Колчаковское наступление

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Колчаковское наступление «Может быть, мы действительно изменили народу и изменили родине?» Разумеется, в фильме «Адмиралъ» подобный вопрос исключен изначально

"На народ России вновь двинулся в наступление адмирал Колчак: всю вторую декаду октября по всей стране демонстрируют фильм «Адмирал» (точнее, даже «Адмиралъ»), авторы которого, судя по всему, ставят целью романтизировать и героизировать образ кровавого «верховного правителя». Свою задачу они решают небесталанно и напористо. Иногда зрители после просмотра разводят руками: «Как, оказывается, нас дурили»… Видимо, воздействие картины таково, что им и в голову не приходит естественная мысль, что дурят их теперь. Внесем некоторые коррективы в тот образ идеального героя, который создан в «Адмирале». Авторы фильма рисуют такой портрет: демократ по натуре, человек с возвышенной душой, отважный воин, благородный рыцарь «белой» идеи, горячий патриот России. Какие же коррективы в эту «икону» неизбежно вносят документы и свидетельства? Итак: «Демократ по натуре». Колчак пришел к власти 18 ноября 1918 года путем переворота, свергнувшего Директорию, объединявшую различные антибольшевистские силы. В роли «верховного правителя» России Колчак был полновластным диктатором, и по постановлению его правительства, которое подписал и сам адмирал, от 30. 11. 1918, всякое посягательство на лишение его власти каралось смертной казнью. Под действие постановления попадали не только «большевистские элементы», но все, кто осмелился встать в оппозицию к Колчаку. Так, эсеры, поддерживавшие белое правительство Комитета Учредительного собрания, выступили с осуждением колчаковского переворота – и 23 декабря 1918 года видные деятели ПСР были зверски убиты (к примеру, на теле Фомина оказалось 13 ран – пулевых, колотых, рубленых). «Благородный рыцарь белой идеи с возвышенной душой». 23 марта 1919 года Колчак уже единолично подписал приказ, предписывающий методы усмирения недовольного населения. В нем, в частности, говорится: «Возможно скорее, решительнее покончить с Енисейским восстанием, не останавливаясь перед самыми строгими, даже жестокими мерами в отношении не только восставших, но и населения, поддерживающего их» – и 10% населения Енисейска стало жертвами расправ после подавления восстания. А вот как описывала колчаковская газета «Русская армия» подавление восстания в Кустанае: «За 8 и 9 апреля до 5 часов пополудни было убито свыше 1000 красноармейцев, расстреляно 625… Расстрелы в Кустанае продолжались 10, 11, 12 и 13 апреля». В приказе Колчака предусматривались и меры по предотвращению новых восстаний: «За укрывательство большевиков, пропагандистов и шаек должна быть беспощадная расправа… В случае измены – беспощадная расправа». 11 апреля 1919 года Колчак утвердил закон «О лицах, опасных для государственного порядка», в пояснительной записке к которому министр юстиции Станкевич писал: «Бунтом и изменой является всякая прикосновенность к большевикам, принятие от них каких-либо должностей, их признание и всякое им сочувствие». При столь широко очерченном круге «изменников» колчаковские каратели не утруждали себя их поисками. В изданной после Гражданской войны в Праге книге «Сибирские авантюры и генерал Гайда» (генерал Гайда – один из руководителей белочехов) приведен рассказ колчаковского офицера: «На второй день Пасхи эскадрон ротмистра Касилова вступил в богатое село Боровое. На улицах чувствовалось праздничное настроение. Мужики вывесили белые флаги и вышли с хлебом-солью. Запоров несколько баб, расстреляв по доносу 2–3 десятка мужиков, Касилов собирался покинуть Боровое, но его излишняя мягкотелость была исправлена адъютантами начальника отряда – поручиками Умовым и Зыбиным. По их приказу была открыта по селу стрельба и часть села предана огню». Такая жестокость носила патологический характер, поскольку с политической точки зрения была безумием и приносила огромный вред режиму – вызывала к нему всеобщую ненависть (напомним, что врагом народа Колчака объявил эсеро-меньшевистский Политцентр) и буквально загоняла народ в партизаны. Согласно данным партийной переписи, на территории, контролируемой Колчаком, было всего 8 тысяч большевиков, а партизанские отряды насчитывали в общей сложности 140 тысяч человек – в основном крестьян. «Отважный воин». Когда всего лишь одна 27-я дивизия Красной Армии приближалась к столице Колчака Омску, у «Верховного правителя» было вполне достаточно сил и средств для отпора, но он откровенно драпанул. Только трофеями красных стали 3 бронепоезда, 40 орудий, свыше 100 пулеметов, огромные запасы продовольствия и 30 тысяч солдат и офицеров. Адмирал предпочел нагрузить семь литерных эшелонов и умчался на Восток, подальше от красных. Как результат: Омск сдался без боя. Брошенные на произвол судьбы войска оказались в трагическом положении. Вполне антибольшевистская владивостокская газета «Голос родины» писала: «Из 60-тысячного колчаковского войска (под Канском) до Иркутска добралось только 3000. Остальные погибли от голода и холода. 57 тысяч молодых людей погибли из-за безумия Колчака и его клики, из-за их нежелания понять долг военачальника и русского гражданина». «Горячий патриот России» Приходится напоминать, что Колчака возвели в «верховные правители» интервенты. Когда белочехи поначалу отказались признать режим Колчака, к ним приехал военный министр Чехословакии Штефанек и разъяснил: «Переворот готовился не только в Омске – главное решение было принято в Версале» (в Версале заседал Верховный военный совет союзников). Несколько позже Черчилль, выступая в британском парламенте, заявил: «Британское правительство призвало его (Колчака) к бытию при нашей помощи, когда необходимость потребовала этого». В благодарность Колчак не препятствовал своим союзникам, чтобы не сказать своим хозяевам, грабить Россию. Только поляки награбили 60 эшелонов всевозможного добра, а ведь их была одна дивизия. Белочехи же увезли столько награбленного, что «эвакуировали» его из Владивостока в течение года 36 пароходами. Около четверти доставшегося Колчаку золотого запаса России перекочевало на Запад. После бесславного завершения правления адмирала Колчака один из его ближайших сподвижников Г.Гинс задал себе трагический, но неизбежный вопрос: «Может быть, мы действительно изменили народу и изменили родине?» Разумеется, в фильме «Адмиралъ» подобный вопрос исключен изначально."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации