Златая цепь на дубе том

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Златая цепь на дубе том Эпоха «мерсов» и «бумеров» танком проехалась по судьбам героев этой истории. Танк на завод вернули в тот же день, перепуганному танкисту-водителю дали, словно таксисту, 50 рублей.

" Чудило из Тагила В самом начале 90-х среди фарцовщиков­«центровых», что околачивались около «Интуриста», ходил такой забавный анекдот про Антона. Он, мол, приехал на своем «500-м мерсе» ко входу в «Националь», вылез в своем адидасовском костюме из машины и прямо у метрдотеля спросил: «Какое у тебя тут шампанское получше?» Услышав вежливый ответ про «Кристаль», Антон, не спрашивая цены, заказал ящик с собой, загрузил дорогущий аристократический напиток в багажник, расплатился «кэшом» и уехал в какой­-то дом отдыха на Клязьму. Там у них, видите ли, вечеринка. В мой офис он пришел в апреле 94-го. Костюм уже был цивильный, от «Хьюго Босс», но это не скрывало профессиональных пристрастий гостя. Собственно, на лице у Антона всегда все было написано жирным таким шрифтом. «Знаешь группу «Комбинация»? Там одна такая маленькая черненькая раньше пела? Ну кучерявенькая такая? Она теперь в моем кабаке в Нижнем поет. Поехали, посмотришь на нее. А заодно о деле поговорим». Так начался наш разговор. Я в тот момент еще не знал, что Антон приглашает меня не в Нижний Новгород, а в Нижний Тагил. Я даже не был уверен, что мне хочется поглядеть на черненькую из «Комбинации», да и вообще кудалибо ехать. Но история Антона меня потрясла. И через два дня мы уже вместе летели на самолете в Екатеринбург, а оттуда – с «мерседесовским» эскортом – до Тагила. Танки в городе Как и откуда в Тагиле появилась чеченская группировка, подмявшая под себя центральный городской рынок, никто в городе уже не помнил. Но местных «спортсменов» с самых «хлебных» и давно насиженных мест они вытеснили быстро. Борцы и боксеры, привыкшие одним своим видом наводить страх на местных коммерсантов и прочих здешних торговцев, были в шоке. И тогда «главарь» спортивной мафии, Антон, придумал, как ему казалось, гениальный план. С ближайшего военного завода, где когда­то испытывали танки, его «бойцы-­борцы» угнали действующий образец. Ни больше, ни меньше! Экипаж танка решили взять с собой – катаясь по городу, за рычагами надо было комуто сидеть! В общем, как рассказывал Антон, приехали пацаны на городской рынок Нижнего Тагила и прямиком – давить «кавказские ряды». Вот откуда Кондопогато свое начало берет! Аж из 94-го года. Чеченцы разбежались. Казалось бы, победа одержана. О броню танка разбили даже бутылку шампанского – праздник все­таки, город снова наш! И тут вдруг какой-­то вошедший в раж «спортсмен» открыл из автомата стрельбу. Сначала в воздух, а потом… Трое торговцев­-кавказцев были ранены, один – скончался на месте. Милиция, для которых «спортсмены» были лучшими друзьями, на этот раз закрыть глаза на происшествие не могла . Незадачливый боксер по имени Коля тут же отправился в местный следственный изолятор. Чеченцы обещали мстить. Такая вот грустная история. А дальшето что? В городе с минуты на минуту война начнется, Коля – в тюрьме, а Антон все ухмыляется: «Все образуется. Каро (тот самый вор в законе) – за нас, он чеченцев давно из города убрать хочет, милиция и мэр – все свои ребята. Только вот прокурор несговорчивый. Хочет Колю по этапу отправить. Вот Коле­-то и надо помочь…» Тут я и понял наконец, как влип. Очередь за курами в прокуратуре …Пора было приступать к собственно журналистской работе. И мы поехали в прокуратуру. Нам для столь важной миссии выделили черный «понтиак», наверное, угнанный где­-нибудь в штате Иллинойс. В прокуратуре московских журналистов встретили радушно и с любопытством. Сразу же дали возможность ознакомиться с уголовным делом «боксера Коли». В деле было всего страниц 20. Опись автомата, опись машины Коли и собственно опись Коли. Именно «опись» – так в деле. В комнату, где я удобно расположился за этим криминальным чтивом, неожиданно ворвалась неопределенного вида женщина и закричала: «В столовой кур дают. Уже