Как пресс-секретарь Путина изменял с Татьяной Навкой

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск
thumb

Экс-жена Пескова: думала, что "у всех — такой, но мой — точно другой". Оказалось — такой же. Ледниковый период в судьбе Екатерины Песковой закончился. Ксения Соловьева заглянула в квартиру на авеню Фош, где бывшая жена пресс-секретаря президента РФ учится жить заново — без протокола. «Мы бы, конечно, могли с вами разговаривать на кухне. Или зайти в первое попавшееся кафе. Но сидим здесь — среди цветов, фруктов, свечей. Room with the view, как сейчас принято говорить», — Катя Пескова ловко откупоривает бутылку отличнейшего розе с виноградников Жерара Депардье. Десять лет назад дипломированный филолог, прежде работавшая учителем в школе при российском посольстве в Анкаре, осознала, что вряд ли в Москве сможет сидеть в офисе с девяти до шести, и придумала с подругой салон красоты «Кале» — «Катя и Лена». С тех пор руководительницы сугубо женского коллектива лично открывают шампанское по всем государственным праздникам. Было время научиться. Вид из окон новой Катиной квартиры и впрямь зачетный. Авеню Фош, парижская фуа-гра с трюфелем. Слева — Елисейские поля, справа — Булонский лес. Купить или хотя бы снять — невозможно: хозяева ни на секунду не выпускают недвижимый капитал из рук. Но Кате все же повезло найти отличные апартаменты с окнами от пола до потолка. Перед домом османовской постройки раскинулся живописный кедр 1860 года, «дерево мощнейшей энергетики, как дуб в «Войне и мире». «Я много путешествовала, — рассказывает Пескова, дочь и внучка дипломатов, — Но именно в Париже остро ощущается: Жизнь — это здесь и сейчас. В Германии такого нет, в Англии нет, а в России и вовсе пашут как проклятые — все на потом, на завтра... Знаете, в книге «Монах, который продал свой «феррари», герой говорит: «Жизнь для меня — это не свеча. Это горящий факел, данный мне на время, и хочу, чтобы он горел как можно ярче, прежде чем я передам его будущим поколениям». Старшая дочь Кати и пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова Елизавета несколько лет училась в престижнейшей Ecole des Roches — старейшем частном колледже в Нормандии, основанном еще князьями Голицыными. По этому поводу Катя сначала сняла во французской столице небольшую гарсоньерку, чтобы в выходные дочери было где отдохнуть от школьной аскезы. Впереди отчетливо маячило поступление в Ecole du Louvre — Лиза демонстрировала убедительные успехи в живописи, и преподаватель говорил, что у него были только две столь же талантливые ученицы: одна теперь рисует украшения для Chanel, вторая — успешный антиквар в Нью-Йорке. А потом... Случилось то, что имеет свойство случаться с хорошенькими шестнадцатилетними девушками, — незапланированная любовь в Москве. В итоге Лиза готовится к поступлению в МГИМО, а маме остается разводить руками и вспоминать, что и сама она влюбилась рано. И тоже думала, на всю жизнь...

