Концлагерь назывался «Город без наркотиков» - 3

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Концлагерь назывался «Город без наркотиков» - 3

"Краткое содержание предыдущих частей

В 1999 году в Екатеринбурге появился фонд «Город без наркотиков». Сначала (так писали СМИ) боевики выезжали по выявленным фондом наркоточкам и били барыг. Потом свердловские власти ввели фонд в комиссию при администрации области. Фонд стал ловить преступников вместе с милицией и лечить наркоманов в реабилитационных центрах. Журналисты звали фондовцев Робин Гудами.
Вдруг 15 августа в женский реабилитационный центр ворвался СОБР; пациентки рассказали, что их избивают плеткой и подвешивают на дыбу.
В рамках уголовного дела в фонде провели обыск. Изъяли базу, получили список всех когда-то бывших в фонде реабилитантов (надо объяснить: фамилии наркоманов «Город без наркотиков» не давал никому, никогда). Сумели установить адреса ста человек Отправили запросы в девятнадцать городов России... Читайте. Эти люди давно на свободе. В отличие от, возможно, действительно спешивших покинуть РЦ девочек, им незачем лгать (тем не менее показания будут считаться истиной, только когда будут проверены следствием и если состоится суд. - Ред.).
«Пороли тросами металлическими в тканевой оболочке... периодически били руками, в основном ногами» - мальчик из Екатеринбурга.
«За курение, прием пищи не той, которую выдавали в фонде, и иные малейшие нарушения били ремнями, железными тросами, черенками от лопат» - Кемеровская область.
Сарапул: «Одному из излечивающихся сломали руку, и он пять дней ждал врачебной помощи».
Есть показания, что били битами по ногам, чтобы «не смог убежать». Что человек убежал и пятьдесят километров шел до Екатеринбурга по снегу. Что еще одного парня избивали в присутствии Ройзмана, и Ройзман говорил, чтобы тот скорее умер...
Илюша Букатин и умер.
Убийство
Это уголовное дело 2002 года. 17 мая в РЦ фонда вызвали «Скорую». Врачи нашли труп 20-летнего Букатина; парень был избит, умер от болевого шока.
Дежурившие охранники рассказали чудную историю: накануне вечером Илья спилил в туалете решетку и сбежал; они, охранники, нашли его дома и забрали обратно. Да вот незадача: по пути от центра до дома на Илью якобы напали. Уж спасали охранники, спасали реабилитанта...
Неувязочка: мама Букатина, Татьяна Алексеевна, утверждала, что прибежавший к ней сын был неизбитый, веселый и живой. Он смеялся, примерял перед зеркалом новую кепочку... Женщину никто не послушал. Теперь, через полтора года после того, как на могиле Илюши выросла трава, у милиции появились показания бывшего реабилитанта, что парня по имени Илья 17 мая 2002 года убили в фонде (по этому делу сейчас работает Генпрокуратура).
Вот показания очевидца (конечно, их тоже нужно проверять). Беглеца били; били охранники, лично директор РЦ Максим Курчик и все находящиеся в РЦ реабилитанты. Свидетель объясняет, почему били реабилитанты: за то, что Илья сбежал, всех их для профилактики обработали метровым «трамалом». В процессе (жалея родителей, не буду описывать его подробно) взгляд Ильи остекленел.
Каждую неделю папа, мама и бабушка Ильи Букатина ходят на кладбище к сыну. Пусть наркоман - для них лучше не было на свете. Устраивая сына в «Город без наркотиков», они думали, что это честная «мужская» организация, где никто не будет глумиться над больным.
За прошедшие после смерти Ильи годы президент фонда «Город без наркотиков» так лично и не принес им соболезнования. Так и не позвонил.
«Да знали все...»
Бывшая сотрудница фонда Лена Волкович говорит, что избиения там были в порядке вещей.
- Сижу за компьютером, а во дворе барыгу лупят - прямо под окном моего кабинета...
ЧТО, ОБ ЭТОМ НИКТО НЕ ЗНАЛ?!
- Да знали все, - говорит Эдгар Далевский, президент Свердловского областного фонда по борьбе с наркоманией «Двадцать первый век». Отставные милиционеры создали фонд в 99-м году - сразу вслед за Ройзманом. Так что Эдгар Юрьевич - это «ответ Чемберлену».
- Знали все. Люди сбегали из этого фонда. Бежали в милицию, писали заявления. Заявления все есть. И в Москву писали. И я писал. «Избиения происходят в здании с табличкой «Правительство Свердловской области»...
Чтобы покончить с темой: больше в фонде никто не умирал. Но...
- Проверяем фамилию реабилитанта, - делились со мной оперативники ОРБ (оперативно-розыскное бюро ГУ МВД по Уральскому округу), - выясняется: из фонда сбежал, домой не прибежал. Год как нет. Звоним родителям, спрашиваем: сын-то, мол, ваш где? А те: «Нам это неинтересно»...
Озлобленные родители (наркоман может достать любого) даже не объявляли детей в розыск. А между мужским и женским РЦ (пять минут от одного и пять минут от другого) есть заброшенное кладбище... Впрочем, возможно, это милицейская паранойя.
Я ненавижу себя
Сижу вечером в номере, ненавижу милицию. Какие же, думаю, гады. Знали - и работали с фондом, и брали от фонда деньги. Еще ненавижу «Скорую помощь». Мне показали лист вызовов по волшебному адресу: Фабричный переулок, 15, - в мужской РЦ. «Черепно-мозговая травма», «вскрыл вены», «избит: в крови»...
Знали, ВСЕ знали; это какой-то заговор, проклятый город... 
Стук в дверь, парень с невразумительной внешностью: «Вы из Москвы? Мне надо показать вам, как работают в фонде». Дал фотографии и убежал.
Беру карточки - сползаю по стене. 
Прикованный в позе Христа к какой-то решетке парень. Два сияющих счастьем ублюдка засовывают ему что-то в рот. Следующее фото - парень бессильно висит. Изо рта у него торчит ПАЧКА ШПРИЦЕВ.
Следующее фото - кто-то лежит. Штаны у него спущены, в зад воткнуты восемь шприцев...
Сижу на полу и рыдаю.
«Коммерсант-Власть», 99-й год, статья о фонде: «На рынке (уралмашевские бойцы. - Ред.) поймали наркомана... спросили, где он берет героин. ...через некоторое время взяли и барыгу. Его тоже привели на рынок, повесили на грудь табличку «Я продаю наркотики», сняли штаны, вкололи в задницу несколько шприцев и тоже поводили по рынку. Потом привязали к дереву и оставили на три часа вместе со шприцами. Старухи на рынке били его кошелками... Кого-то стошнило».
Мы, журналисты, ТОЖЕ ЗНАЛИ. Мы ничуть не лучше других.
Как фонд проводит контрольные закупки
В Екатеринбурге есть люди, которые лучше других. К примеру, это судья Сергей Казанцев. 20 июня этого года - еще ДО ТОГО, как началась милицейская пляска с женским центром, - он запретил привлекать «Город без наркотиков» к оперативным мероприятиям. Уж больно дело было вопиющим.
5 февраля (все события - со слов потерпевшей и из приговора суда. - Авт.) Наташа Ковалева (фамилию и фото публикуем с согласия потерпевшей. -Ред.) - двадцать лет, нянечка в детском саду, замужем, есть дочь - пошла за хлебом. На лестнице ей встретился сотрудник фонда «Город без наркотиков» Александр Мурзиков.
В машине возле подъезда сидели милиционеры и фондовцы : «Чё, откайфовала, соска?» Наташу посадили внутрь; наверху, в квартире, шел обыск.
Потом Мурзиков завел девушку в подъезд и расстегнул ширинку: «Оттрахаю - отпущу». Наташа кричала; пришел опер Кировского ОБНОНа Луканин: «Чё ты, пусть пацан позабавится». Но было уже пора ехать в РУВД; в милицейскую машину посадили Наташиного отца, а девушке сказали ехать с фондом. Фондовцев было двое. Вместо РУВД они привезли Наташу на стройку.
«Вот, - был продемонстрирован белый сверточек, - твоя доза. Не дашь, мы тебе ее или вколем, или подкинем». Ковалева в тот момент видела героин в первый раз в жизни.
Насиловали долго, потому что от шока Наташа была как кукла, и у парней никак не получалось. Они упрекали: «Ну что ж ты такая холодная? Ты нас не хочешь», - а у нее брызгали слезы и к горлу подкатывала рвота, и тогда добрые молодые люди предложили все же «поставить» шприц: мол, так будет легче, появится желание. Еще парни сетовали, что забыли презервативы: «Блин, обычно по две пачки берем». А еще время от времени звонил опер Луканин, и фондовцы отвечали: «Мы берем у нее оперативную информацию».
Наташа во время этого увлекательного процесса думала, как бы скорее попасть в камеру, чтобы там повеситься.
В милиции, поскольку наркотика у девушки не нашли, Наташу не задержали, а задержали (здорового человека заставили написать заявление на реабилитацию) в фонде. В общем, выйдя за хлебом, домой Наташа вернулась через двое суток. Любой бы на месте девушки затаился. А она - написала заявление! И суд взял и подлецов осудил! Я думаю, это был гражданский подвиг. Давили ли на судью - я не знаю. А на Наташу давили. Милиционеры спрашивали: «Зачем тебе это надо? ОНИ держат город. Или денег дадут, или...» Неизвестные приезжали к Ковалевой по ночам, пытались открыть дверь. Денег предлагали раз двадцать: и штатские, и милиция, и сотрудники ФСБ...
Суд определил, что милиционеры оказались просто статистами у «проводящих закупку» наркоманов. Кстати, оказалось, что на прошлой закупке Мурзиков спер у оперов ключи от машины задержанного; отогнал машину в автосервис и там разукомплектовал.
Робин Гудов не бывает
В 99-м году в первой статье о фонде я писала, что «наркоборцов» можно упрекать в чем угодно (фонд воспринимался как передел рынка), но, если они спасут хоть одного наркомана, я прощу им все. Теперь скажу: создатели фонда могут спасти хоть двести наркоманов. Одну Ковалеву я не прощу ни за что.
С Натальей Ковалевой я встретилась в женском СИЗО. Несмотря на то, что судья установил: сотрудники «Города без наркотиков» БЫЛИ ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ в том, чтобы девушка села за торговлю наркотиками, уголовное дело против нее все равно возбудили. В милицию пришел трижды судимый, неработающий, наркоман со стажем - и сказал, что купил у Наташи дозу (на очной ставке, по словам Ковалевой, закупщика представили внештатным сотрудником фонда, но в уголовном деле этого нет. - Авт.). И Наташу посадили (суд над ней идет в эти дни). 
Я рассказываю это, чтобы вы лучше поняли влиятельность фонда. Чтобы вы еще лучше ее поняли, скажу, что тот самый насильник Мурзиков, будучи уже арестованным, продолжал выступать в судах в качестве понятого по прошлым своим закупкам. На одно слушание - по делу некоего Турчанинова - Мурзикова везли В ОДНОМ АВТОЗАКЕ с Турчаниновым. А второй понятой (по словам Турчанинова) на суд не явился, потому что находился в розыске за разбой.
И Ковалева, и Турчанинов в один голос утверждают, первое: меченые деньги и наркотик были им подброшены; второе: при проведении обыска их квартиры были ограблены. Причем у Турчанинова, по его словам, фондовцы взяли ношеную майку, причем понятой ее прямо при Турчанинове и надел.
Теперь внимание: о подбросах и воровстве заявляют почти все посаженные фондом. После событий в РЦ заявления валом пошли в УВД...
ЧТО ЖЕ ВСЕ ЭТО ТАКОЕ?!
Евгений Турчанинов:
- Объединились бывшие уголовники. Вместе с работниками милиции грабят людей, причем ограбленный еще и попадает в тюрьму. Приходят к вам ночью, звонят в дверь. А дальше, как в НКВД...
ОТ РЕДАКЦИИ: 
Высказывания такого плана, как у Е. Турчанинова и В. Ширяева, открыто звучат сегодня на екатеринбургском ТВ. Однако мнение «КП» и ее автора не совпадает с мнением героев: ОПГ организацию может назвать только суд. 
Начальник управления собственной безопасности ГУВД Свердловской области Виктор ШИРЯЕВ:
- Фонд «Город без наркотиков» - это организованная преступная группа, созданная при попустительстве милиции. И мы, милиция, еще очень пожалеем, что выкормили эту змею у себя на груди.
Заявление в прокуратуру
28 октября в гостиничный номер корреспондента «Комсомольской правды» принесли фотографии, на которых запечатлены пытки неизвестных людей.
Человек, который дал нам фотографии, утверждал, что глумящиеся над людьми молодчики - сотрудники фонда «Город без наркотиков».
Прошу установить, кто эти люди, и возбудить по фактам пыток уголовное дело.
Ксерокопии снимков переданы мной в ОРБ ГУ МВД по Уральскому округу."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации