Как британская сторона расследовала дело Литвиненко

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Как британская сторона расследовала дело Литвиненко

След полония из Лондона в Москву

Оригинал этого материала
© The New York Sun, США, Перевод: Инопресса.Ру, origindate::19.03.2008

Английский гамбит

Эдвард Дж. Эпштейн

Converted 26417.jpg1 декабря 2006 года в лондонском Королевском госпитале шло вскрытие, своим зловещим видом превзошедшее все известное из анналов истории преступности. Трое британских патологоанатомов, с головы до ног укутанные в белоснежные защитные костюмы, стояли вокруг радиоактивного трупа, запечатанного в пластик почти неделю назад. В этом пластиковом коконе находился Александр Литвиненко, бывший офицер ФСБ сорока шести лет, который в ноябре 2000 года предательски сбежал из России в Англию. Обнаруженное британскими патологоанатомами до сих пор остается государственной тайной. Таинственные обстоятельства смерти Литвиненко стали искрой, вызвавшей настоящий международный кризис. Великобритания потребовала от России выдачи российского гражданина. Получив отказ, британцы в отместку прибегли к традиционному средству времен холодной войны – высылке четырех из находившихся в Лондоне российских дипломатов. При этом британские власти заявили прессе: "У нас есть стопроцентная уверенность относительно того, кто ввел яд, где и каким образом", однако отказались раскрыть имеющиеся у них свидетельства.

Несмотря на последнее, западные средства массовой информации с удивительным единодушием заявили, что за отравлением стояли российские спецслужбы. Это единодушие было настолько полным, что газета Washington Post решилась заявить в передовой статье, будто "практически полностью очевидно, что смертельную дозу принес один из бывших сотрудников российских спецслужб (либо они оба), с которыми г-н Литвиненко встретился в лондонском отеле 1 ноября".

Чтобы узнать, какие же свидетельства британская сторона на самом деле предоставила российской в поддержку своего требования об экстрадиции, я отправился в Москву, дабы самому увидеть доказательства, предъявленные российской прокуратуре. Однако прежде чем рассказать, что же я там обнаружил, необходимо восстановить странную цепь событий, которые предшествовали радиоактивной смерти Литвиненко.

След Березовского

До того как Владимир Путин в 2000 году утвердился в Кремле, самым влиятельным российским олигархом был вероятнее всего Борис Березовский. Под его контролем находилась значительная доля частного сектора российской экономики, самый крупный телеканал (С декабря 1994 до декабря 1996 года Березовский был членом и первым заместителем председателя Совета директоров АОЗТ "Общественное российское телевидение" (ОРТВ).- прим. пер.), и он занимал пост заместителя секретаря Совета Безопасности Российской Федерации (С 28 октября 1996 по 4 ноября 1997 года Березовский был заместителем секретаря Совета Безопасности РФ; занимался вопросами восстановления Чеченской республики. С 29 апреля 1998 по 4 марта 1999 года Березовский занимал должность председателя Исполнительного секретариата СНГ, с которой он был смещен "за регулярные действия, выходящие за рамки полномочий исполнительного секретаря СНГ и невыполнение поручений председателя Совета глав государств СНГ".- прим. пер.). А еще у него имелся защитник в рядах ФСБ, некий Александр Литвиненко, который был заместителем начальника отдела по борьбе с организованной преступностью. Однако даже Литвиненко не смог помочь Березовскому, когда его звезда переменилась, и ему было предъявлено обвинение в мошенничестве в особо крупных размерах (В январе 1999 года Генпрокуратура РФ возбудила уголовное дело о злоупотреблениях в бывшем руководстве компании "Аэрофлот", в связи с чем в апреле того же года Березовскому были предъявлены обвинения по статьям 171 и 174 УК РФ в "незаконном предпринимательстве" и "легализации (отмывании) денежных средств, приобретенных незаконным путем" и была выдана санкция на его арест, которая была затем отменена в связи с публичным заявлением Березовского о его твердом намерении вернуться в Россию и подчиниться закону. 5 ноября 1999 года с Березовского были сняты ранее предъявленные обвинения, и он стал проходить по "делу Аэрофлота" в качестве свидетеля. 15 ноября Березовский был вызван в Москву на допрос в связи с новыми открывшимися обвинениями в хищении в особо крупных размерах, а накануне он сделал заявление для печати о решении не возвращаться на допрос в Россию. В 2000 году было возбуждено уголовное дело о хищении денежных средств вкладчиков в отношении руководства СБС Агро, а в сентябре 2001 года Генпрокуратура РФ заочно предъявила Березовскому обвинение в пособничестве в мошенничестве, невозвращении из-за границы валютной выручки и отмывании денег. Обвинение "в хищениях в особо крупных размерах путем мошенничества" было предъявлено Березовскому 15 октября 2002 года, после чего было вынесено судебное постановление о его аресте, и 5 ноября 2002 года Генпрокуратура РФ направила Великобритании официальный запрос на экстрадицию Березовского. 24 марта 2003 года Березовский и его деловой партнер Ю. Дубов были арестованы британской полицией по запросу российских властей, после чего они были выпущены под денежный залог и подписку о невыезде. В сентябре того же года Березовскому было предоставлено политическое убежище в Англии.- прим. пер.). В начале 2000 года Березовский сбежал в Великобританию (Де-факто Березовский стал "невозвращенцем" еще в 1999 году.- прим. пер.), а Литвиненко последовал за ним через несколько месяцев.

В Лондоне Березовский наметил себе широкомасштабную программу, которую он лично сформулировал как свержение режима своего заклятого врага, президента Путина. Что касается Литвиненко, то, получая от Березовского содержание через его фонд (Фонд в защиту гражданских свобод, созданный Березовским в США в 2000 году.- прим. пер.), он выдвинулся на главную роль в этом амбициозном предприятии, используя свой прошлый опыт для дискредитации ФСБ. Литвиненко писал книги, в которых обвинял путинскую ФСБ во всех смертных грехах – начиная от сотрудничества с руководством террористической "Аль-Каиды" и вплоть до сфабрикованных обвинений против чеченских боевиков в совершении кровавых террористических актов (как, например, взрывов шести жилых домов, от которых погибло свыше 300 человек), которые, по утверждению Литвиненко, на самом деле совершили сами агенты ФСБ. Помимо этого, Литвиненко состоял еще на одной – менее известной – службе у Березовского, выполняя работу консультанта двух тесно связанных охранных компаний, расквартированных в принадлежащем Березовскому офисном здании в доме 25 на Гросвенор-сквер (В фешенебельном лондонском районе Мэйфейр в нескольких минутах ходьбы от Парламента.- прим. пер.).

Медленная смерть

Расплата для Литвиненко наступила в день 1 ноября 2006 года. Сначала у него был ланч в "Итсу", модном суши-баре на Пикадилли, вместе с его компаньоном, Марио Скарамеллой. Скарамеллу, который накануне вечером прилетел из Неаполя, связывали с Литвиненко несколько совместных предприятий, в числе которых византийский по изощренности заговор по проникновению в сети предполагаемого торговца проститутками, оружием и... обогащенным ураном. Во время ланча Скарамелла передал Литвиненко какие-то документы.

Далее, Литвиненко проследовал в отель "Миллениум" (Пятизвездочный отель на Гросвенор-сквер.- прим. пер.), где у него была назначена встреча с Андреем Луговым, который ранее служил в ФСБ, а на тот момент являлся собственником частного охранного предприятия в Москве (Согласно сообщениям печати, Андрей Луговой – бывший майор ФСБ, в 1987-1896 годах служил в 9-м Управлении КГБ СССР (после 1991 года ФСО), занимаясь охраной высокопоставленных государственных лиц. В том числе он входил в группу охраны Березовского в его бытность заместителем секретаря Совета безопасности. После выхода в отставку в 1996 году Луговой возглавлял службу безопасности канала ОРТ, а затем стал бизнесменом. К 2006 году Луговой сделался одним из собственников завода по производству кваса, сбитня и медовухи.- прим. пер.). Литвиненко уже несколько месяцев встречался с Луговым во время поездок последнего в Лондон. Двумя неделями ранее Литвиненко привел Лугового в одну из охранных компаний – Erinys International – располагавшихся в принадлежащем Березовскому офисном здании, для обсуждения делового предложения. Согласно рассказу Лугового, 1 ноября Литвиненко хотел обсудить, как идет это предприятие, и поэтому встретился с ним и его деловым партнером, Дмитрием Ковтуном, в оживленном "Пайн-баре" за чашкой чая. Выйдя из "Пайн-бара", Литвиненко отправился в офис Березовского. По возвращении домой, согласно жене Литвиненко Марине, он почувствовал себя плохо. Через два дня его поместили в госпиталь Барнет.

Во время пребывания в госпитале состояние Литвиненко непрерывно ухудшалось. Согласно первоначальному диагнозу, у него было отравление таллием – нерадиоактивным ядом, применяемым в России против крыс (Речь шла о сульфате таллия, который входит в состав смесей, применяемых для уничтожения крыс и других грызунов, и представляет собой опасный яд с замедленным действием, нашедший активное использование в криминальных целях.- прим. пер.). Так как, по некоторым утверждениям, во времена холодной войны таллий использовался КГБ в качестве яда (Сульфат таллия также фигурировал в рассекреченных в 2000 году планах ЦРУ извести Фиделя Кастро, подсыпав порошок таллия ему в ботинки. Он же был излюбленным орудием мести Саддама Хусейна.- прим. пер.), в средствах массовой информации получила хождение версия, будто бы Литвиненко стал жертвой преемницы КГБ – ФСБ. В виду того, что Литвиненко в течение шести лет выступал с обвинениями в адрес ФСБ, версия о мести со стороны ФСБ имела некую видимость правдоподобности. Главным, если не единственным, источником, из которого средства массовой информации черпали детали сценария убийства из мести, были оплачиваемые Березовским люди. Французский интернет-сайт, получавший финансирование от фонда Березовского (Интернет-портал "РусГлобус", возглавляемый одним из помощников Березовского Евгением Лимаревым.- прим. пер.), распространил доклад о существовании некоего российского "списка намеченных к ликвидации", в котором значилось имя Литвиненко. Хотя оный список так и не материализовался, с его помощью удалось в сознании западной публики связать смерть Литвиненко с гибелью Анны Политковской, имя которой также значилось в мнимом списке. Тем временем, на некоем чеченском интернет-сайте, также финансируемом фондом Березовского, вывешивались истории под броскими заголовками типа: "ФСБ покушалась на убийство российского диссидента в Лондоне". Прямо в госпитале консультант Березовского по связям с общественностью, лорд Тим Белл (Лорда Тимоти Белла называют одним из самых виртуозных пиарщиков Великобритании; в прошлом советник Маргарет Тэтчер по PR и основатель компании Bell Pottinger Group, в списке клиентов которой, помимо Березовского, такие компании, как Walt Disney, McDonalds, Rolls-Royce, Rolex и др.- прим. пер.), начал проводить брифинги для журналистов, организовывать интервью, а также распространять фотографии истощенного и потерявшего волосы Литвиненко.

Тем временем, Литвиненко перевели в клинику медицинского колледжа Лондонского университета, где ему вводили мощные дозы основанного на цианиде противоядия от таллия, которое не сработало. Так как состояние Литвиненко становилось критическим, исполнительный директор фонда Березовского Алекс Гольдфарб подготовился к его концу, написав "предсмертное" заявление Литвиненко. Согласно утверждению Гольдфарба, оно было составлено из заявлений, продиктованных ему Литвиненко. 24 ноября, всего несколько часов спустя после смерти Литвиненко, Гольдфарб организовал пресс-конференцию, где обнародовал сенсационное предсмертное заявление, в котором российский президент Владимир Путин обвинялся в отравлении. Чтобы придать теории российского следа больший вес, предполагаемое место преступления было перенесено из суши-бара "Итсу", в котором Литвиненко встречался с итальянцем Скарамеллой, в "Пайн-бар", где он встретился с россиянином Луговым. Всего за два часа до смерти Литвиненко в истории произошел не предусмотренный сценарием внезапный поворот: оказывается, Литвиненко был отравлен не таллием, а одним из редчайших в мире и наиболее тщательно охраняемым радиоактивным изотопом, полонием-210.