За это время Катя окончательно поняла, что ее сердце — в Париже: «Одно дело жить в отеле, и совсем другое — в квартире, вплетаться в живую ткань города, привычками. По знаку зодиака я Близнецы, легко ассимилируюсь, мне везде комфортно. В Москве меня удерживала семья. Шаг вправо, шаг влево... В силу профессии мужа все четко регламентировалось. Когда есть ради чего — это не проблема. А если нет? Моим первым порывом было уехать в Париж с тремя детьми (у Песковых еще два сына — десятилетний Мика и шестилетний Дени). Но видите, как бывает: у Лизы любовь, мальчишки — мы постановили на семейном совете — должны и будут учиться в России. А я постараюсь приезжать в Париж при первой возможности. Свет из щедрых парижских окон золотит Катины волнистые волосы, и выглядит она в это утро совершенно девочкой: хулиганские рваные джинсы Abercrombie & Fitch, простая белая рубашка Ralph Lauren, никаких украшений — только патриотичные часы «Ракета» на запястье. Два года назад, наутро после принятия, пожалуй, самого тяжелого решения в своей жизни, Катя подошла к зеркалу и сказала: «С возвращением». До этого в зеркале отражалась не она. Коррозия брака, длившегося двадцать лет, началась еще до роковых твизлов и возвращений — чуть раньше. «Я помню один момент. 2011 год. Мне тридцать пять. Я сижу в своем доме на Рублевке. Трое детей. Дорогая машина. Свой бизнес. Меня все любят и принимают. Я достигла всего. Именно достигла — это не было приподнесено мне на блюдечке. И я поймала себя на мысли: «Неужели это все? Так я буду сидеть всю оставшуюся жизнь?» Картины дедушки, дяди, папа — все окончили МГИМО. В кругу потомственных дипломатов и мысли не допускалось, что за пределами МИДа есть жизнь. Белокурая красавица Катя Солоцинская, дочь посла, росла в Анкаре. Когда ей было четырнадцать, в посольство приехал блестящий выпускник ИСАА двадцатитрехлетний Дмитрий Песков. Жили на одном этаже, дружили. А потом вспыхнул роман: «Было ясно, что мы поженимся, хотя он и предложения, кажется, не делал. Просто судьба — я знала этого с самого начала». Свадьбу сыграли, как только Кате исполнилось восемнадцать. В Москве она поступила на филологический факультет МГУ. Денег не было до той отчаянной степени, что по ночам молодожены выезжали бомбить: зарабатывали тридцать пять рублей, а утром отправлялись в МИД и на Ленгоры. «Многие наши друзья начали бизнес, а нас даже в кино не приглашали, чтобы не ставить в неловкое положение». После университета Катя на четыре года снова вернулась в Анкару — уже в ранге жены дипломата. «Мы жили интересно и весело. Молодые, беззаботные, спускали всю зарплату. Наши коллеги усиленно копили, а мы все прожигали — я же говорю, факел. Вложили накопления в «Чару» и Инкомбанк — сгорели дотла. А нам хоть бы что. В посольстве был строгий режим. После одиннадцати вечера запрещено выезжать в город. Мы садились в машину, отправлялись танцевать, возвращались под утро, и комендант ворчал: «Я вас выделил маркером». Возмутители спокойствия». Вскоре случился судьбоносный визит Ельцина в Стамбул. Песков был лучшим переводчиком с турецкого (до его приезда лучшим считался Катин папа). Президента боялись все, а он показал пальцем на Дмитрия: «Будешь со мной» — и трое суток молодой тюрколог не исчезал с голубых экранов. Будущий пресс-секретарь Путина Алексей Громов позвал Пескова работать в Кремль. И вдруг как гром среди ясного турецкого неба — тридцать первое декабря 1999 года, знаменитое «Я ухожу». Теперь уже команду набирал Путин. И Дмитрия снова позвали в администрацию — начальником отдела. «Он говорит: «Поехали?» А я не могу вот так, у моих учеников учебный год в разгаре. В общем, в июне 2000-го мы возвратились в Москву. Не скрою, Диме это решение далось тяжело — в нем тоже был силен мидовский консерватизм. Я его в тот момент здорово поддержала».

Поддержала Катя мужа и в буквальном смысле: Песков страдал от астмы. А значит — отсутствие лекарств, жизнь как на пороховой бочке, звонки в скорую помощь среди ночи, бумаги «в больницу не поедем, под мою ответственность», в ответ — «он может умереть». Выстояли. А дальше... Дальше началось укрепление карьерных позиций, которое в редчайших случаях способствует укреплению семьи. «Чем больше власти, тем... Понимаете, вы просто начинаете жить параллельными жизнями. Работа мужа не предполагала его присутствия дома. У нас не было вечеров и праздников. Не было дней, проведенных с детьми. Зато рос достаток. Наверное, девяносто девять процентов жен на моем месте воскликнут: «А чего такого? Классно. У тебя же все есть!» Но, ребята, я выходила не за положение и не за деньги. Положение было у меня всегда. Я выходила замуж за конкретного человека. А когда он перестал быть рядом...» Два года назад семейная жизнь Песковых поскользнулась на коварном олимпийском льду. «И снова на моем месте другая бы промолчала. Ведь развод был Диме не нужен. Сколько их в Москве, таких женщин: сидят рядом с пузатыми лысыми мужьями, в бриллиантах и мехах. Супруг — король, а у нее глаза бассета. И когда я поняла, что женщина с глазами бассета — не я, что я не смогу с этим жить, каждое утро буду про это думать, приняла решение. Муж, конечно, испугался: «Я все понял». Умолял вернуться. Но я сказала, что дала ему достаточно времени, пыталась забыть и простить. Ведь предав единожды, доверие вернуть невозможно». Я такая: решения принимаю раз и навсегда. Понимаете, Дима всегда был самым близким мне человеком. В восемнадцать лет он взял с меня клятву: «Что бы ни случилось, давай поклянемся друг другу быть честными». Дима — мой первый мужчина, я хранила ему верность. Он всегда был на пьедестале. Мне казалась: «У всех — такой, но мой — точно другой». А когда оказалось, что такой же... Мне стало неинтересно». paparazzi.ru, 19.08.2014, "Близкий друг Татьяны Навки Дмитрий песков развелся с женой": [С некоторых пор пресс-секретаря Президента и Дмитрия Пескова и Татьяну Навку подозревали в слишком тесных дружеских отношениях. Пара много и часто появлялась вместе на различных мероприятиях, тем самым давая поводы для подозрений. А известие о беременности Татьяны привлекло к этой паре еще больше внимания. Вот только, во всех официальных источниках было указано, что Дмитрий Песков по-прежнему женат и воспитывает троих детей. [...] супруга Пескова Екатерина в интервью журналу Tatler все же призналась, что они уже разведены. [...] Если все слухи верны, то в ближайшее время Татьяна Навка сделает Дмитрия Пескова отцом в четвертый раз. — Врезка К.ру] [metronews.ru, 22.08.2014, "Татьяна Навка родила второго ребёнка": Олимпийская чемпионка Игр в Турине российская фигуристка Татьяна Навка родила второго ребёнка. Радостной новостью о рождении дочери в своём Instagram поделилась подруга спортсменки певица Любовь Успенская. [...] Напомним, что Навка уже воспитывает 14-летнюю дочь Александру от брака с Александром Жулиным, с которым развелась в 2010 году. — Врезка К.ру] Мир перевернулся. И тогда жизнь предложила Кате Париж. Просто раньше представлялось, что муж такой большой, а мир маленький. Оказалось — наоборот. Как в фильме «Люди в черном»: все живут в своих крошечных коробочках и думают, что это и есть их собственная вселенная. [...]

«В какой-то момент мне стало казаться, что люди общаются со мной только из-за положения. Но нет — говорят ведь, друзей лучше заводить, когда им от тебя ничего не нужно. В Париже я стала представляться: «Катя из Москвы, ничем не занимаюсь». И когда увидела, что это ни на что не влияет, что вокруг меня собираются люди и интересна именно я, это придало сил». «В Москве круг общения изменился?» — «Это чудная, старая как мир история. В первую очередь отвернулись те, кого я буквально вытащила. Скольких, как мне казалось, незаслуженно обиженных я опекала, выводила в свет... Знаете, как у Ницше: «Чем шире твои объятия, тем проще тебя распять». Могу подтвердить — если вы наделены властью и всеобщим поклонением, это действительно затуманивает мозг. Мама меня сейчас поддерживает: «Слава богу, ты вернулась к обычной жизни — с тобой же невозможно было общаться». А ведь самой себе я казалась нормальной. Понимаете, когда у вас десять приглашений на тусовку, и всем неудобно отказать (ну как же — они же друзья), и вроде надо идти, а дома дети... Когда все это прекратилось, думаешь: «Господи, на что я тратила время?» [...] «Такое счастье — все, что мне сейчас дано. Ведь происходящее сегодня — результат решений, принятых в прошлом. Что я могла получить? Ну сидела бы в Москве, была бы женой пресс-секретаря, за моей спиной шушукались бы, обсуждали. А я живу в сказке и создала ее сама. Живу в своем ритме». Например, даже не думайте идти вместе с Катей в музей: там она проводит часа четыре, никак не меньше. Сначала — готовится, штудирует литературу, как раньше делали наши бабушки («История искусств была моим любимым предметом в университете»), а потом берет аудиогид, подолгу останавливается перед понравившимися картинами — согласитесь, никакой пресс-секретарь такого темпа не выдержит, сбежит от Гогена к гратену. «Жизнь меня многому научила. Моим лучшим учителем был муж. Знаете, я по-прежнему говорю про Диму «мой муж». Язык не поворачивается сказать «бывший». И он, кстати, тоже называет меня женой. Я привыкла быть замужем. Я ему за все безумно благодарна. Он отец наших детей. Все, что он делает, — исключительно исходя из их интересов. Я точно знаю: если нужно будет пожертвовать чем-то, включая работу, — он это сделает. Более того, мне кажется, сейчас Дима даже больше времени проводит с ребятами: в любую свободную минуту приезжает, берет с собой. Дима... Я его люблю и знаю, что он меня любит. Он мне на прошлой неделе вообще предложил снова пожениться. Но, как говорят, спасибо тем, кто есть в моей жизни и делает ее прекрасной, и спасибо тем, кто вышел из нее и сделал ее еще прекрасней. Ну а что же я? В моей руке — факел».

Ссылки