Константин Эрнст, "чувствующий себя абсолютно безнаказанным и опьяненный собственной известностью, должен быть поставлен в рамки закона"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Константин Эрнст, "чувствующий себя абсолютно безнаказанным и опьяненный собственной известностью, должен быть поставлен в рамки закона"

origindate::28.10.2009

Письмо антиквара Александра Хочинского в связи с публикацией [page_28433.htm "Личные письма императрицы пропали на Первом"] .

Статья в New York Times, к моему сожалению, выражает не мою точку зрения на произошедшее, а свою. Я и политика — это две разные субстанции. Я бизнесмен и считаюсь профессионалом в своем деле — торговле произведениями искусства, предметами, представляющими культурную и историческую ценность. Письма Вольтера к Екатерине II — это только часть моего имущества, которая оказалась у К.Эрнста, и я не сводил эту проблему, как считает автор статьи, к подаркам «борзых щенков». Правда в том, что 41 пункт в списке принадлежащих мне произведений искусства и редкостей (передан в МВД) была куплена мною за рубежом, официально ввезена (зарегистрирована при ввозе на таможне и Росохранкултуре) в Россию, передана К.Эрнсту, но при моем к нему требовании возврата — мне не отдана -чистая уголовка.

Проблема К.Эрнста в том, что его отказ в том, что он получил от меня ценности, обречена, поскольку антикварный бизнес наиболее прозрачный: товар уникальный со своей собственной характеристикой, описанием, фотографиями итд. Любая продажа антиквариата публична, цены известны, антикварщики общаются друг с другом, Росохранкультура, МВД РФ, а за границей — Интерпол, Артлосс и др. фиксируют пропажи и ищут их ВЕЧНО. Ввезя в РФ предметы, переданные Эрнсту на хранение, я постаил их на учет, и поэтому никто (в том числе ни я, ни Эрнст, ни Лариса Синельщикова) и никогда не сможет эти предметы ни продать, ни купить, ни показать кому-то и тд. КЛЭ этого просто не понимает, хотя из моих многих лет дружбы с ним (век живи — век учиьсь!) считал его умным человеком. Уж коли я обратился в милицию, значит у меня нет перечисленных шедевров и я чист перед законом, а человек, с которым я вступил в противостояние, считает, что он стоит над законом — может зайти в кабинет высокопоставленного чиновника правоохранительных органов и поросить защитить 1-ый канал (не самого К.Л.Эрнста!) от наезда на канал неких врагов России. Я не хочу, чтобы расследование совершенного у меня хищения превратилось в дело Дрейфуса 21-го века, а хочу, чтобы оказался прецедент, когда человек, чувствующий себя абсолютно безнаказанным и опьяненный собственной известностью, должен быть поставленным в рамки закона, предусмотренного Конституцией нашего государства, гражданами которого мы все являемся. Пусть этот прецедент еще раз обозначит главенство закона и права как краеугольного камня развития новой некоррумпированной России. Давайте ему и следовать!

Искренне Ваш,
Александр Яковлевич Хочинский