Итоги года Россвязьохранкультуры

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© solomin, origindate::18.03.2008, Фото: cnews.ru

Итоги года Россвязьохранкультуры

От действий Бориса Боярскова затрещали по швам сразу несколько отраслей

Сергей Оловянный

Converted 26383.jpg

Глава Россвязьохранкультуры Борис Боярсков

На прошлой неделе Федеральная служба по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия (Россвязьохранкультура) справила юбилей: год с момента создания.

Отмечать-то собрались, да было нечего.

Надзор за СМИ, интернет-провайдерами и обычными сайтами, компаниями связи, выдача лицензий и радиочастот, защита авторских прав, охрана культурного наследия (в основном, дорогих особняков в центре Москвы)…

Еще какое-то время назад казалось, что столь разношерстные сферы подпали под единую систему контроля из-за чьей-то злой шутки. Борис Боярсков, доказывая, что все случилось всерьез, супил брови то на представителей рынка связи, то на деятелей культуры вроде пожилых артистов, то на журналистов – чем вызывал изрядное смятение в их рядах.

Спустя год ощущения у всех пострадавших от деятельности Бориса Антоновича куда проще: когда же лопнет этот мыльный пузырь?

Ни одна из проблем, которые стояли перед суперведомством, не решена.

Проблема 1: порядок в собственном доме

У Россвязьохранкультуры были большие задачи. (Между нами, из серьезных политических только лишь одна: контроль СМИ в предвыборный период, а все остальное – попутное, приятный пустяк, но, тем не менее…) Переписать все федеральные объекты (в т.ч. недвижимые) культурного наследия и управлять ими. Создать прозрачную систему выдачи лицензий СМИ и компаниям связи.

Наладить работу государственной комиссии по радиочастотам (ГКРЧ) – высвободить для нужд бизнеса радиочастотный спектр. Запустить программу развития цифрового телевидения. Да какую еще уйму государственных дел наворотить!

За такие грядущие подвиги не то что на пост вице-премьера взойти - до самого первого заместителя председателя правительства дорасти можно…

Борис Антонович никогда и не скрывал, что ему было бы приятно получить и более глобальные поручения от партии и правительства.

Но для организации большой структуры необходимы усилия. Нужно эффективное управление. Нужны способности, наконец. Год прошел – но в каком состоянии пребывает подведомственное хозяйство Бориса Боярскова?

Согласно постановлению Правительства РФ от 6 июня 2007 г. №354 Россвязьохранкультура должна была «внести в 3-месячный срок в Правительство Российской Федерации в установленном порядке предложения о приведении актов Правительства Российской Федерации, касающихся контроля и надзора в сфере средств массовой информации и массовых коммуникаций, информационных технологий, связи и охраны культурного наследия, авторского права и смежных прав, а также организации деятельности радиочастотной службы в соответствие с Указом Президента РФ от 12 марта 2007 г. №320». То есть, в соответствие с тем самым указом, который и породил монстра РСОК.

Лето проходит, а правового регламента деятельности Россвязьохранкультуры – как ни бывало. В ведомстве по истечении лета не работают ни юристы (хотя к тому времени против РСОК уже были возбуждены дела), ни бухгалтерия, и даже телефоны – неделями. В секретариате накапливаются заявки на выдачу различных лицензий и разрешений… Цыплят считают к осени, когда уже сменяется правительство Михаила Фрадкова. Новому премьеру Виктору Зубкову приходится продлевать срок на организацию, отведя ведомству время на устранение недочетов к 1 декабря.

Осень 2007-го прошла, вот уже весна 2008-го настала – и новые промежуточные итоги подводить уже приходится новому высокопоставленному правительственному чиновнику. Вице-премьер Сергей Нарышкин – прямо на юбилейном совещании в Россвязьохранкультуре! – удивляется: «Организация деятельности в условиях объединения надзорных и контрольных функций в области культуры и связи потребовала от службы разработки и представления в правительство большого количества проектов и нормативно-правовых актов, как это было определено указом Президента от 12 марта 2007 года и постановлением Правительства от 6 июня 2007 года.

Трехмесячный срок, установленный правительством для подготовки этих актов, давно истек, а подготовлена только их небольшая часть». И ладно, если речь идет о каких-то новых функциях, с которыми, кто знает, бывает, и за год не управиться. Но первое, что вспомнил Нарышкин, касается основного профиля работы надзорной службы: «Хочу напомнить о необходимости скорейшего внесения в правительство проекта положения о едином государственном реестре объектов культурного наследия (памятников истории и культуры народов Российской Федерации)».

«Не думаю, чтобы этот вопрос был решен в течение ближайших нескольких месяцев», – смело парировал Борис Боярсков.

В чем же причина столь вызывающего безделья?

Борис Антонович может сослаться, конечно, на зловредных ветеранов актерской гильдии, которые уперлись в свой Дом актера и не отдают его в пользование службе. Ну не работается Россвязьохранкультуре в иных офисах. Вот, например, все лето переезжали в новое помещение – а и в нем не работается! Где еще, понимаешь, такую ауру, как в Доме актера, найти творческим чиновным людям.

Здание на Арбате в соответствии с указом Президента России от 27 июня 1996 года было передано в безвозмездное пользование Дому актера до 2045 года. Но 28 декабря 2007-го туда пришел представитель Россвязьохранкультуры и предъявил документы на оперативное управление домом.

К слову, тягу к перемене мест охранкультурных кабинетных работников посмели скомпрометировать те, кому по праву принадлежит Дом актера.

Людмила Максакова назвала действия Россвязьохранкультуры актом варварства и вандализма. Владимир Зельдин даже посмел сравнить оборону актерами своего дома с обороной Отечества и Москвы в годы войны.

Владимир Этуш и Юрий Соломин, как люди более ответственные, просто констатировали незаконность рейдерского отъема.

В январе в ситуацию с Домом актера вмешался Кремль. Но и на сегодняшний день, как заявила на очередной пресс-конференции директор Дома актера Маргарита Эскина, Россвязьохранкультура продолжает уже через суд претендовать на здание, а актеры вновь грозят выйти на баррикады.

Глава Россвязьохранкультуры может, конечно, списать все на козни врагов, которых разыскивает, как говорят, аж через частные сыскные агентства.

Дело-то, конечно, в другом. Ну не тянет сивка свою бурку!

До сих пор Борис Антонович Боярсков руководил лишь малыми «питерскими» формами. После работы у станка на ленинградском машиностроительном заводе «Красный Октябрь» и «в спецслужбах» (как не без зазнайства указано в официальной биографии), ему доверяли – по порядку – должность зампреда Куйбышевского райсовета народных депутатов в северной столице, управляющего филиалом банка «Империал», заместителя управляющего банка «Еврофинанс», вице-президента этого же банка по инвестиционным программам. И уж затем начал восхождение по федеральной административной лестнице с поста и.о. директора департамента лицензионной работы Министерства культуры, перебравшись оттуда на пост главы Россвязьнадзора. А еще и МВА, кстати, получил, во как…

И вот вместо того, чтобы набираться государственного масштаба, координируя свою деятельность с более опытными коллегами по административным вертикалям, Борис Антонович вдруг развил такую бурную деятельность, что затрещали по швам сразу несколько отраслей.

Проблема 2: развитие цифрового телевидения

Сразу после появления Россвязьохранкультуры глава Минсвязи Леонид Рейман пояснил суть нового административного явления: «Основной целью нового органа будет систематизация вопросов по выдаче лицензий на цифровое телевещание и радиовещание».

Ныне Рейман просто-таки в неудобном положении находится.

С программой развития цифрового ТВ в России вышла история, на которую пресса почему-то не обращает должного внимания. Согласно последним заявлениям Бориса Боярскова, который не раз пиарился как отец родной будущего отечественного телевещания, никакой ТВ-цифры в обозримом будущем не будет.

Как же так, скажете вы, ладно Рейман, но Медведев Дмитрий Анатольевич, избранный Президент, который как раз и поручил Правительству в кратчайшие сроки создать правовую и технологическую базу для картинки высокой четкости? Чуть ли не новый нацпроект развернул. Целевая программа называется.

Не-а, не будет вам никакой «цифры».

Согласно последнему тезису Бориса Боярскова, «целевая программа по развитию цифрового вещания в этом (2008-м) году принята не будет».

Основная причина торможения принятия федеральной целевой программы заключается в том, что «нужно сформировать частотно-территориальный план, определить перечень частот, которые будут использованы во всех субъектах федерации телерадиовещателями. Процедура это сложная, так как требует проведения конверсионных мероприятий в ряде областей. Кроме того, – цитирует главу Россвязьохранкультуры «Газета», – профильные ведомства так до сих пор и не решили, какие из телекомпаний войдут в обязательный бесплатный пакет телевещания для всех граждан».

Типичный прием – с больной головы на здоровую. Вот кто оказывается виноват – профильные ведомства. Минобороны не может решить, что рекомендовать в бесплатный пул – канал 2х2 или «Звезду»? Или речь о том, что Министерство печати не может вспомнить точно, кто входит в список каналов с государственным капиталом? Нет, говорите, такого министерства?

А кто же тогда занимается госрегулированием в области СМИ? Сам Боярсков?

Вот ведь как запутал товарищ…

Действительно запутал. Основная загвоздка раздачи частот под цифровое вещание заключается в том, что Россвязьохранкультура не может разобраться с правовой базой, регулирующей частотный спектр.

Согласовать, например, порядок выдачи частот с Министерством обороны.

Государственный радиочастотный центр, которым управляет Россвязьохранкультура, выдает лицензии компаниям без согласования с военными. В результате единственным прорывным способом расчистки спектра по Боярскову стал отъем существующих лицензий у телекомпаний.

Ведомство ввело запрет кабельным вещателям работать без лицензий, полученных в порядке, который Правительство РФ установило еще в 2005 году. Согласно этому порядку, вещатель должен получить лицензию на каждый транслируемый в сети канал. Сделать это в принципе невозможно, потому что другое постановление Правительства запрещает иметь одному лицу более двух вещательных лицензий. Но чиновников Россвязьохранкультуры такая правовая коллизия не смущает, и решать они ее не спешат. Кто не согласен – лишается лицензии. В конце прошлого года прокуратура Санкт-Петербурга – с подачи Россвязьохранкультуры – «занялась» операторами, транслирующими нелицензированные каналы.

За телевизионщиков, ради которых, казалось бы, и создается целевая программа, вступаются профессионалы. Президент Национальной ассоциации телерадиовещателей Эдуард Сагалаев попросил Бориса Боярскова не принимать репрессивных мер в отношении вещателей: «Если мы посмотрим всех кабельщиков, которые вещают в этой стране, мы увидим, что половина или больше ожидают санкции или находятся под угрозой проверок».

Боярсков остался глух к мольбам. Но штука в том, что репрессии неизбежно привели к торможению развития отрасли. А ответственное ведомство с легкой душой все сваливает на оппонентов из других ведомств.

Проблема 3: развитие связи

С первого своего важного мероприятия – конкурсов на распределение частот GSM – Борис Боярсков стал демонстрировать всем, кто в доме хозяин. После первого конкурса, результаты которого его по каким-то причинам не устроили, он отменил конкурсы в остальных регионах.

То, как Боярсков отменил конкурсы, не шло ни в какие ворота. Сразу после подсчета голосов на дальневосточных конкурсах глава Россвязьохранкультуры распустил конкурсную комиссию. Затем он издал приказ о переносе очередных конкурсов и одновременно распорядился разработать новые критерии оценки.

Приказ нарушил положение Правительства о порядке проведения частотных тендеров. Борис Боярсков не имел права менять приказы Россвязи, в которых были прописаны сроки проведения конкурсов и критерии оценок по заявкам претендентов на частоты. Фактически приказ Боярскова означал объявление войны старому регулятору.

Налицо полное отсутствие профессионализма. Получив в августе от Правительства разнос и распоряжение вернуть ситуацию с конкурсами в прежнее русло, Боярсков сделал вид, что ничего страшного не случилось.

Он отменил приказы «о переносе», издал приказы «об отмене» и назначил новые конкурсы.

В результате сейчас рынок перессорился. Компании подозревают друг друга в заговорах. Вложения в развитие сети заморожены – никто не хочет рисковать своими средствами в ситуации нестабильности.

На это, кстати, тоже обратил внимание на прошлонедельном совещании в Россвязьохранкультуре Сергей Нарышкин: «Особо хотел бы остановиться на такой чувствительной для участников рынка телекоммуникаций сфере, как организация и проведение конкурсов на право получения лицензий, в том числе – на оказание услуг подвижной радиотелефонной связи. С конца лета 2007 года Правительству Российской Федерации неоднократно приходилось рассматривать обращения различных компаний и организаций по поводу ситуации вокруг проведения этих конкурсов. В ряде СМИ даже возникла тема нарушения конкурентных условий и потворства монополистам со стороны основного регулятора в отрасли, которым, как известно, является ваша служба. Очевидно, что действия Россвязьохранкультуры, связанные, в том числе, с переносом сроков проведения этих конкурсов, изменением критерии оценки участников, имеют общественный резонанс. В этой связи хочу обратить внимание руководства Россвязьохранкультуры на необходимость неукоснительного соблюдения требования российского законодательства».

В состоянии неправового хаоса, в которое Борис Боярсков вверг рынок лицензий, проще решать личные проблемы чиновников. Непрозрачность – почва для коррупции. До сих пор, в частности, «болтается» без всякого надзора ФГУП «Главный радиочастотный центр» (ГРЧЦ) – единственная российская организация, уполномоченная проводить экспертизы при выделении частот операторам. Оборот предприятия участники рынка оценивают в $60-80 миллионов в год. Контроль органа возложен на Россвязьохранкультуру, но и в этой регуляции до сих пор нет никаких соответствующих документов. В результате частоты утекают из-под контроля государства как вода в решето. Говорят, что по всей стране так – с явными нарушениями – за полгода было роздано более 800 частот. Ситуация уже обеспокоила военных. За те же полгода они – естественно – не выдали ни одного разрешения на выделение частот, а ГРЧЦ лицензии раздает и раздает. Раньше ГРЧЦ находилось под крылом Россвязи. Случаи выдачи частот без согласования с военными тоже были, но теперь это превратилось в систему и, похоже, в теневой бизнес.

Вместо того чтобы решать реальные проблемы, Россвязьохранкультура плодит новые, практически на пустом месте. В октябре 2007 года на сайте Россвязьохранкультуры появилось распоряжение, согласно которому сотовые операторы, работающие в России, не должны посылать своим абонентам SMS латинскими буквами. «Использование операторами связи в своих взаимоотношениях с пользователями услуг связи графической основы латинского языка (латиницы) на всей территории действия выданных лицензий будет рассматриваться при проведении мероприятий по контролю как нарушение», – говорилось в сообщении. При этом Россвязьохранкультура ссылается сразу на несколько законов: «О связи», «О государственном языке РФ» и «О языках народов РФ». В ответ операторы связи пояснили: сообщение на латинице занимает меньше места и экономит пользователю средства, и от запрета ведомство отказалось. Может, стоило сначала подумать, а потом запрещать?

Проблема 4: как исправить ситуацию?

Маленькая и неприятная миссия для будущего главы Правительства Владимира Путина. Но, возможно, совершенно понятная. Путин-то знает, кто привел к нему за руку главу скандального ведомства. Вот к этому-то доброхоту и можно проблемного чиновника отправить – чтобы перековал своего ценного кадра.