Зеленый пиар и антипиар

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Коммерсант", Приложение "Social Report (Бизнес и Экология)" , origindate::19.10.2005

Природа не терпит простоты

Иветта Герасимчук

Социологические опросы показывают, что экологическое движение в России пока не пользуется большой популярностью у граждан. Между тем число экологических скандалов растет, и это свидетельствует о том, что власти и бизнес потихоньку перенимают мировой опыт использования экологической аргументации в конкурентной борьбе.

Зеленый пиар

Экологическими аргументами часто злоупотребляют не только отдельные компании, но и целые государства. Самый свежий пример связан с проектом строительства Северо-Европейского газопровода (СЕГ) по дну Балтийского моря. После того как 8 сентября 2005 года ОАО "Газпром" и немецкие концерны BASF AG и E.ON AG подписали соглашение о строительстве СЕГ, польские, а вслед за ними и литовские, латвийские и эстонские власти заявили, что проект угрожает экологии региона. Президент Польши Александр Квасьневский назвал проект СЕГ плохим с точки зрения экологии и слабым с экономической и политической точек зрения. Премьер-министр Литвы Альгирдас Бразаускас и его латвийский коллега Айгарс Калвитис, а также главы внешнеполитических ведомств Латвии и Эстонии поддержали своего соседа и партнера по расширенному Евросоюзу Квасьневского, указав, что трубопровод может потревожить захоронения химического оружия, затопленного на Балтике по решению Потсдамской конференции.

Недовольство Варшавы и ее партнеров в Вильнюсе, Риге и Таллине вполне объяснимо: Польша в этом проекте ни при чем, а следовательно, упускает денежную (доходы от прокачки газа по своей территории) и политическую (контроль над экспортом российских энергоносителей) выгоду.

Между тем специалисты указывают, что заложенные в проект СЕГ решения делают экологический риск минимальным. Тем более что в Европе успешно функционирует немало подводных газопроводов, проложенных в не менее захламленных и небезопасных акваториях. В частности, подводная часть "Голубого потока" того же "Газпрома", которая проходит по гораздо более сложному и сейсмоопасному рельефу Черного моря, практически не вызывает пререканий экологов.

Не вызывает их пока что и СЕГ. "Газ – это не нефть, его утечка менее опасна с точки зрения экологии. Кроме того, подводный газопровод в общем случае наносит меньший вред экосистеме, чем сухопутный,– ниже эффект фрагментации экосистемного покрова,– сказал Social Report директор по природоохранной политике WWF России Евгений Шварц.– В целом у российских экологов претензий к проекту пока, насколько мне известно, нет. И вовсе не потому, что это российский газ".

Характерно, что "Газпром" не отрицает наличия проблем с химоружием. "Проблема затопленного химического оружия на Балтике, безусловно, существует,– соглашается заместитель начальника отдела энергосбережения и экологии ОАО 'Газпром' Станислав Маркин.– Единственный разумный путь ее решения – это составление наиболее полной карты мест захоронений и ведение работ с соответствующими предосторожностями. Иностранные государства, конечно же, должны предоставить такие данные России".

В общем, власти Польши и прибалтийских государств показали себя в этой истории настоящими зелеными радикалами. Такого рода экологическая риторика используется против выгодных для России маршрутов экспорта энергоносителей не впервые.

Например, в 1994 году при выборе маршрута транспортировки каспийской нефти Турция решительно отвергла предложение России о прокладке трубопровода Баку–Новороссийск (а оттуда – танкерами в Средиземное море), сославшись на возможность аварий у своих берегов при увеличении трафика танкеров в проливах Босфор и Дарданеллы. В результате был избран поддержанный США маршрут Баку–Джейхан, который прошел через территорию Турции (и Грузии – через уникальное Боржомское ущелье, экологическое благополучие которого было таким образом поставлено под угрозу).

Подобным образом норвежцы многократно критиковали небезопасные технологии перевалки нефти через Мурманск, в том числе через плавучее однокорпусное нефтехранилище "Белокаменка" (принадлежит "Роснефти"). Но подсчитав возможные прибыли, в прошлом году коммуна Киркенеса объявила о собственных планах переоборудования точно такого же списанного супертанкера под нефтеперевалочный терминал уже в норвежских водах.

