Казнотраты-2

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Как чиновники в кризис обращаются с бюджетными деньгами

1246429110-0.jpg Министерства, ведомства и регионы рапортуют о начале «режима жесткой экономии». Кризис породил и обещание всерьез усилить контроль за госсредствами. Однако многие из тех, кто пользовался бюджетным карманом как своим собственным, продолжают успешно это делать. И при этом — что самое печальное — у них по-прежнему очень много шансов выйти сухими из воды. О масштабах чиновничьего расточительства мы уже писали (см. «Казнотраты» от origindate::15.05.2009). Теперь решили разобраться: можно ли найти от него лекарство?

Следить за тем, чтобы бюджетные средства тратились правильно, — прямая обязанность Счетной палаты. Она, конечно, не единственный контролер, при этом формально — самый главный.

- Но мы — как патологоанатомы, по текущим тратам диагнозы не ставим, анализируем только то, что уже закончилось, — говорят в Счетной палате, объясняя, что о правомерности расходов этого года смогут говорить только в следующем, когда все бюджеты будут закрыты.

Впрочем, сейчас аудиторы активизировались — план антикризисных проверок занимает несколько листов.

Уже проведенные проверки захватывают лишь самое начало нынешнего года (что поделать, отчетность ведется поквартально). Но если из них будут сделаны выводы, в том числе и на уровне уголовных дел, то, возможно, кто-то из пытающихся сейчас залезть в государственный карман задумается: а надо ли? Вот, например, выдержки из недавно законченной проверки состояния дел в Ингушетии. Преимущественно — в 2008 году, во время президентства Мурата Зязикова.

«На основании распоряжения правительства Республики Ингушетия от origindate::15.04.2008 (подписано председателем правительства республики Х.Дзейтовым) ГУ «Специальное автотранспортное предприятие при правительстве Республики Ингушетия» принят на содержание автомобиль Мерседес-Бенц G500. На балансе ГУ указанный автомобиль не числился, согласно информации МВД Республики Ингушетия, собственником автомобиля является Н.М. Дзейтова. В течение апреля-ноября 2008 года расходы на его содержание (ГСМ)составили 240,6 тысячи рублей.»

Что такое 240 тысяч рублей в масштабах страны? Мелочь? Видимо, именно так думал Харун Дзейтов, заправляя свой «Мерседес» из госкармана. Но кто знает, насколько потянет сумма всех таких «мелочей»? А подтверждений тому, что это не разовый случай, увы, хватает. Например, как установила Контрольно-счетная палата Иркутской области, директор областного Центра по сохранению историко-культурного наследия, уходя в 15-дневный отпуск, выписал себе аж 146 тысяч рублей отпускных из казенных денег. Теперь до конца сентября обязан все в областной бюджет вернуть. Пока «наскреб» только 10 тысяч.

Или еще одна цитата, из обнародованных вчера результатов проверки в Тверской области за 2008 год. «Были завышены нормы расходов на прием и обслуживание делегаций. Превышение установленной нормы расходов составило в сумме 2,87 млн рублей».

Случаев, когда итоги проверок Счетной палаты становятся основой уголовных дел на «казнотратов», единицы. Но они все же есть. Например, в середине июня было возбуждено уголовное дело в отношении начальника финансового управления аппарата нижней палаты Великого хурала (парламента Тувы) Дизенмы Комбу. Причина — в условиях жизни некого «постоянного представителя» местного парламента в Госдуме (откуда взялась такая должность — вообще непонятно). Обитая постоянно в Москве, он тем не менее числился жителем Крайнего Севера, со всем надбавками и районными коэффициентами. В столице ему, видимо, было совсем холодно — суммарно северных надбавок набежало на 400 тысяч. Будет ли возбуждено дело против самого «представителя» — пока неизвестно.

Бумажки «чистые» — претензий нет

Аудиторы — как федеральной Счетной палаты, так и региональных контрольно-счетных палат — в состоянии выловить лишь те случаи, где более-менее явно «торчат уши». При этом контролеры, как никто другой, понимают: есть масса способов скрыть все что угодно даже за самыми «чистыми» цифрами. Самый простой пример: регионы сейчас присылают в Москву отчеты о том, сокращают ли они расходы на содержание органов власти. То есть на себя, любимых. Из отчетов следует: да, сокращают. Кто на 7 процентов, а кто и на 30. И вот как раз в 30% специалисты верят слабо: «Слишком похоже на фикцию». Неужели бумага, подписанная самим губернатором, нагло врет? Скорее всего, нет. «Можно, например, перенести часть расходов на смежные бюджетные статьи, а можно, по бумагам сотрудника уволив, перевести его на работу в какой-нибудь ГУП, при той же зарплате, обязанностях и рабочем месте», — объясняют эксперты. Но это — всего лишь версии, формально поводов для подозрений нет.

Просторное поле с виду «чистых» махинаций с бюджетными деньгами создает и система госзакупок в ее нынешнем виде. Неприкрытое расточительство — лишь вершина айсберга. А в его подводной части — конкурсы, победитель которых (и, соответственно, получатель бюджетных средств) по сути определяется заранее. Например, 17 июня Федеральная антимонопольная служба предписала аннулировать ряд ранее заключенных сделок, которые в общей сложности «потянули» на 1,2 млрд рублей. Причина — использование латинских букв при публикации сведений о заказе в интернете. Глазу незаметно, а вот для поисковых систем — весьма чувствительно. Они становятся не в состоянии выдать адекватный ответ за запрос предпринимателя, ищущего информацию о конкурсах. В итоге до самого конкурса могут добраться лишь те, кто и так о нем знал.

Такие «шалости» контролеры еще могут выловить, а вот с составлением конкурсного задания под одного конкретного исполнителя (мысль об откатах тут возникает сама собой) гораздо сложнее. Тем более что игра часто идет на узкоспециализированной тематике. Самый простой и наглядный пример: один из регионов решил потратить до 500 тысяч рублей на фотографии нескольких сотен достопримечательностей края. Снимки нужно было предоставить в течение месяца, причем — тут особое внимание! — они должны быть сделаны в разное время года.

- Для того чтобы сделать вывод о нарушении, нам нужны факты, а не подозрения, — прокомментировали одну очень похожую историю в Счетной палате. — Ведь вероятен и вариант, что кто-то из предпринимателей решил рискнуть своими деньгами и начал выполнять работы еще до заключения контракта. Другой вопрос, знали ли о готовящемся конкурсе все участники рынка или только один. Но это уже вне нашей компетенции.

Уходя, гасите свет

Многочисленные контролеры — и Счетная палата, и Федеральная антимонопольная служба, и Росфиннадзор, существующий при Минфине, — по большей части борются с последствиями, то есть находят нарушения и требуют вернуть деньги в казну. А можно ли как-то побороть саму причину — весьма вольное отношение чиновников к госсредствам? Это, полагают эксперты, как коррупция: совсем победить нельзя, но пытаться — можно и нужно.

Каким образом? Например, полагают контролеры, попробовать усмирить чиновничье расточительство через введение ограничительных стандартов. Как вариант: транспортные расходы не должны превышать, условно говоря, 2% от общих расходов на содержание данного органа госвласти. Тогда, возможно, появится и повод применять какие-либо санкции к чиновникам за покупку неоправданно роскошных машин. Пока это, если все бумаги оформлены правильно, вопрос исключительно этический. Которым, как показывает практика госзакупок, легко можно пренебречь.

Кроме того, почти все получатели бюджетных средств избалованы сметной системой финансирования. То, что является позитивом для нормального семейного бюджета — удалось уложиться в меньшую сумму, — для чиновников фактически позор, средства «не освоены». А чем больше при сметной системе потратишь — тем больше основания просить в следующем году денежек прибавить. Сместить ориентиры с «потратить деньги» на «добиться результата» — это, кстати, тоже был один из посылов недавнего президентского Бюджетного послания. Кое-какие методы такой принудительной «смены ориентации» в том же послании были названы. Например, ввести среднесрочные «потолки» бюджетных расходов по конкретным направлениям — с тем, чтобы приучать к экономии. Помимо «кнута», есть и «пряник» — например, Медведев предложил подумать над тем, чтобы оставлять в распоряжении госучреждений средства, которые им удастся сэкономить при оплате коммунальных услуг. То есть знаменитое «Уходя, гасите свет» снова может стать весьма популярным лозунгом.

Сметная система, естественно, не наше изобретение, так живут госорганы практически по всех странах мира. Но во многих из них она подкрепляется и совершенно другой системой контроля. Скандал, разгоревшийся не так давно в британском парламенте, конечно, был ужасен. Но почему? Потому что бюджет палаты общин оказался открыт для общественности. А попробуй-ка у нас, не будучи контролером Счетной палаты или Росфиннадзора, получить детали расходов парламента, министерства или областной администрации? Хотя как раз с этим скоро может стать полегче: с 1 января будущего года вступает в силу закон «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления». Абсолютной прозрачности чиновников он, конечно, не обещает. Но кое-какие надежды все же дает. В частности, на право получения «сведений об использовании органом выделяемых бюджетных средств». Причем запросить такие сведения сможет любой гражданин. Не объясняя, для чего ему это надо. Может, сработает?

Ударим по кризису подсветкой для макияжа

Официальный сайт для размещения информации о госзакупках (www.zakupki.gov.ru) — чтение чрезвычайно увлекательное. И, видимо, таковым останется еще надолго.

Вот, например, серьезное учреждение — управление Судебного департамента в Республике Башкирии. Оформляет серьезнейшую заявку — «поставка блузок женских для нужд районных (городских) судов, источник финансирования — федеральный бюджет». Причем, судя по спецификации заказа, предмет заботы отнюдь не секретарши: 200 из 300 заказываемых блузок «расположены» в диапазоне от 48 до 54 размера. Понять желание башкирских дам-судей даже под мантиями выглядеть строго, официально и унифицированно в принципе можно. Но при чем тут федеральный бюджет?

Ставропольский же краевой суд к 15 июня понял, что ему срочно нужны два автомобиля — один легковой, один «повышенной проходимости». За каждый суд готов выложить по миллиону с лишним рублей. Источник финансирования — естественно, федеральный бюджет. При беглом просмотре конкурсной документации (62 страницы!) марку машину обнаружить не удалось, зато удалось порадоваться въедливости и придирчивости судей, указавших все, что им необходимо. А именно: DVD-проигрыватель, два семидюймовых дисплея, отделка из кожи и дерева, непременно 11 динамиков и «подсветка макияжных зеркал в солнцезащитных козырьках». Общий список «приятностей» составляет 40 позиций. Действительно, как можно быть справедливым и бескорыстным без подсветки в зеркальце?

Госдума, публично повздыхав о необходимости строжайшей экономии, тоже кое в чем решила себе не отказывать. Оказалось, что везде, начиная от зала заседаний и заканчивая помещениями, где собираются думские комитеты, необходим срочный ремонт системы звукоусиления. Суммарно на эти цели на Охотном Ряду готовы выложить 2 миллиона 860 тысяч рублей. Думцы так плохо слышат друг друга? И поможет ли им этот ремонт получше услышать избирателей?

Оригинал материала

«Известия» от origindate::30.06.09