Контрабанду на таможне открыли российские ученые

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск
Tamojennie.jpg

Ученые РАН подсчитали, что российская таможня недоплачивает в бюджет.


В этом году российская таможня обещает перечислить в бюджет 4,4 трлн руб., но могла бы в полтора раза больше, подсчитали ученые РАН. Разработанную ими методику независимого контроля за ФТС представили Владимиру Путину.

Лидер партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов на состоявшейся на этой неделе встрече с президентом попросил его поддержать рабочую группу, которая разрабатывает методику для определения полноты поступления таможенных платежей в бюджет. Об этом РБК рассказал справоросс, первый заместитель председателя комитета Госдумы по транспорту Михаил Брячак.

Группа, в которую вошли депутаты и представители профильных правительственных ведомств, хочет посчитать, сколько средств недополучает бюджет от таможенных платежей, и представить результаты премьеру Дмитрию Медведеву к октябрю 2015 года. Для этого уже есть методика, разработанная специалистами Российской академии наук.


2,5 триллиона «всерую»


Ученые РАН обратили внимание на расхождение в статистических данных Федеральной таможенной службы с данными ВТО и ООН. Например, в 2011 году по импорту оно составило 44,5% годового объема, по экспорту — 44,3% после пересчета расхождений с применением методических рекомендаций по проведению сопоставительного анализа данных о внешней торговле (а без пересчета — порядка 50%).

Они выдвинули гипотезу, что более низкие показатели внешней торговли, декларируемые российскими таможенниками, свидетельствуют о значительном сером экспорте-импорте.

Как следует из материалов Экспертно-аналитического центра по модернизации и технологическому развитию экономики, «общие возможные потери бюджета от серого импорта и экспорта в 2011 году составили не менее 2 трлн 189 млрд руб., а с учетом данных по странам, имеющим общую границу с Россией, возможные потери составили не менее 2,5 трлн руб.».

Таблица1.jpg


Проблемы на таможне


Подтвердить или опровергнуть это предположение сложно. Миронов пожаловался президенту на нежелание ФТС предоставлять необходимую статистическую информацию, говорит Брячак. В то же время сами таможенники часто корректируют свои планы по сборам. Как ранее сообщал глава ФТС Андрей Бельянинов, ведомство рассчитывает в этом году перечислить в бюджет 4,4 трлн руб., что на 22,8% меньше первоначального планового задания в 5,7 трлн руб. В 2014 году сборы составили 7,1 трлн руб.

«В настоящее время мы не знаем, сколько бюджет должен получать от сборов и платежей по экспортно-импортным поставкам товаров и сколько недополучает. Поэтому контроль за полнотой поступлений в бюджет по данной статье невозможен», — жалуется Брячак.

Первый замминистра экономического развития Алексей Лихачев, отвечая ранее на обращение депутата, писал, что «наличие серьезной проблемы, связанной с выявлением больших расхождений, не укладывающихся в статистическую погрешность и не связанных со спецификой конкретных товаров, является очевидным».

По мнению Брячака, уход импорта и экспорта в серую зону может быть связан с изменением таможенной стоимости товара и веса при декларировании (в меньшую сторону при импорте и в большую — при экспорте), подменой таможенных процедур, изменением номенклатуры товара.


Как контролировать


ФТС подтверждает, что такая проблема существует, но ее размеры оценивает более умеренно, отмечает Лихачев в своем докладе. При этом ФТС полагает, что подавляющая часть расхождений не является результатом нарушений таможенного законодательства, а обусловлена, в частности, «методологическими особенностями учета товаров в статистике внешней торговли стран, логистическими схемами транспортировки товаров», говорится в документе.

Чтобы разобраться в том, кто прав, ученые РАН разработали методику независимой оценки объемов внешней торговли. Суть предложений заключается в сопоставлении стоимостных итогов торговли России с ее партнерами за определенный период с использованием статистики ФТС, а также данных ООН, МВФ, ВТО и таможенных органов стран — торговых партнеров.

Используются пары встречных значений торговых потоков, то есть «импорт РФ из страны X — экспорт из X в Россию» и «экспорт из России в страну Y — импорт из Y в РФ». На основе этой информации вычисляются расхождения, которые объясняются методологией (по данным по экспорту и импорту стран, на которые приходится большая часть мировой торговли), и расхождения, которые обусловлены возможными нарушениями таможенного законодательства и злоупотреблениями во внешнеторговой деятельности. Затем оцениваются возможные потери для бюджета.

Таблица2.jpg


ФТС против


Миронов уже не первый раз обращается к Путину с этой проблемой. Еще в апреле 2013 года лидер справороссов просил президента рассмотреть результаты исследования ученых в сфере внешнеторговой деятельности России. Тогда глава государства поручил рассмотреть их Эльвире Набиуллиной, в то время помощнику президента по экономическим вопросам. Однако через два месяца она возглавила ЦБ и вопрос завис, объясняет Брячак.

В этот раз президент распорядился подключить к определению полноты собираемости таможенных платежей в бюджет начальника контрольного управления президента Константина Чуйченко, говорит депутат.

Кроме того, в этом году со второй попытки удалось создать рабочую группу по этому вопросу. В апреле Миронов обратился к Медведеву, после чего премьер утвердил список представителей профильных ведомств, в том числе ФТС, для включения в состав группы. В нее вошли также представители ЦБ, Счетной палаты, ученые РАН и по два депутата от каждой фракции.

По итогам заседания 2 июля группа приняла методику определения полноты собираемости таможенных платежей и поручила проанализировать по ней объем поступивших платежей за 2013 год директору Института проблем рынка РАН Валерию Цветкову.

Представители ФТС в ходе обсуждения на заседании группы выступали против утвержденной методики, отмечает Брячак. Представитель ФТС не ответил на запрос РБК.


Попытка засчитана


За последние годы ФТС внедрила достаточно совершенную систему управления рисками, и можно было наблюдать «очевидную легализацию импортно-экспортных операций», говорит руководитель практики внешнеторгового регулирования международной юридической фирмы DLA Piper Вильгельмина Шавшина. Поэтому ориентироваться на 2011 год, как это делают ученые РАН, не вполне справедливо, считает она.

Она допускает, что в 2014–2015 году «некий отрицательных сдвиг образовался ввиду антисанкций — запретов на ввоз ряда товаров. Это спровоцировало серый импорт по данным категориям». Брячак не исключает, что в методику могут быть внесены незначительные коррективы.

Предложенный метод сработает в том случае, если на основе полученных сведений ФТС будет совершенствовать как методологию системы управления рисками, так и непосредственно ее применение, считает Шавшина.

Важно, чтобы оценка проводилась не самими таможенными органами, а независимыми от них институтами: Минэкономразвития или некоммерческими организациями, говорит руководитель Центра поддержки внешнеэкономической деятельности и развития регионов Галина Баландина. «Сегодня, например, у руководителя таможенной службы есть показатели эффективности его деятельности. Методики их расчета утверждаются ФТС, и она же проводит оценку. Результаты, которые докладываются в правительство, угадать несложно», — говорит она.

Ссылки

Источник публикации