Краденый "ЮКОС"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Краденый "ЮКОС"

Оригинал этого материала
© "Los Angeles Times", США, origindate::05.11.2003, Перевод: "Иносми.Ru", "Ходорковский забыл, что украл «ЮКОС» у государства", Иллюстрации: yukos.ru

ЮКОС- "владелец морей и держатель власти"
Чтобы увеличить письмо, нажмите мышкой

Чтобы увеличить письмо, нажмите мышкой

Converted 15370.jpg

Фиона Хилл / Fiona Hill

Судя по всему, в Москве разыграна классическая пьеса в жанре моралите (моралите - аллегорическая драма, персонажами которой являются пороки и добродетели, которые ведут борьбу за душу человека. - прим. пер.). Михаил Ходорковский арестован по обвинению в мошенничестве и уклонении от налогов. Главные герои показаны в черно-белом цвете. В роли Добродетели выступают демократия, частное предприятие и поддерживающие рыночные реформы деятели в Кремле.

Силы Порока воплощают авторитаризм, повторная национализация и силовики. Зрители считают, что победили силы Порока: Путин объединяется с темными силами КГБ, которые в преддверии парламентских выборов хотят сокрушить демократические силы и восстановить госконтроль над экономикой. Руководитель администрации Кремля Александр Волошин в знак протеста покидает сцену.

На этой неделе начался второй акт этой драмы: Ходорковский ушел в отставку с поста главы «ЮКОСа». Если смотреть на дело с точки зрения Путина, то вещи в общем-то и не были никогда такими черно-белыми. Никто не победил. Путин сделал то, что должен был сделать, чтобы обуздать ретивых олигархов. Однако пьеса в жанре моралите неудачно отклонилась от сценария, который Ходорковский успел выбросить в окно. [...]

Ходорковский украл «ЮКОС» у государства в ходе приватизации 90-х годов. Безжалостный и корыстный олигарх был тесно связан с кремлевскими чиновниками еще со времен своей работы в качестве комсомольского вожака. Он знал, как воспользоваться девальвацией рубля и нестабильностью цен на мировом рынке нефти, чтобы увеличить производство и превратить «ЮКОС» в главного игрока.

Он задал тон для новой волны российского бизнеса, создав образцы грамотного корпоративного управления и новой корпоративной филантропии. Он поддержал развитие гражданского общества в России, и за счет искусных PR-акций и пожертвований престижным международным институтам добился если и не уважения, то, по меньшей мере, внимания мировой общественности к своей персоне.

Личный успех Ходорковского даже улучшил имидж России, которую начали рассматривать как страну, где можно сколотить крупное состояние. Некоторое время он был образцом «хорошего» олигарха. Он обогатил себя и Россию и доказал, что кремлевский капитализм может работать. К сожалению, Ходорковский недооценил Путина. Казалось, олигарх забыл, что он захватил «ЮКОС» нечестным путем. Он вообразил, что «ЮКОС» является его собственностью, которую он может использовать как ему заблагорассудится.

Всего за две недели до своего ареста, Ходорковский заявил в своем выступлении на форуме в Фонде Карнеги: «Российское общество должно привыкать к тому, что люди могут распоряжаться своими деньгами по своему усмотрению». Он говорил о предстоящей продаже акций «ЮКОСа» и высказывал свое мнение по другим вопросам, в том числе по политическим. Он заигрывал с американскими нефтяными компаниями Exxon и Chevron, которые были потенциальными покупателями его акций. Вместо того, чтобы приобрести новые активы для «ЮКОСа» и России, он, казалось, намеревался распродать акции «ЮКОСа» для своей личной выгоды.

Ходорковский разочаровал Путина. [...]

***

Оригинал этого материала
© "The New York Times", США, origindate::05.11.2003, Перевод: "Иносми.Ru"

Как российский нефтяной магнат обзаводился друзьями в Соединенных Штатах. В Вашингтоне г-н Ходорковский много тратился на обхаживание внутреннего круга на Капитолийском холме

Тимоти О'Брайен (Timothy O'Brian)

В начале 2001 года, когда в Белый дом пришла администрация Джорджа Буша-младшего (George W. Bush), Михаил Ходорковский, один из богатейших людей России, попросил о встрече с новым советником президента США по национальной безопасности Кондолизой Райс (Condoleezza Rice). Как свидетельствует один бывший сотрудник аппарата Белого дома, аналитикам Совета национальной безопасности США было поручено проверить этого человека.

Г-н Ходорковский не удостоился этой аудиенции, которая была ему нужна, чтобы заручиться поддержкой американского истеблишмента, по причине "недоказанных обвинений в неправильном ведении бизнеса в прошлом", как сказал наш источник, отметивший также, что в Вашингтоне г-н Ходорковский много тратился на обхаживание внутреннего круга на Капитолийском холме.

Однако настойчивые усилия г-на Ходорковского с целью завязать знакомства с другими влиятельными американцами принесли свои плоды. В июле прошлого года он встречался с министром энергетики США Спенсером Эйбрахамом (Spencer Abraham) и обсуждал с ним нефтяную политику Америки. В сентябре в Россию приезжал бывший президент США Джордж Буш-старший (George H. W. Bush), который выступал на обеде, где присутствовал также г-н Ходорковский. Это событие подтолкнуло московские газеты к спекулятивным рассуждениям, а не был ли этот визит частью усилий некоторых американских компаний заручиться соглашением о слиянии с нефтяной компанией "ЮКОС", генеральным директором которой до прошлого понедельника являлся г-н Ходорковский.

Инвестиционный банк "Carlyle Group", где г-н Буш-старший до недавних пор был советником, имеет тесные деловые отношения с г-ном Ходорковским. Хотя г-н Буш-старший ездил в Россию как представитель этого банка, его визит не имел ничего общего с нефтяными сделками, и он не встречался с г-ном Ходорковским в частном порядке.

Прошлым летом г-н Ходорковский по приглашению бывшего сенатора-демократа от штата Нью-Джерси Билла Брэдли (Bill Bradley) ездил также на встречу бизнес-элиты в Сан-Вэлли, штат Айдахо, США. Г-н Брэдли консультирует действующий в Великобритании и финансируемый г-ном Ходорковским благотворительный фонд "Открытая Россия". В совете директоров этого фонда состоят Генри Киссинджер (Henry Kissinger), государственный секретарь США в администрации Ричарда Никсона (Richard Nixon), и лорд Ротшильд (Rothschild). Г-н Киссинджер заявил, что встречался с г-ном Ходорковским всего дважды, да и то в составе группы. "Мое участие в совете директоров ни в коей мере не означает, что я одобряю его деловую практику", - заявил г-н Киссинджер, добавив, что "г-н Ходорковский не оказывает особого влияния на гранты этого фонда". От дальнейших комментариев в отношении г-на Ходорковского г-н Киссинджер отказался.

Стремясь к установлению контактов и прославлению своего имени, г-н Ходорковский делает значительные пожертвования благотворительным организациям в России и американским аналитическим организациям. Близкие к нему люди говорят, что у него тройственный мотив: повысить собственную репутацию после скандальных приватизаций в России; изменить практику "ЮКОСа" и отношение к компании в ходе подготовки к ее слиянию с какой-нибудь западной компанией; способствовать экономическим и политическим переменам в России.

"Он хотел более тесных связей с Соединенными Штатами и ставил перед собой цель экспортировать в Америку нефть", - сказала Сара Кэри (Sarah Carey), вашингтонский юрист, которая входит в совет директоров "ЮКОСа" и является личным советником г-на Ходорковского. - Для этого необходимо завоевать дружеское расположение людей здесь, в Вашингтоне". При этом она добавила, что благотворительность - то, чем начинают заниматься сообразительные люди, когда становятся богачами. Компания "ЮКОС" ежегодно жертвует на благотворительные цели более 50 млн. долл. США. Через эту компанию г-н Ходорковский также жертвовал значительные суммы американским организациям, включая 1 млн. долл. - Библиотеке конгресса США и 500000 долл. - фонду Карнеги за международный мир. Специалист этого фонда по России Андерс Аслунд (Anders Aslund) критиковал российское правительство за его противостояние с г-ном Ходорковским.

Другая вашингтонская аналитическая организация, Институт американского предпринимательства, подавшая голос в защиту г-на Ходорковского, отказалась обсуждать свои финансовые отношения с "ЮКОСом".

Фиона Хилл (Fiona Hill), аналитик российских проблем из Брукингского института, сказала, что многие аналитические организации, которые нуждаются в деньгах для осуществления своих программ исследований России, активно добиваются благорасположения г-на Ходорковского. Однако она сообщила, что Брукингский институт отказался принимать от него пожертвования. "Аналитические организации все вместе шутят на тему, кто хочет взять деньги, чтобы профинансировать имидж г-на Ходорковского как модели хорошего корпоративного управления, - сказала г-жа Хилл. - Но по-прежнему остаются вопросы в отношении его деловой практики и того, действительно ли он перестал быть бароном-разбойником и теперь носит белую шляпу".

Другие в Вашингтоне говорили, что влияние купить не так легко, и что у г-на Ходорковского были в Соединенных Штатах трения в связи с сомнениями в том, что он по-настоящему предан идее корпоративных и политических перемен в России. "Ходорковского отличает то, что он понимает, что главенство закона необходимо для легитимизации его компании", - сказал Стив Бьеган (Steve Biegun), специалист по национальной безопасности в аппарате лидера республиканцев в сенате, сенатора от штата Теннеси Билла Фриста (Bill Frist), который несколько раз встречался с г-ном Ходорковским. "Российские олигархи в последнее десятилетие сорят в Вашингтоне деньгами, но мы здесь не дурачки, - сказал он, отметив, что личные качества г-на Ходорковского способствовали "куда более глубокой реакции, чем когда преследованиям подвергались другие российские бизнесмены".

***

Ходорковский планировал для себя пост премьер-министра

Оригинал этого материала
© "The Washington Post", США, 05.11. 2003, Перевод: "Иносми.Ru", "Два видения России сошлись в битве за выяснение, у кого больше сила воли. Идет борьба между богатейшим человеком России и ее самым могущественным человеком"

Сьюзен Глассер (Susan B. Glasser) и Питер Бейкер (Peter Baker)

Богатейший человек России Михаил Ходорковский не ощущал необходимости быть обходительным и не терпел возражений. А поэтому, когда весной прошлого года он захотел, чтобы было изменено федеральное законодательство о добыче нефти, он попросту отказался принять "нет" за ответ.

Его лоббисты толпой ринулись в думу. Он направил миллионы долларов широкому спектру политических партий. Значительная часть этих денег осела в карманах отдельных законодателей. Прямо во время дебатов лоббисты г-на Ходорковского по мобильным телефонам подсказывали законодателям, что им следует сказать. Спикер думы Геннадий Селезнев позднее рассказал об этом президенту России Владимиру Путину. "Путин был чрезвычайно разозлен", - сказал один источник. [...]

Пожалуй, самым опасным г-н Путин посчитал тайные планы превращения России в парламентскую республику, где г-н Ходорковский планировал для себя пост премьер-министра. Для этого нужно было изменить конституцию. Многие московские инсайдеры не могли себе представить, что г-н Ходорковский осмелится добиваться этого. Однако его люди повсюду говорили: "Мы можем делать все, что захотим". И тогда г-н Путин, как утверждают некоторые, "просто захотел показать, кто здесь хозяин".

Сегодня г-н Ходорковский сидит в тюрьме. Его компания потеряла на рынке 7 млрд. долл., а государство "заморозило" 40% ее акций. [...] Путина широко критикуют на Западе за то, что он использует судебно-правовую систему для преследования своего политического противника. "Это определенно очень личный вопрос, - говорит один политический деятель, хорошо знающий обоих. - 'ЮКОС' и Ходорковский приобрели слишком большую силу. Они представляли угрозу". [...]

Задолго до своего 40-летия он скопил 8 млрд. долл. США и решил, что пора заняться очищением своего имиджа. Он начал обхаживать западных инвесторов, реформировать свою деловую практику и жертвовать крупные денежные суммы на благотворительность. Достигнув известности за рубежом, он стал, как выразился один аналитик, "Господином Русская Нефть".

У себя на родине в апреле 2002 года он начал продвигать свой проект через широкий спектр думских партийных лидеров, объявив, что готов пожертвовать их партиям десятки миллионов долларов перед парламентскими выборами 7 декабря 2003 года. Многие согласились, и он отдал миллионы долларов двум самым прогрессивным партиям, "Яблоко" и Союз правых сил, а также пропутинской партии "Единая Россия". Несколько его деловых партнеров планировали выставить свои кандидатуры по партийным спискам Коммунистической партии и партии "Единая Россия".

Г-н Ходорковский намеревался сформировать блок, который позволит ему доминировать в думе. Вплоть до своего ареста он полагал, что никогда не будет избран президентом, потому что он - еврей. Следовательно, как сообщили источники, он готовился изменить всю политическую систему. "Он откровенно заявлял, что в новой системе станет премьер-министром, - сообщил один источник, который обсуждал этот вопрос с г-ном Ходорковским. - Его команда сошла с ума. Они начали открыто говорить об этом".[...]

В феврале нынешнего года г-н Путин вызвал г-на Ходорковского и других олигархов в Кремль. Вместо того чтобы вести себя почтительно, нефтяной магнат начал читать хозяину лекции. "В стране распространяется коррупция", - заявил президенту г-н Ходорковский. Он с пристрастием начал допрашивать г-на Путина о сделке, в ходе которой принадлежащая государству компания "Роснефть" купила за 600 млн. долл. США менее крупную компанию "Северная Нефть". По мнению нефтяного магната, она не стоила этих денег. Г-н Ходорковский намекнул, что столь высокая цена была уплачена потому, что кто-то на этом незаконно нажился. Г-н Путин отреагировал редкой на публике вспышкой гнева. Он, в свою очередь, задал вопрос, какими путями компании г-на Ходорковского удалось завладеть принадлежавшим государству богатым нефтяным месторождением. В этом вопросе крылась абсолютно прозрачная ссылка на темную приватизационную сделку 1996 года, благодаря которой г-н Ходорковский менее чем за 300 млн. долл. приобрел контрольный пакет акций.

В последовавшие за встречей в Кремле месяцы г-н Ходорковский не уступил своих позиций. Он продолжал давать деньги политическим партиям. По некоторым оценкам, он роздал около 100 млн. долл. США. Больше всех получила партия "Яблоко". [...]

В последующие месяцы г-н Ходорковский начал кампанию в думе против соглашений о разделе продукции в нефтяной отрасли. Г-н Ходорковский доказывал, что такие соглашения в России не нужны. Компании "ЮКОС" они невыгодны. В конечном счете, дума ограничила применение таких соглашений.

Он также пошел наперекор Кремлю, поддержав войну США в Ираке и заключив собственное соглашение с Китаем, обещая построить новый трубопровод, хотя трубопроводы входят в компетенцию государственной компании "Транснефть". [...]

На состоявшейся через месяц пресс-конференции, отвечая на заранее заготовленный вопрос о "революции олигархов", президент заявил, что России "не следует позволять отдельным бизнесменам влиять на политическую жизнь страны в собственных корпоративных интересах". Он напомнил о судьбе г-на Гусинского и г-на Березовского сакраментальной фразой "иных уж нет, а те далече". Это было грозное предупреждение тем, кто готовился попытать счастья с государственным переворотом.

Г-н Ходорковский не внял этому зловещему предостережению, и правительство перешло к жестким мерам. Второго июля прокуроры арестовали по обвинению в мошенничестве одного из его ближайших деловых партнеров, миллиардера и акционера "ЮКОСа" Платона Лебедева. Г-н Ходорковский ответил на это публичной кампанией протеста под лозунгом "Мы - вместе!" Он даже допускал высказывания вроде того, что г-н Путин, возможно, возвратится в "застойное болото тоталитарного прошлого России".

В частном порядке г-н Ходорковский пытался договориться с Кремлем. Наняв в посредники адвоката Александра Добровинского, он предложил прокуратуре компромисс: "Если они выложат на стол свои карты, я готов выложить свои". Но, как сообщил ему г-н Добровинский, в прокуратуре отказались выкладывать карты на стол. Г-н Ходорковский, казалось, стал фаталистом. Он знал, что может уехать из страны и избежать преследования. Но он отказался. Одиннадцатого октября он встретился со своими адвокатами. Он понимал, что его ожидает, и заявил, что готов к этому. Он сказал: "Бывают вещи и похуже, чем заключение в тюрьму". Через 2 недели спецназовцы в масках ворвались в его личный самолет и отволокли его в тюрьму.

***

Западная "крыша"

Оригинал этого материала
© "The New York Times", США, 05.11. 2003, Перевод: "Иносми.Ru", "Осень олигархов? Атака Кремля против Ходорковского заставит олигархов подумать о том, кто будет преемником Путина"

Эндрю Мейер / Andrew Meyer

«Что делать? и Кто виноват?» - таковы два самых зловещих вопроса российской истории. Прошло почти четыре года с того момента, как Владимир Путин вступил в должность президента России, заявив, что стране нужна «диктатура закона». И сегодня россияне задают новый вопрос: «Что нужно сделать с теми, кто виноват?». Конечно, долгое время черный юмор был составной частью российского характера. Но события недавних недель заставили посмотреть на этот вопрос со всей серьезностью. Путин дал на него свой собственный ответ. [...]

Рождение «ЮКОСа» было «темной» историей. В 1995 году Ельцин передал российским олигархам акции ведущих госпредприятий - в нефтегазовой, металлургической и других отраслях - в обмен на финансирование своей кампании по переизбранию на пост президента. На аукционе, который контролировал его собственный банк, Ходорковский купил «ЮКОС» всего за 309 млн. долларов.

У чуть ранее в этом году, после слияния с «Сибнефтью» рыночная стоимость «ЮКОСа» достигла 45 млрд. долларов, и «ЮКОС» превратился в седьмую крупнейшую нефтяную компанию мира. Ходорковский, который вырос в семье фабричных рабочих и провел детство в коммунальной квартире, прошел долгий путь. В 1998 году, когда Россия погрузилась в дефолт, он пережил крах и не выполнил своих долговых обязательств. Спустя год Ходорковский был вовлечен в скандал, связанный с утверждением американских экспертов о том, что через Bank of New York им было отмыто 10 млрд. долларов. Он нанял большой отряд публицистов и адвокатов, лоббистов и бухгалтеров. И вскоре этот человек становится самой яркой звездой России на мировом финансовом небосклоне.

Он научился страстно рассуждать о корпоративном управлении, прозрачности и правах акционеров. У Ходорковского тоже была «крыша» - сохранившийся с советского периода термин, который означает защиту бизнесмена, в данном случае, речь шла о защите от правительства. Однако ошибка Ходорковского состояла в том, что он посмел вообразить, что сможет построить более надежную «крышу», чем кто-либо в России. Речь идет о «западной крыше». Его поиски привели его из Москвы в Хьюстон и Нью-Йорк и, в конечном счете, в Белый дом.

В 2001года «ЮКОС» создает фонд. (Ходорковский назвал его «Открытое общество», по аналогии с Институтом Джорджа Сороса, который имеет то же название.) В руководство своего фонда он включил Генри Киссинджера, лорда Ротшильда и бывшего посла США в СССР. Летом этого года Ходорковский заигрывал с компаниями Exxon Mobil and Chevron Texaco, надеясь продать им большую часть акций «ЮКОСа». Сделка, объем которой мог достигнуть 20 млрд. долларов, могла гарантировать «ЮКОСу» стабильное будущее. Эта сделка могла бы также превратить Россию в один из главных нефтяных источников Запада за пределами Персидского залива.

Вашингтон клюнул на приманку. В сентябре Джордж Буш-старший прибыл в Москву, чтобы выступить на обеде, организованном фондом Carlyle Group, который является одним из самых богатых частных фондов мира. До сих пор идут слухи о подлинной причине, по которой обед был организован. Примечательно то, что Ходорковский, который сидит сейчас в «Матросской тишине», входит в консультативный совет Carlyle Group, членом которого также является бывший госсекретарь Буша-старшего Джеймс Бейкер.

После этого Ходорковский продолжил благотворительное веселье уже в Вашингтоне. Некоторые организации и частные лица, получившие от Ходорковского финансовую помощь, теперь предпочитают помалкивать, но известно, что в числе других щедрые пожертвования от олигарха приняли целый ряд «мозговых центров» США и Библиотека конгресса США. В 2002 году «Национальный книжный фестиваль» - любимый проект Лоры Буш - получил от фонда Ходорковского пожертвование в 100 тысяч долларов. Ходорковский встретился в Вашингтоне с Кондолизой Райс и вице-президентом США Диком Чейни и даже умудрился сфотографироваться с президентом США и первой леди.

Для людей в Кремле, которые долгие годы носили костюмы из ГДР и проводили отпуска в Болгарии, такое поведение Ходорковского показалось невыносимым. Наступило время действовать, подумали силовики. В число силовиков входит большой круг людей старого порядка, хотя к силовикам зачастую причисляют только выходцев из КГБ. На самом деле к силовикам относятся также армейские генералы, представители правоохранительных органов и налоговой полиции. При Ельцине олигархи и представители организованной преступности приватизировали целые подразделения этой категории госслужащих. При Путине силовики признают только одну «крышу». Это - Кремль.[...]

В 1996 году на экономическом совещании в швейцарском курорте Давос олигархи говорили о перемирии. Тогда перед лицом коммунистического реванша они объединились вокруг Ельцина, чтобы гарантировать его переизбрание. Теперь борющиеся за выживание олигархи, ошеломленные и напуганные, уже говорят о необходимости проведения еще одного совещания. Но не для того, чтобы назначить кандидата для участия на выборах президента следующей весной. Олигархи хотят назвать имя того, кто станет преемником Владимира Путина.

***

В основе большинства крупных российских состояний лежит несколько смертей

Оригинал этого материала
© "Financial Times", "Великобритания", origindate::06.11.2003, Перевод "Газета"

Поддержите падающего царя

Кристиа Фрилэнд

Михаил Ходорковский для Financial Times: "Я знаю, как я завершу свою карьеру в бизнесе. Я построю лучшую в России компанию и попытаюсь сделать ее международной". Перевод текста интервью олигарха.

Этой осенью, в один из промозглых дней, я сидела в китчевом русском ресторане в деревенском стиле в Санкт-Петербурге с Михаилом Ходорковским, самым богатым в России человеком, и небольшой группой руководителей его нефтяной компании ЮКОС. Погода за окном портилась. А в зале ресторана после нескольких стопок водки при не очень большом количестве закуски все начали расслабляться.

Когда настало время тостов, вице-президент ЮКОСа Рей Леонард, американский геолог, поднял свой бокал, глубоко вдохнул и произнес тщательно подготовленную речь. 'Я впервые в Санкт-Петербурге с Михаилом Борисовичем, - сказал он. - Я прочитал биографию Петра I. Петр I пригласил в страну иностранцев и был вынужден защищать их от местных жителей. Триста лет спустя изменилось немногое. ЮКОС - это небольшой микрокосм того же процесса, и я горжусь тем, что я его составная часть'.[...]

Бил Браудер, глава инвестиционного фонда Hermitage Capital, который работает в России уже около десяти лет, утверждает: 'Хороший управляемый авторитарный режим лучше, чем олигархический мафиозный режим - а на кону только они и есть'. [...]

Чтобы посмотреть, как живется Ходорковскому в эти интересные времена, я присоединилась к нему на два дня в конце сентября во время его визита в Санкт-Петербург, где он выступил на встрече российских и американских представителей нефтяной индустрии. В ходе своего выступления он призвал к либерализации российской нефтепроводной системы - то есть к тому, чему государство так противится.

Во время обеда, последовавшего за официальной частью, Ходорковский высмотрел за столом руководителя 'Транснефти', государственной компании по транспорту нефти. Широко улыбнувшись, Ходорковский громко спросил: 'Ну как, вам понравилась моя лояльная речь?' Босс 'Транснефти', краснолицый мужчина, еле подавляющий свой гнев, прокричал в ответ: 'Если это была лояльность, то я - троллейбус!' 'А где же ваши фары?' - так же громко прокричал Ходорковский, сложив пальцы кружочком вокруг глаз, изображая фары. Было понятно, что лояльность кремлевской линии стала для него предметом для шуток. Об этих шутках он теперь имеет возможность поразмыслить на досуге в тюремной камере.

Владимир Путин искал конфронтации с олигархами, которые контролируют высоты российской экономики, с того самого момента, как в 2000 году он сменил на посту президента Бориса Ельцина. [...]

Любой и каждый в московском политическом и деловом истэблишменте мог припомнить, по крайней мере, одну беседу с каким-нибудь высокопоставленным представителем ЮКОСа, якобы рассказывавшем о намерении Ходорковского стать премьер-министром.

Самый радикальный вариант предлагает один из двух вытесненных из России олигархов. Он ссылается на собственный рассказ Ходорковского о его встрече с Путиным, которая состоялась этой весной. На встрече Ходорковский предложил президенту внести изменения в российскую конституцию. Россия, сказал он Путину, должна стать парламентской демократией, в которой Ходорковский займет пост премьер-министра, а Путин будет играть престижную, но во многом парадную роль спикера. Когда я попросила Ходорковского прокомментировать эту историю, он отказался сказать что-либо о своих претензиях на пост премьер-министра, однако открыто подтвердил, что поддерживает изменения во власти (законные изменения, подчеркнул он): переход от российского президентства, сходного с царствованием, к системе, похожей на французскую, с более влиятельным и устойчивым премьер-министром.

Вряд ли можно утверждать наверняка, кто, что и кому поведал за высокими красными стенами кремлевской крепости, когда политические амбиции Ходорковского стали более очевидными. Но ясно одно: ЮКОС и Ходорковский попали под сильный огонь, интенсивность которого все возрастает. 2 июля этого года был арестован Платон Лебедев, крупный акционер ЮКОСа. После этого другой крупный акционер ЮКОСа уехал в Израиль, а еще один был обвинен в уклонении от уплаты налогов и находится под подпиской о невыезде. Милиция провела несколько рейдов в помещениях ЮКОСа, его юристов, пиар-компании, работающей на политическую партию, которую поддерживает ЮКОС, и даже в детском доме, финансируемом ЮКОСом.

В четверг Генеральная прокуратура заморозила крупный пакет акций ЮКОСа, вызвав опасения насчет его возможной конфискации. Среди обвинений, предъявляемых акционерам и некоторым сотрудникам ЮКОСа - убийство и покушение на убийство, неуплата налогов и нарушения законов во время приватизации 1994 года.

ЮКОС категорически отрицает все обвинения, и, прежде всего, обвинения в убийстве. 'Я могу сказать с абсолютной уверенностью, что никто в нашей компании не связан с убийствами по контракту и не участвовал в них в прошлом, - заявил Ходорковский в прошлом месяце. - Никаких убийств по контракту не было'. Одно из самых грозных обвинений - это обвинение в убийстве мэра сибирского нефтяного города Нефтеюганск. Мэр выступал против планов расширения деятельности ЮКОСа и был застрелен в день рождения Ходорковского в 1998 году. [...]

Вряд ли нужно напоминать, что формально Ходорковский это обвинение оспорил. Более интересным мне показалось то, что, рассказ Ходорковского в неформальных беседах об ужасе, испытанном им после получения известия об убийстве мэра. [...]

Телефон зазвонил в 8 утра. Это был один из сотрудников ЮКОСа. Застрелен мэр. 'Он жив?' - спрашивает Ходорковский. Ответ потряс его до глубины души: 'Да как он мог выжить?! Из его головы вытек стакан мозгов'. Ходорковский еще раз повторяет последнюю фразу. Картину, возникшую перед глазами, он не забудет никогда. [...]

После первых арестов в начале июля высокопоставленный представитель ЮКОСа рассказал мне, что Ходорковский именно об этом и думал. 'Мы обсуждали план полной односторонней капитуляции, - поведал он мне за ужином в украинском ресторане 'Шинок' в Москве. - Но мы решили, что это будет слишком опасно - наши оппоненты в Кремле сочтут это признаком слабости'. [...]

Ходорковский - обаятельный мужчина с мягкими манерами, спокойным голосом, добрыми карими глазами, очень чистыми руками и склонностью ухмыляться, когда нервничает. Когда я впервые встретилась с ним в середине 1990-х, он немного заикался, но зрелось и успех, похоже, победили этот тик. Он никогда не снимает очки с толстыми стеклами - сегодня это модные очки без оправы - и не так уж часто надевает костюм и галстук.

Встретив его в гостях у своего российского друга, вы запросто примете его за скромного интеллектуала - профессора, вероятно, технических наук, например, математики. Как и многим другим влиятельным людям, ему всегда нравилось притворяться, что им чуточку командует его жена. В 1996 году, беседуя со мной за чаем, Ходорковский пожаловался, что его жена Инна, красивая темноглазая женщина, с которой они вместе учились в университете, изматывает его всяческими диетами и заставляет ходить на концерты классической музыки.

Но, конечно же, Ходорковский - не тихий профессор и не забитый супруг. Он - магнат, достигший процветания в нелегком нефтяном бизнесе.

Не успели мы устроиться в серых кожаных креслах самолета Ту-134, который должен был доставить Ходорковского и его помощников в Санкт-Петербург на нефтяную конференцию, как он с негодованием отбросил газету. 'Он (Путин) опять нарушает конституцию!' - воскликнул Ходорковский.

****

Не успели мы приземлиться и сесть в его черный Mercedes-SUV с тонированными стеклами, как зазвонил мобильный телефон. 'Да!' - с триумфом воскликнул Ходорковский в трубку. Звонили из сибирского города Томск, где только что суд вынес решение в пользу ЮКОСа по одному из сотен расследований, которые правительство обрушило на ЮКОС на разных уровнях. 'Это не будет иметь решающего значения, - признал Ходорковский, - но иногда выигрывать приятно'.

Когда Ходорковский вошел в конференц-зал в Санкт-Петербурге, другой российский нефтяной магнат обратил внимание на его новую более короткую стрижку. 'Готовлюсь к тюрьме', - пошутил Ходорковский с суровой улыбкой на лице. [...]

Он родился в Москве, его отец был инженером. Оба - и мать, и отец - работали на московском инструментальном заводе 'Калибр'. Однако они не принадлежали к партийной элите, да плюс к этому отец Ходорковского был евреем.

Не имея семейных связей, Ходорковский был вынужден пробиваться сам, что он и делал. К 1986 году, к моменту окончания Московского института тонких химических технологий им. Менделеева, он был заместителем секретаря комитета комсомола.

'Ходорковский всегда имел талант к власти, - заметил в прошлом месяце другой российский олигарх. - С таким еврейским именем, как у него, стать заместителем секретаря комитета комсомола было довольно сложно. Если бы в один прекрасный день я заявил родителям, что хочу попробовать это сделать, они решили бы, что я сошел с ума'. [...]

Даже к концу 1990-х, когда быстро приобретенное богатство превратило некоторых олигархов в важничающих напоказ новых русских, Ходорковский по-прежнему был скромен.

После того как в 1998 году пост премьер-министра ненадолго занял 68-летний бывший советский шпион Евгений Примаков, Ходорковский быстро установил с ним хорошие рабочие отношения несмотря на то, что их разделяла пропасть возраста и жизненного опыта. 'Мы были как кошка и динозавр, - рассказывает Ходорковский.[...]

Самое примечательное из моих воспоминаний о Ходорковском того периода - это его замечание во время обеда со мной и несколькими коллегами по перу в 1995 году. Мы спросили его, что значит заниматься бизнесом в стране, которая всего четыре года назад была коммунистической. Его ответ был искренним и удивил нас всех.

Вы должны понять, сказал он, что государство до сих пор играет для бизнеса чрезвычайно важную роль. Насколько важную? Настолько, что, если бы премьер-министр попросил его освободить пост главы собственного частного банка, он сделал бы это незамедлительно. [...]

Пакт о 'займе в обмен на активы' от 1995 года - один из самых постыдных моментов в посткоммунистической России. В обмен на политическую поддержку правительство передало контроль над самыми ценными природными ресурсами горстке бизнесменов, включая Ходорковского, по цене значительно ниже их рыночной стоимости. Передача ресурсов по этой схеме была практически подарком: в результате сделки 'заем в обмен на активы ' и в связанного с ней инвестиционного тендера группа Ходорковского заплатила за контроль над 78% акций ЮКОСа 309 млн долларов. [...]

Когда я спросила Билла Браудера (его фонд Hermitage Capital управляет 1,2 млрд долларов), может ли он сказать хотя бы об одном российском бизнесмене, что тот предельно чист, Браудер широко улыбнулся и произнес одно слово: 'Нет'. Стефен Дженнингс, глава Renaissance Capital, был чуть более многословен.

России нет богатых ангелов, - сказал он мне, когда я заглянула в его московский офис. - Все нарушили множество законов и сделали множество плохих вещей, чтобы получить средства, которые у них сейчас есть. В основе большинства крупных состояний лежит несколько смертей'.

Российский бизнес-мир, вне всякого сомнения, место довольно опасное. Когда самолет ЮКОСа приземлился, стюард принес в одной руке пальто, а в другой - прозрачный пакет с револьверами для телохранителей. Однако все олигархи отрицают, что прибегают к насилию как к приему ведения бизнеса. [...]