В приведенных выше случаях экологическая критика исходила от властей. Но это скорее исключение из правила: гораздо чаще в качестве зеленых рецензентов выступают независимые организации, значительную часть которых составляют так называемые КОНГО (company organized non-governmental organizations, неправительственные организации, созданные компаниями) и ГОНГО (government organized non-governmental organizations, неправительственные организации, созданные правительством). Эти общества, действующие под экологическими лозунгами, финансируются и используются сугубо как инструмент конкурентной борьбы.

В качестве примера такой квазизеленой организации в России можно назвать "Общественную экологию". Едва ли не единственная широко известная ее акция – поддержка проекта Восточного трубопровода "Транснефти" на стадии общественных слушаний. В результате действий этой организации было дано положительное заключение общественной экспертизы проекта, хотя другие экологические организации предъявили претензии. Впоследствии против "Общественной экологии" были поданы судебные иски, поскольку она, как локальная московская организация, не имела права участвовать в экспертизе проекта, затрагивающего регионы, в которых не представлена.

Наконец, в современной России есть и способы извлечения выгоды из якобы экологически неблагополучного проекта. Так, в 1999 году уральский город Карабаш, в котором действует одно из старейших и крупнейших в России медеплавильных производств, был признан экологической комиссией ООН "самым загрязненным местом на планете". Несмотря на официальные усилия, направленные на ликвидацию экологического бедствия в Карабаше, за истекшие годы в городе почти ничего не изменилось и, по мнению экспертов, не изменится, пока комбинат не закроют. Между тем в программу, рассчитанную на комплексное решение экологических проблем, за это время вложено свыше $70 млн. В этой ситуации городским властям просто невыгодно отказываться не только от комбината, но и от своего антиэкологического "брэнда", означающего гарантированный приток зеленых средств.

Антизеленый пиар

Недобросовестное использование экологических аргументов не только дискредитирует природоохранную деятельность в целом, но и ведет к формированию у многих корпоративных и государственных деятелей специфической ответной стратегии. Сводится она к поиску скрытых и явных заказчиков любой кампании против соответствующего хозяйственного решения или объекта. Эта стратегия приводит иногда к абсурдным заключениям: например, заявлениям российских птицезаводчиков о том, что истерия вокруг птичьего гриппа в России инициируется западными поставщиками курятины, которые не заинтересованы в росте конкуренции со стороны отечественных производителей. В таких ситуациях каждая из сторон склонна подсчитывать лишь свои убытки, а не ущерб здоровью нации или окружающей среде в случае, если не будут введены жесткие экологические и санитарные ограничения.

Другой характерный пример – ситуация вокруг трубопровода Восточная СибирьТихий океан. О многочисленных угрозах предлагаемой "Траснефтью" трассы от Тайшета до Перевозной неоднократно говорилось на самых разных уровнях (в частности, 29 сентября 2005 года замглавы Минприроды Валентин Степанков заявил, что технико-экономическое обоснование первой очереди нефтепровода не соответствует экологическим требованиям законодательства России). Между тем "Транснефть" уже на протяжении многих месяцев дает понять, что за замечаниями экологов к данному проекту стоят ее недоброжелатели. Называются то губернатор Приморского края Сергей Дарькин, для которого наиболее выгодным будет строительство терминала в Находке (а не в Перевозной), а то и просто иностранные государства, противодействующие выходу России на восточный рынок энергоносителей. Понятно, что при принятии того или иного решения по трассе Восточного трубопровода, как и любого другого объекта, всегда будут выигравшие и проигравшие, но логика поиска скрытых и явных заказчиков экологических кампаний уводит от главного вопроса – собственно интересов природоохраны.

"Сейчас 'Транснефть' обвиняет экологов в ангажированности,– говорит Евгений Шварц.– Между тем, когда международный секретариат WWF резко критиковал маршрут нефтепровода Баку–Джейхан, его обвиняли в том, что он лоббирует именно интересы 'Транснефти' и даже российского правительства. В действительности независимые экологические организации руководствуются лишь приоритетами охраны окружающей среды".

