Интернационал спецслужб против бывшего антисоветчика

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Русская мысль", Париж, origindate::12.12.2002

Интернационал спецслужб против бывшего антисоветчика

Лидер национал-большевиков Латвии просит политического убежища в России

Владимир Прибыбовский, Москва

В конце ноября полиция безопасности (ПБ) Латвии сообщила, что на обысках у активистов национал-большевистского общества «Победа» обнаружены взрывчатка и оружие, предназначенные для покушения на президента Вайру Вике-Фрейбергу. Три активиста общества «Победа» (по другой версии — даже девять) арестованы, а его лидер Владимир Линдерман объявлен в международный розыск.

Честно говоря, сразу же непонятно: если национал-большевики (то есть последователи спорного писателя и экстравагантного политика Эдуарда Лимонова) — тогда почему тротил и динамит, а не помидоры и куриные яйца? А если покушение — тогда почему на декоративного в парламентской республике президента (ученую даму из Канады), а не на нового премьер-министра Эйнара Репше (реального лидера, жесткого и энергичного)?

По утверждению полиции, взрывчатка обнаружена и по месту жительства самого В.Линдермана с женой, а также в доме его матери. Мать же В.Линдермана заявила, что нечто, названное потом тротилом, было подброшено во время обыска практически у нее на глазах и что ей, в прошлом активной участнице борьбы за независимость Латвии, стыдно за свою страну и ее полицию, которая использует методы советского КГБ.

Национал-большевистская партия (НБП) Э.Лимонова не зарегистрирована в Латвии (впрочем, как и в России). Неофициально существующее латвийское отделение НБП, в котором насчитывается три-четыре десятка активистов, сумело зарегистрироваться только как общественная организация «Победа». Как и в России, нацболы-лимоновцы не отличаются законопослушанием и широко известны своими хулиганскими акциями: помидоро- и яйцеметанием, «захватами» колоколен с водружением на них красных флагов и тому подобными выходками. До сих пор политическим хулиганством все и ограничивалось — никаких поползновений на терроризм или хотя бы незаконного хранения оружия за рижскими лимоновцами не было замечено.

Впрочем, обычно имеют довольно громкий резонанс попытки рижских нацболов штабелями из собственных тел помешать выселению силами полиции русскоязычных неграждан из домов и квартир, ныне отписанных полноправным гражданам-латышам (чьи предки были при Сталине ограблены и высланы, а то и расстреляны).

Но, конечно, никто ни в Латвии (особенно русскоязычной — но не обязательно «проимперской»), ни в Москве не поверил латышской ПБ, что Линдерман готовил теракт или хотя бы просто прятал взрывчатку. Это точно не его стиль.

В.Линдерман хорошо известен не только своей нынешней принадлежностью к партии Лимонова и эпатажными методами борьбы с латышскй этнократией.

В 1984 г. он начал издавать в Риге самиздатский культурно-политический журнал «Третья модернизация» и подвергался за это преследованиям КГБ. Печатался в «Экспресс-хронике» у Александра Подрабинека и других московских самиздатских газетах и журналах. (А еще раньше, в совсем советское время, его выгнали из института за вольнодумные стихи и ношение длинных волос на военной кафедре).

В конце 80-х Линдерман входил в редколлегию русскоязычной газеты Народного фронта Латвии (НФЛ) «Атмода», главный редактор которой Алекс Григорьев охотно публиковал московских и питерских неформалов-самиздатчиков и которая распространялась в 1989-1990 гг. не только в Прибалтике, но и по всей Европейской части СССР. С публикаций в «Атмоде» (причем с подачи Линдермана) начинали свою журналистскую карьеру многие ныне известные журналисты различной сегодня политической ориентации — например, Андрей Бабицкий, Дмитрий Волчек, Михаил Леонтьев, Максим Соколов, Катя Метелица, Григорий Нехорошев.

После того как в НФЛ этнократическое крыло окончательно взяло верх над либеральным общедемократическим, русская редколлегия «Атмоды» была разогнана за неподдержку идеи лишить нелатышей-«мигрантов» гражданских прав. А еврей Линдерман разочаровался в латышском национально-освободительном движении еще раньше — из-за его обюрокрачивания. Конечную метаморфозу латышского движения за независимость он в июле этого года в своем интервью Агентству политических новостей описывает так:

«В 1991 году в Латвии в течение считанных месяцев произошел бюрократический реванш: латышские националисты из числа представителей прежней номенклатуры и осведомителей КГБ вышвырнули националистов, пришедших было во власть с улицы... Бюрократы сменили демократов. Сейчас половина правительства Латвии состоит из бывших стукачей. Некоторые в этом даже прямо сознались. ...националисты "с улицы" — это враги, которых я могу уважать. Например, очень недолго департамент гражданства и эмиграции возглавлял Марис Плавниекс, бывший хоровой певец. Он проводил антирусскую политику, но к нему, например, любой человек мог прийти на прием. Латышские "национал-коммунисты" для меня враги в квадрате...»

