Как разводили нефтеносные севера

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Признания бывшего инвестигейтора проливают свет на методы конкурентной борьбы в нефтянке

1049376851-0.gif Рассказ Олега Султанова представляет несомненный интерес, прежде всего, как свидетельство очевидца скандального передела собственности в Тимано-Печорском нефтеносном районе, где в январе прошлого года руководству компании «Северная нефть» во главе с небезызвестным Андреем Вавиловым удалось исключить из списка акционеров своего основного конкурента — компанию Лукойл, а затем одержать победу в тендере на освоение месторождений Вала Гамбурцева. Казалось бы, та скандальная история уже подзабыта, а бывший руководитель «Северной нефти» и экс-заместитель министра финансов РФ Андрей Вавилов, благополучно избежав ответственности по уголовному делу о злоупотреблениях служебным положением, законно избран в Совет Федерации представителем Пензенской области. Однако подробности нефтяного бизнеса Вавилова в изложении Олега Султанова вполне способны внести изменения в нынешнюю респектабельную жизнь сенатора.

Например, по данным Султанова, компания «Северная нефть» в 1999 году перешла под контроль структур, близких Андрею Вавилову, с явным нарушением закона. Об этом можно судить по детективной истории передела собственности в этой компании, 10-процентный пакет акций которой в середине 90-х годов был приобретен Вавиловым через швейцарскую компанию «Тибиком». По оценке Султанова, стоимость этих акций на тот период – от 22 до 23 миллионов долларов. Любопытно, что и по данным комиссии Госдумы РФ по борьбе с коррупцией, направленным в свое время в Генпрокуратуру РФ, сумма принадлежавших Вавилову векселей Сбербанка также оценивалась в 22 миллиона у.е. Как отмечает Султанов, в 1996 году «Тибиком» продала свои акции «Северной нефти» другой швейцарской фирме — ОТХ. Однако поскольку по новым законам «О рынке ценных бумаг» и «О защите прав и законных интересов инвесторов» проведение сделок купли-продажи акций запрещалось до их государственной эмиссии, на общем собрании акционеров «Северной нефти» в августе 1999 года было решено временно заменить действующего акционера — фирму ОТХ — на первоначального акционера – «Тибиком». Это позволило с соблюдением формальных правил зарегистрировать первую эмиссию акций «Северной нефти», размещенной еще в 1993 году. Но мало кто знал, что фирма «Тибиком» к моменту проведения того августовского собрания акционеров уже год как прекратила свое существование. «В нормальных странах такие действия любым уголовным кодексом квалифицируются как подлог», — делает вывод Олег Султанов.

Но самое любопытное стало происходить после этого акционерного собрания. Уже через неделю документы о регистрации изменений в Уставе «Северной нефти» поступили в санкт-петербургское отделение ФКЦБ. А уже менее чем через месяц ФКЦБ зарегистрировала первую эмиссию акций «Северной нефти»: случай в российской практике доселе неслыханный. С таким проворством федеральное ведомство по ценным бумагам не работало ни до, ни после скандальной истории с «Северной нефтью». Между тем 19 ноября 1999 года состоялось еще одно – внеочередное собрание акционеров этой компании. Действуя на этом собрании от несуществующего акционера – фирмы «Тибиком» – сторонники Андрея Вавилова провели решение о выпуске дополнительной эмиссии акций. В результате контрольный пакет «Северной нефти» перешел компаниям, подконтрольным Вавилову, а доли прежних акционеров – в том числе и государственных — уменьшились в 10 раз. Новый расклад открыл перед Вавиловым самые широкие перспективы, которыми экс-министр финансов не преминул тут же и воспользоваться. Так Андрей Вавилов был избран председателем Совета директоров компании «Северная нефть». Впрочем, тайное все же стало явным: недавно стало известно о том, что законность решений того судьбоносного для Вавилова акционерного собрания оспорена в судебном порядке. Суд отменил и распоряжение ФКЦБ о регистрации выпуска и отчете о размещении акций «Северной нефти». Однако в таком случае по всей логике действующего закона необходимо призвать к ответу тех, кто допустил подлог, а также пересмотреть результаты участия вавиловской «Северной нефти» в гостендерах. Пока что этого не сделано.

