Кировский "балет"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Кировский "балет"

Красиво выступить в постановке о краже дворца культуры проректору СПбГУ Станиславу Еремееву помешали фальшивые векселя

Оригинал этого материала
© igolkin, origindate::20.01.2010

Арсений Плотников

Compromat.Ru

Станислав Еремеев

Действующие лица:

Владимир Дербин, председатель федерации профсоюзов Санкт-Петербурга и Ленобласти (бойкий, не из пугливых);

Михаил Шмаков, главный профсоюзный босс страны (в образе пикового короля, но без бороды);

Сергей Тихомиров, директор ЗАО "Трест Севзапкурортстрой" (несколько комичный персонаж);

Станислав Еремеев, проректор Санкт-Петербургского госуниверситета, консультант группы компаний "Открытие";

Анатолий Шаделко, бывший военный, сенсей (тренер по восточным единоборствам, танцует в кимоно);

кордебалет: силовики, адвокаты, журналисты, профсоюзные активисты и др.

Реквизит:

Здание Дворца культуры имени Кирова, площадью около 23000 метров;

фальшивые векселя Байкальского отделения Сбербанка России на сумму 250 миллионов рублей;

флешки с записями разговоров персонажей, похожих на Тихомирова и Еремеева, подтверждающие участие последнего в постановке.

Когда-то в Ленинграде все самое лучшее и красивое называлось именем Кирова: проспект, стадион и Дворец Культуры. Потом все переименовали. Кроме дворца. Даже лучший в мире балетно-оперный театр. Но бренд "кировский балет" существует и поныне. Нашу историю в другом жанре рассказать невозможно — слишком много пируэтов, па-де-де и выходов к публике. Итак, либретто:

Действие первое

В Петербурге у всех на слуху скандальная история с уводом из профсоюзной собственности ДК имени Кирова — огромного здания на Васильевском острове, построенного в стиле конструктивизма. Напомним — Федерация профсоюзов и трест "Севзапкурортстрой" искали инвесторов, чтобы реконструировать обветшавшее здание. Партнерами стала группа компаний "Открытие" из Москвы, контролируемая близким к команде Чубайса олигархом Борисом Минцем. Инвестор выделил несколько миллионов долларов для снятия обременения — еще в начале двухтысячных годов некоторые шустрые граждане, связанные с тогдашним руководством питерских профсоюзов, умудрились сдать ДК в долгосрочную аренду, хотя формально дворец профсоюзам на тот момент не принадлежал.

Итак, обременение снято, профсоюзное руководство и основной акционер "Севзапкурортстроя" Сергей Тихомиров подсчитывают грядущие прибыли и политические дивиденды. Инвестор строит рядом с ДК неслабый бизнес-центр, реставрирует основное здание-памятник, в нем, кстати, может разместиться и профсоюзный аппарат, тогда высвободится Дворец Труда, ныне занимаемый профсоюзами, а в нем можно разместить лучший отель Северной столицы… Короче, сказочные перспективы открываются перед главой Ленинградской профсоюзной организации Дербиным и его товарищем Тихомировым: и профсоюзные организации довольны, и городскому руководству приятно, и финансовые потоки из Москвы сделают "Севзапкурортстрой" не просто серьезной строительной фирмой, а почти лидером на сторойрынке Петербурга.

Но в середине прошлого года, как гром среди ясного неба, известие — дворец больше не принадлежит своим хозяевам. Некий гражданин Максимов, подконтрольный инвесторам проекта директор ООО "ДК Кирова", продает за спиной акционеров здание мутной кипрской офшорке за пару миллионов долларов.

Дербин с Тихомировым несутся в арбиртраж накладывать арест, чтобы у ДК не появился "добросовестный приобретатель". Тихомиров, понимая, что подставил своего старшего партнера Дербина, строчит заявления в прокуратуру, милицию и ФСБ. Заявления неспешно начинают проверяться, но уголовное дело возбуждают против самого Тихомирова, не рассчитавшегося с Анатолием Шаделко за векселя Сбербанка на 250 миллионов рублей, которые он внес в уставный капитал ООО, учрежденного на паях с профсоюзами.

Действие второе

Дербин с Тихомировым понимают, что их "заказали". То есть, силовики Северной столицы получили некое указание попрессовать профсоюзников, чтобы они не особо активно бились за возвращение ДК. Но за Дербиным — Михаил Шмаков. Естественно, тот поддерживает нашего героя и направляется в Белый дом. В наш, не американский. К кому Шмаков заходит в правительстве России? Ответ на этот вопрос зритель узнает из новостей, которые показывает телевизор на авансцене.

Тот-к-которому-заходит-Шмаков видит ситуацию несколько иначе. Он дает понять профсоюзному лидеру, что дело-то попахивает глобальной политикой: имущественный скандал в Санкт-Петербурге — это лишь способ заменить Дербина на другого — более молодого и ориентированного не на Шмакова и "Единую Россию", а на конкурентов "справа". И Шмаков слышит твердое "Нет, не сдадим!". Михаил Викторович проникается серьезностью момента: если сменить лидера профсоюзов в Санкт-Петрбурге, через пару лет сменится и сам Шмаков.

Шмаков в задумчивости выходит на авансцену. Затем дает команду Дербину — держаться до конца. И предупреждает: скоро появится конкурент — заказчик скандала. Зал замирает в ожидании.

Действие третье

На сцене появляется Станислав Еремеев. Он развивает небывалую активность — встречается с региональной элитой, кому намекает, а кому прямо говорит — на самом верху, там, где горят рубиновые звезды, принято решение — Дербина не выбирать на новый срок председателем федерации профсоюзов, будет ерепениться — прихлопнуть уголовным делом, а выбрать вместо него Еремеева.

Еремеев танцует с саблями — блеск металла и монотонная ритмичная музыка. Из-за кулис выходит кордебалет. На танцорах погоны: полковничьи и генеральские звезды — это силовики.

И вдруг барабанная дробь. Это нелепой походкой выбегает страдающей одышкой Тихомиров. В руках у него пачка бумаг. Это векселя Байкальского банка Сбербанка России на 250 миллионов рублей. Они оказались фальшивые. Потому что настоящие были погашены за 10 дней до передачи "ценных бумаг" Тихомирову.

И это подтверждается документами. Эти векселя подручные Еремеева в 2008 году дали Тихомирову вместо денег Бориса Минца. Формально векселя передавались через фирму Шаделко, теперь требующего с Тихомирова деньги за фальшивки.

Силовики, кружась в вальсе, уплывают за кулисы, чтобы после смены музыки выйти с другой стороны уже на Еремеева.

Тихомиров вдобавок показывает документы с подписью самого Еремеева. Это контракт на реконструкцию университетского исторического здания — дворца графов Бобринских в Санкт-Петербурге. Он как проректор университета дал строительный подряд на 147 миллионов рублей фирме Тихомирова. И рассчитывал, видимо, на то, что Тихомиров, получив такие деньги, не будет возмущаться по поводу увода дворца за фальшивые векселя. Свет гаснет. Опускается занавес. Антракт.

Действие четвертое

На сцене никого нет. Из-за кулис выглядывают все герои, вся труппа театра и даже пожарная охрана.

Прямо у оркестровой ямы лежит Заветная Флешка. Мимо, взявшись за руки, в образе белых лебедей легкого поведения, проплывают журналисты. Они жадно хватают флешку и засовывают ее в огромный картонный компьютер.

На флешке — записи разговоров между Еремеевым и Тихомировым. Из этих разговоров следует, что Еремеев с самого начала в сделке профсоюзов с дворцом, что именно он нашел инвесторов и осуществил трансфер, в результате которого у московской группы "Открытие" не стало миллионов долларов, однако куда пошли эти деньги — толком никто не знает, ведь Тихомиров получил только фальшивые векселя. А Еремеев говорит про возврат пятнадцати процентов от суммы контракта — журналисты в ужасе закрывают лица руками, ведь, похоже, речь идет об "откате" руководству университета.

Тихомиров же, понимая, что его не просто "кидают" с ДК имени Кирова, но используют как пешку в серьезной политической интриге, в шоке кружится на одном месте. Появляется Шмаков. Он только что опять Побывал-Там-Где-Надо. И там ему опять сказали: "Не сдадим". Силовики точат сабли и ритуально размахивают клинками в сторону Еремеева.

Фальшивые векселя — вещь серьезная. Занавес.


Краткое содержание Заветной Флешки:

“Я влетел на деньги! Вот ты с деньгами не попал, а я — попал! С меня теперь требуют деньги взад...”, — человек, похожий на Еремеева в разговоре с партнером по реализации инвестиционного проекта на базе профсоюзного ДК Сергеем Тихомировым. К этому времени профсоюзы и Тихомиров узнали, что здание Дворца Культуры перешло в собственность оффшорной компании без их ведома.

“Я знаю одно — меня тема профсоюзов не интересует. Есть конкретные претензии москвичей ко мне, связанные с тем, что они говорят: “На сегодняшний день такая-то сумма денег переведена сюда: ты взял эти деньги, ты не отрицаешь, что деньги пошли сюда. Хотите все взад, пожалуйста, — деньги на стол!” Что на это ответить?”, — он же, тогда же. — “ Я всего лишь в компании “Открытие” — консультант. Все!”

Тихомиров: “ Ну, значит, вы удачно проконсультировали...”

Тихомиров: “Станислав Германович, они ничего не сделали, в моем понимании... Не сделав ничего, спи...ли объект и теперь что-то крякают. Ребята, а ну-ка несите-ка бабки, пока тут такого хорошего общероссийского дела не получилось! ”

Еремеев: “Сережа, ты же понимаешь — дело будет российским. В котором на одной скамье будешь сидеть ты и вся профсоюзная братия!”

Тихомиров: ”Да пожалуйста, Станислав Германович! Сначала будет доказываться, как этот актив пи...или. ”

Еремеев: ”Доказано будет путем того, что появились москвичи, искали, куда бы сделать вложения. Подвернулся им Сергей Алимович с предложением...”

Тихомиров: “К Сергею Алимовичу пришел Станислав Германович, предложил сделать дело, Сергей Алимович сказал — давайте, и пошел делать, вот и все...”

Еремеев: “Я по всему городу ходил и спрашивал: есть ли какой приличный объект, который можно предложить, ты мне сказал, что у профсоюзов все будет законно... Серега, подожди, из тех денег, которые вливали москвичи, ты хоть копейку получил?”

Тихомиров: “Нет!”

Еремеев: “Что значит “нет”?! Серега, ну давай говорить правду!”

Тихомиров: “По университету. Как мы договаривались, 15 процентов с кредитованием лага месяца 3-4. Причем когда я вас предупреждал: выполняем жестко быстро данный контракт, получаем деньги. Нет, кто начал изменять структуру договоренностей? Кто начал туда чего-то впихивать?”

Еремеев: “Кто впихивать?”

Тихомиров: “А почему вы мне не дали эти 147 миллионов быстро выбрать?”

Еремеев: “Сергей, вот на эту тему ты бы лучше молчал”.