Природоохранные коллизии весьма запутанны, и кто чем на самом деле руководствуется, человеку со стороны разобраться трудно. Мировая практика показывает, что упреков в лоббировании интересов одной из сторон не могут избежать даже авторитетные международные организации. В России роль независимых экологических арбитров сейчас пытаются взять на себя специализированные рейтинговые агентства: Независимое экологическое рейтинговое агентство (НЭРА), сотрудничающее с РБК, Независимая социальная природоохранная инициатива при РСПП, "Эксперт-РА", сотрудничающее с WWF, и некоторые другие. Примечательно, что в начале сентября этого года на международном форуме "Рациональное природопользование" в Москве эти агентства по инициативе НЭРА договорились о взаимном консультировании и принципиальной необходимости множества независимых экологических рейтингов.

"Независимые экологические рейтинги призваны помочь возникновению в нашей стране нормальной конкуренции предприятий по экологическому вектору и показать экологическую составляющую проектов инвесторам,– пояснил Social Report директор НЭРА Александр Мартынов.– Мировая практика показывает, что для достижения этих двух целей должно быть несколько независимых рейтингов, подобно тому, как инвестиционный рейтинг государств автономно рассчитывают Moody`s, Standard & Poor`s и Fitch".

В то же время пока ни одна из существующих в стране независимых экологических организаций, включая рейтинговые агентства, еще не набрала необходимого авторитета.

***

Экологические скандалы: чем кончаются протесты возмущенной общественности

Ольга Калинина

Референдум. 13 июня 2000 года инициативная группа экологов, среди которых были члены Российского фонда охраны природы, Greenpeace, "Байкальской экологической волны", Хабаровского фонда охраны диких животных, организаций "Зов тайги", "Дронт" и других, объявила о сборе подписей для проведения всероссийского природоохранного референдума. Это стало реакцией на указ президента Владимира Путина от 17 мая 2000 года об упразднении Госкомитета по охране окружающей среды (Госкомэкология) и Федеральной службы лесного хозяйства (Рослесхоз) и передаче их функций Минприроды. 25 июля Мосгоризбирком зарегистрировал инициативную группу по проведению референдума. Предполагалось задать гражданам вопросы о запрете ввоза радиоактивных материалов на хранение, захоронение или переработку, о создании независимого федерального органа по охране окружающей среды и о возобновлении работы лесной службы. В поддержку референдума по всей стране было собрано около 2,5 млн подписей, которые 25 октября 2000 года были переданы в ЦИК России. 29 ноября 2000 года ЦИК объявил, что в ходе проверки было отсеяно более 600 тыс. подписей, тогда как необходимо было предоставить 2 млн подписей. Больше о референдуме не вспоминали.

Электростанция. 16 декабря 2000 года в Москве состоялся митинг протеста, организованный общественной экологической организацией "Зеленая волна" против запуска Ростовской АЭС. Днем позже аналогичный митинг состоялся в Цимлянске. Его организовали местное отделение движения "За безъядерный Дон" и экологическая организация "Живи, Земля!". Митинг прошел под лозунгами "Нет РоАЭС!", "Сегодня – РоАЭС, завтра – кладбище". Участники митинга направили телеграмму президенту России Владимиру Путину с требованием остановить пуск АЭС. 6 февраля 2001 года экологические организации Ростова-на-Дону заявили о намерении обратиться в Генпрокуратуру с требованием признать действия приемной комиссии Госатомнадзора незаконными в случае, если она разрешит пуск РоАЭС, не добившись устранения обнаруженных недостатков. Экологи напомнили, что в декабре 1999 года, проверяя готовность первого энергоблока АЭС к физическому пуску, комиссия указала на незавершенность предусмотренных проектом работ по пруду-охладителю, отсутствие лицензии на использование недр и водопользование, невыполнение работ по сбросу сточных вод из очистных сооружений канализации чистой зоны, строительству блока доочистки сточных вод и полигона переработки и захоронения промышленных отходов. 23 февраля 2001 года первый блок АЭС был запущен.

