Как я продавала контрабанду на Черкизовском рынке

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Как я продавала контрабанду на Черкизовском рынке Корреспондент «КП» по заданию редакции устроилась продавщицей на главную барахолку Москвы

"Черкизовский всю неделю в эпицентре событий. Об этой клоаке наконец заговорили на федеральном уровне. Сначала Владимир Путин говорит о контрабанде, которая хлещет в Россию мутным потоком (на Черкизоне ее найдено на 2 миллиарда долларов). Потом возбуждают уголовное дело против компании АСТ, которой владеет известный олигарх Тельман Исмаилов, хозяин Черкизовского. Это тот самый парень, который недавно отгрохал в Турции один из самых пафосных отелей. И созвал на его открытие голливудских звезд и московский бомонд. В Москве за олигарха отдувается его адвокат Павел Астахов. Но, похоже, если следователи копнут поглубже - туго ему придется. На Черкизовском и помимо контрабанды творятся удивительные вещи. И живут удивительные люди. Именно живут. Потому что Черкизон - это маленькое государство, которому глубоко плевать на наши законы. У тамошних мигрантов есть свои. И прежде чем нырнуть в экономические лабиринты Черкизовского, мы попытались выяснить, что вообще творится на рынке: какие диаспоры окопались и как поделили между собой территорию. ПРОДАВЩИЦЫ В РОЛИ «ДЕВОЧЕК ПО ВЫЗОВУ» ...В шесть утра Черкизовский уже кипит. Оптовики со всей России несутся по базару. Торговцы загоняют их в свои контейнеры: хватают за руки, зазывают. Продираюсь через весь этот хаос к пятачку у радиорубки. Тут нелегальная биржа труда. Полно женщин. Это бывшие продавщицы. С началом кризиса каждый второй торговец избавился от продавца. Невыгодно. Китайские и вьетнамские хозяева встали за прилавки лично. В целом экономический шторм не особо потрепал эту пиратскую шхуну (торговцы никуда не уезжают, их выручка упала, но не в разы), однако балласт пришлось сбросить. - Сейчас на работу берут только азербайджанцы, - инструктирует моя новая знакомая с «биржи» Наталья. - Но берут только тех, кто согласен на «вторую смену». Ну это когда после работы ты едешь к нему: стираешь плюс секс. И все это за зарплату в 500 рублей ежедневно. - Ужас! - говорю. - Ужас-ужас! - соглашается Лариса, кокетливо поправляя прическу, завидев очередного работодателя-азербайджанца. Но тот выбрал другую. До обеда «повезло» еще нескольким теткам. Остальные остались не у дел. Было решено разделиться, идти по рядам - клянчить работу. - Приставай к вьетнамцам или китайцам, - советует на прощание Наталья. - Секс им не нужен да и платят нормально. Удачи! Хожу-брожу. Навстречу то и дело попадаются цыганки. Они умело лавируют между оптовиками, то и дело притормаживая у торговцев. У каждой в руке закопченная кастрюлька. Периодически приоткрывают крышку, из кастрюли вырывается едкий аромат, напоминающий запах марихуаны. Торговец наклоняется, жадно заглатывает ядовитое облако. Бросает цыганкам пять рублей «за понюшку». Следующий. Похоже, моя очередь. Не будем отрываться от коллектива. - И сильно вставляет? - интересуюсь у торговки, которая, подышав «облаком», кашляет рядом. - Так это ж не наркотик, - говорит. - Это такая специальная трава... короче, полезная. Называется испан. Растет далеко-далеко в горах Таджикистана. Тут считается, что эта вонючка приносит удачу. С утра не подышал - торговли не будет. В эту лабудень благодаря длительной пиар-кампании цыган верят все: и китайцы, и евреи. Еще считается, что трава помогает от сглаза. Чувствуешь, что навели порчу, не идет товар? Срочно покупаешь траву (у цыган по 50 рублей), поджигаешь пучок и прыгаешь с ним вокруг контейнера. Вроде