Коврик Как Улика

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Покушение на Чубайса готовили с 2004 года. Версия прокуратуры

1129533271-0.jpg На этой неделе избирком рассмотрит вопрос о регистрации кандидатом в депутаты Госдумы по 199-му избирательному округу отставного полковника ГРУ Владимира Квачкова, обвиняемого в покушении на главу РАО «ЕЭС» Анатолия Чубайса. Если Квачков победит на выборах, то суд (возможно, суд присяжных) впервые в истории России будет рассматривать дело депутата Госдумы, обвиняемого в терроризме.

В распоряжении «Известий» оказались материалы этого уголовного дела, из которых впервые складывается целостная картина этого преступления в версии прокуратуры. Вместе с бывшим полковником ГРУ по этому нашумевшему делу арестованы бывшие десантники Роберт Яшин и Александр Найденов. Еще двое подозреваемых объявлены в розыск: это сын Владимира Квачкова — Александр и сын бывшего председателя Госкомпечати Бориса Миронова Иван.

«К ней в Жаворонках подошел молодой человек и спросил, не сдает ли здесь кто-нибудь жилье»

В конце января нынешнего года у 74-летней москвички Валентины Гуриной умер муж. Жил он отдельно от жены в поселке Жаворонки, в двухкомнатной квартире, на пятом этаже серой пятиэтажки на улице 30-летия Октября, дом 10. Из окна одной из комнат, расположенного в торце здания, просматривалась дорога — та самая, по которой каждое утро ездил на работу в Москву, а вечером возвращался на дачу глава РАО «ЕЭС» Анатолий Чубайс. После смерти мужа хозяйкой квартиры стала сама Валентина Александровна.

Муж умер 31 января, а 20 февраля мне позвонила приятельница, Римма Клавдиевна, и спрашивает, не думаю ли я сдавать квартиру, а то есть желающие, — рассказала «Известиям» Валентина Гурина. — Оказывается, к ней в Жаворонках подошел молодой человек и спросил, не сдает ли здесь кто-нибудь жилье. Вот она и вспомнила про меня. А я говорю: как же я сдам? И не убрано там, и 40 дней еще не прошло…

Тут интересующийся жильем незнакомец сам взял трубку — во время телефонного разговора он стоял рядом с Риммой Клавдиевной. Представился Игорем. В разговоре с Валентиной Гуриной был обходителен, но настойчив и уговорил ее встретиться на следующий же день. На встречу он приехал вместе с товарищем на белой машине, марку которой хозяйка не запомнила. Договорились, что квартиру он снимет сначала на месяц, а потом видно будет.

- Игорь этот — очень интересный мужчина, видный такой, — с нескрываемой симпатией вспоминает Валентина Гурина. — Дал сразу 300 долларов, а я ему — ключи.

Впоследствии она опознала «Игоря» на фото, которое в числе еще двух следователи предъявили ей через несколько дней после покушения на Анатолия Чубайса. Только от них Валентина Александровна узнала, что «Игоря» на самом деле зовут Роберт Яшин. Это 40-летний офицер-спецназовец, служивший когда-то под началом Владимира Квачкова в 45-м воздушно-десантном полку, прошедший с ним «горячие» точки и сохранивший тесные отношения со старшим товарищем после увольнения из армии. Воинская специализация у Яшина была такой же, как и у его наставника, — диверсионная работа. Кстати, как выяснило следствие, не одну Гурину Яшин ввел в заблуждение, назвавшись Игорем: он вообще любил, знакомясь, представляться вымышленными именами. Тем не менее о бывшем постояльце и его друзьях Валентина Александровна отзывается по-доброму.

- Я туда каждую неделю ездила, — рассказала она. — Были там разные люди, но я никого, кроме Игоря, не запомнила. Не шумели, сидели тихо, смотрели телевизор.

За Чубайсом начали следить с ноября 2004 года

Именно там, в Жаворонках, по версии прокуратуры, был главный наблюдательный пункт террористической группы, замыслившей покушение на Анатолия Чубайса. Ее возглавлял отставной полковник ГРУ, специалист по разведывательным и диверсионным операциям Владимир Квачков. Подчиненные называли его «дедом». Помимо Квачкова в группу входили его сын Александр, прошедший службу в ВДВ, а после этого работавший охранником в банке «Совинком», уже упоминавшийся Роберт Яшин, бывший сослуживец Квачкова-старшего по 45-му полку, специалист по взрывным устройствам Александр Найденов и, наконец, инструктор по рукопашному бою Иван Миронов, сын известного своими националистическими взглядами экс-главы Госкомпечати Бориса Миронова. В действительности группа была более многочисленной, считает следствие, однако выявить остальных ее участников пока не удалось.

Группа действовала по меньшей мере с ноября 2004 года. Именно к этому времени относится самый ранний из обнаруженных сыщиками документов: «origindate::30.11.04 РАО «ЕЭС» 9:38 А 184 АР BMW удлин. куз. около РАО с ней С 182 ЕТМ рус BMW5 синяя Н336СВ 90 рус BMW origindate::2.12.04 РАО «ЕЭС» около РАО Н336 ЕВ90 рус BMW 9.40 В 065 АА Ауди 9.50 А 566 АВ». Последний из перечисленных автомобилей — это BMW-760, в котором находился Анатолий Чубайс несколько месяцев спустя, в день покушения. Экспертиза показала, что эти записи сделаны рукой Александра Квачкова.

Начиная с 2004 года, по данным следствия, группа стала активно вооружаться. Приобрели «в неустановленном месте у неустановленных лиц» два автомата Калашникова калибра 7,62 и 5,45 мм и около тысячи патронов к ним, пистолет системы ПСМ (пистолет самозарядный малогабаритный) и патроны к нему и еще несколько десятков патронов к пистолету ТТ довоенной модификации. Были приобретены и компоненты для сборки взрывных устройств — электродетонатор и два взрывателя к ручным гранатам. В арсенале группы было и неустановленное взрывное устройство, скорее всего самодельное, мощностью примерно от 3 до 12 кг в тротиловом эквиваленте, начиненное поражающими элементами в виде стальных гвоздей, шайб, гаек, пластин, прутков. Боевое снаряжение завершали камуфляжная экипировка и шапочки с прорезями для глаз.

«Было обращено внимание на подозрительных лиц и автомашины»

В качестве улики к делу приобщена запись из журнала суточных сводок, который ведет частное охранное предприятие, охраняющее Чубайса. Утром 10 марта во время негласного патрулирования окрестностей дачи в Жаворонках сотрудник ЧОПа обратил внимание на необычное для этого времени скопление народа. О чем и составил запись:

«Было обращено внимание на подозрительных лиц и автомашины. В 7.50 на круговом движении около ж/д ст. Жаворонки обращено внимание на мужчин в количестве 7-8 человек, которые в течение 5-10 минут о чем-то оживленно разговаривали. После чего сели в машины «СААБ» (темного цвета), госномер У 226 МЕ 97 и «Хонда» (серебристого цвета), госномер М 443 СХ 97 (впоследствии было доказано, что на «СААБе» ездил Владимир Квачков, а на «Хонде» — Иван Миронов — «Известия»). До 9.30 мужчины периодически выходили из автомашин и о чем-то разговаривали. В 9.30 вышеуказанные автомашины уехали в сторону Минского шоссе. Среди указанных лиц один — мужчина 55-60 лет, среднего роста, плотного телосложения, лицо круглое, остальным 20-30 лет».

По версии прокуратуры, с конца февраля бывшие десантники Найденов и Яшин все чаще бывают на даче у Квачкова. Они составляют ядро группы. Сын Квачкова Александр, по отзывам коллег по банку, честен, предан, исполнителен, но, как деликатно выразился один из них, «вряд ли способен получить высшее образование». Что касается Ивана Миронова, то у него по сравнению со старшими товарищами было гораздо меньше военного и жизненного опыта.

К «деду» на дачу, которая располагается в районе 45-го километра Минского шоссе в садовом товариществе «Зеленая роща-1″ (участок № 584), Найденова и Яшина, по данным следствия, возил на своей светлой «Лянче» знакомый Найденова Игорь Карватко, отставной офицер армейского спецназа. Почему-то Найденов ему представился как Белов, и только во время следствия водитель узнал настоящую фамилию своего товарища. Однако и в своих показаниях на допросах Карватко по привычке будет называть Найденова Беловым.

Последние три дня перед покушением, как показали распечатки входящих и исходящих звонков с мобильных телефонов, переговоры между бывшими спецназовцами стали особенно интенсивными, а поездки Найденова и Яшина на дачу Квачкова стали ежедневными. По данным следствия, накануне покушения на одном из одинцовских рынков, куда их привез на своей «Лянче» Игорь Карватко, Найденов и Яшин купили, а затем привезли на дачу Квачкова рулон полиуретана — утеплителя толщиной примерно полтора сантиметра. Из такого материала обычно изготавливают подстилки, чтобы было теплее лежать на земле или на снегу. Этот рулон впоследствии станет ключевой уликой, изобличающей Квачкова и его сообщников.

Ущерб, причиненный автомобилю Анатолия Чубайса, превысил $200 тысяч

Место для засады было оборудовано заблаговременно. По данным следствия, на обочине Митькинского шоссе, в 650 метрах от его пересечения с Минским, было установлено изготовленное ранее взрывное устройство мощностью не менее 3 кг в тротиловом эквиваленте. В глубине леса, в 50 метрах от дороги, оборудовали место засады — 5 «лежек» в снегу, устланных лапником и подстилками из полиуретана. От места закладки фугаса были протянуты провода к одной из «лежек», где находился выключатель, замыкающий электроцепь. От «лежек» наискосок через лес к Минскому шоссе была протоптана тропа для отхода. Еще одна тропа вела в сторону Жаворонок. Все диверсионное оборудование оставили с вечера.

Рано утром 17 марта отец и сын Квачковы, Найденов, Яшин и Иван Миронов, а также еще несколько не установленных следствием человек прибыли на место и заняли позиции. Квачков-старший остался в своем темно-зеленом SAAB-9000, госномер У 226 МЕ 97. Автомобиль был припаркован на обочине Минского шоссе, прямо за строительным рынком, расположенным у поворота с шоссе к поселку Жаворонки. В 9 часов 10 минут на Митькинском шоссе со стороны Жаворонков показался BMW Анатолия Чубайса. Следом шел автомобиль «Мицубиси-Ланцер», госномер М 679 РК 97, с тремя охранниками, один из которых находился за рулем. Сыщики предполагают, что о выезде Чубайса с дачи участников группы предупредил по рации или по телефону один из сообщников. В 9 часов 16 минут, когда BMW поравнялся с местом закладки фугаса, взрывное устройство было приведено в действие.

Эффект оказался слабее, чем, очевидно, предполагали нападавшие: за мгновение до взрыва BMW сместилась влево, обгоняя впереди идущую машину, это и спасло Анатолия Чубайса. Едва прогремел взрыв, лежащие в засаде тут же открыли огонь по обеим машинам из автоматического оружия. BMW, как и положено по инструкции, не останавливаясь, проследовало дальше, а охранники Чубайса остановили поврежденную «Мицубиси-Ланцер» и, используя ее как прикрытие, стали отстреливаться. Всего по обоим автомобилям было выпущено из автоматического оружия не менее 25 пуль. Это было определено по количеству гильз, найденных впоследствии в зоне засады — непосредственно в день покушения и после стаивания снега.

Кроме гильз и пуль рядом с местом преступления был обнаружен магазин к АК-47, снаряженный 30 патронами, аккумуляторная батарея, фрагмент провода с выключателем, мелкие металлические предметы, используемые при начинке взрывных устройств, а также три полиуретановых коврика.

В результате диверсии автомобилю BMW был нанесен ущерб на более $200 тысяч. Повреждения у «Мицубиси-Ланцер» составили около $10 тыс. Кроме того, взрывной волной был поврежден и автомобиль ВАЗ-21093 — тот, который обгоняла машина Чубайса. Ущерб «девятки» составил 55 тысяч рублей.

Коврики с места происшествия и остаток рулона с дачи Квачкова составляют единое целое

Убегавших с места покушения заметил сотрудник милиции, мчавшийся по тревоге к месту взрыва. Это был начальник штаба 10-го спецбатальона 1-го спецполка «Северный» ДПС ГУВД Московской области Сергей Иванов. Получив в 9.24 сообщение о стрельбе, он тут же рванул на место происшествия. Не доезжая метров 700 до поворота с Минского шоссе на Жаворонки (он ехал со стороны области) Иванов обратил внимание на темно-зеленый SAAB, стоящий на противоположной стороне шоссе. Как показал впоследствии сотрудник ДПС, он даже запомнил цифры в номере машины — две «двойки» и «шестерку», одна из «двоек» была впереди (номер машины Квачкова 226). Иванов заметил, как в SAAB один за другим заскочили два человека, однако рассмотреть их подробно не успел. Не успела за последним из них закрыться дверь, SAAB резко рванул с места — Иванову запомнилось, как пробуксовали передние колеса. Очевидно, Квачков, увидев мчащуюся навстречу милицейскую машину с включенной мигалкой, слишком сильно вдавил педаль газа.

Видели нападавших и работники рынка. Подсобные рабочие сообщили, что на них из лесу выскочили два человека в белых маскхалатах (их лиц рабочие не запомнили) и сели в темно-зеленый SAAB, который, по их словам, стоял у обочины не меньше часа. При обследовании места происшествия выяснилось, что от места стоянки SAABа к «лежкам», рядом с которыми были найдены гильзы от автоматных патронов, ведет тропинка. Позже станет очевидным, что она носила явно временный характер — после схода снега никакой тропы на этом месте не оказалось.

Темно-зеленый SAAB Квачкова «засветился» в тот день не только в памяти милиционера Сергея Иванова, но и в системе видеонаблюдения ГИБДД «Поток». Согласно материалам дела, камера, установленная на 45-м км Минского шоссе, зафиксировала эту машину 17 марта рано утром едущей по направлению в Москву, а спустя два часа — в сторону области.

Узнав номер подозрительной машины, сыщики вышли на ее хозяйку. Ею оказалась жена Квачкова Надежда. А вечером того же дня, 17 марта, задержали самого Владимира Квачкова. В принадлежащем ему гараже на Бережковской набережной обнаружили около тысячи патронов разного калибра и пистолет ПСМ, произведенный в 1993 году на Ижевском механическом заводе и отправленный в Таджикистан (на учете российских вооруженных сил он не числился). На даче Квачкова в «Зеленой роще» обнаружили газовый пистолет «Вальтер», два запала, гранату и электродетонатор.

Однако все это не говорило впрямую о том, что именно Квачков и его товарищи осуществили покушение на главу РАО «ЕЭС России», — автоматов, из которых велся огонь по машинам Чубайса и его охраны, обнаружить не удалось до сих пор. Тем не менее в арсенале следствия есть прямые улики, указывающие на причастность Квачкова к преступлению. Главные из них — это три коврика, обнаруженные недалеко от места преступления, и рулон такого же материала, найденный на даче Квачкова. Экспертиза показала, что все эти фрагменты изготовлены из идентичного материала, а при составлении по местам разрезов три коврика и остаток рулона, обнаруженный у Квачкова, составляют одно целое.

Один из подозреваемых согласился стать свидетелем

Рулон — важная, но не единственная улика. В машине Квачкова сыщики обнаружили схему, начерченную на обратной стороне чека за бензин. Она очень похожа на описание местности, где было совершено покушение. Также в машине Квачкова были обнаружены следы гексогена, тена и тротила. Следы этих взрывчатых веществ были обнаружены и на личных вещах Квачкова, найденных в машине и на даче. Кроме того, операторы мобильной связи зафиксировали и интенсивные переговоры накануне и за несколько дней до покушения между Квачковым и Яшиным. Первый, по данным пеленга, находился в районе своей дачи, второй — в Жаворонках, где снимал квартиру. В качестве улик следствие приводит и националистическую литературу, в избытке обнаруженную на квартире гражданской жены Квачкова-младшего Екатерины Пажетных. Ей же принадлежал и серебристый автомобиль «Хонда-Аккорд», который, по данным прокуратуры, использовался для слежки за Анатолием Чубайсом.

В качестве главного свидетеля обвинения выступает 33-летний Игорь Карватко — тот самый водитель светлой «Лянчи», который возил Яшина и Найденова на дачу Квачкова и по хозяйственным рынкам. В конце марта он был задержан в Тверской области. Не исключено, что утром 17 марта он также находился в районе засады на Чубайса. В пользу этого предположения говорит, в частности, факт, установленный следствием: после того как СМИ сообщили о покушении на Чубайса, Карватко попросил своего знакомого обеспечить ему алиби на 17 марта с 4 до примерно 7.30 утра. Почему не до 9.30? Очевидно, на это время у Карватко уже было реальное алиби. Это говорит о том, что непосредственно в нападении на машину Чубайса он скорее всего не участвовал.

Сыщикам Карватко заявил, что и не знал о покушении, а просто возил Белова (Найденова) и Яшина по хозяйственным рынкам, они ему платили за извоз. 30 марта, уже будучи задержанным, он написал заявление, в котором указал, что, сопоставляя различные факты, теперь он может предположить, что на даче Квачкова могло готовиться покушение на Анатолия Чубайса. Карватко стал активно сотрудничать со следствием и теперь проходит по делу в качестве свидетеля. К нему применена программа защиты свидетелей, так что его местонахождение тщательно скрывается.

Из писем Квачкова на волю

«Вакханалия греха на телевидении, в других средствах массовой информации, в литературе, искусстве, культуре — это не следствие каких-либо упущений власти, это направленные, массированные и организованные действия ее. Бесы и Сатана у власти в России. Они хорошо понимают, что, лишив людей понятия греха, они лишают Россию будущего. Крестообразные движения в храме правой рукой Путина, Фрадкова и других псевдоруководителей страны (настоящие правители России — мировая закулиса) — это лицемерие и фарисейство.»

«Их (события 17 марта. — «Известия») нужно разделить на два направления оценки — политическую и юридическую. С политической точки зрения уничтожение Чубайсов, Грефов, Кудриных, Путиных не является составом преступления. Наша Родина находится под иудо-интернациональной оккупацией и все акты вооруженной борьбы есть акты национально-освободительной борьбы. Рассчитывать на правовые формы и способы освобождения России уже не приходится. Избирательная система так называемой демократии не позволит нравственному человеку войти во власть. Режим Путина для нас, русских, опаснее Ельцина. Те свиньи крали нагло и открыто, а нынешние путинские крысы таскают национальное богатство втихую (чекисты все-таки). Поэтому те люди, которые попытались уничтожить Чубайса, не могут быть преступниками и террористами, как не были бандитами советские партизаны в годы войны.»

Александр Андрюхин, Владимир Перекрест

Оригинал материала

«Известия» от origindate::17.10.05