В 1997 г. враг латышских «национал-коммунистов» стал пророссийским «национал-большевиком». Свою (и своей партии) нынешнюю политическую позицию он определяет как «национализм без капусты в бороде» (то есть не архаический) и... космополитический (то есть не этнический).

Как он сам говорит, на самом деле ему «близки взгляды латвийского объединения «За права человека в единой Латвии» (ЗаПЧЕЛ)» (в которое сейчас входят и бывший народнофронтовский министр иностранных дел Янис Юрканс, и бывший сторонник ГКЧП Альфред Рубикс), но ему неприемлем «их тяжеловесный бюрократический стиль».

Московским лимоновцам Линдерман высказывал свое неодобрение за некоторые ксенофобские публикации и попытки дружить с бритоголовыми расистами. В рижском обществе «Победа» даже состоит и играет заметную роль чернокожий «афро-латвиец». Главная политическая цель латвийских нацболов — заставить государство признать Латвию двухобщинной страной, такой, как Бельгия, и добиться отмены дискриминационного по отношению к нелатышам законодательства — «апартеида», как они говорят. Вот одна из из публичных акций против апартеида: участники торжественное зарывают в парке дискриминационные паспорта неграждан («негров»).

При этом они остаются «леваками» и не вполне безобидными: в конце концов, куриным яйцом можно когда-нибудь кому-нибудь и глаз выбить. Но, не умея наказать нацболов за яйцеметание, латышская полиция безопасности все время пытается навесить на них более серьезные — террористические — обвинения. Делает из Линдермана чуть ли не второго бен-Ладена (как Путин — из Ахмеда Закаева).

Как ни странно (или вовсе и не странно?) у «имперского» российского ФСБ с латышской ПБ — вполне товарищеские отношения. ФСБ неоднократно предупреждало рижских коллег об акциях НБП на территории Латвии, о которых ему становилось известно (благо российских нацболов ФСБ пасет всерьез — так бы они скинхедов пасли!).

И вот у ФСБ и ПБ появился повод для более тесного сотрудничества. Рижской полиции Линдерман уже плешь проел, но московскому ФСБ до сих пор был неинтересен.

В конце ноября Линдерман в очередной раз приехал в Россию (по своему паспорту «негра» — видимо, пришлось пойти в парк и откопать). И дал в Саратове на процессе Лимонова крайне неудобные для ФСБ свидетельские показания.

ФСБ, продержавшему Лимонова вот уже двадцать месяцев в клетке, теперь крайне необходимо наскрести доказуемых обвинений хотя бы для осуждения его на уже отбытый срок. Доказательная база обвинения по делу Лимонова к сегодняшнему дню почти рассыпалась — во всяком случае, по пункту обвинения о его причастности к покупке шести автоматов. Оставалось только авторство текста «Другая Россия», который адвокаты Лимонова трактуют как художественный текст, а обвинение — как серьезный план нарушения территориальной целостности Казахстана.

А тут приезжает на суд Линдерман и берет авторство «Другой России» на себя. Текст (я бы сказал: «художественный», но «маловысокохудожественный»), можно, кстати, трактовать и в отношении Латвии — не обязательно Казахстана. Кто там писал — Бог весть, а по стилю скорее Лимонов, чем Линдерман.

И сразу после этого — обыски у лимоновцев в Латвии и объявление Линдермана в международный розыск. Напрашивается версия, что ПБ сделало это по наводке ФСБ.

Далее, правда, интересы двух полицейских контор расходятся. ФСБ было бы удобней, чтоб Линдермана арестовали в Латвии. Поэтому они хотят его выдавить из России, пугая арестом, но реально пока не трогают. А для ПБ лучше бы, чтоб он оставался в России. Потому что на свободе в Латвии он их утомил, а латвийский суд — при всех его несовершенствах — все-таки подброшенный тротил за доказательство не посчитает.

А Линдерман сделал очередной неожиданный ход: попросил у Путина политического убежища в России и обратился к депутатам всех фракций Думы с просьбой поддержать его прошение. При том, что его партийный вождь Лимонов призывает из тюрьмы «всех, красных и белых», Березовского и Проханова, либералов и коммунистов, — объединяться против «разрушительного режима Путина».

Путин же молчит, по своему обыкновению.

...А съездить в Лондон к Березовскому Линдерману (как он вроде бы собирался) теперь не удастся. Объявив его в международный розыск, ПБ Латвии сделало так, что в России его может быть и не арестуют, но шенгенской визы ни в одном посольстве точно не дадут.