И нашему прохиндею пора за решетку

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Стрингер", origindate::23.12.2005

И нашему прохиндею пора за решетку...

Михаил Казаков

Когда «Stringer» в цикле [page_17578.htm «Уральские пожиратели вертолетов»] поведал о художествах на Уральском заводе гражданской авиации в Екатеринбурге, где так «ремонтируют» вертолеты, что они гибнут вместе с пилотами - директор УЗГА Анатолий Падеров бросился за помощью в Министерство обороны. Он надеялся, что там подбросят заказов и защитят от внимания журналистов завесой «военных секретов».

В ожидании, когда с российским авиастроением будет окончательно покончено, екатеринбургский завод активнейшим образом строит легкие самолеты, яхты и снегоболотоходы для новоявленных «хозяев жизни».

Но генералы из Главного командования ВВС не пожелали у г-на Падерова ничего «новорусского» купить и письменно сообщили своему руководству те же самые нелестные оценки работы Уральского завода, что уже были высказаны в статье «Stringer».

Военные и свои-то ремонтные заводы не могут как следует загрузить..

Нечем!

А тут еще в Екатеринбурге развил большую активность Фонд обманутых акционеров. И от директора уже ожидают объяснений в судах по поводу акций, грубо отнятых у ветеранов завода в разгар «приватизации». В родном Екатеринбурге и в Москве у господина Падерова учреждено полтора десятка фирм, владеющих уже практически всеми акциями предприятия. Ни одно из «физических лиц», учреждавших этих фирмы, не внесло в уставной капитал ни рубля. Один лишь «интеллектуальный капитал», оцененный в нескромные по размерам суммы.

Справка «Stringer
ОАО «УЗГА» правопреемник завода 404 Гражданской авиации и работает более 65 лет. Основное направление деятельности – ремонт авиационных двигателей всех модификаций и главных редукторов. Ремонтную деятельность завод осуществляет на собственных производственно-технических базах. 
Выручка УЗГА в 2004 году составила 51,миллиона долларов, чистая прибыль – более миллиона долларов.

Бесчисленные фирмы, кормящиеся при авиазаводе, чистосердечно признаются контрольным органам, что у них, у этих фирм, «ноль рабочих мест».

Как, например, Закрытое акционерное общество «Полет-сервис», обитающее в Москве на площади Тверская застава, дом 3.

В числе учредителей «московско-уральских» фирм мы замечаем главбуха завода, всех заместителей директора и главного контролера, заместителя главного инженера.

Все учрежденные ими фирмы, декларируя в уставах весьма многообразную деятельность, выпускают, в основном, платежные поручения.

В уставе у них записаны «транспортные и погрузочно-разгрузочные работы».

Они и «разгружают» уральский завод от совершенно ненужных ему денежных знаков.

Закрадывается очень страшное подозрение: может быть, представитель завода, производящего двигатели, погубленные «ремонтом» вместе с вертолетом и пилотами, с кем-то в доле?

В этом случае можно не обращать внимания ни на какие акты авторского надзора разработчиков убитой техники. Плевать на то, что генеральный директор питерского завода требует прекратить незаконный выпуск деталей к питерским двигателям без разрешения Международного авиакомитета, а опись увиденного питерцами на уральском авиазаводе страшно даже читать.

Потому, видимо, г-н Падеров и удерживается в директорском кресле после всех скандалов с вертолетами, разбившимися в Малайзии в результате ремонта на его заводе и гибели легкого самолета, не сумевшего улететь сколько- нибудь далеко от городской черты, в которой его смастерили.

Через год директору стукнет шестьдесят.

На пенсии ему опять придется быть скромным.

Совсем как в те годы, когда он состоял в рядах КПСС.

Пенсии едва хватит на оплату профилактического ремонта домашнего автопарка, состоящего из «Мерседеса» и «Кадиллака».

А прокурорские бойцы на Урале слишком много работают и слишком мало получают. Они может быть и готовы покарать виновных за гибель вертолетов и самолетов, к которым приложили руки умельцы УЗГА, но вот беда - никто до сих пор не положил им на стол акт, одинаково грамотный и юридически и технически.

Расследователи из комиссий очень почтенных ведомств в растерянности гадают, что писать в акте, разбирающем возможные причины катастрофы.

Если написать все как есть – обидишь директора завода Падерова, вместе с которым не один год сочиняли причины других прискорбных катастроф.

А свалить вину за случившееся на погибших летчиков, как это делается многие годы – тоже рука не поднимается.

Когда самолет или вертолет угробился в пределах исторической Родины – можно беспредельничать в официальных документах как хочешь.