глупость. Но, между нами, испан работает. Стоило нюхнуть - и буквально на следующий день нашла работу. Сжалился один из китайцев. Обещал платить 700 рублей в день (шикарно по меркам Черкизовского). На следующее утро стою у его торговой точки. ИНОСТРАННАЯ ПРЕССА - Нихао! - здороваюсь по-китайски с моим хозяином Антоном (так его зовут на русский манер). - Привет! - говорит он, закатывая рукава. Схватился за лестницу - карабкается наверх (на крышах контейнеров - склады). И давай швырять оттуда трусы, футболки, спортивные костюмы. Ловко уворачиваюсь. Оказывается, зря. Надо было все это ловить до того, как оно ляпнется в лужу. Кричит - возмущается. Понять бы что. Ну да ладно. Полчаса оформляем витрину. Вроде готово. - Устал! - говорит Антон. - Ты - торговать, я - отдыхай! C этими словами плюхнулся на тюки, развернул газету. Заглядываю через плечо. Опа! А газета-то на китайском. Утренняя почта из Пекина? Не факт. Оказывается, в Москве выходит восемь газет на китайском, четыре из которых - ежедневные. Примерно та же история с вьетнамской и азербайджанской прессой. Редакции «зарубежных СМИ» базируются возле Черкизовского. Распространяются газеты только на базаре (с утра бегают курьеры, выкрикивая анонсы статей). Пишут в основном о политике и спорте. И еще масса объявлений: реклама парикмахерских, стоматологических клиник, ателье и банков. Все это тоже находится на Черкизовском. Тут у каждой диаспоры своя инфраструктура, свой уклад жизни и «политический вес» на рынке. Всего крупнейших диаспор на Черкизовском четыре: китайцы, вьетнамцы, горские евреи и таджики. Обо всех по порядку. Но сперва о евреях. Потому что они не простые, а горские. ЭЛИТНАЯ КАСТА Спустились к нам с вершин Азербайджана и. Туда их занесло волею судьбы в мохнатые годы, но они не ассимилировались. Во многом переняли кухню и нравы мусульман. Но не веру. По-прежнему ходят в синагогу. На рынке считаются элитой. Черкизовский принадлежит главе клана - Тельману Исмаилову. Помимо Черкизовского, он владеет Варшавским рынком, торговым центром «Европейский», рестораном «Прага», издательством АСТ и т. д... На Черкизовском хозяин бывает редко (а точнее, раз в пятилетку). На рынке всем заправляет администрация из числа горских евреев. Главная их задача - собрать арендную плату с торговцев. Конечно, за каждым бегать не станут. Тут другая система: мини-рынки целиком сдаются в аренду представителю одной из диаспор. Тот пишет свои законы, формирует администрацию и устанавливает расценки за торговые места. «Руководство» в эту внутреннюю кухню не лезет. Если им, конечно, вовремя приносят денежки. А им приносят по факту дважды. Один раз - официально. Второй - исключительно добровольно. Через подпольное казино на рынке, которое они тоже держат. Обнаружила я его случайно, просто слонялась после работы по рядам. Неприметная дверь. На ней табличка: «Пункт охраны». «Может, чего стряслось на рынке?» - думаю, наблюдая за потоком желающих пообщаться с охраной, ныряющих в эту дверь вереницей. Захожу. У входа охранник. Говорит, дескать, нельзя. - А что так? - спрашиваю. - Белым вход запрещен? Что-то в моем тоне смутило амбала - впустил. Как позже выяснилось, принял за хозяйку контейнера. В зале тусклый свет, неторопливая возня. Подскочил администратор. Интересуется, за каким столом буду играть. - За первым! - брякаю наобум. - Там, где рулетка. Слава богу, все места заняты. Оказывается, именно за этим столом банкуют «толстосумы». Минимальная ставка - 300 тысяч рублей (мне, чтобы столько заработать, приходится пахать в редакции полгода). А вьетнамцам поставить столько - раз плюнуть. Китайцы тоже не скупятся. Один из сынов Поднебесной только что спустил миллион. Сидит пунцовый, смотрит в одну точку... и снова ставит. - Это хозяин китайского рынка! - заметив мое удивление, шепчет стоящий поблизости афганец Абдула. - У него денег... Ты сколько весишь? Шестьдесят кило? Вот у него примерно столько же каждый день. А половину оставляет здесь. Абдула тут давно - знает, что говорит. У самого было шесть контейнеров, не осталось ни одного. Проигрался в пух. Вообще игра для мусульманина - большой грех. Но многих это не останавливает. Не играют только таджики. Их вообще в казино не пускают. Да что говорить - не пускают их и за прилавки. На Черкизоне они низшая каста. НОЧУЮТ В ТУАЛЕТАХ - Чтобы таджику сделать карьеру продавца, надо вкалывать несколько лет, - говорит моя знакомая Лена, которая уже вечность торгует на базаре. - Да и вообще без блата на рынок не устроиться. Блат должен быть среди своих. Дело в том, что таджики монополизировали сферу уборки и внутренних перевозок. Только они таскают тачки с товаром (со складов на точку). Но такое место еще надо заслужить. Сперва новичок будет подметалой. Через пару лет пойдет на повышение, ему дадут тележку. Будет зарабатывать 500 рублей в день. Или воровать. Частенько бывает так, что «бача» (так зовут на рынке таджиков, на их языке это означает «парень») увозит товар не по адресу. Тогда на позорных щитах рынка появляется распечатка: «Вор-крыса. Ибрагимов Махмадин. Воспользовавшись доверием оптовика, совершил кражу. О его стыдном поступке сообщено родным и близким в Таджикистан». Позор в глазах близких - это, как известно, худшее наказание для мусульманина. Хуже, чем тюрьма. Кстати, сами таджики обрекли себя на добровольное заключение. Они практически никогда не выходят за пределы рынка. Чуть высунулся, а там уже караулит милиционер. Регистрация есть? У-у-у, а что ж так? С вас, уважаемый, три тысячи. Дороговато нынче «выйти в свет». Да и смысл? Таджикские общаги находятся прямо на территории рынка. Бывшие торговые павильоны заставлены двухъярусными кроватями на манер казармы. В одной живут до 500 человек (всего общаг на рынке три). Те, кому не хватило места, ночуют в туалетах. Забегаю уже после закрытия базара в женский туалет. Возле умывальника как ни в чем не бывало сидит «бача», режется с товарищем в нарды. Еще один стирает в раковине джинсы. Немного обалдев, захожу в кабинку. Из соседней раздается мужской храп. Вскарабкавшись с ногами на унитаз, заглядываю через перегородку. Кабинка переделана в спальное место. Над унитазом крепятся доски, получается двухместный лежак. Чуть выше - еще один. В общей сложности в кабинке ночуют четыре человека. А сейчас у них по расписанию ужин. С запахом мочи смешивается аромат жареной картошки. Шкворчание доносится из кассы туалета, где возле электроплиты возится женщина в платке (жена одного из таджиков, которая тут и работает кассиром). Минут через двадцать женщина, наверное, высунется из туалета и крикнет: «Нормат! Холмат! Ужин!» КИТАЙЦЫ ВСЕМ ДОВОЛЬНЫ А вот китайцы на Черкизовском - люди уважаемые. Но только не среди продавщиц. - Ты своего сразу ставь на место, - советует подруга Лилия, кивая на моего хозяина Антона. - Будет орать - не молчи. Пихнет - дай сдачи. - Но он все-таки хозяин, - говорю. - И уволить может. - Да какой он хозяин! - отмахивается подруга. - Это для нас он хозяин, а так - сошка мелкая. Представь, мой даже читать не умеет. Я прошу: прочти, что там ваши иероглифами на стене накорябали? Так он еле-еле. По слогам. Похоже, Лилия во всем права. В Россию образованные китайцы не едут, впрочем, как и предприниматели («челноки» в прошлом). Едет рабочий класс. Система такая. Крупные фабрики или нелегальные цеха Китая выкупают на Черкизовском контейнеры и присылают сюда «как бы менеджеров». Их задача - контролировать отгрузки-погрузки, продавца. За все про все китайцы получают 15 - 20 тысяч рублей в месяц. Не густо. Но учитывая то, что большинство из них на родине безработные... - Фактически безработные, - уточняет научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ларин. - У Китая хитрая система борьбы с безработицей. Людей не увольняют, а ставят в «резерв». Когда на фабрике освободится место - например, кто-то умрет, - его тут же займет «резервист». Некоторые китайцы пережидают это время в России. Но как только позовут - уедут. Они не намерены тут оставаться и крайне редко привозят семьи. Чайнатаун в Москве пока невозможен. Китайцам не то что гражданство не светит (а обычно жители чайнатаунов во всем мире являются гражданами той страны, где обосновались), им даже запретили иметь свои общаги на Черкизоне. И вообще инфраструктура развита слабо. Есть парочка китайских магазинов, рестораны. В одном из них открыты курсы русского языка, где китайцы удивляются сложности нашего алфавита. А вот вьетнамцы окопались - не постеснялись. В их кварталы уже водят экскурсии. Считайте, что вы виртуальные туристы. Начинается «маленький Сайгон» с продуктового рынка. Неимоверная суета. Очень душно. В нос бьет запах сырого мяса (его рубят прямо на асфальте). На прилавках лапша, специи и вот эта зеленая... репка, что ли? - Это репка? - обращаюсь к продавщице. - Не наю, - широко улыбается в ответ вьетнамка. - А вы не знаете? - останавливаю одного из покупателей. Он тоже не знает. Точнее, не понимает по-русски. Тут никто не понимает. Такие дела. Вроде ты в Москве, а нужен переводчик. СПРАВКА «КП» Черкизовский рынок был образован в начале 90-х годов на пустыре в Восточном округе. Сейчас занимает 200 гектаров. Территория частично принадлежит российскому правительству, а частично - городу. Крупнейший арендатор этой площади - Российская государственная академия физкультуры. В ее ведении 72 гектара земли. У нее и арендуют участки группа АСТ, АСТ-Черкизово и другие (принадлежат Исмаилову и его партнеру Захару Илееву). В состав рынка входит 12 торговых зон. За день Черкизовский посещают более миллиона человек. КСТАТИ Кто еще обитает на рынке? Мы рассказали о четырех крупнейших диаспорах. Однако на рынке есть и другие. И у каждой диаспоры своя специализация. Азербайджанцы - продают кожу и обувь. Киргизы, украинцы, молдаване - продавцы. Турки - специализируются на коврах и постельном белье. Индусы - детские игрушки (но не мягкие) и техника (DVD, ноутбуки). Афганцы - держат кафе, аптеки. Продают хозяйственную мелочевку: мыло, мочалки, расчески и т. д. А В ЭТО ВРЕМЯ Адвокат Павел Астахов: «Исмаилов не руководил рынком!» Скандал вокруг контрабанды набирает обороты. Задержанный на складах Черкизовского груз окрестили самой крупной партией контрабанды в истории страны. И вот вчера адвокат Тельмана Исмаилова Павел Астахов сделал громкое заявление. Дескать, его подопечный олигарх действительно является одним из основателей компании АСТ, но «никогда не руководил и не занимал ответственных постов в структуре Черкизовского рынка и не имеет отношения к арестованному товару». ВОПРОС - РЕБРОМ Куда смотрит милиция? НЕОФИЦИАЛЬНАЯ ВЕРСИЯ... На каждом мини-рынке - своя охрана. Если это китайский рынок, значит, его патрулирует «китайский ОМОН». Только он вправе вмешиваться во внутренние разборки. Чоповцы, которые официально наняты администрацией рынка, могут лишь наблюдать за поножовщиной. Они вмешиваются, только когда мигрант нападает на «белого» (продавца или покупателя - не важно). Милиция на территорию рынка не заходит в принципе. - Есть негласное распоряжение главы ОВД Восточного округа, - говорит бывший сотрудник этого ОВД, член независимого профсоюза сотрудников милиции Москвы капитан милиции Евгений Харламов, - о том, что, дескать, на территорию Черкизовского не соваться. И до нас доходила информация, что в качестве благодарности руководство рынка оплачивало нашему начальству отпуска в Испании, Италии и т. д. И, разумеется, рынок всегда был вне закона. Последнее время я занимал в ОВД должность начальника отдела уголовного розыска. Мой отдел специализировался на борьбе с торговлей людьми и проституцией. И вот если я вижу, что все нити ведут на Черкизовский, то заранее знаю: дело - глухарь. Начальство ОВД просто не подпишет разрешение на проведение оперативно-розыскных мероприятий. А без этого разрешения у нас связаны руки. Как сейчас помню случай: в 15 метрах от Черкизовского нашли труп девушки (она была изнасилована, а потом убита). Свидетели говорят, мол, мы ее знаем - возможно продавщица с Черкизовского. А мы не можем зайти н а территорию. Порой удавалось раскрыть убийство, только заручившись поддержкой МУРа (и то не официально, а на личных контактах). Так что о чем вы говорите? Как при таком «встречном ветре» можно взять хоть одного нелегала, не говоря уже о преступнике? Кстати, о нелегалах. Зачастую у торговцев нет ни разрешения на работу, ни регистрации. Как же их не депортировали во время хваленых рейдов ФМС? На рынке все заранее знают, когда нагрянет проверка. Администрация спускает эту информацию хозяевам контейнеров, а те просто закрывают точку, залезают на склад и ждут, пока все стихнет. ...И ОФИЦИАЛЬНАЯ - Участковые Измайловского и Преображенского ОВД регулярно бывают на рынке, - говорит начальник отдела организации деятельности участковых уполномоченных УВД по ВАО Геннадий Климчак. - Они инструктируют сотрудников ЧОПа, как правильно строить работу. В целом же существование рынка никак не отражается на криминогенной обстановке Восточного округа. Да и на территории рынка ЧП случаются редко. Мы совместно с ФМС дважды в месяц проводим рейды. За один рейд выявляем порядка 100 - 150 нелегалов. - А общежития выявляете? - Официально заявляю: на территории Черкизовского нет общежитий мигрантов. У вас все по слухам. Вот вы видели их? Да? И заходили внутрь? Хм, мы могли что-то и недоглядеть. Но это пустой разговор. - А еще ходят такие нелепые слухи, будто милиционеры, которые дежурят возле рынка, не сдают нелегалов миграционной службе, а берут с них взятки... - Ну а вы кристально честный человек? Смотря ведь в какие рамки человека поставить. Вся проблема в наших законах - они неоднозначны. Там или - или. Допустим, или штраф, или условное наказание. Вот это сотрудников милиции и провоцирует. Были бы четкие законы - не было бы коррупции. КОММЕНТАРИЙ УФМС - Мы регулярно проверяем рынки, - говорит начальник пресс-службы УФМС Москвы Залина Мусавиева. - Конкретно по Черкизовскому статистики нет, но всего за первое полугодие 2009 года на рынках Восточного округа зафиксировано десять нарушений. Проблема в том, что зачастую мигранты находятся вне своих рабочих мест. А это значит, мы не имеем права проверять разрешение на работу. С постановкой на миграционный учет (по старинке это называется регистрацией) у них, как правило, проблем нет. В следующем номере Женя расскажет об экономике этого «города в городе»: что за вещи продают и откуда везут. А также о том, какой доход и кому приносит рынок на самом деле."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации