Криминал : Хранители очага. Онищенко

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск



"Официально: на дне водохранилища затоплено 43 скотомогильника. Точное их расположение неизвестно

Строительство этого забора профинансировал Борис Немцов. Могильники по соседству — никак не помечены

По официальным данным, в селе Свердлово (бывшая деревня Борки) Конаковского района Тверской области — пять скотомогильников. И только два из них имеют заграждения. Один окружен обычным сетчатым заборчиком без каких-либо опознавательных знаков, второй — бетонным заграждением, на котором написано крупными красными буквами: СИБИРЕЯЗВЕННЫЙ СКОТОМОГИЛЬНИК (его еще называют «саркафагом Немцова» — политик сам профинансировал строительство этого бетонного забора). На остальных заграждениях отсутствуют даже опознавательные знаки и таблички. Истинное число скотомогильников на территории Свердлова, как и в большинстве подобных мест, скрывается еще с советских времен. Где ходить можно, а где нельзя, подсказывают сельские старожилы…

Лет 10—12 назад берег Волги, а точнее, границы санитарно-защитной зоны скотомогильников, постепенно стали застраивать новыми дачными домами. Бурение скважин, копание питьевых колодцев, углубление дна водохранилища… С каждым годом строительство набирало все большие обороты. Коренные жители села и дачники забили тревогу. Ведь любое строительство вблизи скотомогильников может привести к вспышке эпидемии сибирской язвы. Жители писали в прокуратуры всех уровней, начиная от районной и заканчивая генеральной, информировали органы милиции, обращались в местную, областную и даже администрацию президента, теребили Роспотребнадзор. В известность были поставлены ВСЕ заинтересованные органы власти. Однако в ответ приходили лишь отписки.

— Понимаете, мы все время в борьбе. Воюем с государственными инстанциями за наши права. Чиновники наши жалобы как бы не замечают, отвечают на самые безобидные пункты. И так поступает не только прокуратура и различные министерства, но даже судьи. А вся беда в том, что никто не знает, в какой момент случится эта катастрофа, — говорит Сергей Шарапов, один из основателей общественной организации некоммерческого партнерства «Борки».

Организация, в которой сегодня состоят 160 человек, возникла десять лет назад, когда сельские активисты, по их же собственным словам, осознали, что «в районе и области полностью отсутствует реальная власть населения», было решено развивать в селе самоуправление, чтобы самостоятельно защищать свои права. Первым шагом на этом пути стало создание организации «Борки», куда вошли 160 общественников.
Жалобы писали теперь уже от имени этого органа самоуправления. Ничего не изменилось. Первый судебный иск активисты подали против главы администрации Конаковского района Михаила Поповича. Шаг был смелый. Люди требовали признать незаконными его действия о выделении земли 10 га в селе Свердлово вдоль улицы Борки под яхт-клуб, а также признать незаконной сделку по земельному отводу по лодочной станции и расторжении договора аренды 3,5 га земли как несоответствующей закону.

Судебная тяжба затянулась на 2 года. Конаковский суд признал действия главы района незаконными. Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда оставила решение городского суда в силе. Однако Верховный суд усомнился в «законности принятых судебных постановлений» и передал дело в президиум Тверского областного суда — для рассмотрения по существу. Тот, в свою очередь, снова спустил дело на новое рассмотрение в городской суд, который со второй попытки отказал общественникам в их иске.

Фактически все эти годы сельчане выполняли работу прокуратуры — пытались пресечь противоречащее элементарным санитарным нормам застраивание сибиреязвенной территории. Прокуратура же делала вид, что занимается бесконечными проверками бесспорных фактов. Берег Волги тем временем продолжал быстрыми темпами застраиваться. Вопрос о скотомогильниках в разговоре с покупателями участков под элитную застройку местными властями целенаправленно замалчивался.

Жители, напротив, не молчали. Иногда это помогало. Так, хозяин одного из коттеджей захотел обустроить свой берег, пристроив к нему дамбу. О его намерении каким-то образом узнали местные. «Да ты чего, мужик!.. Здесь же сибирская язва!» И он от своих планов отказался. Просто так. Под давлением таких, как Шарапов.

Однажды общественники прочитали в одной из местных газет, что администрация района подарила большой земельный участок под Конаково одному из высокопоставленных сотрудников Управления делами президента. Сергей Шарапов и его коллеги по движению сочли своим долгом довести до чиновника, что на этой самой территории находится сибиреязвенный скотомогильник и жить на нем небезопасно. Активистам удалось поговорить лишь с охранниками управляющего.

— По их реакции, — рассказывает Шарапов, — мы поняли, что их хозяин вообще не в курсе, в каком месте отдыхает… Представляете, даже людям из администрации президента не стесняются выдавать такие участки. Ну обалдеть.

Сам Сергей Шарапов пришел к нам в редакцию с пухлым кожаным портфелем, набитым картами, письмами, графиками, постановлениями, жалобами… Все-таки 10 лет бесконечного писания жалоб и три года судебных тяжб дают о себе знать. «У нас вообще переписки четыре чемодана», — говорит Шарапов, доставая большую карту Тверской области, где перечеркнутыми квадратиками отмечены все имеющиеся на территории области скотомогильники. Шарапов отнюдь не выглядит деревенским сумасшедшим. Все его доводы подкреплены письменными доказательствами и фотографиями. В речи — никакой озлобленности, ненависти к властям.

— Мы пытаемся сдерживать строительство, — продолжает Сергей, показывая на карте план села Свердлово.

Вот Иваньковское водохранилище, вот санитарно-охранная линия, а вот и сами скотомогильники. Карту с точными координатами и точным числом захоронений на территории области общественникам из организации «Борки» достали «друзья, которые работают в государственных учреждениях». Официально в руки обычным людям эта карта попасть не может — только для служебного пользования. Информация на карте совпала с уже имеющейся у сельчан. И предположения общественников подтвердились — в поселке гораздо больше скотомогильников, чем заявляют официальные структуры. По одним данным, на территории района — 157 сибиреязвенных скотомогильников, по другим — более 300, а значит, и в самом селе далеко не 5 захоронений.

На карте отчетливо видно, что некоторые скотомогильники расположены в тех местах, которые жители до недавнего времени считали «своими» — база отдыха, футбольное поле, лес. И, конечно же, на картах видно, что новые дачные дома стоят впритык к границе захоронений. Минимальное расстояние от дома до скотомогильника — 100 метров.

Недавно местные власти все-таки были вынуждены признать проблему официально. В постановлении главы района от 4 июля 2008-го, которым часть акватории Иваньковского водохранилища в черте села «отводится в аренду под строительство яхт-клуба», упомянуто, что участок имеет обременение, а именно находится на «санитарно-защитной зоне сибиреязвенного скотомогильника».

На этот раз экологи и местные жители занервничали не на шутку. Они уверены, что строительство яхт-клуба повлечет за собой неминуемую катастрофу. И это не сгущение красок. На той части акватории, которую своим постановлением и предоставил в аренду под строительство яхт-клуба глава района, находится подводный скотомогильник, причем точное его местоположение неизвестно (официально считается, что на дне водохранилища затоплено 43 скотомогильника и 91 размещен в водоохранной зоне).

Стоит отметить, что на данный момент подводные скотомогильники опасности не представляют — подготовка дна водохранилища в 1936—1937 годах велась крайне тщательно. Опасности они не будут представлять и дальше только при одном условии — захоронения категорически нельзя трогать! В подавляющем большинстве случаев распространение сибирской язвы происходит механическим путем: споры, лежащие десятки и сотни лет в земле, могут ожить лишь в том случае, если их начать беспокоить. А что представляет собой строительство яхт-клуба и лодочной станции? Это прежде всего работы в воде: бурение, разрыв берега, изменение русла, засыпание песком, асфальтирование… В итоге «среда обитания» скотомогильников — температура, влажность, направление течения реки — меняется. Любые манипуляции в такой почве могут привести к самым трагическим последствиям.

Не думайте, что это будет катастрофа в отдельно взятом селе. Две трети всей воды, употребляемой москвичами, поступает из Иваньковского водохранилища. Цитирую общественников: «Если здесь что-то бабахнет и споры попадут в воду, то капец настанет и Москве».

Однако администрация Конаковского района так не считает и даже отрицает сам факт застройки сельской территории. Мы, конечно, пытались поговорить с главой администрации Конаковского района Михаилом Поповичем. Но он очень занят, как сказали нам его помощники. Зато удалось оторвать от дел одного из его заместителей — Веру Гинкус, ведающую в том числе вопросами строительства, архитектуры, регулирования земельных отношений, жилищной политики, жилищно-строительных кооперативов, регистрации прав собственности и управления муниципальным имуществом. Из недолгого разговора с ней сложилось впечатление, что в поселке Свердлово все в порядке и вообще не стоит лезть не в свое дело.

— Да, скотомогильники есть. А что с ними случилось? Их что, вскрыли? — взволнованно спросила она.

— Нет, слава богу, пока ничего не случилось. Обеспокоенность жителей села вызывает тот факт, что в непосредственной близости от этих скотомогильников строятся коттеджи…

— На каком расстоянии? — голос Веры Гинкус меняется на командный. — Ничего там не застраивается!

— Самое маленькое расстояние — 100 метров…

— Извините, у меня внутренний звонит… гудки.

Спокойствие районной администрации объяснимо. Если не дай бог начнется эпидемия, ответственности она не понесет. В первую очередь заведут уголовное дело в отношении сотрудников Управления государственной ветеринарной инспекции, поставивших свою печать и тем самым разрешивших строительство на таких объектах. Представьте, к молодому специалисту приходит начальство и просит подписать некоторые бумажки. Отказаться — значит потерять работу. А какую работу с ветеринарным образованием он или она найдет в области и уж тем более в районе? Вот и приходится малодушничать. И администрация спокойна: накажут тех, чья подпись стоит на бумагах, а не тех, кто обязал поставить эту подпись.

И еще. Очевидно, информацию о наличии скотомогильников скрывают еще и потому, что вряд ли кто-то захочет купить себе кусок земли за приличные деньги на берегу рядом со скотомогильником. Но вот что поразительно: когда общественники приходят в местную администрацию и напрямую задают вопрос, почему она закрывает глаза на это строительство и даже способствует ему, реакция чиновников невозмутима: «Что за ерунда?» Это, правда, все говорится устно, официальных писем о том, что строить на сибиреязвенных территориях нельзя, общественникам не выдают. Также поражает спокойствие специальных служб: СЭС и упомянутой выше государственной ветеринарной инспекции.

— Когда мы начинаем говорить с представителями этих ведомств о скотомогильниках, — говорит Шарапов, — нам сразу отвечают, что такой проблемы нет. А когда мы спрашиваем о действиях при заражении сибирской язвой и что нам делать, если, не дай бог, кто-то заболеет, они умолкают…

В общем, все просто, общественники врут, журналисты лезут не в свое дело, а коттеджные дома продолжают вырастать сами по себе.

25 километров берега Волги до Конакова уже застроено. Незастроенным остался лишь кусок земли в 20 гектаров в 100 метрах от берега. Опять же благодаря усилиям сельчан. Дело в том, что этот участок земли (который виден на снимке с космического спутника), является последним свободным выходом к реке для местного населения. Удивительно, но на протяжении десятков километров в этом районе попасть на берег Волги невозможно, настолько плотна застройка дачами дворцового типа. Жители пользуются последней полоской свободного берега длиной всего 450 метров.

По выходным общественники из организации «Борки» на моторках объезжают берег Волги и фотографируют отдыхающих москвичей, расположившихся в непосредственной близости от скотомогильников. Кадры весьма интересные: обнесенный забором сибиреязвенный скотомогильник, а рядом коврики, люди загорают, разводят костры… Картину довершают экскаваторы, которые роют котлованы под особняки, разгружают привезенный на самосвалах песок из окрестностей. С этих песочных «гор», как с трамплина, дети прыгают в воду… Песок затем пускают на строительные нужды, даже не догадываясь о том, что он, возможно, взят с одного из скотомогильников. К слову сказать, по закону, в водоохранной зоне ближе, чем в 500 метрах от берега даже сарай построить нельзя. Соответственно, налицо прямое нарушение Водного кодекса.

Итак, на сегодняшний день:

— отсутствует подлинная информация о количестве и местонахождении скотомогильников;

— жителям села до сих пор официально не представляют четкой карты размещения этих скотомогильников и данных об их количестве. Активисты по-прежнему достают их из своих источников (информации этой нет даже в силовых структурах и МЧС, обладает ими лишь ФГУП «Канал им. Москвы»);

— государственные органы и органы местного самоуправления Конаковского района и Тверской области продолжают вводить в заблуждение местное население заявлениями о безопасности подобных объектов. Продажа этих участков под строительство не остановлена;

— до сих пор неизвестно, кто дает право районной администрации отдавать под застройку земли рядом с сибиреязвенной территорией. Жителям села вышестоящие инстанции на этот счет отвечают так: «У нас нет запрашиваемой вами информации».

Итог: все очевиднее угроза попадания спор сибирской язвы в воду Иваньковского водохранилища, что повлечет за собой последующую вспышку сибирской язвы в границах Волго-Окского бассейна и, следовательно, в Москве.

Справка «Новой»

По официальным данным, образование скотомогильников в Тверской области охватывает два периода. Часть скотомогильников — XIX века, часть — 1936—1937 годов, когда строилось Иваньковское водохранилище. Возможно, эпидемия 30-х годов вспыхнула из-за того, что при строительстве водохранилища разрывали берега и тем самым повредили старые захоронения.

В 50—70-е годы информация по скотомогильникам у местных органов власти изымалась, некоторые документы уничтожались — чтобы никто из населения не знал, где находятся скотомогильники.

Эксперты из СЭС и эпидемслужб говорят, что споры сибирской язвы могут жить под землей более 300 лет.

До революции «царские» санитарные нормы запрещали приближаться к зараженным скотомогильникам на 300 метров. Сегодняшние санитарные нормы определяются километровой зоной. Но, как видно на примере села Свердлова, эта норма игнорируется.
Сибирская язва — это острое инфекционное заболевание, которым болеют все животные, но в основном травоядные, как дикие, так и домашние. В организм животного болезнетворные возбудители попадают чаще всего в жаркую погоду с пылью, а также при укусах насекомых. Споры сибирской язвы остаются жизнеспособны примерно 300 лет.
Заражение может произойти через выделения и шкуры больных животных, их внутренние органы, мясные и другие пищевые продукты, почву, воду, воздух, предметы внешней среды, обсемененные сибиреязвенными спорами. Споры сибирской язвы относятся к категории бактериологического оружия массового поражения.

Тем временем

Главный государственный санитарный врач России Геннадий Онищенко в июне 2008 года вынес постановление «О мерах совершенствования мероприятий по профилактике сибирской язвы в РФ»:

«<…> эпидемиологическая обстановка по сибирской язве на территории Российской Федерации продолжает оставаться нестабильной. На протяжении последних пяти лет в Российской Федерации зарегистрировано 43 случая заболеваний людей сибирской язвой <…> из них три случая с летальным исходом <…>.
В Российской Федерации насчитывается около 35 тысяч стационарно неблагополучных по сибирской язве пунктов с почвенными очагами, в которых учтено 7940 сибиреязвенных скотомогильников, в том числе в Приволжском федеральном округе — 2534, Центральном федеральном округе — 2206, Южном федеральном округе — 2038.
Несмотря на такое положение, на многих территориях до настоящего времени не налажен должный учет и контроль за санитарным состоянием сибиреязвенных скотомогильников. <…>
Регистрируются случаи заболевания людей сибирской язвой, когда источник заражения остается не установленным. <…>

Серьезным упущением в работе при проведении эпизоотолого-эпидемиологического расследования групповых случаев заболеваний людей сибирской язвой является отсутствие должного сотрудничества между территориальными органами Роспотребнадзора и ветеринарными службами субъектов РФ».

В постановлении главам администраций субъектов РФ Онищенко среди прочего рекомендует:
«Провести учет всех сибиреязвенных скотомогильников и мест захоронения трупов сибиреязвенных животных с использованием топографических способов обозначения их на местности, в том числе с определением географических координат, и определить хозяйственную принадлежность (балансодержателя) этих сибиреязвенных скотомогильников и биометрических ям».

P.S. Кстати, на карте села Свердлово, той, что попала в руки общественников, четко видно, что практически все выделяемые участки под строительства лодочной станции и яхт-клуба находятся в федеральной собственности. Интересно, с каких пор глава администрации Конаковского района получил полномочия по продаже государственных земель?

P.P.S. Как ожидается, 21 августа городской Конаковский суд отменит временное постановление прокуратуры о приостановлении строительства на территории Свердлова. Решив еще раз вопрос не в пользу селян, суд таким образом даст зеленый свет на строительство яхт-клуба и тем самым сделает ситуацию в селе взрывоопасной."