Но, к сожалению, вертолеты, отремонтированные на Урале, грохнулись на землю суверенной Малайзии, страны с жесткими моральными нормами и не терпящей двусмысленности в прокурорском деле. В предыдущей серии под названием «Уральские пожиратели вертолетов» рассказывалось, как погибли за границей два вертолета, отремонтированные на УЗГА. На обоих разлетелись диски, закрывающие турбины компрессоров питерского авиадвигателя. Диски были сделаны где-то поблизости от уральского завода, шабашниками. И в результате оголтелого «народного творчества» на вертолете Ка-32, считавшемся одним из самых надежных в мире покрывающий турбину компрессора диск разлетелся, а его осколки попали в двигатель. Вот прокурор Свердловской области заявляет, повздыхав, что на заводе не выявлено фактов производства контрафактной продукции, которая бы послужила причиной гибели вертолетов. (Он не сказал, что таких фактов нет вообще. Просто их пока нет у его сотрудников. А за пределами заводской территории контрафактного производства никто и не начинал искать)

По его примеру и председатель комиссии Международного авиационного комитета по воздушному транспорту Михаил Творогов утверждает, что прямой связи между авиакатастрофами и использованием контрафактных деталей не установлено. Хотя при этом и оговаривается, что в России сейчас около семисот (!) производителей авиационных запчастей. И лишь тридцать из них прошли добровольную сертификацию в МАК.

Он не утверждает, что такой связи нет совсем. Просто она в его представлении какая-то «непрямая».

Мы и не заметили, как рухнула вся былая культура обеспечения безопасности даже ВИП-персон.

А сегодня многие сильно оскандалившиеся фигуры сохраняются на «шахматной доске» только потому, что прецедент опасен. Выгонишь и посадишь одного – сразу целый хор завопит: «А нашему прохиндею тоже давно пора за решетку!»

Вот прокуроры и не наберутся никак решимости отстранить директора УЗГА Анатолия Падерова от занимаемой должности, хотя бы в порядке доследственной проверки.

Да, все еще действует статья 226 УК РФ «Недобросовестный ремонт транспортных средств», предусматривающая до пяти лет лишения свободы, а статья 238 УК РФ «Выпуск товаров, не отвечающих требованиям безопасности» вообще дарует до шести лет лишения свободы при одном погибшем и до десяти лет при двух и более трупах.

Но зря что ли наймиты большого бизнеса 1 июля 2003 года протащили через Федеральное собрание «Закон о техническом регулировании», после принятия которого на просторах нашей страны, все меньше напоминающей государство, воцарилась разудалая махновщина.

До начала «административной реформы» бывший Госстандарт, ныне опущенный до статуса Федерального агентства по техническому регулированию, успел подготовить и положить в правительство на подпись лишь десять из 23 минимально необходимых подзаконных актов.

А без них Закон просто не работает.

И никто не торопится выполнить адресованное питерцами Международному авиационному комитету требование тщательно обследовать все полторы тысячи авиадвигателей, прошедших на Урале капитальный и восстановительный ремонт и удостоенных уральского сервисного обслуживания в межремонтный период.

Если не заменить все «левые» детали – завтра будут новые катастрофы.

И не только на вертолетах «Ка», но еще и на вертолетах «Ми» - от восьмой до двадцать восьмой модели.

Российские вертолеты уже давно перестали быть желанным товаром на мировом рынке. Радуемся, как великому празднику, если какие-нибудь не слишком богатые азиаты согласятся купить парочку, изрядно поторговавшись и сбив цену.

Зато двигатели и запчасти к вертолетам пока еще покупаются.

Двигатель к вертолету, проданному когда-то за миллион двести тысяч долларов, продается за восемьсот тысяч долларов. А двигателей на машине два.

И жгучая обида гложет екатеринбургских джентльменов, умеющих лишь отнимать да делить. Их завод из кожи вон лезет, чтобы заработать на ремонте изношенных зарубежной шабашкой винтокрылых машин. А эти чертовы питерцы тридцать лет очень неплохо зарабатывают на когда-то разработанном удачном двигателе.

Хотя, если чуть поменьше халтурить – и капитальным ремонтом можно очень нехило прокормиться.

Депутат Государственной Думы Тамара Плетнева оказалась решительней и принципиальней всех робких мужчин, вникавших в подробности смертоубийственного «капитального ремонта» вертолетов и самолетов. Она отправила на имя председателя Правительства РФ, Генерального прокурора, председателя ФСБ и губернатора Свердловской области требование приостановить работу предприятия до окончания всех проверок и получения убедительных доказательств, что на «отремонтированных» машинах могут летать не одни лишь самоубийцы.