очередь. Поспешите». Из комнаты всех как ветром сдуло. И тут я понял – могу взять это дело, выкинуть его в окно, спокойно выйти через парадную дверь и первым же рейсом улететь в Москву. А Коля этим же вечером пойдет к себе как ни в чем не бывало в спортзал. Или шоколад кушать, на котором здесь все спортсмены плотно сидят. По настроению. Но что-­то меня остановило. Это «что­-то» была опись машины, из салона которой Коля выпустил 8 пуль по торговцам с рынка. Это был черный «понтиак», который находился в розыске и на котором я приехал в прокуратуру! Что-то мне эта командировка совсем разонравилась. Когда следователи со своими куриными окорочками вернулись в кабинет, меня там уже не было. «Дело» я оставил на столе. Крестный отец и кучерявенькая из «Комбинации» «Ничего не выйдет, – сухо бросил я Антону, – плотно твой Коля сидит. Его признания достаточно, чтобы на «пятнашку» на зону ехать. А ты меня еще на его машине катаешь. А ее весь город ищет!» И тут Антон меня просто потряс. Оказалось, что никто машину не ищет, следователь только и ждал, когда я украду дело (мол, с московского журналиста спрос небольшой), с городским прокурором вопрос сейчас вместе решать поедем, а я тут, мол, «выпендриваюсь». Ну даже если Коля сядет лет на 15, так он же в таком «авторитете» на волю выйдет! Настоящий крестный отец. Ну а пока давай-­ка к Каро съездим. Не навестить местного «вора» – неуважение! К нему все чиновники раз в неделю на поклон приходят. А уж москвичи и подавно. Каро (кстати, не так давно он был «раскоронован», не справился, видимо, с главной ролью в регионе) восседал в кресле, укрывшись красным пледом. Худой, интеллигентного вида, глаза уставшие, не злые. Говорят, 27 лет сидел. Все «мои спортсмены» выстроились в очередь, чтобы подойти к Каро и поцеловать ему руку. Я в очередь не вставал, Каро это заметил. Но ему, видимо, объяснили – мол, парень не местный, обычаев наших не понимает. Разговаривать мне с Каро точно было не о чем, так что через два часа уехали мы… Обед же был! Икра, рыба, шашлыки, соленья. И для особых гостей – несколько плиток шоколада. Рядом с Каро за столом, чуть ссутулившись, как­то на краешке стула сидел прокурор города. Я понял две вещи. Первое – у Коли все будет хорошо. Второе – в Нижнем Тагиле мне больше делать нечего. На прощанье мы с Антоном сходили­таки в его местный кабак, где действительно весь вечер солировала одна из бывших «Комбинаций» – черненькая такая, кучерявенькая. Больше этих людей я не видел. До октября этого года… Уходящая натура Когда я подошел к Антону в «Пикадилли», сначала подумал, как было бы интересно узнать, чем вся та история закончилась. Потом понял – если Антон сам не захочет, то и рассказывать не будет. Мы действительно болтали ни о чем минут двадцать, пока он вдруг не поднял на меня свой попрежнему тяжелый, но уставший взгляд и не спросил: «А ты Колю-то помнишь?» И тут я понял, что из всей этой веселой компании как раз Колю-то и не знаю. «Отмазали мы его. Прокурор помог», – сказал Антон. «Не посадили, значит? Не стал крестным отцом? – отшутился я. «Не стал. Зарезали его. Пошел на центральный рынок лаваш купить. Там в толкучке его кто-­то заточкой ударил. В сердце. Сразу умер. Весь город его хоронил. Только Каро не пришел. А знаешь, почему?» – Антон замолчал. Я понял, почему не пришел Каро. Он мог «отмазать» от прокурора, да хоть от губернатора. А вот «воров­ской» закон преступить не мог. Когда «спортсмены» целовали ему руки, он уже все решил. Отказать одним блатным в мести за другого блатного было не по правилам. В таких случаях не надо ничего говорить, не надо отдавать команды. Можно просто промолчать. Так и вышло… Мы молча попрощались. Антон остался сидеть за столиком. Его кофе давно остыл. Он с тоской и горечью смотрел сквозь дождь на мрачное зда­ние напротив. Здание МВД. Антон будто спрашивал: а вы-то где были тогда, в 94-м? Наверное, забыл, как сам кормил их с руки шоколадом. А теперь все наелись, и куриными окорочками никого уже не купить. Ушло твое время, Антоша. До свиданья."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации