Икар "спалился"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


origindate::06.12.2002, Фото: "ДХ"

Икар "спалился"

История одного увольнения

Иван Акчурин

(Фото: БОРИС БАБАНОВ)

Сергей Беляев

Однажды высоко взметнувшись, карьера последнего генерального директора крупнейшего российского аэропорта «Шереметьево» шла по нисходящей. Бывший председатель Государственного комитета по имуществу, лидер думской фракции «Наш дом – Россия» Сергей Георгиевич Беляев на всех занимавшихся им постах всякий раз попадался на банальном жульничестве. Сначала, будучи министром, в обход всяких правил приличия и норм законодательства о госслужбе он радикально улучшил свои жилищные условия в Москве. Затем поссорился с лидером партии НДР Виктором Черномырдиным. Касаясь причин разлада, нынешний посол России на Украине в прессе не раз намекал, что речь шла о банальной растрате партийных денег, торговле местами в партийных предвыборных списках и прочих невинных шалостях.

Попав – с большим перерывом – из министров в кресло гендиректора государственного предприятия, наш герой оставался верен себе. Беляева отличает патологическое неумение заметать следы. Оно и на этот раз сыграло роковую роль в его карьере. Хотя для заметания следов был даже нанят весьма опытный подручный – агентство «РОЭЛ-консалтинг», ранее сумевшее довести до банкротства множество прибыльных российских предприятий.

За десять месяцев новый гендиректор заключил сомнительных договоров на 4,9 миллиона долларов. Закупил представительский «мерседес» для себя, 40 автомобилей «Ниссан-Максима» для нанятых им управленцев. Оборудовал в собственной приемной такой роскошный летний сад, какой редко увидишь в приемных иных олигархов. Передвигался по Москве словно президент, с джипом охраны позади и автомобилем сопровождения с мигалкой впереди. Назначив на должность родственника, отправил его на стажировку в Великобританию.

Между тем простые работники из аэропорта разбегались. Текучесть кадров превысила критический показатель в 50 %, средняя заработная плата и сейчас не превышает 4 тысяч рублей.

Впрочем, все это еще мелочи.

Когда 34 меньше, чем 5

Аэропорт Шереметьево – это не просто витрина страны. Ежегодный пассажиропоток в 12 миллионов пассажиров делает его крупнейшим в Восточной Европе авиатранспортным узлом. 100 процентов акций ОАО «Международный аэропорт Шереметьево» (МАШ) принадлежат государству. Это еще и целый комплекс технологически связанных друг с другом предприятий. Два терминала, топливно-заправочный комплекс, стоянки для разгонки авиационных двигателей, Центр деловой авиации, грузовой терминал «Москва», всего и не перечислишь. Чего стоит система торговли «дьюти фри»... А сам аэропорт со всего этого не имеет ничего.

Самые лакомые куски были приватизированы еще в 1994 году. Соответствующие документы подписывал председатель Госкомимущества Сергей Беляев. Сам он этого, видимо, уже не помнит. В частности, тогда был приватизирован грузовой терминал «Шереметьево-карго». Официальный грузооборот – несколько миллионов долларов. Аэропорт облизывался, с завистью взирая на взлет и посадку грузовых самолетов.

Все это государство и попросило «исправить» главного «виновника» – Сергея Беляева. В январе этого года он был назначен генеральным директором. 10 месяцев хватило, чтобы предприятие потеряло еще порядка 2 миллионов долларов.

Из интервью заместителя генерального директора ОАО «МАШ», президента фирмы «РОЭЛ-консалтинг» Владимира Дорохина «Газете» от origindate::7.11.2002

«у аэропорта сегодня появилась реальная возможность получить контрольный пакет акций ТЗК». 
ТЗК – топливно-заправочный комплекс. ОАО «МАШ» владеет 34 процентами акций. Остальные были распределены между частными владельцами. Никакого криминала в этом нет. Однако с тех пор вернуть аэропорту контроль над ТЗК руководство «Шереметьево» даже не пыталось. Новому генеральному директору Совет директоров такую задачу, наконец, поставил. И, если верить его заместителю, операция почти удалась.

Впрочем, документы говорят об обратном. ОАО «МАШ» чуть было не лишилось и этих 34 процентов акций.

Схема простая. Попробуем ее разъяснить, но для начала назовем ТЗК буквой «Х». Только потому, что созданная беляевской командой фирма тоже носила, как это не покажется странным, название ТЗК. Она будет называться «У». Для наглядности. Учредителем «У» стал некий банк «Кентавр», а зарегистрирована эта фирма в одном из номеров гостиницы «Алмаз», что на ВДНХ. Служащие аэропорта поговаривают, что за «Кентавром» стоит сам Владимир Дорохин и его «РОЭЛ-консалтинг». Так это или нет, мы пока не знаем. Расследование продолжается.

Свою производственную деятельность «Х» осуществляло на оборудовании, арендованном у ОАО «МАШ». В ноябре этого года срок аренды истек. Тут бы и забрать его и самому аэропорту заняться заправкой самолетов базирующихся в Шереметьево компаний. Не тут-то было. Генеральный директор Сергей Беляев подписывает арендный договор с «У». Тем самым, в котором у аэропорта нет ни одного процента акций. Вот тебе и «реальная возможность получить контрольный пакет акций ТЗК». Даже следы замести не пытались.

Из интервью Владимира Дорохина «Газете» от origindate::07.11.2002. «Еще мы согласовали концессию по топливно-заправочным комплексам (ТЗК). Это 5% от объема выручки»

Кому должны, тот и заплатит

Арендные отношения в Шереметьево – вещь в себе. Кто сколько платит, кому, с какими «откатами» – коммерческая тайна. Между тем торговых точек и кафе в обоих терминалах немногим меньше, чем на средней руки рынке в Москве. Качество товаров – не Бог весть какое. Зато цены – на порядок выше, чем на Тверской. Чашечка безвкусного кофе в маленьком пластиковом стаканчике в баре на втором этаже Шереметьево-2 стоит 200 рублей. Владельцы говорят о слишком высокой ставке аренды. «РОЭЛ-консалтинг» предложил способ ее обойти. Нет, речь идет не о разрекламированных концессиях. Разговор не о дележе выручки. Можно воспользоваться опытом лавки сувениров, владеют которой граждане Бельгии, выходцы из России, отец и сын Бершадеры. Они арендные платежи вообще не платили. Добеляевское руководство аэропорта даже подало на них в суд, взыскав в различных инстанциях около 6 млн. рублей. Оставалась последняя судебная инстанция. Заседание состоялось в марте этого года. Аккурат накануне Сергей Беляев поменял адвоката, защищавшего интересы ОАО «МАШ» и выигравшего предыдущие суды. Новым защитником стал адвокат Баландин, бывший по «странному» стечению обстоятельств и адвокатом Бершадеров На заседании стороны заключили мировое соглашение, по которому аэропорт выплатил Бершадерам кругленькую сумму «за моральный ущерб».

- Вы хорошо подумали? – спросила судья адвоката ОАО «МАШ».

- Да, ваша честь!

- Я еще раз спрашиваю, вы уверены?

- Да, ваша честь.

По закону судья арбитражного суда обязана была утвердить «мировую». И утвердила.

А в начале лета г-н Дорохин решил еще одну сложнейшую проблему, «разобравшись» с долгами «Шереметьеву» авиакомпании «Трансаэро», благополучно выполнявшей рейсы из аэропорта Домодедово. «Трансаэро» вообще погрязло в долгах и практически не имеет основных фондов (даже самолеты находятся в операционном лизинге). Эта авиакомпания расплатилась с «Шереметьево»ѕ векселями на сумму почти миллион долларов. Ликвидность этих бумажек, которую президент «РОЭЛ-консалтинга» Владимир Дорохин не удосужился проверить, вызывает большое сомнение у специалистов. Судиться по ним аэропорт может бесконечно. И даже если вдруг добьется на их основании банкротства «Трансаэро», денег все равно не получит. У авиакомпании есть и другие кредиторы с более реальными долговыми обязательствами на руках.

-Что мы будем делать с этими бумажками? – спрашивали Дорохина на заседании Совета директоров представители государства.

- Да ладно. Мы их в любой момент продадим по номиналу! – отвечал тот.

- Ну так найди покупателя!

Ищет до сих пор. На последнем заседании, 2 ноября, когда увольняли Сергея Беляева, Владимир Дорохин доложил, что «пока не нашел».

Это, оговоримся, лишь маленькая толика всех финансовых схем, внедренных Беляевым для увода денег из государственного предприятия.

Кормушка

Нанятые Беляевым администраторы предложили совету директоров штатное расписание, в котором значились 13 заместителей генерального директора, аппарат советников и так далее и тому подобное. Совет директоров его не утвердил.

Но то заместители генерального директора. А вот и те, кто помельче. Перед нами документ, озаглавленный «Дополнительное соглашение к трудовому договору N 0327 от 29 июля 2002 года». Подписан Беляевым иѕ инженером отдела социального обслуживания Управления социального обеспечения Административной дирекции, Валерием Угаровым. Предприятие обязалось:

1. предоставить работнику денежный займ на приобретение жилья в собственность в размере, эквивалентном от 50 000 до 70 000 долл. США

2. служебный автомобиль (инженеру! – Ред.)

3. Осуществить страхование Работника (по видам страхования, указанным Работником) на общую сумму не более 2 млн. руб.

Водителя, правда, не дали. Поскупились. Вдруг и шофер потребует заключить с ним подобное допсоглашение. Зато в случае, если Угаров вздумает уволиться, аэропорт должен был бы отдать ему автомобиль в собственность (тот самый «ниссан») и на прощанье выплатить 20 окладов. И эту сумму зачесть в счет займа на квартиру.

Вот еще одно соглашение к трудовому контракту № 0029 от 22 мая 2002 года, в котором работнику аэропорта Пронюшкину Дмитрию за счет ОАО «МАШ» предоставляется персональная охрана из сотрудников МВД, а также машина сопровождения. А Пронюшкин всего лишь заместитель коммерческого директораѕ

И таких бумажек Беляев подписал несколько десятков. Подписал бы больше. Не успел.

Подлог

Из интервью Владимира Дорохина «Газете» от origindate::07.11.2002. (Через три дня после увольнения Беляева)

Корр: Что сейчас происходит в аэропорту?

Дорохин: Шереметьево работает в обычном режиме. Я еду на встречу.

К: Вы продолжаете работать в компании?

Д: Пока да.

К: После субботней отставки генерального появилась информация о том, что и.о. гендиректора попросил написать вас заявление об уходеѕ

Д: Такого не было. Все понимают уровень менеджеров. Нам деликатно сказали, что у нас есть выбор, что приходит новая команда. Но не думаю, что кто-то останется при нынешнем руководстве.

Когда замгендиректора ОАО «МАШ» разговаривал по мобильному телефону с журналистом Андреем Красавиным, он лгал.

Заявление об уходе, причем на имя Беляева Владимир Дорохин написал еще 1 ноября. Сергей Беляев находился на больничном. Однако в тот же день генеральный директор подписал приказ о об увольнении интервьюируемого. Свой отказ работать в аэропорту дальше Дорохин мотивировал «сложившейся вокруг исполнительной дирекции ситуацией и информацией о досрочном прекращении полномочий генерального директора общества».

1 ноября официально больной Сергей Беляев заявление своего первого заместителя удовлетворил. Перед этим подписал аналогичные прошения своего главного советника (официальная должность) Александра Савенко. А затем уволил и начальника правового управления Виталия Широкова. Документы подписывались в том порядке, в котором мы этих людей и перечислили. Вот номера приказов: по Савенко – 0679/к, по Дорохину – 0680/к, по Широкову – 0681/к. Одного за другим. Корабль тонул. Пора было «делать ноги».

Кстати, Беляев, уволив накануне – за месяц до описываемых событий – заместителя генерального директора Евгения Бахтеева, затем исполняющего обязанности генерального директора Дорохина, сам при этом будучи на больничном и не выходя на работу, фактически оставил аэропорт без руководства. Впрочем, это лишь формальная сторона головокружительной, не имеющей прецедентов в деятельности российских госкомпаний серии шереметьевских увольнений. На самом деле, по сведениям Компромат.Ру, «рулил» увольнениями Савенко. Увольнения за Беляева подписывал именно он. Савенко уволил Дорохина, затем Широкова, затем еще нескольких топ-менеджеров и, наконец, самого себя.

Можно вообразить, с каким бы удовольствием Сергей Беляев попросил главного советника уволить и генерального директора. Только чтобы не отчитываться перед представителями государства, чиновниками Минэкономразвития, Минимущества, Минтранса, состоящими в Совете директоров, о содеянном за 10 месяцев.

Но не мог. Во-первых, сам взял больничный. А во-вторых, уволить его могли только те, кто назначил. То есть тот же самый Совет директоров. (Сам Беляев позже, в передаче Андрея Караулова на ТВЦ, заявит, что его на эту должность рекомендовал сам президент Владимир Путин. Что ж, верим. Известно, что проект строительства терминала Шереметьево-3 находится на контроле у главы государства.)

Отчитываться перед директорами Беляев отправил свежеуволенного Дорохина.

Перед советом директоров, который четырежды (!) переносился, предстал с отчетом самозванец, уже не имеющий никакого отношения к госкомпании. Уволенный нижестоящим менеджером. Он заявил, что покупателя на векселя «Трансаэро» не нашел, что арендный договор с созданной им фирмой ТЗК пока в силу не вступил и его еще можно разорвать. Самозванец Дорохин факты превышения затрат над ранее утвержденным бюджетом не признал. На этом его пламенная речь закончилась. Зато выступивший вслед за ним первый заместитель транспорта, руководитель Государственной службы гражданской авиации (ГСГА) сообщил, что аэропорт к зиме не готов. Расходы по капитальным вложениям, на ремонт оборудования, протекающей в первом терминале крыши, второй взлетно-посадочной полосы и так далее, составили всего 21 процент от запланированного. Иначе говоря, уставной хозяйственной деятельностью все время, прошедшее со дня назначения Беляева на должность генерального директора, аэропорт практически не занимался. Парализованными оказались большинство служб предприятия. А отток специалистов, имеющих специальное техническое и авиационное образование, только увеличился.

Исходя из того, что больше терпеть безобразия Беляева Совет директоров уже не мог, генерального директора решили уволить, заплатив за весь период его нетрудоспособности.

Интересно, речь шла только о времени, что он провел на больничном?

Или о всех 10 месяцах?