник дела иметь никогда не будет. Сейчас специалисты в этой сфере входят в новый золотой сезон. В предвыборный год значимых перестановок в регионах не планируется — всех сомнительных губернаторов, чей срок истекал бы в 2011 году, сняли заранее, но зато скоро начнутся торги за места в партийных списках. «В 2007 году мандат от «Единой России» стоил $10 млн, — рассказывает один из переговорщиков. — 4 млн человек отдавал в партию на ее федеральную кампанию, 2 млн — шли на распил сотрудникам партийного аппарата, еще 4 млн надо было потратить на собственную кампанию в регионе, правда, партия отряжала кандидату свой десант политтехнологов, которые распиливали из них 2–3 млн. Но зато это гарантированное место и безопасность. Услуга пользовалась спросом особенно у тех, кому нужна была неприкосновенность. В первую очередь за рубежом. И в этом году единороссы могут рассчитывать на обильную жатву: они гарантируют успех и страхуют от случаев, подобных тому, в котором сейчас оказался скрывающийся элдэпээровец Ашот Егиазарян».

*Цитата из фильма «Покровские ворота».

    • GR — от англ. government relations


***

Оригинал этого материала
© The New Times, origindate::14.02.2011

Что нельзя купить в России?

Вадим Клювгант, адвокат
Сначала хотел сказать «любовь наших вождей», хотя теперь не уверен. И правосудия, если сильные мира сего этого не хотят.

Генри Резник, адвокат
Сначала хотелось сказать «да все можно купить», но нет. Думаю, место в Мавзолее на Красной площади нельзя купить: ни чтобы лежать там, ни чтобы перестроить и построить там что-нибудь новое. [...]