Коржаков опубликовал фото любовницы Ельцина

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Опубликовано фото любовницы Ельцина

Оригинал этого материала
© "Комсомольская правда", origindate::29.07.2004

Депутат Госдумы Александр Коржаков: Ельцин ни разу не спросил об убитом им человеке

Ольга Вандышева

В минувший вторник Александр Коржаков презентовал свою новую книгу «Борис Ельцин: от рассвета до заката. Послесловие». Сегодня мы предлагаем вам отрывки из этой книги.

О шутках «в верхах»

Converted 17121.jpg

Подпись к снимку из книги: «Девочкой своею я тебя назову, а потом обниму, а потом обману...». Сочи, Красная поляна.

Было это в 1996 году, во время предвыборной поездки кандидата в Президенты России Ельцина в Башкирию. То, что он там сразу «слег», это всем известно, жалко, только на один день. Вечер этого дня мы не стали терять: собрались у меня в коттедже дачного комплекса президента Башкортостана под Уфой. Сосковец, Бородин, Барсуков, Фадеев (как министр ПС он должен был перерезать ленточку вместе с Ельциным в Уфимском метрополитене) и ваш покорный слуга. Естественно, хозяева постарались: холодильник был полный, и мы начали трапезничать. Где-то после четвертого тоста железнодорожный министр стал «клевать носом». Сосковец его поднимает: дескать, Геннадий Матвеевич, мы уже сказали добрые слова в адрес Александра Васильевича, а ты даже не поддержал. А Фадеев, надо сказать, относился ко мне очень хорошо, но с некоторой робостью. Он встал, извинился, сказал в мой адрес теплые слова, выпил и сел. Через несколько секунд он опять «выпал»... Сосковец его снова разбудил тем же вопросом. Геннадий Матвеевич опять извинился, опять сказал хорошие слова в мой адрес, опять выпил и снова заснул. И так в течение вечера Олег с ним проделал этот своеобразный элемент зомбирования несколько раз. Мы падали со стульев, а Матвеич не понимал, в чем дело (в общем, «мы опять так и не успели заслушать начальника транспортного цеха...»)...

Утром после торжественного мероприятия в метро я подошел к министру путей сообщения и, едва сдерживая душивший меня изнутри хохот, с серьезной физиономией сказал:

- Геннадий Матвеевич, спасибо вам, что вы вчера приняли мое приглашение и мы прекрасно провели вечер, но одно меня смущает: что я вам плохого сделал?

- А что такое, Александр Васильевич, я что-нибудь натворил?

- Вчера был такой замечательный стол, все ребята сказали мне большое спасибо за приглашение, несколько раз произносили за меня тосты, а вы так и отмолчались.

Мне стало жалко дорогого Геннадия Матвеевича - с ним стало плохо, он еле удержался на ногах:

- Александр Васильевич, простите меня, видимо, я вчера перебрал, но я обязательно исправлюсь в ближайшее же время, я к вам очень, очень хорошо отношусь!

Через пару лет я ему пересказал этот розыгрыш. Он от души смеялся. Все-таки добрый он человек...

Об одном конкурсе, арбитром в котором выступал президент

В этой поездке в Амурскую область... как мне рассказывали, во время купания состоялся уникальный конкурс мужских задниц с участием членов делегации, в котором судьей выступал Ельцин. Звание «Мистер большая ж...» завоевал Бородин.

О проблемах Б. Н. с географией

Весной 1996 года в разгар предвыборной гонки Ельцин приехал в Архангельск для встречи с местными жителями. Как обычно, подобные встречи шли по заранее отрепетированному сценарию. Так было и на этот раз. Татьяна тогда впервые выехала с папой на мероприятие подобного уровня в качестве пока еще «внештатного советника» и члена Совета по выборам президента Ельцина без обязанностей. Все было более или менее нормально, пока Борис Николаевич не выпустил «джинна из бутылки». Впав в привычное лирическое полузабытье, глава государства тут же забыл о том, где он вообще находится. Результатом стало его обращение к архангелогородцам на очередной встрече, начавшееся со слов: «Здравствуйте, дорогие... астраханцы!» После чего президент успел мудро в микрофон поразмышлять о том, что, дескать, добываемая в области черная икра - тоже неплохая валюта и негоже жаловаться, что жизнь в области не сахар. После такого выступления, ощущая, что тысячная аудитория работников местного целлюлозно-бумажного комбината (ЦБК), где и происходила судьбоносная встреча, зримо впала в транс, запутавшегося в российских меридианах и параллелях кандидата в Президенты России просто пришлось «оттирать» от микрофона. Иначе он вполне мог бы начать рассуждать и о том, что в области в этот раз, например, явный неурожай хлопка.

О ДТП в Простоквашине

Как-то мы в компании с Ельциным и моим напарником Юрием Одинцом при- ехали ко мне в Простоквашино на двух машинах - моей «Ниве» и ельцинском «Москвиче». Вечером, естественно, баня, затем посиделки... Я лег относительно рано, Ельцин «проскучал» почти до первых петухов. Рано утром, в начале шестого, он поднялся, видимо, до ветру. Облегчившись, непроспавшемуся Борису Николаевичу... просто захотелось покататься, то есть потренироваться в езде на авто. Зная, что я ему руль не доверю, так как он уже однажды разбил мою машину, Ельцин поднял только Одинца, завел «Снежную королеву» (так он называл свою движимую собственность) и... «Какой же русский не любит быстрой езды!»

Как на грех, в такой ранний час на деревенской дороге, метрах в пятистах от деревни, стояли «Жигули» и мотоцикл с двумя седоками: о чем-то разговаривали водитель машины через открытую дверь с мотоциклистом. Чем они помешали начинающему автомобилисту, так никто затем и не понял. Очевидно, он снова перепутал педали...

От удара у «Жигулей» напрочь оторвало дверь, а мотоцикл смело с дороги. Ситуация более чем дикая: за рулем нетрезвая и перепуганная надежда России, рядом разбитая техника и покалеченный пассажир мотоцикла - громкое уголовное дело для начинающего студента юрфака. Горбачев, который в то время просто мечтал найти хоть какой-нибудь повод отодвинуть мятежного Ельцина от политики, озолотил бы любого, кто ему рассказал о случившемся. Проснувшись от шума стартера, я, чуя недоброе, поднялся, по-солдатски оделся и рванул за ними...

Ситуацию мы «разрулили». Разбитые «Жигули» в тот же день отогнали на сервис, где из нее сделали просто новый автомобиль. Хозяин не стал писать никакого заявления, поэтому разбирательства не последовало. А вот с пострадавшим оказалось сложнее. Своим ударом Ельцин, как выяснилось позже, очень сильно травмировал этого человека (поврежденный позвоночник, надорванные почки и т. д.), после чего тот долго и тяжело болел. И я, и мой друг и сосед по Простоквашину бизнесмен Владимир Виноградов (тот, который был со мной рядом и в 1991 году, и в 1993-м) делали все, чтобы помочь несчастному пострадавшему: покупали лекарства, меняли врачей, больницы, но через полгода он умер. Хоронили его тоже мы, так как близких родственников покойный не имел. Ельцин за это время даже ни разу не спросил о судьбе, по сути, убитого им человека. Наверное, некогда было: так рвался в гаранты Конституции. И это была его первая жертва в угоду демократии.

Об организации Фонда Ельцина

Вскоре после отставки Бориса Николаевича началась активная семейная работа по организации его фонда. Здание нашли в самом центре - первое по Кремлевской набережной от Водовзводной башни, у Большого Каменного моста, свежеотреставрированное, площадью около 4 тысяч квадратных метров, с огороженной территорией, стоянкой для транспорта. Продажную (!) цену для фонда московское правительство назначило достаточно низкую - 1000 долларов за квадратный метр, без всякого тендера, то есть всего четыре миллиона баксов.

Приехали смотреть Татьяна, Абрамович, Мамут, Юмашев и прочие. Ходили, цокали языком. Облазили все. Понравилось очень. В заключение Татьяна Борисовна вопросительно взглянула на семейных спонсоров. Роман Аркадьевич Абрамович в привычном стиле Джека Лондона начал рассказывать о Чукотке, но под усиливающейся требовательностью взгляда все же промямлил, что миллион он закроет. «Саша, а вы что?» Александр Мамут тоже сослался на финансовые невзгоды, но на ориентир Абрамовича все же вышел. «Это два, а остальные кто же закроет?» - с видом бедных родственников переспросили Таня с Валей.

«Ищите!» - был ответ. Кажется, ищут до сих пор, не у себя же брать. А молодежь, как известно, в зависимости от достатка выбирает кто пепси, а кто милое полярному сердцу «Челси».

О том, как выращивать картошку

Весной 96-го, в разгар предвыборной кампании, мы поехали в подмосковную Апрелевку. В программе значилось возложение цветов к памятнику погибшим за Родину в поселке Атепцеве. Затем встреча с ветеранами, тут же, у обелиска, фотографирование. После торжественной церемонии и беседы к президенту подвели пяти-, семилетних малышей. Он были одеты в яркие курточки, улыбались во весь рот и явно принимали Ельцина за знакомого дедушку из телевизора. Борис Николаевич рассказал им про внуков: какой у него Борька хороший, какие замечательные и красивые Катька с Машкой и как он их любит. Потом с интонацией Деда Мороза поинтересовался:
- А вы помогаете своим родителям?
- Да, помогаем.
- Ну а как помогаем? - не унимался «Дед Мороз».
- Сажаем, травку дергаем, поливаем огород...

И тут Борис Николаевич всех взрослых и детей «поразил»:
- А я вот тоже до сих пор сам сажаю картошку, сам ее собираю. Мы всей семьей это делаем. Каждую весну восемь мешков мелкой сажаем, а потом, осенью, восемь мешков крупной выкапываем. И всю зиму живем на своей картошке.

Детям фантазии понравились. А я сдерживал смех из последних сил и боялся встретиться глазами с Сосковцом. Иначе бы мы не вытерпели и расхохотались.

«Наш ответ за Скуратова»

После пресс-конференции, когда Александр Коржаков подписывал журналистам свою книгу, я обратилась к его издателю Валерию Стрелецкому:

- А есть ли в книге сенсации?

- Конечно. Ельцин убил человека.

Я еще не успела опомниться, как он взял в руки мой экземпляр книги, полистал ее и, отыскав вот эту фотографию, показал мне ее с многозначительным взглядом.

- И что же это за дамочка? - спросила я, прочитав подпись под снимком.

- С этим вопросом лучше обратитесь к автору.

Я последовала совету и спросила Коржакова:

- В книге есть подробности про эту даму?

- Нет, у нее уже семья. И если бы я что-нибудь написал, ее бы уволили с работы.

- Но вы же делаете намеки?

- Могу добавить только то, что это мизерный ответ на критику Ельциным Скуратова, - бросил уже на ходу Коржаков.

Чуть позже, разговаривая с его помощником по фамилии Демидов, я попыталась уточнить, были ли у этой женщины какие-то отношения с Ельциным, как, казалось, намекал Коржаков. Но г-н Демидов принялся яростно опровергать предполагаемое:

- У Ельцина никаких любовниц не было. Потому что он был трусом.

Зачем же тогда Коржаков поместил в свою книгу эту фотографию, да еще с такой подписью?

Но ответ на этот вопрос я так и не получила. Может быть, Коржаков просто решил напустить тумана?..

Converted 17122.jpg

Это фото А. Коржаков подписал так: «Греческий необитаемый остров. На заднем плане в профиль - А. Козырев, сзади - В. Илюшин; помогает снимать В. Шевченко штаны - В. Костиков.» 
***

Обряд самобичевания

Юрий Сергеев

Первое ощущение после прочтения новой книги Александра Коржакова - чувство жалости по отношению к автору. Как же он, бедный, смог выдержать столько лет рядом с подобным чудовищем! Однако затем возникает чувство недоумения: разве кто-то приковывал Коржакова к Ельцину, кто-то мешал ему бежать прочь от всех тех мерзостей, что он позже описал в своей книге? Нет. Он сам сделал свой выбор. Обычный майор «девятки» удачно поставил на шефа и сорвал банк в виде генеральского звания, огромной власти и, как можно полагать, немалых денег. И был отодвинут от кормушки, лишь когда слишком зарвался...[...]