Как Кадыров убирает «Роснефть» из Чечни

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск
Роснефть

Рамзан Кадыров консолидирует нефтяные активы Чеченской Республики. Первый шаг – переход компании «Чеченнефтехимпром» из федеральной собственности в региональную. Второй – установление контроля над «Грознефтегазом»

Пока план чеченского лидера далек от реальности, несмотря на то, что президент России поддерживает передачу «Чеченнефтехимпрома» в собственность субъекта Федерации. Маленькая северокавказская республика снова становится местом конфликта. На этот раз здесь пересеклись интересы самого Кадырова, федерального правительства и одного из самых влиятельных людей страны – Игоря Сечина.


Письма московскому султану


В начале 2016 г. глава Чечни Рамзан Кадыров получил звание патриота России номер один. Он удостоился высокой чести в ходе флешмоба, захватившего политическую и культурную элиту страны. Единоросс Ирина Яровая, рэпер Тимати, певец Николай Басков, актер Игорь Верник и многие, многие другие фотографировались с листками бумаги, на которых было напечатано: «Кадыров – патриот России». Они защитили спокойствие руководителя Чеченской Республики. «Пехотинец Путина» подвергался нападкам после того, как он назвал представителей оппозиции предателями и врагами народа.


Демонстративные клятвы верности политическому режиму и лично президенту Владимиру Путину позволяют главе Чечни отбросить стеснение и писать прямо в Ново-Огарево, на главный почтовый ящик страны. Известно о двух письмах Кадырова Путину. Второе было написано в апреле. В нем Кадыров сетует, что экономические проблемы республики не решаются. В частности, буксует процесс передачи 100% акций компании «Чеченнефтехимпром» от Росимущества в собственность региона.


«Чеченнефтехимпром» владеет 270 действующими скважинами. Кроме того, в составе предприятия – два небольших нефтеперерабатывающих завода, четыре нефтяных хранилища и 500 км трубопроводов. Компания на правах аренды управляется «Роснефтью».


Вину за задержку Кадыров возложил на правительство. Действительно, 10 декабря 2015 г. Путин поручил Минэкономразвития, Минэнерго и Минфину подготовить передачу активов Чечне. Но этого пока не произошло. В первый раз по поводу «Чеченнефтехимпрома» Рамзан Кадыров написал президенту как раз в декабре прошлого года. Он сообщил главе государства, что предприятие управляется из рук вон плохо. Так, по мнению чеченского лидера, потенциал компании, не связанный с переработкой нефти, вообще не используется. Земельные участки и инфраструктура простаивают. Республика хотела бы использовать их для строительства инновационного завода по производству литий-ионных аккумуляторов. В 2014 г. «Чеченнефтехимпром» заключил контракт на создание производства мощностью 125 МВт/ч с корейской компанией Kokam. Общий объем инвестиций в проект – 6,59 млрд руб. Стройку должны были начать в 2015 г., но все уперлось в вопросы собственности. Пока предприятие не является чеченским, ни о каком заводе речи быть не может.


Почему же такой незначительный, казалось бы, вопрос вызвал у государства административный паралич? Мы прекрасно знаем, как работает вертикаль власти – конкретные вопросы обычно решаются по щелчку пальцев. Напомним, что во время прямой линии с Владимиром Путиным 14 апреля было возбуждено несколько уголовных дел (например, в отношении директора шикотанского рыбокомбината «Островной»). Общение с народом в очередной раз наглядно продемонстрировало, что страна управляется в ручном режиме.


И вот прошло почти полгода, как Путин поручил передать «Чеченнефтехимпром» региону. Пока воля президента игнорируется. Спор вокруг компании затрагивает интересы сразу нескольких влиятельных группировок. Клубок противоречий еще не распутан.


Грозный деприватизатор


Правительство является одним из участников данной игры. Дело в том, что «Чеченнефтехимпром» включен в план приватизации. Федеральный бюджет на 2016 г. сверстан с дефицитом 2,36 трлн руб. Власти предприняли целый комплекс мер для борьбы с ним: увеличили вес Минфина (например, передав Антону Силуанову управление водочными денежными потоками через Росалкогольрегулирование), продолжили тратить Резервный фонд и задумали провести большую распродажу госсобственности. По оценке министра экономического развития Алексея Улюкаева, казна получит около 1 трлн руб. С молотка могут пойти пакеты акций ВТБ, «Алросы», «Совкомфлота», «Башнефти» и «Роснефти».


Большую приватизацию вполне можно назвать экстренной, так как она решает сиюминутную задачу балансировки бюджета. Но есть и плановая распродажа имущества. Чеченская компания как раз в нее включена. Программа была утверждена еще 1 июля 2013 г. Под нее попадает более 400 объектов – их необходимо реализовать до конца 2016 г. Ожидаемый эффект плановой приватизации – плюс 3 млрд руб. в казну ежегодно.


Трудно оценить, сколько именно государство рассчитывает выручить от продажи «Чеченнефтехимпрома». Предприятие закрытое, его бумаги на бирже не торгуются. «Основные средства «Чеченнефтехимпрома», согласно отчетности на 31 декабря 2014 г. (более поздние данные не опубликованы), составляли в 2 млрд руб. Чистая прибыль за 2014 г. – 44 млн руб. Помимо двух НПЗ, компании подконтрольны несколько заводов по ремонту нефтегазового оборудования, оборудование для добычи, нефтехранилища и инфраструктура», – рассказал «Ко» эксперт-аналитик ИК «Финам» Алексей Калачев. Директор аналитического департамента инвесткомпании «Golden Hills – Капиталъ АМ» Михаил Крылов оценивает стоимость «Чеченнефтехимпрома» в 14–16 млрд руб., с учетом того, что он мог бы добывать 500 000 т нефти в год (так, «Башнефть» производит 17,8 млн т, в 36 раз больше, и стоит примерно в столько же раз дороже – 426 млрд руб.).


В общем, ясно одно: 19,66 млн акций компании, находящихся в собственности Росимущества, намеревались передать частным инвесторам.


И тут вмешался Кадыров. В письмах Путину он подчеркивал, что приватизация «Чеченнефтехимпрома» сорвет сделку с Kokam и поставит под удар создание инновационного кластера в республике. Именно поэтому компанию нужно вывести за рамки планов правительства – под управлением Грозного она принесет больше пользы.


Алексей Калачев напоминает, что «Роснефть» арендует имущество нефтедобывающего комплекса «Чеченнефтехимпрома». После того как предприятие наконец передадут республике, арендная плата пойдет уже не в федеральный бюджет, а в региональный. Есть еще один аргумент в пользу отмены приватизации: если власти Чечни получат компанию, они обратятся к Москве с просьбой форсировать строительство крупного НПЗ мощностью 1 млн т взамен разрушенного во время войны.


Прежний руководитель Росимущества Ольга Дергунова играла на поле Кадырова. Ни для кого не секрет, что она крайне щепетильно относилась к своей работе. Судя по всему, Дергунова сопротивлялась концепции большой приватизации. По ее мнению, быстрая распродажа госактивов может привести к переделу собственности в России по схеме 1990-х годов. План Дергуновой состоял в следующем. Во-первых, нужно выставлять на продажу некрупные пакеты (так, в случае с «Роснефтью» – не 19,5% акций, а 4–5%). Во-вторых, исключить участие стратегических инвесторов. Имущество необходимо разместить на бирже – только так можно обеспечить прозрачность процесса. Ее видение не совпало с намерениями начальника, Алексея Улюкаева. Последний хотел бы реализовать активы как можно скорее.


Если посмотреть на ситуацию вокруг «Чеченнефтехимпрома» с этой точки зрения, то получится, что позиции Дергуновой и Кадырова совпадают – они оба противостоят огульной приватизации. Дергунову убрали. В ее кресло посадили Дмитрия Пристанскова (входил в топ-менеджмент «Норникеля», работал в Росимуществе в 2005–2014 гг., с 2012 г. был замом Дергуновой). Ему предстоит организация двух приватизаций – экстренной большой и плановой, которая противоречит интересам Кадырова.


В Росимуществе запрос «Ко» о том, когда завершится процесс передачи «Чеченнефтехимпрома» региону, перенаправили в Белый дом. Правительство не сумело подготовить оперативный комментарий.


Впрочем, и правительству, и Росимуществу придется наступить на горло своей песне. Вся страна готовится к приватизации, но для одного региона сделали исключение. Там проведут национализацию. Поручение Путина есть, правительство его исполнит. Пусть и с≈задержкой. В апреле Минэкономразвития поясняло, что принять конкретное решение быстро невозможно, так как вопрос упирается в раздел имущества с «Роснефтью». И здесь Кадыров переходит дорогу Игорю Сечину.


Выдавливая Сечина


Фактически вся чеченская «нефтянка» находится под «Роснефтью». Поэтому Сечин является вторым участником игры, главный приз в которой – не столько деньги и баррели, сколько политическое влияние.


В 2000 г. на базе добывающих активов республики был создан «Грознефтегаз». На 51% он принадлежит «Роснефти», у правительства Чечни – пакет в 49%. Кроме того, компания Игоря Сечина арендует имущество «Чеченнефтехимпрома», необходимое для добычи и геологоразведки. То есть оба предприятия находятся в сфере влияния «Роснефти».


Кадыров явно недоволен работой Сечина. Во-первых, «Роснефть» должна была построить (вернее, восстановить) в республике большой НПЗ. Соответствующий договор подписали в 2010 г., но его реализация постоянно откладывается. Во-вторых, пока «Чеченнефтехимпром» управляется не из Грозного, а из Москвы, контракт с корейцами так и остается на бумаге. Рамзан Кадыров уверен, что передача «Чеченнефтехимпрома» не ущемит интересов «Роснефти». Путин согласен с главой Чечни.


Но патриот России номер два – а знакомые Сечина, как мы знаем, называют его именно скромным трудолюбивым патриотом – может иметь особое мнение по данному вопросу. Принципиальная позиция главы «Роснефти» – одна из возможных причин задержки с передачей «Чеченнефтехимпрома». Важно отметить, что спор идет не в экономической плоскости. Скорее, он связан с борьбой за внимание президента. На чью сторону встанет глава государства, у того и будет больший вес в административной системе.


По оценке бизнесмена, близкого к чеченскому нефтяному сектору (он пожелал остаться анонимным), компания не является ценной с финансовой точки зрения. Да, у нее есть ремонтные мастерские для бурового и промыслового оборудования и некоторое количество самого оборудования для добычи. Все это сдается в аренду «Грознефтегазу», а сам «Чеченнефтехимпром» выкачкой черного золота не занимается. «Вопрос владения «Чеченнефтехимпромом» принципиален для Кадырова. Он считает, что, получив предприятие, сможет активнее влиять на «Грознефтегаз», гендиректором которого уже является его человек – Муса Эскерханов. Но пока дела в «Грознефтегазе» решаются через кредитный комитет «Роснефти», – поясняет собеседник «Ко». Хотя контроль над «Грознефтегазом» – единственный интерес Игоря Сечина в Чечне, утверждает бизнесмен. На доходы материнской компании региональное предприятие не влияет, его добыча падает. Так что и здесь дело не в деньгах, а в принципе.


В апреле 2013 г. Кадыров обрушился с критикой на «Роснефть». Руководитель Чечни обвинил корпорацию, что она не платит налоги в республиканский бюджет и не создает новые рабочие места. Среди претензий к Игорю Сечину было и резкое сокращение производства нефти.


Алексей Калачев говорит, что за добычу и геологоразведку в республике действительно отвечает «Роснефть». Сейчас она владеет 27 лицензиями на участки недр, 20 из них – на разработку месторождений, семь –на геологическое изучение и разведку. Нефть добывается на 11 месторождениях. «За последние шесть лет производство углеводородов в Чечне сократилась в восемь раз из-за естественной выработанности месторождений», – утверждает эксперт. Первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал не согласен с мнением Кадырова. Он считает, что «Чеченнефтехимпром» хорошо управляется «Роснефтью». «Чеченнефтехимпром» интересен только местным властям и компаниям, потому что масштаб у него небольшой. В то же время предприятие оказывает большое влияние на экономику региона и на расстановку сил в нем. Его передача республике увеличит независимость Чечни от федерального центра, даст ей дополнительные несколько сот миллионов долларов дохода в год», – утверждает Павел Сигал.


Представители «Роснефти» отказались комментировать ситуацию со сменой собственника «Чеченнефтехимпрома».


Весьма примечателен тот факт, что «Роснефть» все же попадает под большую приватизацию (хотя Сечин и сопротивляется: по его мнению, продавать акции нужно при нефти за $100 и после того, как государство финансово поддержит ряд проектов компании), а «Чеченнефтехимпром» – исключается из плановой. Что позволено Кадырову, не позволено менеджерам «Роснефти». Это еще один удар по позиции Сечина. Как и правительству, «Роснефти» придется исполнять решение президента. Завладев «Чеченнефтехимпромом», Кадыров получит дополнительный рычаг влияния на федеральный центр. У него возникнет еще один повод писать Путину – ведь нужны же деньги на НПЗ и вообще на развитие местного нефтяного сектора, который якобы плохо управляется «Роснефтью». Помимо этого, передача «Чеченнефтехимпрома» – важный шаг к установлению контроля над «Грознефтегазом». Постепенно вырисовываются контуры будущей схватки патриотов Кадырова и Сечина. Во втором тайме они разыграют право на безраздельное владение чеченской нефтью.