Знак полония

Полоний-210 представляет объект чрезвычайного интереса для тех, кто занимается в ООН мониторингом распространения ядерного оружия, так как он является важнейшей составной частью ядерных бомб первого поколения. Как США, так и Россия использовали его в своих первых бомбах в качестве запала. Равно как и большинство – если не все – страны, тайно осуществлявшие ядерные программы, включая Израиль, Индию, Пакистан, Южную Африку и Северную Корею. В действительности после испытания своего оружия некоторые из этих ядерных держав перешли к более изощренному запалу. Однако при этом, как явствует из одного рассекреченного документа из Лос-Аламоса, факт обнаружения полония-210 остается "главным индикатором наличия ядерной программы на ее ранних стадиях". Поэтому, когда полоний-210 был обнаружен в Ираке в 1991-м, в Иране в 2004-м и в Северной Корее в октябре 2006-го, возникло опасение, что, возможно, эти страны пытаются создать ядерное оружие.

Однако, когда полоний-210 был обнаружен в Лондоне в ноябре 2006 года, никакой особой тревоги по поводу возможного распространения не было. Вместо этого полиция предположила, что данный компонент бомб раннего образца был контрабандно завезен в Лондон исключительно с целью совершения убийства.

Это как если бы в Лондоне обнаружили чемодан с ядерной бомбой рядом с зараженным радиацией трупом – и при этом заявили, что данная бомба была контрабандно ввезена в Лондон исключительно в целях убийства этого лица. Так, Майкл Спектер в статье в журнале New Yorker назвал смерть Литвиненко "первым известным случаем ядерного терроризма, совершенного против одного лица". Но зачем кому-то использовать ядерное оружие для убийства одного человека, когда это можно намного быстрее, эффективнее и надежнее осуществить при помощи ножа, пули или обыкновенного яда? К тому же полоний-210 становится смертельным, как только он попадает в кровеносную систему. До Литвиненко от соприкосновения с полонием-210 умерли шесть человек: двое в радиационной лаборатории во Франции, трое на ядерном объекте в Израиле и один человек в ядерной научной лаборатории в России. Все эти смерти произошли в результате случайной утечки полония-210. Последний чрезвычайно труден в обращении в силу своей неустойчивости, так как при температуре от 55 градусов по Цельсию он превращается в газ. В довершение он также невозможно дорог.

Мифическая главная улика

Несмотря на все это, полоний-210 не только был поставлен на место таллия в теории убийства из мести, но к тому же определен в качестве главной улики виновности российской стороны. Авторство в этом принадлежит возглавляющему фонд Березовского Алексу Гольдфарбу, биологу по образованию. Гольдфарб с апломбом заявил, что "97% известного производства полония ... приходится на Россию". В силу того, что об этом редчайшем изотопе написано чрезвычайно мало, многие в средствах массовой информации решили, что это установленный факт. Так, в упомянутой выше статье в журнале New Yorker отмечалось: "Почти весь он [полоний-210] производится в России". Чтобы прийти к подобному выводу, необходимо знать, сколько полония-210 производится в России – и сколько в других странах. Однако в силу того, что полоний-210 является строго охраняемой тайной, ни то, ни другое не известно. В 2006 году производство полония-210 вообще не было заявлено ни Россией, ни какой-либо иной страной. Российское Федеральное агентство по атомной энергии утверждает, что единственный реактор, производивший полоний-210, был закрыт в 2004 году, а небольшой экспорт изотопа в США в 2005 и 2006 году – примерно три унции ежегодно – шел из старого запаса.

Разумеется, можно предположить, что Россия втайне производила полоний-210, для чего надо сначала облучить в ядерном реакторе металл висмут, а затем выделить из него полоний-210. Но таким же образом это могли бы сделать Великобритания, Китай, Франция, Индия, Израиль, Пакистан, США, Тайвань, Северная Корея, а также любые иные страны, чьи ядерные реакторы не подвергались инспекции со стороны Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), наблюдающего за производством полония. Когда я спросил ученого из МАГАТЭ о том, кто производил полоний-210 в 2006 году, он ответил: "Мы просто не знаем", при этом добавив, что Северная Корея могла произвести полоний в больших количествах – "килограммы, а не граммы" – на своем реакторе в Йонбене для произведенных в октябре 2006 года ядерных испытаний, хотя реальное количество не ясно.

Найденный в Лондоне полоний-210 мог также быть из старых запасов многих стран, в том числе и США. Согласно базе данных МАГАТЭ по незаконному обороту ядерных материалов, с 2004 года имели место 14 случаев пропажи промышленного полония-210. Мельчайшее количество, обнаруженное в Лондоне, – возможно, не больше одной миллионной унции – может иметь своим происхождением множество источников, начиная от американских промышленных запасов и старых резервов в России вплоть до остатков сети А.К. Хана в Пакистане и излишков Северной Кореи. Поэтому такие сообщения в прессе, как утверждение газеты Washington Post о том, что "полоний производится и хранится почти исключительно в России", представляют собой в лучшем случае произвольные рассуждения, не имеющие отношения к реальным фактам.

Английский гамбит

Британские обвинители внесли свою лепту в организованное бегство от реальности, направив России в июле 2007 года запрос на экстрадицию. При этом между Великобританией и Россией не только не было договора об экстрадиции, но, более того, Статья 61 Конституции РФ запрещает экстрадицию из России ее граждан. Еще более разжигая страсти, посол Великобритании в России сэр Тони Брентон предложил правительству президента Путина пренебречь российской конституцией и "в творческом сотрудничестве с нами найти выход из этой затруднительной ситуации", так как британские власти "тесно и долговременно сотрудничали с российской Генеральной прокуратурой". После того, как Россия отвергла запрос на экстрадицию, посол Брентон возразил, что ее решение "не основывалось на доказательствах". Подобное возражение подразумевало, что в поддержку своего запроса Великобритания предоставила России неопровержимые доказательства. Вслед за этим Великобритания изгнала четырех сотрудников российского посольства в Лондоне, тем самым утверждая ответственность России за смерть Литвиненко – и создавая запутанную международную ситуацию.

В запросе на экстрадицию указывалось имя Андрея Лугового, который, согласно утверждениям британской стороны, отравил чай Литвиненко в "Пайн-баре" в отеле "Миллениум", где они встречались 1 ноября 2006 года. Луговой признал свою встречу с Литвиненко, утверждая, что обсуждал с ним деловое предприятие, но при этом отрицал, что был каким-либо образом причастен к его смерти. Луговой также подвергся отравлению полонием-210 – как и почти все, кто в то время оказался в контакте с Литвиненко. Так как посол Брентон высказал предположение, будто бы в обоснование запроса на экстрадицию российской стороне были предоставлены подтверждающие обвинение доказательства, я отправился в Москву, чтобы получше разузнать, что же это за доказательства.

Поиски в Москве

К моему приезду в Москву в конце ноября 2007 года, российская Генеральная прокуратура передала это дело (как и другие громкие расследования) вновь созданной структуре, называющейся Следственный комитет при Генпрокуратуре РФ. Его главой стал Александр Бастрыкин, профессор права из Санкт-Петербурга и заместитель генерального прокурора, который еще к тому времени не закончил формирование штатов нового органа, расположившегося в архитектурно не примечательном, но хорошо охраняемом здании в районе Лефортово, напротив элитного учебного заведения, Высшего технического университета.

Русские оказались на редкость открытыми к сотрудничеству после того, как я согласился не называть по имени никого из руководящих сотрудников Следственного комитета. Мне было сказано: "Средства массовой информации часто упрекают российскую сторону в нежелании сотрудничать с британской стороной, в то время как на самом деле ситуация является прямо противоположной".

Первым, что бросилось мне в глаза, было то, что в британском запросе отсутствовали такие основные для любого дела об убийстве документы, как акт о вскрытии, который бы установил, каким именно образом – и отчего – умер Литвиненко. Вместо этого, в тексте запроса содержались ссылки на показания детектива Роберта Локка из столичной полиции в Новом Скотланд-Ярде, который написал, что он "ознакомился с результатами вскрытия" и что причиной смерти Литвиненко был "синдром острой радиации".

Подобный пробел является весьма многозначительной уликой – вроде знаменитой шерлок-холмсовской собаки, которая не лаяла. В конце концов, Великобритания и Россия предприняли совместное расследование дела Литвиненко, частью которого является заражение полонием российских граждан, которые находились в контакте с Литвиненко. Российским следователям было необходимо определить, когда, где, как и при каких обстоятельствах Литвиненко оказался под воздействием радиоактивного ядерного компонента.

Для ответа на вопрос "когда" был необходим доступ к заключению судебной токсикологии (которое обычно является составной частью акта о вскрытии). В британских газетах появилась утечка информации о том, что токсикологи обнаружили в теле Литвиненко два независимых "шипа" полония-210, которые могут служить указанием на то, что он подвергся воздействию полония-210 дважды – и в разное время. Подобное неоднократное заражение могло означать, что Литвиненко находился в контакте с полонием-210 за несколько дней – или даже недель – до того, как он получил его смертельную дозу.

Для ответа на вопрос "как" российским следователям нужно было увидеть посмертные диапозитивы легких, желудочно-кишечного тракта и тела Литвиненко (которые также являются частью акта о вскрытии). По этим фотографиям можно было бы определить, произошло ли отравление Литвиненко полонием-210 через дыхательные пути, либо через рот, либо путем попадания в кровеносную систему через открытый порез.

Российские следователи также хотели знать, почему в госпитале Литвиненко не было введено правильное противоядие – и почему в течение более трех недель не был поставлен правильный диагноз радиоактивного облучения. По словам представителя Следственного комитета, неоднократные ходатайства о допросе врачей и предоставлении копий медицинских документов были отвергнуты. Ни один из материалов, полученных в ходе "совместного следствия", не затрагивал вопроса об изменении поставленного Литвиненко диагноза с отравления таллием на отравление полонием. "У нас нет никаких надежных данных относительно причины смерти Литвиненко, так как британские власти отказались предоставить нам необходимые документы", – добавил представитель Следственного комитета.

Единственным документом, который британская сторона предоставила в подтверждение факта совершения преступления, оказались письменные показания Королевского прокурора Розмари Фернандес, которая засвидетельствовала, что запрос об экстрадиции Лугового делается "в соответствии с уголовным правом Англии и Уэльса, а также условиями Европейской конвенции об экстрадиции 1957 года".

Радиоактивный след

Британская полиция суммировала свое обвинение против Лугового в упоминавшихся выше показаниях детектива Роберта Локка, ссылки на которые содержались в тексте запроса об экстрадиции. Однако в них отсутствовали такие общепринятые доказательства, как рассказы очевидцев, видеозапись наблюдения, производившаяся в "Пайн-баре"; отпечатки пальцев на контейнере с ядом (не говоря уже о доказательствах существования самого контейнера), а также свидетельства относительно возможных мотивов Лугового. Вместо этого обвинение почти полностью основывалось на следах радиоактивного загрязнения, которые были обнаружены несколько недель спустя после произошедшего контакта с полонием-210.

Из списка объектов, предоставленного российскому следствию, явствует, что часть из них совпадает с маршрутом Лугового в октябре-ноябре 2006 года, однако направление следа менее очевидно. Так, 15 октября Луговой вылетел из Москвы в Лондон рейсом "Трансаэро", однако в самолете, которым он летел, не было обнаружено никаких следов радиации. 16 октября он встретился с Литвиненко в офисе Erinys International – и радиационный след будет обнаружен в самолете компании British Airways, которым Луговой позднее полетит в Москву; из чего российские следователи заключат, что след берет свое начало в Лондоне и далее ведет в Москву.

Российские следователи также обнаружили, что лондонский след был необъяснимо непоследовательным. Как они отметили, следы были обнаружены "в месте, где человек находился всего несколько минут, в то время как они отсутствовали там, где тот же человек находился несколько часов, хотя эти события и следовали друг за другом". Когда российские следователи запросили у британцев полный список всех изученных объектов, последние отказались, мотивируя отказ тем, что предоставление списка противоречило бы "интересам их собственного следствия". Этот отказ вызвал у российских следователей подозрение в том, что британская сторона, возможно, урезывает след, чтобы подогнать его под свое дело.

Несмотря на хаотичность, радиоактивный след явно вел в отель "Миллениум". Следы были обнаружены как в номерах, в которых останавливался Луговой с семьей с 31 октября по 2 ноября, так и в находящемся в отеле "Пайн-баре", где Литвиненко встретился с Луговым и Ковтуном ранним вечером 1 ноября. Если чай Литвиненко был на самом деле отравлен во время встречи в "Пайн-баре", как утверждает британская сторона, то тогда Лугового можно было бы привязать к месту преступления. Однако, помимо следа радиации, в запросе об экстрадиции не было приведено ни свидетельских показаний, ни видеозаписи, ни иных доказательств того, что отравление действительно произошло в "Пайн-баре". Оно точно также могло произойти ранее в тот же день в других местах, где также были обнаружены следы радиации.

