Кто может спасти «Мостовик»

Материал из CompromatWiki
Версия от 08:35, 26 декабря 2014; Links94 (обсуждение | вклад)$7

(разн.) ← Предыдущая | Подтверждённая версия (разн.) | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск
Приморский океанариум

За несколько месяцев из крупнейшей в стране строительной компании «Мостовик» превратился в банкрота. Спасение компании теперь зависит от ее кредиторов, в первую очередь Сбербанка


Еще год назад омское НПО «Мостовик» было в числе крупнейших дорожных подрядчиков в России: по размеру выручки оно входило в тройку лидеров с показателем 45 млрд руб. (2013 г.). Компания, построившая большинство олимпийских объектов, сдала позиции буквально за несколько месяцев. В апреле «Мостовик» инициировал собственное банкротство, а в конце ноября создатель компании, ее крупнейший совладелец (44,63%) и гендиректор Олег Шишов был арестован.


Сейчас основной кредитор «Мостовика» — Сбербанк, которому компания задолжала порядка 30 млрд руб. (с гарантиями), вместе с остальными банками-кредиторами пытается придумать, как спасти компанию, только благодаря этому она пока держится на плаву. Шишов же вряд ли удержит контроль над «Мостовиком». Сбербанк уже забрал за долги 19,99% «Мостовика». А 13 ноября он потребовал через суд взыскать доли 11 учредителей (75,71%). Как получилось, что один из крупнейших в стране подрядчиков почти прекратил деятельность за такое короткое время?


Цена одной встречи


Тринадцатого ноября Шишов планировал полететь во Владивосток. В этот день президент России Владимир Путин собирался осматривать Приморский океанариум, который строит «Мостовик». Поездка была очень важна для Шишова. Ведь инициатива создать океанариум на острове Русский принадлежала именно Путину: в 2005 г. он лично утвердил проект и выбрал эскиз — главное здание в виде гигантской ракушки. Комплекс должен стать одним из крупнейших объектов в мире, подобных тем, которые уже построены. Его площадь превысит 30 000 кв. м, аквариум вместит 24 000 т воды, в нем смогут разместиться 15 000-18 000 особей, 500-600 видов живых организмов.

Но вот незадача — океанариум до сих пор не построен. Сначала его хотели сдать к саммиту АТЭС-2012. Но строительство началось только в 2010 г. Специально под проект создали ФГУП «Дирекция по строительству в Дальневосточном федеральном округе» управления дел президента, а куратором стала администрация президента России. Но к АТЭС завершить стройку не успели, дату открытия перенесли сначала на конец 2013 г., потом на сентябрь 2014 г.

При посещении недостроя Путин был хмур. «Ему часто приходится осматривать строящиеся объекты. Но никогда еще я не видел за этим занятием Владимира Путина таким мрачным, как вчера. Он как-то недобро обходил помещение за помещением, не кивая, слушал пояснения, спрашивал, когда должны были сдать», — писал в репортаже газеты «Коммерсантъ» Андрей Колесников.

Шишов тщательно готовился к приезду президента, и даже написал доклад, в котором скрупулезно описал, почему океанариум до сих пор не построен. На момент начала работ на объекте (март 2010 г.) и подписания договора подряда у заказчика полностью отсутствовала проектно-сметная документация, говорится в докладе. Госэкспертиза на проект была получена только в июле 2014 г. Заказчик постоянно менял пожелания. В итоге «Мостовик» был вынужден многим иностранным подрядчикам выплачивать суммы, превышающие те, что компенсировал заказчик. Кроме того, заказчик номинировал субподрядчиков, которые, получив авансы, ушли с объекта. Наконец, с мая 2012 г. «Мостовик» вынужден был оплачивать содержание животных и рыб в еще не открытом океанариуме (более 50 млн руб.).

Заключительная стоимость океанариума не утверждена до сих пор. «Мостовик» предлагает установить твердую договорную цену, утвердить смету на строительство, пересчитать и оформить новыми формами стоимость всех принятых ранее работ; определить остаток «не закрытого аванса» и остаток лимита направить на завершение работ.

Но оправдаться не удалось. 12 ноября Шишов был помещен под домашний арест: Следственное управление СК РФ по Омской области предъявило ему обвинение в мошенничестве, уклонении от уплаты налогов и невыплате зарплаты.

А 21 ноября Басманный суд Москвы арестовал Шишова по подозрению в мошенничестве в особо крупном размере при строительстве океанариума. Вместе с ним в сизо отправился и директор ФГУП «Дирекция по строительству в Дальневосточном федеральном округе» Андрей Поплавский. Им предъявлено обвинение в хищении 1,892 млрд руб. при строительстве океанариума. Эти деньги были перечислены подрядчикам, которые заведомо не могли выполнить работы, считает следствие.

Налицо прямая связь между ужесточением обвинения Шишову и посещением океанариума Путиным, во время которого решался вопрос, «кто виноват, и что делать», говорит близкий к следствию человек. Из-за проблем «Мостовика» уже пострадал Сбербанк — он был вынужден распечатать банковскую гарантию в размере 2,9 млрд. руб. По словам представителя СКР, в деле могут появиться и другие обвиняемые.

Из кандидатов наук в бизнесмены

Основа «Мостовика» была заложена еще в 1982 г. — тогда на кафедре «Мосты» Сибирского автомобильно-дорожного института (СИБАДИ) было создано студенческое конструкторское бюро (СКБ), получившее одноименное название. В 1983 г. его возглавил 28-летний кандидат наук Олег Шишов. Он вместе с группой студентов спроектировал и построил экспериментальную конструкцию сталежелезобетонного моста через реку Оша в Омской области. С 1983 по 1989 г. СКБ спроектировало более 30 мостов, 22 из которых построили собственными силами.

В 1988 г. Шишов зарегистрировал кооператив. Его команда начинала со строительства небольших мостов на территории всей области, вспоминает жена Шишова Тамара. Первым серьезным проектом она называет строительство 700-метрового моста через реку Иртыш на севере Омской области — это было в 1990 г. Другой крупный проект — Октябрьский мост в Омске через реку Омь. Из-за высоких берегов компании пришлось поднять мост почти на 5 м, мост протяженностью 800 м был построен в рекордно короткие сроки — за два года. Зарплаты были ничтожные, никто не платил авансы, за этот мост город расплачивался еще пять лет, но ребята брались за любые заказы — им интересно было учиться, нарабатывать опыт, рассказывает Тамара Шишова.

Компания быстро росла: если в 2000 г. ее выручка составляла 186 млн руб., то в 2013 г. — уже 36 млрд руб. (см. график). Но проекты, благодаря которым «Мостовик» стал одним из лидеров рынка, в результате привели его к краху.

В 2007 г. компания выиграла тендер на проектирование вантового моста Владивосток — остров Русский за 643 млн руб. Генподрядчиком стал «УСК мост», а «Мостовик» — субподрядчиком. Вантовый мост называют одним из сложнейших мостовых сооружений, объект был сдан в срок — к АТЭС. Мост стоил бюджету 32 млрд руб., но подрядчики потеряли на проекте 3 млрд руб. Эту сумму можно было переварить, подкосили сочинские объекты, комментирует сотрудник одного из банков — кредиторов компании.

В 2008 г. НПО «Мостовик» предложило концепцию развития транспортной инфраструктуры Сочи. В том же году оно выиграло несколько дорожных тендеров. А в 2009 г. «Мостовик» выбрали подрядчиком двух основных объектов Олимпиады — Большой ледовой арены на 12 000 мест и санно-бобслейной трассы. Дальше — больше: вокзал в Адлере, транспортные развязки, путепроводы в Сочи — всего 30 объектов. Сумма всех генподрядов «Мостовика» только в Сочи оценивалась в 70 млрд руб., говорит источник в федеральном правительстве. Но ни один из них прибыли ему не принес. Почему?

Подрядчики в Сочи подписывались под объектами, которые не имели проектно-сметной документации. Выиграв право на проектирование и строительство санно-бобслейной трассы стоимостью 3 млрд руб., Шишов потом столкнулся с множеством сложностей. Санно-бобслейная трасса расположена в лавиноопасном месте. Нужно было построить огромное количество глубоких подпорных стенок. Пришлось использовать технологию наморозки бетона при помощи аммиака, которую Ростехнадзор не хотел одобрять. Шишов надеялся, что раз стройка государственной важности, то затраты ему возместят, рассказывает близкий к нему человек. Он пытался согласовать увеличение сметы до 12 млрд руб. Чиновники согласились лишь на 7 млрд руб.

Строительство олимпийских объектов принесло «Мостовику» убытки на сумму свыше 10 млрд руб., сообщается в ответе пресс-службы Сбербанка «Ведомостям». Шишову неоднократно говорили: не платят — останови стройку, отмечает федеральный чиновник. По Гражданскому кодексу он имел на это полное право. Но Шишов продолжал копить долги. «Он не рассчитывал получить большие прибыли в Сочи, он был очень увлечен проектами — мог часами обсуждать детали, — рассказывает Тамара Шишова. — Это были стройки государственной важности, и он это понимал — ведь они справились, построили все объекты в срок и качественно. Но финансировались объекты плохо: чтобы сдавать работы в срок, приходилось брать кредиты и т. д. Сочинские проекты просто убили компанию — проектной документации не было, а цены везде стояли твердые».

«А какой у него был выбор? Либо сесть в тюрьму, либо достраивать из других средств», — комментирует сотрудник другого банка — кредитора компании.

Разрывы в финансировании Шишов закрывал кредитами. Банки охотно кредитовали Олимпиаду. Несмотря на существенное удорожание строительства объектов, особенно санно-бобслейной трассы, компания продолжала их строить, финансируя работы за счет других проектов — «из общего котла», говорится в ответе пресс-службы Сбербанка: «При этом все дополнительные затраты показывались как незавершенное строительство, и формально у компании была приемлемая структура баланса».

Огромные убытки подрядчик показал только по итогам первого полугодия 2014 г. — порядка 35 млрд руб. «На сегодня долг “Мостовика” только перед банками составляет более 45 млрд руб., а общие требования в реестре кредиторов — более 65 млрд руб., — сообщает пресс-служба Сбербанка. — Кроме того, есть не заявленные в реестр кредиторов долги и еще порядка 13 млрд руб. — нераскрытые банковские гарантии».

Проекты в Сочи не могли стать причиной краха компании, уверен федеральный чиновник. Причина в другом: когда компания развивается такими стремительными темпами, она теряет управление. «А Шишов славился тем, что подписывал контракты, если даже со многими позициями был не согласен, потому что нужно было побыстрее добежать до денег», — продолжает он.

Проблема не только в этом, считают кредиторы. В компании не было жесткого проектного финансирования, все деньги попадали в общий котел, а компания сама решала, на какие объекты направить средства, полагает один из них. Источник в правительстве говорит, что часть денег на океанариум была направлена на сочинские объекты. Заместитель гендиректора «Мостовика» Юрий Грачев не исключает этого: у компании все деньги на одном расчетном счете.

«Компания начала строить олимпийские объекты без достаточного количества проектной документации, — говорит он. — Уже в процессе строительства приходилось дорабатывать проекты, иногда это вело к увеличению стоимости. Ведь кто будет в ответе, если случится трагедия из-за ошибок строительства? Конечно, компания-застройщик».

Финансирование строительства устроено таким образом, что сначала приходится строить за свои или заемные деньги. «Потом получаешь расчет, закрываешь им кредиты. Как пример — объездная дорога в Омске “Западный обход”: договор мы подписали в январе, а строительные работы оплачивать начали только в августе. А с января по август мы должны были строить за свои деньги.

Когда Олимпиада завершилась, оплачивать работы внезапно перестали, следовательно, начались просрочки, включились штрафные санкции, и все стало нарастать как снежный ком, — продолжает Грачев. — В итоге по требованию кредиторов суды наложили арест на счета и компания не смогла завершить те объекты, которые были в работе. Это, кстати, было одной из причин задержки строительства Приморского океанариума. Мы элементарно не могли отправлять людей туда работать — не было денег даже на чартеры».


3699519 pic.png


«Проблема с “Мостовиком” во многом носит системный и даже законодательный характер, — соглашается пресс-служба Сбербанка. — Организация конкурсов на заключение государственных строительных контрактов требует оптимизации и реформирования. Они, как правило, проводятся без качественно разработанной проектно-сметной документации, без фиксированных цен, без четкого механизма по изменению этих цен». Такая система порождает высокие риски для генподрядчика и банков, «которые зачастую трудно оценить». Поэтому Сбербанк решил впредь не «финансировать или гарантировать исполнение строительных контрактов, где отсутствует полный комплект проектно-сметной и разрешительной документации».

Такая система приводит к кратному росту стоимости объектов. Но госзаказчик редко компенсирует эти затраты, требуя исполнить контракт по твердой договорной цене. Это стало причиной банкротства другого крупного подрядчика — «Инжтрансстроя», принадлежавшего бывшему министру строительства России Олегу Басину. «Место под олимпийские объекты [в Имеретинской низменности] выбрано неудачно: сплошное болото глубиной до 40 м, получаются дорогостоящие фундаменты, коммуникации, — рассказывал Басин “Ведомостям”. — И в горах тоже несладко.

Казалось бы, гранит, твердые грунты, а там сплошные оползни. Приходится закладывать в проектах подпорные стенки, мощные буронабивные сваи, анкеры, нагели. Все это ведет к удорожанию». Кроме того, заказчики меняли проекты: часто начинаешь один объект, а заканчиваешь другой, объяснял он. На автомобильной дороге от Красной Поляны к горной олимпийской деревне появилось два тоннеля, не предусмотренных ранее.

Кто спасет «Мостовик»

Весной Сбербанк подал в Кировский районный суд Омска иск о взыскании 18,9 млрд руб. с «Мостовика» и поручителей по кредиту — Шишова и двух топ-менеджеров компании. Банк разрабатывает мероприятия по реструктуризации задолженности, направленные на поддержание и сохранение финансовой устойчивости компании, сообщала пресс-служба банка. Президент Сбербанка Герман Греф даже лоббировал назначение «Мостовика» генподрядчиком строительства Керченского моста. В мае Сбербанк забрал 20% «Мостовика», в июне Арбитражный суд Омской области ввел процедуру наблюдения за финансово-хозяйственной деятельностью НПО «Мостовик»; временным управляющим была назначена Анна Нехина. Срок процедуры наблюдения в «Мостовике» истекает 25 декабря. Нехина через представителя отказалась от комментариев. 23 декабря будет собрание учредителей — выберут нового руководителя.

Арест Шишова может пагубно отразиться на будущем «Мостовика». «Сейчас в компании хаос и шатания. Без этой личности предприятие не сможет работать», — считает близкий к компании человек.

«Сегодня сложилась такая ситуация, что часто требуется оперативное решение ситуации, а при отсутствии генерального директора и при внешнем управлении эти процессы затягиваются, — говорит Грачев. — У нас нет средств, чтобы закупить материалы, полностью заплатить зарплаты и т. д. Как мне кажется, можно было определить необходимые суммы по нескольким проектам, чтобы мы могли бы активно работать». Среди больших заказов у компании пока остается строительство метро в Омске (12-15 млрд руб.), гидроузел там же (8,5 млрд руб.), несколько московских контрактов.

«Те небольшие деньги, которые сейчас поступают, мы направляем на зарплаты, налоги. Многие заказчики готовы продлить сотрудничество с нами, если будут деньги. Все понимают, что мы качественно строим, — продолжает Грачев. — Нужно провести серьезную реструктуризацию долгов на 8-9 лет. Лизинговые компании ждут, когда мы возобновим работу, чтобы вернуть технику». По его словам, если собрание кредиторов подпишет мировую и согласится реструктурировать долги, «Мостовик» сможет достаточно быстро нарастить обороты и продолжить деятельность в прежних объемах. Сейчас, по его словам, на предприятии 9500 сотрудников, работает завод металлоконструкций, несколько СМУ.

Грачев добавляет, что Сбербанк 2,5 месяца проводил глубокий анализ всей компании. Они искали пути выхода из кризиса и не оставляют попыток запустить работу «Мостовика» в прежнем, докризисном режиме.

«Сбербанк сейчас ищет стратегического инвестора, который бы смог взять на себя не просто управление компанией, но обеспечил бы ее финансовое оздоровление, в том числе помогая получить новые контракты, новые заемные средства, — сообщила пресс-служба Сбербанка. — Любой бизнес — это как езда на велосипеде: если останавливаешься, то сразу падаешь. Для подрядного бизнеса это актуально вдвойне, так как у таких компаний очень мала доля материальных активов, их основной капитал — это люди, которые должны проектировать и строить». Переговоры с потенциальными инвесторами ведутся, но их имена пресс-служба Сбербанка не раскрывает.

Кроме того, госбанк ищет и антикризисного менеджера для «Мостовика». Претенденты уже есть. Совместно со вторым крупнейшим кредитором компании — Альфа-банком Сбербанк участвует в согласовании кандидатуры. «При наличии инвестора и адекватно выстроенной системы управления проектами в компании банки были бы готовы рассмотреть возможность реструктуризации долгов «Мостовика», — сообщила пресс-служба Сбербанка.

«Нужен внешний управленец, которому доверяют все кредиторы. Пока такого нет», — говорит источник в одном из банков-кредиторов.

Скорее всего, компания будет обанкрочена, скептичен один из федеральных чиновников: «Санировать “Мостовик” при нынешнем уровне заказов и долгов не имеет смысла». «Мостовику», чтобы обслуживать долг, нужно иметь контрактов как минимум на такую же сумму, объясняет он.

«Шишов не вор. Он просто ошибся как менеджер. Расчет, что в Сочи можно заработать, не оправдался», — продолжает чиновник. Близкий к компании источник говорит, что Шишов никогда не шиковал, а все заработанные деньги пускал на развитие компании. По его словам, он с января отказался от своей зарплаты и отпускных. «Единственное, за что я бьюсь во все двери, — изменить меру пресечения, — говорит Тамара Шишова. — Никакой он не вор, за 30 лет работы никогда не мошенничал и не крал. Нам нужна объективная экспертиза. Но пока она проводится, он может просто погибнуть. У него сахарный диабет, за несколько лет интенсивных строек у него обострилась гипертония».

Ссылки

Источник публикации