Сердце Чечни


Наконец, третий участник конфликта – это сам Рамзан Кадыров. В его намерениях прослеживается общероссийская тенденция на централизацию политической и экономической власти. Руководители на всех уровнях – от президента и менеджеров госкорпораций до региональных лидеров – стремятся вмешиваться во все сферы и контролировать как можно больше процессов. Кадыров действует строго в рамках данной парадигмы.


«Деловой климат в Чечне сложный, но, в принципе, ненамного хуже, чем по стране. Можно, к примеру, кооперироваться с местными бизнесменами и работать на подрядах. Большой бизнес нечеченцу сделать нереально. Но даже если ты чеченец, тебе нужно быть близко к власти», – рассказывает «Ко» на условиях анонимности предприниматель, работавший в регионе. При этом он подчеркивает, что сейчас в чеченском нефтяном секторе действует лишь «Грознефтегаз». И то, только в части добычи и транспортировки. «Переработкой занимаются кустари на самоварах. Большой НПЗ так и не восстановили. Но объемы добываемой нефти здесь катастрофически малы, чтобы строить под них НПЗ. Возить нефть еще откуда-то неразумно: смешивать высококачественную чеченскую нефть с другой – только все портить», – комментирует собеседник «Ко» и добавляет, что «Грознефтегаз» формально зависим от Кадырова на 49%. «Неформально – возможно, больше. Особенно с учетом того, что подрядчики у компании местные. Но такие отношения характерны не только для Чечни», – заключил он.


Во второй половине ХХ века Чечня была важным звеном в нефтяной цепочке СССР. Постепенно месторождения вырабатывались, ресурсы иссякали. В 1990-е производство было фактически разрушено – два крупных военных конфликта и отсутствие каких-либо инвестиций в разведку и разработку новых участков сделали свое черное дело. На первый взгляд может показаться, что Рамзан Кадыров мечтает вернуть республике былое нефтяное величие. Если вложиться в развитие отрасли, можно нарастить добычу и построить НПЗ. Разумеется, на деньги из Москвы. Но вряд ли Кадыров руководствуется чисто экономическими мотивами.


Как уже было сказано, «Чеченнефтехимпром» – не самый ценный актив, даже с учетом сделки с корейцами и возможного строительства полноценного перерабатывающего завода. Владение «Грознефтегазом» тоже не превратит Чечню в ОАЭ. Ресурсную базу региона оценить сложно, говорит аналитик IFC Markets Дмитрий Лукашов. В 2004 г. называлась цифра в 80 млн т нефти, сейчас – 60 млн т. 27 апреля глава Минприроды Сергей Донской сообщил, что объем доказанных запасов «черного золота» в целом по стране равен 14 млрд т. Таким образом, на долю Чечни приходится 0,43% от общероссийского показателя. «Пик добычи в Чечне пришелся на 1970-е, когда извлекалось более 20 млн т в год. В конце 1990-х производство сократилось до 4 млн т, а к 2004 г. упало ниже 1 млн т. В 2014 г. было добыто около 450 000 т», – приводит данные Дмитрий Лукашов. Он отмечает, что в масштабах страны «Чеченнефтехимпром» никак не влияет на состояние отрасли, да и по сравнению с другими предприятиями «Роснефти» является относительно небольшой компанией.


Тем не менее стремление Кадырова получить эти предприятия очевидно. Он побеждает: поддержка Путина и отказ правительства от приватизации (пусть компания и не очень дорогая, но для Белого дома это дело принципа – государству нужны деньги, даже пакет «Роснефти» продают) говорят о том, что глава Чечни близок к своей цели. В чем же она заключается?


Кадырову нужно устранить любые конкурирующие с ним центры власти в Чечне. Все в республике – экономическая, культурная, религиозная жизнь – должно подчиняться Кадырову. Присутствие Сечина в регионе неуместно. Последние годы глава региона выстраивал свою собственную вертикаль власти. В ней всего два человека: сам Рамзан Кадыров и, безусловно, Владимир Путин. Быть под президентом России чеченскому лидеру легко, он – плоть от плоти нынешнего политического режима, его любимое дитя. Кадыров демонстративно лоялен к хозяину Кремля. Но быть зависимым еще и от Сечина – уже невыносимо.


Ссылки

Источник публиации