По словам Олега Султанова, более двух десятков лет проработавшего в Ненецком автономном округе, прежним руководством региона компании «Северная нефть» был предоставлен режим наибольшего благоприятствования в Тимано-Печорской провинции. Кроме этого административного рычага «Северная нефть» в борьбе с конкурентами использовала и другие незаконные приемы. Например, как признается Султанов, который некоторое время тесно сотрудничал с руководящими сотрудниками этой компании, ему, как журналисту, иногда приходилось выполнять конфиденциальные задания «Северной нефти». «Когда речь шла о том, чтобы склонить акционеров к нужному голосованию, я выезжал на Север, например, в Ухту, — поделился Султанов. – Там я проводил интенсивную профилактическую работу с акционерами, а затем привозил их в Москву, где с ними работали уже более опытные специалисты. Могу предположить, что оболванивание акционеров происходило не за красивые глаза…»

Этих «более опытных специалистов» Султанов не побоялся назвать поименно. Как оказалось, это бывшие сотрудники спецслужб, которые трудоустроились в «Северную нефть». По признанию Султанова, был период, когда его расследовательская деятельность как газетчика плотно курировалась бывшими чекистами «Северной нефти». Правда, как уяснил потом журналист, «фактура, которую мне давала «Северная нефть», и которую я озвучивал, с грохотом проваливалась в судах». Эта фактура, как поясняет Султанов, была частью информационной борьбы с конкурентами. О неприглядных, а порой и откровенно криминальных методах этой борьбы можно судить и по другим откровениям Султанова. Взять угрозы, которые поступали в его адрес после острых разоблачительных публикаций. Как прежде считал сам Султанов, эти угрозы исходили от уличенных им конкурентов «Северной нефти». После убийства Игоря Домникова сомнений у инвестигейтора почти не оставалось: охотились за ним, устранить его хотели герои его публикаций. Но дальнейшее развитие событий заставило журналиста по-новому оценить ситуацию. Очередная угроза, высказанная Султанову тет-а-тет неизвестными людьми, которые назвали его старым псевдонимом, навела газетчика на мысль о том, что его профессионально подставляют сами же кураторы и заказчики. Дело в том, что в молодости Султанов тоже служил в органах КГБ, и его оперативный псевдоним знал лишь узкий круг лиц, включая одного из акционеров «Северной нефти». «Психологически все было точно рассчитано», — вспоминает теперь Султанов. Однако оперативная интуиция подсказала журналисту, что угроза исходит не от конкурентов «Северной нефти», которых он не жаловал в своих публикациях, а как раз наоборот…

После этого Олег Султанов и принял решение искать временного убежища в одной из западных стран. «После того, что поведал, в Москву мне возвращаться как-то не с руки, — пошутил в конце своего монолога журналист. – Я знаю, что такое «Северная нефть». Хорошо знаю…» По всей видимости, в ближайшее время Султанову и впрямь нет резона лететь на Родину: ведь даже закон «О защите свидетелей», о котором так много говорится в кругу отечественных парламентариев, так до сих пор и не принят. Поэтому о своей безопасности журналисту Олегу Султанову пока что придется позаботиться самому. Первый шаг он уже сделал. Как сказал другой известный журналист-инвестигейтор – автор «Бандитского Петербурга» Андрей Константинов, «главное правило безопасности для людей нашей профессии – вовремя «сбросить» опасную информацию…» Султанов ее и сбросил. Теперь дело за теми государственными органами, которым по статусу надлежит с этой информацией внимательно разобраться…

СПРАВКА

Имя Олега Султанова одно время было на слуху. Султанов писал разоблачительные статьи и громкие расследования по темам нефтяного бизнеса. Чаще всего объектом его публикаций была компания Лукойл. Впрочем, далеко не все султановские расследования по Лукойлу попадали «в точку»: случалось и такое, что в судах журналисту-инвестигейтору не удавалось подтвердить изложенные в статьях факты. Однако издержки профессии не помешали Султанову остаться в памяти читателей принципиальным газетчиком, который пострадал за свое правдоискательство и был вынужден уехать из России, опасаясь за жизнь. Тому были веские основания: после убийства в 2000 году коллеги Олега Султанова – журналиста Игоря Домникова – появилась версия о том, что киллеры перепутали проживавших в одном подъезде газетчиков. После отъезда за рубеж Султанов почти не писал для российских СМИ – за исключением разве что интернет-изданий. И вот вынужденный эмигрант совсем недавно нарушил молчание, пообщавшись, как он сам выразился, «без всякого нажима» с телекамерой. Записанная видеокассета благополучно добралась до Москвы. Озвученные на ней откровения Султанова, по мнению экспертов, открывают новую страницу в, и без того далеко не- прозрачной, истории конкурентной борьбы финансово-промышленных групп за богатства северных недр.

СКАНДАЛЫ.РУ origindate::03.04.03

Павел КРОТОВ.