Литвиненко, который, возможно, является наилучшим свидетелем событий, произошедших в тот день, первоначально заявил, что, по его мнению, его отравили во время ланча со Скарамеллой в суши-баре "Итсу". Даже неделю спустя после поступления в госпиталь он дал радиоинтервью с больничной койки для BBC, в котором сказал, что Скарамелла "дал мне кое-какие бумаги... через несколько часов мне стало плохо и у меня появились симптомы отравления". Литвиненко даже не упомянул о своей встрече с Луговым в "Пайн-баре". В "Итсу" были обнаружены следы полония, к тому же Скарамелла также оказался заражен. Так как Скарамелла только что прибыл из Италии и до этого не встречался ни с Луговым, ни с Ковтуном, то Литвиненко был единственным из всех зараженных полонием-210, кто мог бы послужить источником заражения Скарамеллы. Если это так, то Литвиненко был заражен полонием-210 до того, как он встретился с Луговым в "Пайн-баре". Разумеется, Литвиненко мог быть заражен задолго до своей встречи со Скарамеллой. За несколько вечеров до того он ходил в клуб Hey Joe в лондонском районе Мэйфейр. Согласно менеджеру клуба, Литвиненко сидел в закрытой вип-зоне танцпола, в которой позднее были обнаружены следы полония-210.

Самым впечатляющим свидетельством является сравнительно высокий уровень полония-210 в номере отеля "Миллениум", который занимал Луговой. Хотя британской полицией конкретный показатель уровня радиации (как и каких-либо иных уровней радиации) не приводится, в своих показаниях детектив-инспектор Локк сообщил, что свидетель-эксперт, известный как "ученый А.", обнаружил, что уровень этих следов в отеле "был настолько высок, что позволял установить связь с первичным источником полония". Так как никакого контейнера полония-210 обнаружено не было, "ученый А.", предположительно, основывает свое заключение на сравнении уровня радиации в номере Лугового и на других объектах, как, например, в доме Литвиненко или на сиденьях в самолете.

Подобное сравнение могло бы иметь какой-то смысл только в том случае, если бы к моменту измерения объекты оставались нетронутыми. Однако все объекты, включая номера в отеле "Миллениум", были скомпрометированы последующими неделями использования и уборки. Поэтому расхождения в уровнях радиации могли произойти в силу внешних факторов, как, например, уборки пылесосом или условий отопления. По мнению российских следователей, эти уровни не имеют доказательственной силы, так как британская сторона не предоставила "надежной информации относительно того, кто еще находился в гостиничных номерах в промежутке между отъездом Лугового и временем обнаружения следов полония-210". В силу этого почти месячного временного разрыва они не могут "исключить возможность образования обнаруженных следов вследствие перекрестного заражения со стороны посторонних лиц".

Медицинские анализы показывают, что как Луговой, так и Ковтун, Скарамелла и вдова Литвиненко, Марина, имели какой-то контакт с полонием-210, однако менее ясно, кто кого заразил. Российские следователи пришли к заключению, что все приведенные британской стороной радиационные следы, включая "высокий уровень", на который указывал "ученый А.", могли происходить от единого события, как, например, утечки – преднамеренной либо случайной – во время произошедшей 16 октября встречи в офисе охранной компании, находящемся в принадлежащем Березовскому здании. Однако российские следователи не смогли обнаружить "ни единого доказательства, которое подтвердило бы обвинение, выдвинутое против А.К. Лугового".

Разумеется, британцы могли располагать большим объемом доказательств, изобличающих Лугового, нежели они решили предоставить России. Они могли не пожелать делиться сведениями, которые могли бы засветить имеющиеся у них разведывательные источники. Но чем объяснить отказ предоставить такие основополагающие доказательства, как акт о вскрытии, медицинские заключения и данные по радиационному заражению? Если они действительно хотели добиться от России экстрадиции Лугового, то зачем было посылать подобное постыдно тощее обоснование? Президент Путин увидел причину в некомпетентности британской стороны, заявив: "Если те люди, которые направили нам этот запрос, не знали, что по Конституции России запрещена выдача российских граждан в иностранные государства, то, конечно, под вопрос ставится уровень их компетенции". Но представляется, что Путин недооценил те цели, которые преследовали англичане, разыгрывая свой гамбит.

Эндшпиль

До конфликта, разыгравшегося вокруг экстрадиции, российские следователи теоретически могли бы допросить в Лондоне необходимых свидетелей. Предложенный ими список свидетелей указывал на то, что российский интерес простирался в сторону российской колонии в Великобритании, или, как ее теперь называют, "Лондонграда". Дело Литвиненко предоставляло российским следователям возможность попробовать половить рыбку в водах Лондонграда, тем более что на момент своей смерти Литвиненко работал со многими врагами России. В их числе Борис Березовский, который открыто объявил войну президенту Путину; глава его фонда Алекс Гольдфарб, который снабжал деньгами целую сеть антипутинских интернет-сайтов; его чеченский союзник Ахмед Закаев, который возглавлял комиссию, расследовавшую "российские преступления" в Чечне (в этой комиссии Литвиненко выполнял роль расследователя); а также бывшие владельцы экспроприированного нефтяного гиганта ЮКОС, которые вели судебные тяжбы, чтобы восстановить контроль над миллиардами долларов на своих офшорных банковских счетах.

Российское следствие могло также вторгнуться в осиное гнездо деятельности Литвиненко в теневом мире консультантов по безопасности, включая его взаимоотношения с охранными компаниями, сидящими под крышей здания Березовского, Erinys International и Titon International; а также в историю его и Скарамеллы попыток подложить инкриминирующие доказательства лицу, подозреваемому ими в контрабанде ядерных компонентов. Именно за этот сговор Скарамелла попал в тюрьму после того, как итальянская полиция перехватила его телефонные переговоры с Литвиненко.

Русские просили предоставить им больше информации относительно следов радиационного загрязнения в офисах этих компаний. Как рассказал Луговой, в одной из этих компаний, Erinys, ему предложили крупные суммы денег за предоставление компромата на российских государственных чиновников. Этот факт подтверждает Ковтун, который также присутствовал на той встрече.

Подобные обвинения могли потенциально скомпрометировать не только охранные компании, у которых находился на службе Литвиненко и где также работали бывшие офицеры Скотланд-Ярда и британской разведки, но и само британское правительство, так как оно снабдило Литвиненко паспортом на имя "Эдвина Редвалда Картера", чтобы он мог с ним совершать поездки в некоторые регионы бывшего Советского Союза.

Британский гамбит с экстрадицией положил конец российскому расследованию в Лондонграде. Он также дискредитировал свидетельство Лугового, выставив его подозреваемым в убийстве. Как пиаровский прием, гамбит обернулся блестящим успехом, свалив вину за неспособность британской стороны разгадать тайну на обструкцию стороны российской. При этом все как-то позабыли о слоне, который нависает над всем этим делом: то есть о том, что в 2006 году в Лондон был контрабандно ввезен важнейший компонент для производства ядерного оружия раннего поколения. Был он ввезен просто как орудие убийства – либо как часть сделки на международном рынке торговли оружием?

В сегодняшней патовой ситуации возможность найти ответ на этот вопрос практически равна нулю. Российский генеральный прокурор заявил, что британское обвинение является безосновательным. Луговой, после избрания в декабре 2007 года в российский парламент, приобрел иммунитет от судебного преследования. А сидящему в Неаполе под домашним арестом Скарамелле заткнули рот. Со своей стороны, средства массовой информации по-прежнему пребывают в плену навязчивой идеи убийства из мести, которая скорее отдает образом смершевского злодея из фильмов об агенте 007, чем соответствует реалиям дела о контрабандном ввозе полония-210. Чтобы раскрыть эту тайну, Великобритания должна предоставить свои секретные доказательства, включая акт о вскрытии, исчерпывающий список мест, где была обнаружена радиация, а также отчеты о наблюдении за Литвиненко и его сообщниками. Если Великобритания считает эти документы слишком щекотливыми для публичного предоставления, их следует передать международной комиссии, которая бы разобралась в этим деле. Ставки здесь слишком высоки, чтобы оставлять тайну контрабандного полония-210 неразгаданной.

Эдвард Дж. Эпштейн – известный американский журналист, занимающийся журналистскими расследованиями. Автор многочисленных книг, его последняя книга – "Экономика Голливуда". В настоящий момент работает над книгой "Вечеринка с полонием"

Перевод и комментарии Светланы А. Червонной – историка-американиста, кандидата наук