Костя 50%

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


origindate::31.03.2005, Фото: umoloda.kiev.ua

Костя 50%

Ярослав Свиренко

Converted 18566.jpg

Константин Григоришин

В последнее время украинская пресса переполнена сообщениями о захвате вооруженными охранниками региональных облэнерго. Это возвращает собственность российский гражданин украинского происхождения Константин Григоришин. Некогда его выставили из Украины здешние олигархи. Григоришин дождался, пока олигархи проиграют на президентских выборах, и подал голос. Кто же он, этот смелый борец против поверженных олигархов, «личный друг» Павла Лазаренко и щедрый спонсор Григория Суркиса?

Детские и юношеские годы

В разных биографических источниках называется разная дата появления на свет Коси (так его называли на заре печальной юности) Григоришина. Но большинство биографов берут за точку отсчета 16 ноября 1965 года. Детские и школьные годы провел в уютной квартирке по улице Брюллова, 9. Отец (следы которого затерялись) работал в СКБ «Прогресс», мать Валентина Порфирьевна - пенсионерка, в прошлом учительница, проживает в Запорожье на Дзержинского, 104, владеет сертификатами банка «Металлург» (Запорожье) и гаражом во дворе улицы 40 лет Советской Украины. Там же в Запорожье в престижном поселке «Акваспорт-21» обитает и первая супруга Кости Наталья. Недалеко от нее со второй женой Оксаной обосновался и Григоришин. Дело в том, что акционером компании «Акваспорт-21» является его «дружбан» Сергей Свитловский. Кажется еще школьный.

Вообще, учеба в запорожской школе № 28, как и в московском вузе не прошла для нашего героя даром: именно школьные и студенческие связи сыграли решающую роль в начале его карьеры «сына лейтенанта Шмидта». Московский физико-математический институт (МФТИ) не дал ему никаких ценных приобретений, кроме… временной московской прописки, которая в конечном итоге конвертировалась в российское гражданство.

Кто знает, если бы однокурсником Григоришина оказался не Сергей Васильев, а кто-то другой, он бы не сидел в снобистском (в смысле оправдано дорогом) офисе возле Кремля и не раздавал обесцененные количеством рассекреченных сенсаций интервью. Кто же такой Васильев?

Васильев Сергей Анатольевич, 18 июля 1965 года рождения, выпускник МФТИ, с 1991 года сотрудник, с 1993 по1996-й – первый вице-президент «Тверьуниверсалбанка», в 1996-1999-ом – топ-менеджер банка «Международная финансовая компания». С 1998 года принимал активное участие в создании аффилированной с ОНЭКСИМ финансовой группы «МФК-Ренессанс», где курировал вексельные операции. 

Сын лейтенанта Шмидта

Именно Васильев по студенческой дружбе дал Григоришину «попользоваться» громким именем ОНЭКСИМа, а также весьма солидным – «Тверьуниверсалбанка». Появившись в Украине где-то году в 1993 или 1994-ом, Костя назывался умно и нехитро – представитель интересов крупной российской финансовой структуры (сначала под этой маркой шел «Тверьуниверсалбанк», а затем ОНЭКСИМ). Вместо документальных доказательств он ссылался на неких «сокурсников» по институту, которые занимают в данных финансовых структурах ключевые посты. Как вы уже поняли, речь шла о Васильеве.

Кем уроженец Запорожья реально был для этих банков – сказать трудно. Похоже, что никем. Или подвизался на посреднических услугах (до краха в 1996 году «Тверьуниверсалбанк» и его клиринговая палата обеспечивала большинство расчетов в рублях/карбованцах между предприятиями Украины и РФ). Выходы на полезных клиентов ему также обеспечили друзья детства: первые связи среди директоров запорожских предприятий наш герой устанавливал либо через одноклассников, либо через директора городского легкоатлетического манежа, где директора предприятий Запорожья занимались спортом. Именно этот спорт-завхоз порекомендовал двух пацанчиков, одетых по рэкетирской моде того времени в спортивные костюмы директору Запорожского ферросплавного завода Вячеславу Алексеевичу Гаврилову. Этими пацанчиками были Константин Григоришин и его партнера по бизнесу Игорь Куйда. Впоследствии, после проведения нескольких сделок Гаврилов свел .Григоришина с директором Никопольского ферросплавного завода Анатолием Головко, который впоследствии стал генеральным директором консорциума «Металлургия». Вот этим новым знакомым Константин «впаривал», что представляет в Украине интересы «ОНЭКСИМ-банка» и аффилированных с ним компаний, не представляя на самом деле ничего. На тот момент его самой крупной сделкой была сделка с компьютерами, закупленными на харьковском предприятии "Хартрон". А также спекулятивные по сути операции по мелкой торговле сельхоз- и нефтепродуктами.

Таланты, которым позавидовал бы Остап Бендер, позволили Константину Ивановичу в середине 1996 года пролезть на рынок электроэнергии. В этот бизнес его ввел Николай Ренкас, который впоследствии познакомил Григоришина с Петром Кириченко и с Павлом Лазаренко.

Ренкас Николай Остапович. В настоящее время проживает в США. Ранее – житель Днепропетровска. Бывший управляющий Днепропетровским областным отделением «Промстройбанка» УССР. Судим в середине 80-х за хищение госсобственности. Поддерживал личные, а также бизнес-контакты с Борисом Мордуховичем Фельдманом (АКБ «Славянский», недавно вышел из заключения), Петром Николаевичем Кириченко
(экс-помощник премьер-министра Павла Лазаренко, заключивший сделку с американским правосудием и «сдавший» своего шефа) и директорами многих крупных заводов. 

На тот момент Ренкас искал зиц-председателя своего СП, желательно с собственным оффшором и российскими корнями. И вот весной 1996 года по протекции одного из директоров Ренкас знакомится с Григоришиым и приводит его к Кириченко. Последний через какое-то время представил Григоришина Павлу Лазаренко. Жуликоватого вида молодой человек, пытавшийся «развести» его на создание банка Николаю Остаповичу понравился. Они начинают работать вместе: Константин Иванович в качестве президента оффшорной European trading group, а Ренкас как руководитель компании «Энергометкомплекс». Через нее шли основные операции по сделкам с электроэнергией, продукцией промышленных предприятий и ценными бумагами. Кириченко отвечал за лоббирование интересов компании в правительстве Украины, Григоришин - за работу с промышленными предприятиями через компанию European trading group. До отставки премьер-министра Лазаренко ребята успели развернуть еще и «атомный бизнес». В Москве через каких-то «парней с короткой стрижкой» Константин вышел компанию "Созидание" (Игорь Куйда) и начал через нее заниматься вывозом с украинских АЭС отработанного топлива и поставкой на них комплектующих.

Впервые «Созидание» активно засветилось в России в связи с событиями вокруг «Соликамского магниевого завода», как структура, подыгрывающая группе Гарри Каспарова и Марка Лиснянского "Russia Grouth Fund" и UKS Securities. Необходимо отметить, что взятие «Созиданием» и Каспаровым под контроль российского монополиста на рынке магния сразу же вошло в противоречие с интересами группы Льва Леваева и интересами кремлевской элиты. Каспаров, Соболев, Григоришин и Куйда занялись редкоземельными металлами. Данная операция предусматривала покупку имущества комбината-банкрота "Севредмет" (Мурманская обл.) - единственного в России производителя концентрата редких и редкоземельных металлов, через приобретение ФТК (компанией Каспарова и Лиснянского) Иркутского авиационного производственного объединения (ИАПО). 

Крупнейшими кредиторами "Севредмета" являются ЗАО "Глобал-инвестком" и бюджет. Компания "ФТК" владеет 20% акций ИАПО, крупнейшей российской частной авиастроительной компании, выпускающей двухместные истребители Су-27 и Су-30. При этом, несколько менеджеров ФТК занимают высокие посты в ИАПО.

Забегая вперед заметим, что к маю 2002 года бизнес-интересы группы «Созидание» окончательно разошлись с целями группы Каспаров-Лиснянский, и «украинско-российское СП» официально заявило о выходе из числа акционеров «Соликамского магниевого завода», а значит – из всей схемы работы альянса. В это же время, для группы наступили тяжелые времена в Украине. При этом, главные стратегические капиталы «Созидания» продолжали заключаться в их владении контрольными пакетами собственности украинских предприятий, среди которых в первую очередь выделяется не запорожская (и очень прибыльная) «Днепрспецсталь», а сумское НПО имени Фрунзе. Особое значение данное предприятие приобрело после возникновения планов создания украинско-российского газотранспортного консорциума, в котором НПО имени Фрунзе отводится достаточно важная роль.

В поисках крыши

Опала Лазаренко не входила в планы «киндер-сюрприза» из Запорожья. С 1997 года его аппетиты распространяются на металлургию, машиностроение и энергетику. При содействии Лазаренко и Кириченко он приватизирует около 20 предприятий. Но тут Павла Ивановича отправляют в отставку по состоянию здоровья. Давать деньги на оппозиционную деятельность «Громады» Григоришин не собирается. Ему ничего не остается, как лихорадочно искать новую «крышу». О своем знакомстве с звездной в недалеком будущем парой Медведчук-Суркис сам Костик рассказывает в свойственном ему снисходительном тоне, за который его не раз «били по мордам».

«У нас были проблемы, с нами не рассчитывался "Энергоатом". Мне сказали, что есть такой Гриша Суркис, "киевская семерка", которая может помочь. Так мы и познакомились в 1998 году. А потом были бизнес–договоренности. Я никогда не был восьмым членом семерки. У нас были бизнес–проекты, за которые наша группа получала 50%, и семерка получала 50% прибыли.

– За что?

– За "крышу".

– А какие проекты?

– Энергетические.

– Вы купили при их помощи облэнерго?

– Нет, мы практически все купили без них. Вопрос в том, дали ли бы нам возможность эффективно управлять этими облэнерго. Или вообще могли забрать. Опыт показал, что могли. В этом заключалась их работа – предоставлять "крышу".

Конечно, это была моя ошибка. Надо было еще тогда попытаться противостоять – но с кем? Это же была система – все должны платить туда… (Показывает на потолок.) Было три–четыре доверенных канала платежей. Иначе заниматься крупным бизнесом вам просто не дадут…».

На самом деле Григоришин лицемерит. Он не хотел и даже не умел делать бизнес без «крыши». Эта привычка вошла в его жизнь еще с тех пор, когда он прикрывался звонким именем «ОНЭКСИМ-банка». Никакого личного авторитета у запорожского мальчика с российским паспортом не было и быть не могло. Фактически он был «прокладкой» между крупными финансовыми структурами двух стран. Возможно, именно поэтому его доля в сделках не превышала половины: такой дорогой «крыши» не было ни у кого.

Оставшись без «подпорки» в лице Кириченко и «босса» Ренкаса Костя заметался по знакомым днепропетровским бизнесменам. Первоначально он пытался «лечь под» Виктора Пинчука. Но зять президента решил не обременять себя григоришинскими заботами. После нескольких неудачных попыток «слияться» с другими олигархами, Григоришин наконец падает в ноги Суркису. Виктор Медведчук, взлетевший уже в парламентское кресло, и даже устроившийся в президиуме (второй заместитель председателя Верховной Рады не хухры-мухры) отмывает с Константина налет «лазаренковщины». В то время как Юлия Тимошенко платит развалом своих «Единых энергетических систем Украины» по политическим векселям Лазаренко, Григоришин припеваючи вкладывает российские «бабки» в украинскую промышленность.

Начинается приватизация облэнерго, в которой Константин Григоришин принял едва ли не самое активное участие. Сначала интересы структур Григоришина представляла кипрская компания «Корт Холдинг». В конце 90-х он начал выводить капиталы с островов — так создается консорциум «Металлургия», в который, в частности, вошли приватизированные металлургические предприятия, Полтаваоблэнерго и банк «Биг-Энергия» (на то время — «Зевс»). Следующий шаг к «легализации» — создание в 2001 году совместного российско-украинского предприятия «Группа «Энергетический стандарт». По состоянию на 2001 год под контролем Григоришина находилось пять облэнерго (еще в одиннадцати владел незначительными пакетами акций), плюс акции в металлургических и машиностроительных предприятиях.

Ссора на почве денег

Когда наш герой понял, что новая «крыша» «подтекает» неизвестно. Проблемы вроде бы начались на почве раздела денег. По словам нашего героя, с многочисленных требований о выделении значительных сумм из его собственной доли на якобы общие политические нужды. Хотя на самом деле Медведчук с Суркисом не дали хитро…глазому (скажем так) парнише поторговать местами в своем партийном списке на выборах 2002 года.

Опять процитируем Григоришина:

– Да, мы помогали в финансировании СДПУ(о). У нас была договоренность: поскольку я давал деньги на партию, то половина мест в списке на выборах в 2002 должны занимать депутаты, которые имеют отношения к моим структурам. Потом мы встретились с Медведчуком, а он говорит: "Понимаешь, у нас партия наполовину с Зинченко и Плужниковым. Поэтому у нас половина, а у тебя половина от нашей половины". Я: "Хорошо". Медведчук говорит дальше: "Понимаешь, есть же еще партийные функционеры, которые не могут дать денег". "Хорошо, сколько вы даете мест?" "Каждое пятое место в списке". Я сказал своим: кто хочет стать депутатом – записывайтесь, надо только вступить в СДПУ(о). Но у нас люди если сперва хотели в депутаты, то когда узнавали, что надо стать эсдеком, сразу говорили "нам не надо ничего". Но Суркис даже не знал, что у меня нет людей…Тут Гриша звонит: "Надо встретиться с Витей". Они говорят: "Ты ж хочешь, чтобы партия выиграла? Значит, надо 50 миллионов долларов на выборы. Но это еще не все – с тебя по полтора миллиона за восемь человек в проходной части списка. То есть еще по 12 миллионов долларов". Я не понимаю: "У меня ж места автоматически". Они: "Не-не-не, мы за себя тоже заплатим". Я: "Заплатить сам себе за себя – я тоже готов! Я не буду платить, мы так не договаривались. Мне вообще не нужны места в вашей партии, у меня нет денег на партию, никто не хочет мараться".Они: "Хорошо, 12 миллионов не надо, мы других найдем. А 50 миллионов отдай". Я говорю: "Денег нет и я не отдам". Тут же убивают водителя моей мамы, друга семьи. Конечно, нашли наркоманов, которые якобы хотели угнать машину. Но Суркис мне сразу сказал: "Ну что, у тебя ж водителей убивают, а у меня нет – давай поговорим".

Григоришин наверно подумал, что может повторить трюк с «кидком» Павла Ивановича в 1998 году. Но то, что прошло один раз, на второй стукнуло его мощным бумерангом. Как правильно написали в одной их украинских газет, «будучи опытным хищником в экономической сфере, Григоришин оказался абсолютно травоядным в политических джунглях. Знаете, кого он выбрал в «крышу»? Михаила Бродского. Потом метнулся к коммунистам, после попытался найти защиту у «Нашей Украины», не понимая при этом, что далеко не каждая политическая сила способна в этой стране выполнять функции, за которые отдают 50 процентов прибыли. Наивность обошлась Григоришину очень дорого...».

После отказа платить по счетам и выявления 2 млн. долларов, «засунутых» в неудавшийся партийный проект украинского «Яблока» Миши Бродского (он не сумел дотянуться до избирательного барьера даже близко) начинается массированное давление на украинский бизнес Григоришина. За год Костя потерял управление над облэнерго, контроль над Таврическим ГОК и был вынужден продать «Запорожский завод ферросплавов». В конце 2002 года он продает завод «Днепроспецсталь»; в консорциуме «Металлургия» смещены с должностей все связанные с ним управленцы.

Киллеры и ресторан

В ночь на 12 октября 2002, когда озабоченный очередным поиском «крыши» Константин Иванович ехал с бывшим офицером спецслужб, а тогда депутатом Владимиром Сивковичем обедать в один из самых дорогих киевских ресторанов «Эгоист», он был задержан, силами спецподразделения МВД "Сокол". Как потом неоднократно повторялось в средствах массовой информации и юридических документах, «сотрудники милиции заблокировали автомобиль, незаконно применили физическую силу к народному депутату Украины Сивковичу, его помощникам и предпринимателю-президенту совместного российско-украинского предприятия "Группа "Энергетический стандарт" Константину Григоришину. Последнего сотрудники милиции грубо вытянули из автомобиля, подбросили нему в карман оружие (пистолет) и, закованного в наручники, доставили в Печерский отдел милиции».

Из СИЗО его вытащили в рекордно короткие сроки и за очень большие деньги. Есть мнение, что «подставу» с пистолетом и наркотиками организовал помощник Игоря Суркиса. Весь вопрос, почему произошло то, что произошло? На этот вопрос, могли бы ответить несколько человек. В том числе сам Григоришин и некто «Сокира», в миру – Сокира Александр Павлович: криминальный авторитет из Запорожья, прославившийся в узких кругах тем, что, по всей видимости, выполнил "заказ" на хозяина крупнейшего столичного рынка «Троещина» по кличке Прыщ. Среди заданий, который Сокира мог бы выполнить было физическое устранение Суркисов.

По слухам в милицейских кругах, Григоришина подозревают в том, что он первый нанял для Гриши киллера, которого выловили в одной из гостиниц и ликвидировали. А незадолго до инцидента возле ресторана «Эгоист», по дороге из аэропорта Жуляны в Киев, в маршрутке взорвался еще один неизвестный запорожский гражнанин, якобы еще один киллер, который ехал «грохнуть» Суркиса. Да так и не доехал.

Кстати, на счет упомянутого выше водителя, есть весьма противоречивые данные. По намекам Григоришина, Валерий Безруков, origindate::01.01.1958 г.р., в последнее время - водитель- охранник его матери, был убитorigindate::30.10.2001 по заказу киевских партнеров. Однако, в октябре 2003 года в апелляционном суде Запорожья прошли слушания дела банды, которая в 2001 - 2002 совершила 11 разбоев на территории Донецкой, Днепропетровской и Запорожской областей, связанных с угоном дорогих машин. По данным следствия, эта же банда убила Валерия Безрукова. Причем, подсудимые не знали, что машина принадлежит Григоришину.

Вместо послесловия

В общем, мотивы Суркиса на вытеснение Григоришина из бизнеса и изгнание «этой мрази» (как он говорил) из Украины понятны. Дальнейшее развитие событий показывает, что отсутствие Константина Ивановича на территории родины пошло Украине на пользу: скандалов стало меньше. Последняя нелепая, эпатажная выходка нашего героя – попытка представить свои неудавшиеся «потуги» продать часть пакетов украинских облэнерго РАО "ЕЭС России". В эту авантюру он втравил Анатолия Чубайса, который успел заявить, что сделка практически готова. Но Чубайс уехал, а облэнерго остались. Григоришин же в очередной раз подтвердил свою репутацию «сына лейтенанта Шмидта» от бизнеса. Кстати, свои последние «прыжки» вокруг облэнерго он тоже пытается связать с Чубайсом, распуская слухи, будто действует в его интересах. Но это вранье выглядит уж очень неубедительно. Поэтому связываться с Костей мало, кто соглашается. Даже за 50% от обещанной им прибыли.