Газопровод. 17 сентября 2001 года активисты Социально-экологического союза Западного Кавказа, осуществляющие контроль за строительством на черноморском побережье газопровода РоссияТурция ("Голубой поток"), заявили о многочисленных нарушениях закона "О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах". По данным экологов, строительство морского участка газопровода велось в акватории, которая входит в первую зону округа санитарной охраны курорта федерального значения Геленджик. В таких зонах по закону категорически запрещены "все виды хозяйственной деятельности, за исключением работ, связанных с исследованиями и использованием природных лечебных ресурсов в лечебных и оздоровительных целях". Несмотря на протесты экологов, строительство было продолжено. Не дождавшись ответов на более чем сотню писем и запросов в официальные инстанции различных уровней, экологи начали проводить различные акции. В частности, 20 сентября 2001 года они приковали себя к судну-трубоукладчику Castoro Otto, работавшему на строительстве газопровода, 23 сентября 2001 года в Геленджике состоялся марш протеста экологов. 31 декабря 2002 года "Голубой поток" был сдан в эксплуатацию.

Платформа. 21 августа 2002 года группа "Экозащита" потребовала через Московский райсуд Калининграда обязать компанию "ЛУКОЙЛ-Калининградморнефть" предоставить полную информацию о проекте разработки нефтяного месторождения Кравцовское, якобы угрожающем парку Куршская коса. 28 ноября 2002 года суд отказал "Экозащите". По словам экологов, суд счел их требования незначительными по сравнению с необходимостью развивать экономику региона. 17 сентября 2003 года около 50 представителей ведущих экологических организаций России обратились к правительству и президенту с требованием запретить реализацию проекта. В декабре 2003 года "ЛУКОЙЛ-Калининградморнефть" завершила монтаж платформы в Балтийском море, а со 2 марта 2004 года началось эксплуатационное бурение месторождения.

Ракеты. 28 марта 2005 года в Москве напротив здания Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору прошла акция протеста, организованная экологическими движениями "Хранители радуги" и "Автономное действие–Москва", против начавшегося в 2004 году сжигания твердотопливных ракет СС-22, СС-24 украинского производства и двигателей пусковых ракетных установок РС-12М на предприятиях Перми (заводе "Машиностроитель", заводе имени Кирова и НПО "Искра"). Митинг проходил под лозунгом "Пермяков ожидает судьба Ющенко?", так как, по мнению организаторов акции, после начала реализации программы утилизации ракет жителей города ожидает систематическое употребление диоксинов с пищей и воздухом. Участники акции выразили недоверие государственной экспертной комиссии, заявив, что общественная экспертиза выявила серьезные нарушения в проектной документации и заниженные цифры уровня выбросов диоксинов. На имя руководителя Ростехнадзора Андрея Малышева и премьера Михаила Фрадкова было направлено обращение от союза "За химическую безопасность" и экологических организаций Перми с требованиями комплексного исследования экологических последствий проекта, установления санитарно-защитной зоны вокруг задействованных предприятий, учитывая и отрицательное заключение общественной экологической экспертизы. 15 апреля 2005 года Ростехнадзор обратился к премьеру с инициативой проведения государственной экологической экспертизы всей программы утилизации межконтинентальных баллистических ракет. К лету экспертиза была завершена, претензии экологов признали необоснованными. 4 июня 2005 года на конференции "Права человека, экология и гражданское общество" в Москве были приняты обращения к президенту с требованием "немедленно прекратить отравление жителей Перми". Утилизация ракет продолжается.

Кодекс. 14 апреля 2005 года шесть экологических организаций из Приморья, Алтая, Костромской области, Петербурга и других регионов обратились с иском против правительства России в Пресненский суд Москвы с требованием отозвать из Госдумы еще до первого чтения законопроект о новом Лесном кодексе. Истцы настаивали на том, что кодекс направлен исключительно на развитие различных форм собственности в лесном секторе и его принятие может привести к тому, что наиболее живописные и удобные для жителей городов рекреационные угодья будут застроены частными коттеджами. 26 мая 2005 года экологические организации начали сбор подписей под открытым письмом премьер-министру Михаилу Фрадкову. 25 июля 2005 года суд прекратил делопроизводство по иску, удовлетворив ходатайство представителя ответчика Олега Гусева. Суд поддержал мнение правительства о том, что он "не может вмешиваться в законотворческую деятельность органов власти", а проект кодекса "не нарушает конституционных прав граждан, так как в данный момент он находится в стадии разработки". Истцы заявили о намерении обжаловать вердикт в Мосгорсуде.

