Кому подмигивали «Огни»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Затормозить расследование уголовных дел скандального банка могла только крупная фигура в руководстве1430263762 908654 30.jpg

Встреча Шахбазова и Росляк 15 мая на Ружейном переулке (кадры видеонаблюдения)

Агония банка «Огни Москвы» наступила год назад, накануне майских праздников. За это время и участникам рынка, и экспертам, и даже многим вкладчикам, потерявшим свои деньги, стало вполне очевидно, что банк рассыпался не потому, что такова была рыночная конъюнктура, а потому, что его руководители и собственники «перепутали» свои активы с пассивами банка. Давайте говорить прямо: деньги были банально украдены. Сотрудники МВД, которые занимались расследованием нескольких дел по фактам мошенничества со средствами клиентов «Огней Москвы», давно могли бы заработать жирную «палку». Но ведут себя так, будто уверены, что их инициатива не найдет поддержки в руководстве МВД.

Руководство ведомства, кстати, прекрасно знакомо с проблемой. Один из высокопоставленных генералов даже публично, на заседании Общественного совета, обещал «найти и наказать» виновных. Впрочем, искать никого и не нужно было: ключевые фигуранты настолько уверены в собственной безнаказанности, что никуда не прячутся. Но общение со следователями доставляет им не больше хлопот, чем посещение СПА-салона.

Первое — и самое важное — из уголовных дел, связанных с «Огнями Москвы», было возбуждено 11 сентября 2014 года и получило № 268124. По версии следствия, у более чем 100 вкладчиков мошенническим способом были похищены более 100 млн рублей. Как правило, по липовым документам происходило закрытие вкладов, о чем реальные владельцы денег даже не подозревали.

Таким незатейливым способом из банка было выведено более 1 млрд рублей, в результате чего на момент отзыва лицензии несколько сот человек оказались выброшены из реестра кредиторов банка и не смогли рассчитывать даже на страховые выплаты от АСВ.

Доследственная проверка по этому делу, проводившаяся оперативными работниками ОЭБиПК УВД по ЦАО Москвы, напоминала старые советские анекдоты. Полицейские, например, не смогли опросить с дюжину руководителей банка только потому, что «они по повестке не явились в назначенное время». А двое все же опрошенных руководителей — глава правления Денис Морозов и председатель совета директоров Мария Росляк — дали объяснения, после которых опытный невропатолог смело мог бы диагностировать им амнезию.

После личного вмешательства министра внутренних дел уголовное дело все-таки было возбуждено — как и предполагалось, по признакам ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество, совершенное группой лиц в особо крупном размере). Но слова руководителей банка из протоколов объяснений, по сути, просто переместились в протоколы допросов — арестов или хотя бы формальных обвинений за этим не последовало.

Судя по всему — не последует и впредь. Потому что полицейские оказываются не в состоянии провести расследование в отношении руководства «Огней Москвы», даже когда в их распоряжении оказываются уже собранные и упакованные железобетонные доказательства. Так, например, было в случае с хищением 10 млн долларов у предпринимателя Эльчина Шахбазова. В деле есть все: видеозаписи, прослушки, подложные документы. Поэтому развалить его было особенно трудно.

Хорошенький арендатор

1430263763 208656 18.jpg

Мария Росляк

Председатель совета директоров ООО КБ «Огни Москвы» Мария Росляк и владелец ряда столичных объектов недвижимости девелопер Эльчин Шахбазов познакомились в июне 2013 года. По словам представителя бизнесмена, тогда в его офис в Ружейном переулке заглянула бизнесвумен, как потом выяснилось, дочь бывшего вице-мэра Москвы и сенатора, а ныне аудитора Счетной палаты Юрия Росляка. Она жила неподалеку и подыскивала офисное помещение для своего салона красоты (ООО «Праздничные огни»).

В результате переговоров Шахбазов заключил с Росляк арендное соглашение, а чуть позже разместил в ее банке депозиты в размере более 10 млн долларов. Вклады были открыты кипрской компанией Proford Investments Ltd, одним из бенефициаров которой являлся Шахбазов. По словам представителя компании, акционер поверил Росляк, потому что вела она себя крайне уверенно и деловито: предложила хорошую арендную ставку, «не торгуясь», обещала дальнейшее сотрудничество. О том, что в банке уже работала комиссия ЦБ, находившая нарушения нормативов и готовившая санкции в виде ограничений по операциям, в Proford, по словам представителя компании Юлии Блиновой, не подозревали.

Первый звоночек поступил в апреле 2014 года — Центробанк объявил об ограничении в привлечении новых вкладов, после чего на рынке поползли слухе о возможном отзыве лицензии у банка. Тогда же банк прекратил исполнять платежные поручения, которые направляла Proford для расчета с контрагентами.

1430263763 492425 80.jpg

Эльчин Шахбазов

30 апреля Эльчин Шахбазов встретился с Росляк в центральном офисе «Огней Москвы» на Новой Басманной, где впервые возмутился неисполнением платежных поручений. «Росляк говорила, что оснований для беспокойства нет — ситуация исправится, а все обязательства перед клиентами будут исполнены», — вспоминает представитель Proford.

Следующая встреча состоялась 15 мая уже на территории Шахбазова, по адресу: Ружейный переулок, дом 3. Переговоры, на которых присутствовали по несколько представителей от каждой из сторон, записывали камеры внутреннего наблюдения, установленные службой безопасности предпринимателя.

Мария Росляк предложила Шахбазову нехитрую схему «спасения» его денег: продать ему вексель, оформленный на одну из компаний ее группы. Как утверждает Шахбазов, «Росляк сообщила, что имеется инвестиционная компания «Огни Москвы», что эта компания принадлежит ей, и она может выдать вексель от этой компании. Росляк предложила приобрести этот вексель на все находящиеся на счету Proford деньги. Я согласился. От второго бенефициара Proford решение принял его доверенное лицо Рудольф Чжен».

И вот что зафиксировали на встрече беспристрастные камеры.

Мария Росляк: Мы начинаем перевод ваших денег, утерянных… вчера фирмой «ИК «Огни Москвы», на которой были кредиты банка. Я вам уже говорила по телефону, что мы выводим на эту фирму активы. Ровно поэтому у меня так было, была эта фирма. Потому что это фирма моя. Я понимаю, что по балансу в этот момент она была пуста. Вчера мы ее наполнили.

Василий Яцков: Все понятно, внутренними платежами.

Росляк: Внешними и внутренними.

Чжен: Можно сегодня будет посмотреть [поступившие на счет инвестиционной компании платежи]?

Росляк: Сегодня нет.

Рудольф Чжен: А когда?

Росляк: Когда мы сейчас разберемся. <…> Нужно, чтобы вы подписали документы.

Тут следует пояснить: ЗАО «ИК «Огни Москвы», по данным ее бухгалтерской отчетности по РСБУ, не располагала оборотными средствами и имуществом, чтобы купить вексель стоимостью 10 млн долларов и рассчитаться по нему, поэтому Мария Росляк сообщила, что ее наполнили, надо полагать, активами.

Когда Шахбазов согласился на предложенные условия, встал вопрос о персональных гарантиях — тогда стороны пришли к соглашению, что Росляк подпишет поручительство по исполнению обязательств по вексельному договору.

Яцков: Я правильно понимаю, так как вы не можете говорить про это, нужно написать поручительство на эту компанию?

Росляк: Мы не говорим о поручительстве, но если вам нужно, я вам его подпишу. <…> Мое опековое поручительство, бога ради.

Яцков: Сейфовое поручительство соответственно нужно задним числом проводить. <…>

Росляк: Нужно вчерашним числом.

Технически сделка выглядела как расторжение действующего депозитного договора, конвертация валютных средств в рубли и их последующий перевод на счет инвестиционной компании в ООО КБ «Огни Москвы». Как впоследствии установит следствие, деньги были переведены на счет ИК «Огни Москвы» 15 мая, в тот же день на них было приобретено право требования банка по кредиту ООО «Волго-Вятская строительная компания» (ВВСК). По данным ЕГРЮЛ, ВВСК принадлежит Сергею Дегтяреву, однако в ходе переговоров Росляк, по данным следствия, неоднократно говорила о том, что эта компания ей не чужая.

16 мая, после того как Центробанк объявил об отзыве лицензии у ООО КБ «Огни Москвы», между Шахбазовым и Росляк состоялась экстренная встреча, на которой в присутствии нескольких свидетелей теперь уже экс-президент банка подписала договор поручительства. Сам же вексель Росляк пообещала передать «в ближайшее время». В тот же день начальник управления VIP-клиентов банка Татьяна Шудрико передала представителям Proford вексель № 0018 за подписью гендиректора ЗАО «ИК «Огни Москвы» Любови Трусовой со сроком погашения не ранее 15 мая 2016 года. Самой Трусовой в банке не оказалось. «Как можно доверять, не видя подписанта векселя? А дата погашения — 2016 год. Я когда увидел эту дату, чуть не обалдел. Мы на такие условия не договаривались!» — возмущается Шахбазов.

Поскольку устные договоренности не были соблюдены, а представителям Proford не представили договор купли-продажи векселя и акт приема-передачи, Шахбазов принялся обрывать телефон Марии Росляк. Ответила она лишь 28 мая, пообещав передать все документы в начале июня (запись телефонного разговора есть в редакции). «Она вела себя ужасно — не поднимала трубку, а если и поднимала, то чтобы сказать: «Перестаньте мне названивать!» Своим тоном и поступками она показывала, что рассчитываться со мной не собирается. Нами был изучен вексель на предмет его подлинности, поскольку поступила информация, что эта гражданка Трусова его вообще не подписывала, а подпись за нее поставил кто-то другой», — вспоминает Шахбазов.

3 июня 2014 года генеральный директор Proford Татьяна Репина обратилась с заявлением в УЭБ ГУ МВД РФ по Москве. Всю последующую неделю представители компании, включая самого Шахбазова, давали объяснения оперативникам.

А также два оригинальных экземпляра акта приема-передачи, подписанные той же Трусовой. Спустя неделю к бизнесмену нагрянула сама Росляк с адвокатом. «Прозвучала фраза, что деньги мы вообще не получим, а беседовать будем только через адвокатов. То и дело всплывало имя отца Марии — Юрия Росляка», — вспоминает очевидец встречи.

Следствие ведут

18 ноября 2014 года следователем СУ УВД по ЦАО ГУ МВД РФ по Москве Еленой Степаненко было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № 268235 по признакам мошенничества, совершенного группой лиц в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ).

По версии Степаненко, «неустановленные лица из числа руководства ООО КБ «Огни Москвы», зная, что у иностранной компании Proford на депозитном счете размещены денежные средства в сумме 10 млн долларов, разработали план, направленный на хищение указанных денежных средств». После чего, следует из постановления, «с целью осуществления указанного преступного плана сообщили руководству Proford о предстоящем отзыве у банка лицензии на осуществление банковской деятельности, а также сообщили, что для возврата денежных средств необходимо перечислить их на расчетный счет ЗАО «ИК «Огни Москвы», подконтрольного ООО КБ «Огни Москвы», в счет приобретения векселя».

В день получения средств мошенники, «с целью создания видимости исполнения достигнутой договоренности представили руководству Proford изготовленные при неустановленных обстоятельствах поддельные векселя, а перечисленные денежные средства похитили».

В декабре потерпевшими по делу были признаны компания Proford и ее бенефициар Эльчин Шахбазов, а в офисе бизнесмена были изъяты документы и видеозапись встречи, которые следователь приобщила к материалам уголовного дела. По словам адвоката Шахбазова Магомеда Гаджиева, потерпевшим повезло, что дело находилось в производстве у Степаненко: «Она взялась за работу очень активно: изымала документы, вызывала на допросы. В общем, делала все то, что перестал делать новый следователь, которого назначали по указанию из следственного департамента (СД) МВД».

В январе 2015 года по указанию замначальника контрольно-методического управления СД МВД Павла Сычева дело было изъято из производства Степаненко и передано старшему следователю СУ УВД по ЦАО подполковнику юстиции Александру Богданову. Он же 23 января соединил это дело в одно производство с «делом вкладчиков».

Следователь Богданов, по словам часто контактировавшего с ним Магомеда Гаджиева, оказался мастером «правильного» расследования: «Я иногда вывожу его из себя, требуя соблюдать процессуальный закон. А он то и дело срывается: «Вы что, думаете, я не умею вести следствие? Будет команда расследовать дело объективно — сразу предъявлю обвинения! Предъявлять я умею!»

Правда, несмотря на профессионализм, уголовное дело при нем, по словам Гаджиева, стало волокититься: «Формальные процедуры соблюдаются, но цели довести до ума явно нет. Я и сам не раз ловил его усмешки, когда он общался с потенциальными подозреваемыми по этому делу». На вопрос, что Гаджиев имеет в виду, он предлагает изучить показания Марии Росляк и Любови Трусовой.

Сентиментальная Росляк

Из показаний Марии Росляк: «На дату моего знакомства с Шахбазовым я находилась в отпуске по уходу за малолетними детьми. Я никакого участия в открытии в ООО КБ «Огни Москвы» депозита не принимала. <…> Как президент банка, председатель совета директоров и знакомая Шахбазова, я выслушивала о его опасениях по ухудшению состояния банка. <…> Шахбазов попросил меня подумать, как можно обезопасить денежные средства депозита его компании. Я, зная, что у банка есть компания ЗАО «ИК «Огни Москвы», провела с финансовым директором Ириной Болотиной переговоры о возможности принять деньги с депозита компании Шахбазова путем покупки векселя

На момент этих переговоров я уже не являлась собственником долей в уставном капитале банка. Через некоторое время я согласовала в ИК «Огни Москвы» срок погашения векселя. <…> 16 мая у нас с Шахбазовым состоялась встреча в его офисе, на которой он предъявил мне вексель и сообщил, что долг по нему — мой личный долг. После долгого психологического давления на меня и моего шокового состояния от полученной в это утро информации об отзыве у банка лицензии я согласилась на требование Шахбазова. Через некоторое время кто-то из присутствующих вынес мне уже готовое поручительство. Я подписала его».

Адвокат Гаджиев иронизирует, что с такими показаниями Росляк легко бы могла изменить свой процессуальный статус свидетеля на потерпевшего — «уж очень сентиментально все получается».

Предпринимательница Трусова

Показания гендиректора ЗАО «ИК «Огни Москвы» Любови Трусовой, в одночасье получившей 10 млн долларов от Proford, выглядят не менее интересными (из протокола допроса свидетеля):

«ЗАО «ИК «Огни Москвы» мне знакомо. Когда и кем было учреждено, мне неизвестно. Примерно в середине 2010 года в ООО «КБ «Огни Москвы» я познакомилась с Оксаной Финстайн (отчество не помню). Через некоторое время после нашего знакомства во время беседы на бытовые темы я поделилась с Финстайн недовольством своими доходами и желанием попробовать заняться бизнесом. Также я ей сообщила, что на начальном этапе я сама не смогу справиться, потому что опыта ведения бизнеса у меня нет. Финстайн сказала мне, что ей принадлежит ЗАО «ИК «Огни Москвы». Также Финстайн вкратце рассказала мне, что эта компания занимается инвестиционными проектами по строительству и продаже жилья, у нее как раз хочет уволиться генеральный директор, в связи с чем она предложила мне попробовать поработать генеральным директором в ее компании. <…> Я подумала несколько дней, потом решила согласиться. Примерно в середине 2012 года Финстайн сказала мне, что устала, хочет уйти из бизнеса и предложила мне выкупить ЗАО «ИК «Огни «Москвы». У меня получалось работать в этой компании. В связи с этим я согласилась купить ее. <…> У ЗАО «ИК «Огни Москвы» нет офиса. Мне для работы офис не нужен, потому что с партнерами могу встретиться в различных кафе и ресторанах. Раньше я также могла встречаться с партнерами в ООО КБ «Огни Москвы», особенно если они были одновременно клиентами или партнерами банка. В настоящее время в ЗАО «ИК «Огни Москвы» работают два работника — я и Болотина Ирина Олеговна — финансовый директор и одновременно бухгалтер. <…>

Насколько помню, какой-то партнер или знакомый Росляк был то ли собственником, то ли руководителем компании Proford. Насколько я помню, было предложено, чтобы ЗАО «ИК «Огни Москвы» продало свой вексель этой компании в рублях на сумму примерно за 10 млн долларов. Полученные денежные средства ЗАО «ИК «Огни Москвы» должно было возвратить [векселедержателю] в мае 2016 года. <…> После обдумывания предложения, которое поступило от Росляк, мной было принято решение, что ЗАО «ИК «Огни Москвы» выгодно продать свой вексель Proford. Об этом решении я попросила Болотину сообщить Росляк. <…> Заключить эту сделку попросила Росляк. А вот остальные технические нюансы оформления и подписания документов уже не помню. Также я не помню, кем, где и каким образом были переданы документы по данному векселю компании Proford. Мне неизвестно, что Росляк дала личное поручительство перед Proford о том, что она лично заплатит вексельную сумму, если ЗАО «ИК «Огни Москвы» не сможет вовремя заплатить по векселю. <…> Со слов Болотиной мне известно, что денежные средства в сумме 356 млн от компании Proford поступили на банковский счет ЗАО «ИК «Огни Москвы» в ООО «КБ «Огни Москвы». <…>

Через некоторое время Росляк мне передала, что Proford требует внести изменения в ранее выданный вексель, чтобы срок платежа по векселю был не в мае 2016 года, а в октябре 2015 года. После обсуждения с Болотиной было принято решение согласиться и выдать новый вексель. <…> Болотина также мне сообщила, что Росляк попросила после подписания передать документы Росляк, чтобы она (Росляк) организовала их дальнейшую передачу компании Proford. Я взяла документы на охране в ООО «КБ «Огни Москвы», какие именно там были документы, уже не помню. <…> Каким образом были отражены в бухгалтерском учете векселя, я не знаю, так как этими вопросами занималась Болотина. <…>

Пробка наверху

15 апреля 2015 года экспертами ЭКЦ УВД по ЦАО ГУ МВД РФ по Москве Анастасией Корнеевой и Викторией Царской следствию были представлены результаты почерковедческой и технико-криминалистической экспертиз векселей и актов приема-передачи, согласно которым подписи под документами действительно поставила сама Любовь Трусова. Адвокат Шахбазова Магомед Гаджиев убежден, что впервые в этом уголовно деле произошел подлог: «Даже не будучи специалистом, можно прийти к обратному выводу, изучив подписи Трусовой сначала в протоколе ее показаний и в ее гражданском паспорте, а затем — в этих векселях. У нас есть независимое заключение, из которого следует, что подписи под векселями были сделаны другим человеком». По словам собеседника, результаты ЭКЦ УВД могут прекратить нынешнее уголовное дело: «Ведь в его основе — поддельные векселя, которые служили инструментом хищения. А если подписи подлинные, то это — гражданское дело. Посмотрите на показания свидетелей от противной стороны — ни один следователь не выдержал бы такого цирка! Но наши выдерживают, потому что контроль над делом осуществляет высокопоставленный сотрудник МВД».

На вопрос, кто этот человек, Гаджиев цитирует свою жалобу на имя начальника следственного департамента МВД Александра Савенкова: «В частных беседах Мария Росляк ссылалась на своего отца — бывшего вице-мэра и сенатора от Москвы, а ныне аудитора Счетной палаты Юрия Росляка. Именно этот человек препятствует объективному расследованию дела. Так получилось, что длительный период времени, проведенный Росляком в ранге сенатора, совпал с вашим пребыванием в Совете Федерации в статусе представителя Владимирской области…»

Это, может быть, и совпадение. Но есть упрямые факты. Во-первых, уголовные дела по прежнему расследуются на уровне столичного округа (хотя их давно пора было передать в вышестоящие подразделения МВД или сменить подследственность на СКР). Во-вторых, ни по одному из уголовных дел до сих пор нет подозреваемых. Хотя любое из них куда проще было бы довести до суда, чем развалить.

Ссылки

Источник публикации