Кучмагейт. Два года спустя

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Кучмагейт. Два года спустя

Оригинал этого материала
© "Украинская правда", origindate::28.11.2002

Мельниченко: "Уже никто не может гарантировать Кучме спокойную старость"

Converted 13814.jpg

Мороз и Мельниченко

Утро 28 ноября 2000 года. На парламентскую трибуну выходит Александр Мороз и через несколько минут страна узнает, что к исчезновению Георгия Гонгадзе причастен президент.

Еще через пару часов в переполненном журналистами помещении Мороз демонстрирует [page_10406.htm кассету, на которой, едва слышно, между матами, Кучма несколько раз произносит "Гонгадзе", "чеченцы", "абарзел", "всяка срань".]

Сейчас некоторые из президентских высказываний стали общеупотребимыми, а тогда это вызвало шок. Все узнали голос гаранта.

До 28 ноября руководство милиции и прокуратуры имитировали упорные поиски Гонгадзе, хотя уже знали, кого нашли в Тараще. После этого они перестали беспокоиться о своем лице. Они не гнушались ничем для защиты президента. Интересно зачем? Для защиты своей должности? Ради своих детей?

Сейчас, два года спустя многое видится иначе, и мы решили посмотреть на ситуацию глазами главных участников событий 28 ноября – майора Николая Мельниченко и лидера Соцпартии Александра Мороза.

Мельниченко

- Прошло два года с начала так называемого кассетного скандала. Как вы оцениваете это время – в вашей собственной жизни и в жизни страны, которую вы вынуждены были покинуть? 

Мир изменился, страна изменилась, я изменился. Я понимал раньше и понимаю сейчас, что зло в Украине не исчезнет вместе с Кучмой. И сегодня мы видим, что зло в Украине является системным, оно глубоко пустило корни в обществе. Чтобы вырвать его из нашей святой украинской земли, нужны усилия всех нас – украинцев - так как на протяжении последних лет там выросло много сорняков.

К сожалению, тогда, 2 года назад, среди политической элиты было мало людей, готовых голыми руками выпалывать до конца сорняки коррупции. Кое-кто из них считал эти сорняки розами, пока эти "розы" их же не искололи. Вторые же с самого начала видели эти сорняки, но боялись за свои нежные руки. Поэтому они старались договориться с сорняками о мирном сосуществовании. Но Кучма был не глуп! Он использовал их попытки договориться для того, чтобы разъединить их и выиграть время, чтобы найти способ гарантировать себе спокойную старость.

На сегодняшний день юридическая ситуация для Кучмы стала гораздо хуже – в Украине уже возбуждено уголовное дело против него, а в США готовится судебный иск Ельяшкевича. Поэтому ни практически, ни теоретически - никто гарантировать Кучме спокойную старость уже не может.

- Собираетесь ли вы после отставки Кучмы и изменения властной команды обнародовать все пленки, которые у вас есть?

Я считаю, что записи должны использоваться в первую очередь для расследований и судебных процессов, а также частично для изучения учеными некоторых аспектов новейшей истории Украины. Такое решение должно приниматься коллегиально. На сегодня это – комиссия Верховной Рады Украины, которую возглавляет Григорий Омельченко.

- После отставки правительства Кинаха в Украине меняется властная элита. Что интересного у вас есть на Януковича? Азарова? Табачника? Гайдука? 

Интересное есть. Вопрос в другом – кто и как эту информацию будет использовать. Раньше появилась информация, которая свидетельствует о преступлениях, совершенных Януковичем и Азаровым. Что мы имеем сейчас? Один – премьер-министр Украины, второй – вице-премьер. Поэтому нужно сконцентрировать наши усилия на качественном использовании информации, а именно – на начале юридических процессов.

- Недавно Григорий Омельченко заявлял, что у вас есть записи, на которых говорится о продаже установок "Град" Ирану. О чем идет речь? Есть ли какие-то эпизоды, где говорится о нелегальной продаже оружия? 

Эпизоды есть. Продолжается расследование на международном уровне. Именно поэтому комиссия ВР приняла решение эти факты не разглашать.

- У кого сейчас находятся все ваши записи и записывающее устройство?

Все записи находятся под моим контролем. Копия части записей должна быть в распоряжении комиссии Верховной Рады Украины. Некоторые оригиналы записей разговоров по незаконной продаже оружия мафией странам-изгоям, а также записывающее устройство я передал на экспертизу в министерство юстиции США.

Вопросы были направлены Николаю по электронной почте. Точно так же мы получили и ответы, но в виде отсканированных картинок. Возможно, передача мейлом была многоступенчатой.

Кстати, майор оставил без ответов еще четыре вопроса – только частично ответив на них в своем письме. Мы просили ответить Николая еще на такие вопросы: "Каких ошибок, допущенных вами за это время, вы постарались бы избежать, если бы имели возможность начать все с начала?

Раньше вы заявляли, что будете подавать иск против Кучмы в США. На какой стадии эти вопросы, о чем может говориться в иске?

Чем вы сейчас занимаетесь в США? Как ваша семья? Как ваши родственники в Украине?

Почему Николай не стал отвечать на эти вопросы, пока неизвестно, возможно у него просто не хватило времени

Мороз

- Какими вы видите главные последствия вашего поступка сейчас, в годовщину кассетного скандала?

- Главным следствием является то, что стало другим общество. Если раньше люди подозревали власть, президента в неискренности его действий, заявлений, то теперь они имеют подтверждение, что их подозрения были справедливыми. И соответственно люди начинают действовать.

Я не буду говорить об отставке одиозных фигур - это все антураж. За эти два года удалось привлечь внимание к этой проблеме не только нашего общества, но и международного сообщества. Реакция на действия оппозиции со стороны руководителей, политических кругов зарубежья свидетельствует, что лукавство, лицемерие не воспринимается и там. Что потребность в демократизации жизни - это реальность, которая беспокоит и международное сообщество.

За этот период в Украине удалось сформировать оппозицию, разную по идеологической ориентации, но способную бороться, по крайней мере, ради изменения системы власти, при которой нельзя было бы власть узурпировать. И то, что в конце концов в Верховную Раду пришло решение Конституционного суда по поводу проектов законов изменений в Конституцию. И то, что президент был вынужден говорить о необходимости политической реформы в Украине - это все следствие действий оппозиции. И источником этого стала информация, которая стала общеизвестна 28 ноября 2000 года.

У меня есть основания говорить, что общество сегодня другое. И выборы 2002 года, голосование по партийным спискам продемонстрировало, что борьба оппозиции за правду в Украине не прошла напрасно. Люди знают, что надо делать, как голосовать, и их не сбивают с толку зависимые средства массовой информации.

В конце концов, преобразования происходят не одномоментно. Процесс идет широкий, планомерный, все больше охватывает людей. И он обязательно завершится демократизацией жизни в Украине.

- Если оглянутся на два года назад, какие ошибки, допущенные вами, вы бы учли, если бы имели возможность начать все с начала? 

- Мой шаг был оптимальный. Я ошибок не делал, я просто не мог успеть того, что нужно было сделать.

- Например...

- Например, надо было до 28 ноября подготовить распечатки разговора и раздать его депутатам. С другой стороны, надо было гарантировать максимум конфиденциальности, чтобы не подставлять людей, в том числе Николая Мельниченко, так как иначе это закончилось бы трагически для них.

- А за другой период? Когда появлялись пленки на разную тематику...

- Я не имею никакого отношения к тому, как появляются пленки на разную тематику. И потому не хочу это комментировать. Здесь есть самостоятельные субъекты политической жизни. Один из них - Николай Мельниченко. Другой - комиссия Верховной Рады. Есть прокуратура, которая забрасывает какую-то чушь, которую Николай Мельниченко или комиссия вынуждены комментировать. Есть президент, который свои 20 копеек вставляет в проблему. Ведь можно было локализовать все, что связано с "Кольчугами". Но он боится личной ответственности за преступления, которые не являются тайной для большинства людей.

Это еще одно подтверждение, что надо менять систему власти. Так как если президент хочет избежать ответственности за то, что стало общеизвестным, то это является основанием для беспокойства парламента.

- Пропрезидентские силы заявляют: президент мог говорить такое в адрес Георгия Гонгадзе, но использовали это те, кто хотел причинить вред Кучме. Была ли у вас мысль, что, возможно, так оно и было? 

- Почему у меня должна быть такая мысль, когда у нас есть колоссальный аппарат, следователи, которые то одну лживую версию подбрасывают, то другую, что в совокупности еще раз подтверждает - все это правда, (Кучма) причастен лично, прокурор через день знал о том, что делалось, милиция старалась выкрутиться.