***

Экологический скандал: как успокаивается возмущенная общественность

Светлана Ментюкова

О безвредности или, напротив, вреде генетически модифицированных ингредиентов (ГМИ) для здоровья человека ученые спорят практически с момента их появления. Но до сих пор ни то, ни другое не было убедительно доказано ни сторонниками, ни противниками генной инженерии.

Конфликт из-за трансгенов между российским отделением Greenpeace и московским мясокомбинатом "Микоян" (входит в ЗАО "АПК 'Эксима'") случился в июне прошлого года. Незадолго до этого Greenpeace опубликовал на своем сайте в интернете так называемый "Справочник потребителя", состоящий из "красных" и "зеленых" списков, в которые вошли производители питания, соответственно использующие и не использующие в своей продукции ГМИ.

Справочник стал результатом независимого исследования, которое по инициативе Greenpeace в течение трех месяцев проводили Институт цитологии РАН и немецкая лаборатория GenScan. По словам представителей Greenpeace, была протестирована продукция 450 компаний. От каждого производителя в зависимости от его известности и занимаемой доли рынка брались одна-две позиции из ассортимента и подвергались анализу на содержание в них ГМ-компонентов. В дополнение к тестам экологи обращались к производителям с просьбой предоставить рецептуру продуктов, подтверждающую, что в них не использовались ГМ-компоненты. В российском отделении Greenpeace объяснили, что "были вынуждены обратиться к производителям напрямую, поскольку провести дорогостоящие исследования всего ассортимента представленной на рынке продукции просто невозможно". Иными словами, при наличии в ассортименте производителя 50 позиций проверялись 1-2, а выводы о наличии ГМИ в остальной товарной линейке делались на основе этой проверки и данных, предоставленных самим производителем. Большинство производителей запросы экологов проигнорировало. Эту проблему в Greenpeace решили просто: не ответившие автоматически отправлялись в "красный" список (в том числе и те, в чьей продукции ГМ-компонентов обнаружено не было). В результате в "красные" списки (широко обсуждавшиеся в СМИ) попали, в частности, мясокомбинаты "Раменский", "Микояновский", "Черкизовский", "Царицыно", "Тихорецкий", мясные продукты "От Палыча", кондитерские фабрики "СладКо" и "Ударница". Руководители ряда предприятий, в том числе Микояновского мясокомбината, пообещали обратиться в суд.

Как сообщил Social Report директор по маркетингу "Эксимы" (крупнейший акционер "Микояна") Андрей Хижняк, дело удалось уладить в досудебном порядке. "Мы проявили уважение к общественной организации и предоставили им не только запрашиваемые материалы о нашей продукции, но и сам товар для проведения дополнительных исследований",– говорит он. Тем не менее, по словам господина Хижняка, компании пришлось разместить в СМИ на правах рекламы несколько разъясняющих статей по этому поводу. "В них мы рассказали, как, а главное, из чего делается, в частности, наша колбаса. Что делается она прежде всего из мяса и что сою, которую мы также используем при ее производстве, мы закупаем не генно модифицированную, хоть и стоит она несколько дороже",– рассказывает он. В компании отказались назвать сумму, которую им пришлось потратить на поддержание реноме, но отметили, что предпочли бы, чтобы такая история не повторилась. "Главное, мы достигли результата и нас занесли в 'зеленый' список",– говорит господин Хижняк.

Информацию о том, что продукция "Микояна" пополнила список "правильных" производителей, подтвердили и в российском отделении Greenpeace. "Компания пошла нам навстречу, и после проведения соответствующей процедуры мы перенесли ее в 'зеленый' список",– сообщила координатор генетической кампании Greenpeace Майя Коликова. По ее словам, многие компании, оказавшись в 'красном' списке, пересмотрели свое отношение к просьбам экологов.