Коллекционе Марок

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Рейдер, водочный магнат и член Совета Федерации — Александр Сабадаш

1144647584-0.jpg Предприниматель Александр Сабадаш не любит носить костюм, но приходится. Его любимый неформальный стиль одежды не вписывается в обстановку Совета Федерации, где Сабадаш с 2003 года представляет интересы жителей Ненецкого автономного округа. От прочих привычек сенатор отказываться не стал: в столицу округа Нарьян-Мар он летает из Москвы на личном самолете Falcon, отдыхает на французском курорте Куршевель.

Правда, с некоторыми завсегдатаями светских вечеринок отношения у него испортились. Повод не протягивать больше руки Сабадашу появился, например, у Рустама Тарико, миллиардера, владельца банка и алкогольной компании «Русский стандарт». С 1998 года его одноименная водка разливается на принадлежащем Сабадашу заводе «Ливиз» (это обычная практика в алкогольном бизнесе, держатель марки размещает производство на чужих мощностях). Сейчас Тарико достраивает собственный завод в Санкт-Петербурге, для «Ливиза» это чревато лотерей примерно $5 млн в год.

Как действует Сабадаш? В феврале этого года в Федеральную службу интеллектуальной собственности (бывший Роспатент) никому не известная фирма ООО «Лариталь» подала заявку на лишение марки «Русский стандарт» патентной защиты. Тут же с заявлением на регистрацию марки обратился «Ливиз». «У него нет шансов, — уверен исполнительный директор холдинга «Русский стандарт» Игорь Косарев. — Наша марка надежно защищена. ООО «Лариталь» уже проверяет милиция».

Позицию Косарева, вынужденного защищать вверенный ему бизнес, легко понять. А вот другой знающий Сабадаша бизнесмен, владелец Европейской подшипниковой корпорации Олег Савченко, считает, что водочная марка Тарико в серьезной опасности: «Саша — успешный рейдер, ни одной войны не проигрывал».

Имя Сабадаша упоминалось в конфликтах из-за питерской гостиницы «Астория», Балтийского банка, завода по производству удобрений «Фосфорит»… Самая громкая история — захват Выборгского целлюлозно-бумажного комбината в октябре 1999-го. Это была настоящая война со стрельбой. За два года до конфликта кипрская компания Nimonor купила акции предприятия, но добиться участия в управлении так и не смогла — рабочие не пускали. Сабадаш с партнерами выкупил пакет и энергично взялся за дело: явился на предприятие ночью в сопровождении спецназовцев из подразделения «Тайфун», которое специализируется на подавлении тюремных бунтов. Пролетариат оказался сильнее: Сабадаша, бывшего боксера, тогда сильно избили, сломали ему три ребра. ЦБК в итоге удалось взять лишь хитростью. Заключив с профсоюзным лидером ЦБК мирное соглашение, предприниматель открыл рядом с заводом офис ОАО «Выборгская целлюлоза», где принимали на работу бывших бунтарей, выдавая тут же 1000 рублей аванса. А в 2001 году Сабадаш, человек весьма импульсивный, поссорился со своими партнерами до Выборгскому ЦБК Михаилом Шлосбергом и Алексеем Шмаргуненко. Выяснилось, что обороняться он умеет не хуже, чем захватывать предприятия. Он смог отстоять комбинат, установив над ним полный контроль.

Водочным королем Сабадаш тоже стал благодаря рейдерскому акту. Алкоголем предприниматель торговал с 1994 года — возил в Санкт-Петербург водку Absolut, пока его внимание не привлек старейший в стране ликеро-водочный завод «Ливиз». В 1997-м на предприятии, пайщиками которого были 550 рабочих, начались задержки зарплаты. Тут в цехах и появился Сабадаш. Он представлялся новым директором по развитию, раздавал направо и налево свой телефон и вообще держался демократично. Когда на заводе разгорелся конфликт между руководством и работниками-пайщиками, протестовавшими против смены юридического лица «Ливиза», бунтари во главе с рабочим Михаилом Барышевым искали поддержки в офисе Сабадаша на Фонтанке. Они страшно прогадали — в 2000 году Сабадаш стал обладателем контрольного пакета перерегистрированного предприятия, а работники лишились своих долей. Барышев в интервью Forbes сетует на свою недальновидность, он до сих пор судится с «Ливизом». (Сам Сабадаш не согласился дать интервью.)

Устаревшее водочное производство, расположенное в ветхих цехах, Сабадаша не интересовало — предприниматель не скрывал, что ему нужны торговые марки, которые пользовались такой популярностью в Петербурге.

После того как структуры Сабада¬ша скупили в 2001 году акции очередного завода — на этот раз «Русского дизеля», на территории его областного филиала во Всеволожске Сабадаш обустроил новый водочный цех. Его продукция шла на ура: два десятка марок «Ливиза» занимают 60% петербургского рынка. А вот за пределами региона похвастаться Сабадашу нечем: доля самых популярных марок «Ливиза» — «Охты», «Санкт-Петербурга» и «Дипломата» — в России не превышает 0,6%. Все вместе они дают 3,9% рынка. Для сравнения; столько же приходится на одну-единственную «Путинку», которую разливают на «Кристалле».

Пока Сабадаш вел рейдерские операции, более молодые алкогольные компании создали федеральные брэнды — вроде той же «Путинки». На создание марки, которая пользуется спросом по всей стране, сейчас нужно как минимум $10 млн и время. Но Сабадаш взялся решать проблему знакомым и привычным способом — захватом. «У него ситуация такая — выросли пацаны, которые занимались бизнесом более агрессивно. Его первая реакция —доказать: я не сплю. Это просто борьба за выживание»,—объясняет логику конкурента один из участников водочного рынка.

Самые сильные федеральные марки с тот момент были у московского завода «Кристалл». В 2000-м на «Кристалле» разгоралась борьба за власть. Сергей Зивенко, ставший в мае главой ФГУП «Росспиртпром», в управлении которого находится контрольный пакет акций завода, отправил в отставку прежнего гендиректора. Этим воспользовался все тот же Сабадаш — спустя несколько дней на заводе появился его представитель Юрий Локтионов с постановлением суда о назначении его генеральным директором. «Мы тогда через забор его выкинули», — вспоминает Зивенко.

На московский завод Сабадаш больше не претендовал, зато положил глаз на одну из самых ходовых его марок — «Гжелку». За ней тянулся шлейф споров. Права на нес предъявляло производственное объединение «Гжель», принимавшее участие в разработке дизайна этикетки в 1993 году. Сабадаш по дешевке выкупил у гжельских мастеров право получать роялти от торговой марки и инициировал иски к производителю водки. Им, кстати, стал

Сергей Зивенко, который из государственной компании переметнулся в частный бизнес, создав ТПГ «Кристалл».

В итоге «Гжелку» льют и на «Ливизе»,и на «Кристалле». Зато теперь дистрибьюторы ТПГ «Кристалл» регулярно подвергаются милицейским проверкам по жалобам «Ливиза», а Зивенко ведет с Сабадашем затяжную войну в судах. Война эта не пошла «Гжелке» на пользу — по данным агентства «Бизнес Аналитика», ее доля на рынке упала с 5,5% в 2003 году до 2,2% (это примерно $80 млн в розничных ценах). «В марку надо все время вкладывать деньги, а мы не можем этого делать, пока не закончились тяжбы»,— оправдывается Зивенко. На Сабадаша он, впрочем, не в обиде: говорит, конфликт научил его лучше защищать свои марки. При встрече предприниматели продолжают здороваться. Правда, теперь они обходятся без теплых объятий.

В отличие от атак на водочные марки, от которых «Ливизу» пока нет никакой финансовой выгоды, другой московский бизнес-проект ненецкого сенатора уже добавил в его копилку существенные активы. В 2003 году член совета директоров «Ливиза» и правая рука Сабадаша Юрий Локтонов появился в подмосковном поселке Петрово-Дальнее. Там базируется колхоз «Ленинский луч», владеющий 1100 га земли между Рублевским и Новорижским шоссе. Колхоз был куплен столичным Внешагробанком, который, однако, в 2004 году лишился банковской лицензии. Тогда место председателя колхоза занял Локтионов, который сумел отбить несколько натисков, организованных другими претендентами на драгоценный кусок земли.

Конфликт завершился тем, что недавно колхоз поделили. Часть отошла Межпромбанку, часть — другим структурам. А на долю компаний, близких к Александру Сабадашу, пришлось около 400 га. По оценке риэлторов, стоимость этих участков даже без застройки может тянуть на $500 млн и даже больше.

Это огромные деньги — в пять раз больше выручки «Ливиза» от водочного бизнеса и в десять раз больше того, что приносит выборгский ЦБК. Таковы реалии рынка: ставки в рейдерской игре растут из года в год.

Роман Кутузов

Оригинал материала

«Русский Forbes», апрель №4