Клан клином выбивают

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Возможность поговорить с Путиным у Черкесова была, просто его доводы показались президенту неубедительными"

Оригинал этого материала
© "Московский комсомолец", origindate::31.10.2007

Клан клином выбивают

Давид Григорьянц

Сегодня Мосгорсуд рассмотрит представление Генпрокуратуры об отмене ареста генерала Бульбова. Уже месяц прошел с момента задержания заместителя главы Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) генерал-лейтенанта Александра Бульбова, а ясности в этом деле так и не прибавилось. Основной версией происходящих событий по-прежнему остается конспирологическая — о внутренней войне спецслужб за пост преемника…

Бей своих, чтоб чужие боялись

Converted 25472.jpgДоводы многочисленных кремленологов и подковерных аналитиков в пользу конспирологической версии выглядят вполне убедительно и логично. Грядущие парламентские и президентские выборы по своей значимости и последствиям намного превосходят все остальные события в стране, поэтому сегодня любое происшествие легко укладывается в предвыборный контекст.

В этом контексте и в полном соответствии с канонами конспирологии наблюдатели моментально высчитали, что генерал Бульбов является человеком главы ФСКН Виктора Черкесова, который, в свою очередь, является ближайшим соратником Владимира Путина. Вывод напрашивался сам собой: предвыборная борьба “кремлевских башен”.

Забавно, но стоит только принять логику двух противоборствующих властных группировок, как все события вокруг ареста генерала Бульбова действительно начинают укладываться пусть в примитивную, но вполне стройную логику. И даже хронология событий в данном случае выглядит как лишнее доказательство этой логики.

1 октября одна из группировок наезжает на другую, арестовав генерала Бульбова. Руководство ФСКН предпринимает безрезультатную попытку выручить генерала Бульбова и добиться его освобождения под подписку о невыезде.

9 октября глава ФСКН Виктор Черкесов публикует в газете “КоммерсантЪ” статью под заголовком “Нельзя допустить, чтобы воины превратились в торговцев”. Статья фактически стала манифестом “чекизма”. При этом глава ФСКН со ссылкой на журналистов и экспертов говорит о “войне групп” внутри спецслужб и мягко намекает на “оборотней” в среде чекистов, которые бизнес-интересы ставят выше корпоративных.

На следующий день Следственный комитет при Прокуратуре РФ распространяет заявление, в котором говорится, что “никакая должность или принадлежность к тому или иному ведомству не могут являться гарантией ухода от ответственности за совершенные преступления”.

16 октября Генпрокуратура подает в Мосгорсуд кассационное представление, что арест Бульбова необоснован и подлежит отмене. Рассмотрение этого протеста Генпрокуратуры назначено на 31 октября.

События вокруг ареста генерала Бульбова, представленные в такой хронологической последовательности, действительно создают ощущение обмена ударами двух загадочных и могущественных властных группировок.

Собственно, в хронологии намечаются даже контуры этих группировок. ФСБ, Следственный комитет и Басманный суд — с одной стороны, ФСКН и Генпрокуратура — с другой.

Соблазн поддаться логике борьбы двух кланов очень велик. Останавливает только одно: слишком упрощенный взгляд на события.

Свой среди чужих

Было бы глупо полностью отвергать конспирологическую версию событий ареста генерала Бульбова. Но из предложенной выше логики следует, что, кроме ФСБ и ФСКН, в стране нет иных сил, способных повлиять на исход выборов и претендовать на победу. А согласиться со столь примитивным предвыборным раскладом было бы еще глупее.

Трудно представить, что в столь сложной игре под названием “выборы” в расчет берутся интересы только двух группировок. Безусловно, так называемые силовики сегодня являются самой структурированной силой. Однако это не отменяет существования в стране других групп интересов. Например, системного бизнеса и региональных элит.

Кроме того, среди вероятных преемников на пост президента ни Патрушев, ни Черкесов всерьез не фигурировали. А рассматриваемые в этом качестве Сергей Иванов, Дмитрий Медведев, Виктор Зубков и даже Владимир Якунин скандалом вокруг ФСКН никак не задеваются.

Очевидно, что кто-то старательно пытается подогнать логику общественного восприятия ареста генерала Бульбова под войну кремлевских кланов. Хотя одного только списка недвижимости, зарегистрированной на Александра Бульбова и его супругу, достаточно, чтобы поколебать политическую версию в пользу уголовной.

Так, например, “Известия” 11 октября опубликовали статью “Что просматривается на “невидимом фронте?”. В этой статье со ссылкой на единый государственный реестр приводится собственность семьи Бульбовых в Москве и Подмосковье: земельный участок 600 кв.м в Можайском районе; два участка 3000 кв.м и дом 683 кв.м в Чеховском районе; трехкомнатная квартира 123,2 кв.м на Ельнинской улице; двухкомнатная квартира 258,7 кв.м на Островном проезде и трехкомнатная квартира 108,3 кв.м по Рублевскому шоссе.

Специально дословно воспроизвел все вплоть до квадратных метров, чтобы читатель мог внутренне осознать, насколько зарплата генерала ФСКН сопоставима с объемом недвижимости семьи Бульбовых. А если сюда еще добавить заявление замглавы Росприроднадзора Олега Митволя, которое он сделал в “Независимой газете”, о том, что около четверти всех объектов недвижимости на Куршской косе контролируется генералом Бульбовым, то светлый образ неподкупного борца с коррупцией меркнет прямо на глазах.

Вопрос, кто пытается представить дело генерала Бульбова как предвыборные разборки властных группировок и тем самым перетащить его в политическую плоскость, представляется чисто риторическим. Достаточно вспомнить, кто первым озвучил версию внутриклановой борьбы. Нападение, как известно, лучший способ защиты.

Чужой среди своих

Когда Виктор Черкесов опубликовал свой “меморандум”, большинство газет в своих комментариях сфокусировалось на том, что глава ФСКН защищает честь мундира. При этом часть наблюдателей сделала вывод, что дела у Виктора Черкесова, видимо, совсем плохи.

Вывод наблюдателей основывался на том, что, если глава ФСКН вынес сор из избы, значит, его лишили возможности решить проблему в кабинетном формате. Попросту говоря, Виктора Черкесова лишили доступа к президенту.

Логика выглядит безупречной, и, на первый взгляд, вполне укладывается в конспирологическую теорию политической борьбы двух “кремлевских башен”. Но это только на первый взгляд.

Предвыборная версия дела генерала Бульбова рухнула 18 октября. В этот день Владимир Путин подписал указ о создании Государственного антинаркотического комитета (ГАК) во главе с руководителем ФСКН Виктором Черкесовым — по аналогии с национальным антитеррористическим комитетом (НАК).

Фактически Черкесов, согласно указу президента, получил такие же полномочия, как и Патрушев. В рамках ГАК все губернаторы вынуждены будут подчиняться главе комитета.

Сторонники теории борьбы “кремлевских башен” тут же сделали вывод о том, что президент после ареста генерала Бульбова и статьи Виктора Черкесова решил поддержать своего давнего соратника, чтобы противостоящая группировка излишне не усилилась.

Таким образом, Владимиру Путину приписали любимую игру Бориса Ельцина в систему сдержек и противовесов. Однако есть во всем этом одно “но”, и скрыто оно опять-таки в хронологии.

Статья Виктора Черкесова была опубликована 9 октября, а указ о создании ГАК Путин подписал 18 октября. Тот, кто хоть мало-мальски знаком с процедурой, прекрасно понимает, что такие серьезные документы за 9 дней не готовятся.

Вывод отсюда может быть только один: Виктор Черкесов знал про указ президента, когда публиковал свою статью. А это в корне меняет всю логику событий. Получается, что глава ФСКН просто использовал ситуацию, чтобы придать новому комитету большую значимость.

Арест генерала Бульбова накануне подписания указа о ГАК, безусловно, наносил удар по репутации ФСКН. И возможность поговорить на эту тему с Владимиром Путиным у Виктора Черкесова была, просто его доводы показались президенту неубедительными. Тогда-то и появилась статья Черкесова.

Всего лишь одной газетной статьей генерал Черкесов не только восстановил репутацию своего ведомства, переведя дело Бульбова из уголовной плоскости в политическую, но и создал у наблюдателей ощущение собственной аппаратной победы.

Р.S. Кстати, комментируя статью Черкесова о внутриклановой войне, Владимир Путин сказал: “Выносить такого рода проблемы в СМИ считаю некорректным. И если кто-то действует таким образом, предъявляет такого рода претензии о войне спецслужб, сам сначала должен быть безупречным”.