Колоссальный репрессивный аппарат есть. Где в мире еще такое есть, чтобы два года убитого человека не похоронили, пытаясь лгать. Это что, я бомжей и Циклопа находил, я что ли приносил "поздравление с новым годом" эксперту, которая установила, что это тело Георгия Гонгадзе? Я вкладывал в уста Джиги, что это не Георгий, не тот рост, год назад закопанный? Я его завозил в Таращанский лес, к себе на округ, по той дороге, где я езжу на встречи с местным активом? Разве не понятно, зачем это делается?

Разве я причастен к тому, что на 15 лет безосновательно посадили в тюрьму Сергея Иванченко? То, что это указание президента, разработки Службы безопасности и милиции - разве это не понятно?

Просто время пройдет, немного времени, и все станет на места - и преступники будут отвечать.

- Чем объяснить, что уличные акции оппозиции затухли в последний месяц?

- Надо вывести 100 тысяч - выведем. Надо 200 тысяч - выведем. Не о том речь. Есть фазы борьбы за изменение системы власти, и сегодня на первый план вышла парламентская фаза. Здесь надо добиться всего. А, с другой стороны, использовать в полной мере внешний фактор, чтобы люди и на востоке и на западе посмотрели, что не все так просто в Украине. И закрывать на это глаза не надо. А в совокупности это даст нужный результат.

А уличные акции еще будут - когда именно, мы скажем, когда будет нужно.

- Говорят, что у оппозиции не было денег, что власть оказалась более сильной...

- Посмотрите, у власти 360 000 чиновников, 600 000 работников милиции, другой репрессивный аппарат. Оппозиция такая, какая есть. Мы рассчитываем, что и в обществе есть люди, граждане, которые думают о своем будущем. Но упрекать, что оппозиция не сняла президента - это верх цинизма. Ко мне с этим обращаются и представители высшей элиты, приближенной к президенту. Те люди, с которыми он советуется. И они говорят: снимите его к черту! Давайте подождем немного - все будет. Надо только, чтобы терпение было. И не надо упадочнических оценок, которые звучат в сориентированных средствах массовой информации!

- Тимошенко говорила, что она лично готова гарантировать Кучме безопасность на пенсии, лишь бы он ушел. Готовы ли вы на такой шаг? 

- Я пока не знаю намерений президента по этому поводу. Будут намерения, тогда будем и думать.

- То есть судебное преследование не входит в ваши планы?

- Еще раз говорю: будут предложения, тогда будем всесторонне их обсуждать. А пока я вижу другую линию его поведения: он хочет всех сделать дураками, а сам - на белом коне. Но белый конь уже по колено в грязи, а он все еще делает из себя святого.

- Не думаете ли вы, что коалиция оппозиции может испытать удары во время рассмотрения конституционных вопросов. Некоторые силы, например, блок Тимошенко, выступают за сильную президентскую власть, а социалисты, коммунисты, "Наша Украина" - за усиление парламента. 

- Есть вопросы, которые могут быть предметом дискуссии. Но это не означает, что они должны торпедировать усилия оппозиции по изменению системы власти.

- Сейчас стало модно отказываться от баллотирования в президенты. Такое заявление сделал Янукович, Литвин, за Медведчука сообщил Кучма. Собираетесь ли вы тоже отказаться баллотироваться на следующих президентских выборах? 

- Я еще раз повторяю - меня эта тема не волнует. Меня волнует изменение системы власти. Сделаем это - тогда вернемся к этому вопросу.

- Видите ли вы себя во власти при новой системе власти? 

- Конечно. Я и сегодня при власти.

- Нет, я имел в виду на руководящей должности в парламенте или правительстве? 

- Что я должен сказать - я хочу быть президентом, премьером, председателем парламента? Я кажусь таким примитивным? Сегодня меня интересует изменение системы власти. За это и борюсь. Все другое будет решаться позже.

"Украинская правда" попыталась взять интервью по поводу второй годовщины кассетного скандала у бывшего генерального прокурора Михаила Потебенько. Он отказался, сказав лишь, что не хочет поднимать эту тему, чтобы не травмировать родственников Георгия. Потебенько также сказал, что хочет, чтобы это преступление было раскрыто как можно быстрее.

Оставим без комментариев слова человека, на которого была возложена задача выгородить власть, и с которой он с успехом справился.