Лебединая песня пугливого финдеректора ЮКОСА Брюса Мизамора

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Известия", origindate::30.11.2005

Лебединая песня пугливого финдеректора

Семен Панкратов

Converted 20311.jpg

Брюс Мизамор

Год назад руководство НК "ЮКОС" покинуло Россию, якобы опасаясь за свою безопасность. Как заявил тогда финдиректор "ЮКОСа" Брюс Мизамор: "Я не готов жертвовать жизнью ради российских политических целей". С этого момента агония брошенного "ЮКОСа" только подстегивала менеджеров заработать на распродаже его активов.

За последнее время имущества "ЮКОСа" было распродано почти на 10 млрд долларов. Хотя компания еще владеет рядом активов в России и за рубежом, тем не менее история "ЮКОСа" неумолимо катится к финалу. Сегодня задолженность компании составляет более 594 млрд рублей, половина из них является налоговой задолженностью. По прогнозам "ЮКОС" не позднее апреля 2006 года станет банкротом. Сложно понять, как высшее руководство "ЮКОСа" относится к этому факту. Похоже, что оно находится в состоянии "чемоданной лихорадки".

Так, интрига вокруг продажи литовской дочки "ЮКОСа" - "Мажейкяй Нафта" показала, что американские менеджеры компании абсолютно не способны понять политическую атмосферу в государствах, на территории которых работает "ЮКОС". Они делают ошибку за ошибкой, в результате которых за литовский актив "ЮКОС" скорее всего не сумеет получить должную цену.

Казалось, давно надо понять, что игнорировать интересы и позиции заинтересованных правительств нельзя. Ан нет. Когда на продажу был выставлен другой стратегический актив "ЮКОСа" - словацкая компания "Транспетрол", председатель совета директоров Виктор Геращенко договорился с правительством Словакии о том, что покупатель 49% акций "Транспетрола", принадлежащих "ЮКОСу", будет согласован на межгосударственном уровне правительствами РФ и Словакии. Но не тут-то было.

За Геращенко в Братиславу примчался "беглый" финдиректор Брюс Мизамор, утверждая, что представляет интересы президента "ЮКОСа" Стивена Тиди. Он заявил, что продажа "Транспетрола" является внутренним делом "ЮКОСа" и потому свою долю "ЮКОС" продаст через международный тендер с приглашением максимального числа участников. То есть по старой схеме. Что интересно, до триумфального появления в Братиславе ни сотрудники, ни кредиторы около полугода в глаза не видели своего боязливого финдиректора.

Остается непонятным: зачем Мизамору, бежавшему из России, выставлять на публику разногласия совета директоров и менеджмента? Вариантов может быть три. Первый - некомпетентность менеджера. Второй - его шкурный, своекорыстный интерес. Третий - важность словацкого проекта для хозяев Мизамора. Известно, что перед визитом в Словакию он побывал в Израиле. Похоже, если и "Транспетрол" купят не те, с кем он договорился в Израиле, это будет стоить Мизамору работы. Ясно, что правительства двух стран не допустят сделки в обход своих интересов и менеджмент "ЮКОСа" сорвет продажу еще и словацких активов. В таком случае пострадают не только кредиторы, но и более тридцати тысяч сотрудников "ЮКОСа", которым нечем платить зарплату.

Отношение совета директоров к самодеятельности Мизамора пока непонятно. Скорее всего они не будут терпеть его несостоятельность и безответственность. Президент "ЮКОСа" Стивен Тиди, похоже, не в состоянии контролировать ситуацию. Впрочем, уже ходят слухи о скорой отставке Мизамора в связи с провалом работы с финансовыми аудиторами и кредиторами. Так что братиславское турне вполне может оказаться лебединой песней беглого финдиректора.

***

© "Московский комсомолец", origindate::25.11.2005

Ковбой на нефтепроводе. ЮКОС: корабль без руля?

Игорь Водовозов

Приближение развязки в деле ЮКОСа вызывает повышенное внимание не только СМИ, но и всех тех, кто надеется заработать на крупнейшей в стране распродаже активов со времен приватизации. Брошенная и государством и менеджерами компания, в которой пока еще работают свыше 30 тысяч сотрудников, не позднее апреля следующего года может стать банкротом или объектом поглощения. Не всегда видна согласованность действий главного акционера, Совета директоров и менеджмента ЮКОСа. В отсутствие иных дел, проживающий в Техасе финансовый директор компании и находящийся в Москве председатель Совета директоров, похоже, занялись продажей активов, а базирующийся в Лондоне президент НК ЮКОС больше не в состоянии контролировать ситуацию.

За последние 12 месяцев было распродано имущества ЮКОСа (акций, месторождений, недвижимости) почти на 10 миллиардов долларов — почти столько же, во сколько обошлась покупателям вся российская промышленность за время приватизации. При этом сделки, проводившиеся под контролем или с разрешения чиновников, обычно проходили по ценам в 3—4 раза ниже справедливых рыночных цен. Несмотря на это, от компании еще немало осталось — крупнейшие добывающие предприятия "Томскнефть" и "Самаранефтегаз", ВСНК, пять нефтеперерабатывающих заводов, более двух тысяч АЗС и зарубежные активы в Словакии, Великобритании, Канаде. Судя по ажиотажу вокруг аукциона по продаже литовской "Мажекяй Нафта" (в котором приняли участие казахский "Казмунайгаз", ТНК-БиПи, а также фирмы, представлявшие Олега Дерипаску, Якова Голдовского, Михаила Брудно и других российско-заграничных олигархов), другой стратегический актив — словацкая трубопроводная компания "Транспетрол" должна вызвать значительный интерес. Правда, за литовские активы ЮКОС не смог получить максимальную цену — предложение казахов было отвергнуто российским правительством, т.к. российская госкомпания "Транснефть" отказалась подтвердить возможность прокачки дополнительных объемов нефти из Казахстана в Литву. Консультанты "Казмунайгаза", видимо, забыли поговорить об этом с российским правительством. Поэтому сотрудники и банки-кредиторы ЮКОСа почувствовали определенную надежду на улучшение ситуации, когда во время недавней встречи председателя Совета директоров В.В. Геращенко с вице-премьером правительства Словакии, согласно пресс-релизу словацкой стороны, стороны отметили необходимость договоренности о том, что покупатель 49% компании "Транспетрол", принадлежащих в данный момент ЮКОСу, должен быть согласован на межгосударственном уровне правительствами РФ и Словакии.

По сообщениям СМИ: "Не прошло и недели... как Братиславу посетил финансовый директор ЮКОСа Б. Мизамор, который, как сообщают наши источники, утверждал, что представляет интересы президента компании Стивена Тиди. Кроме того, он заявил словакам, что продажа "Транспетрола" является внутренним делом ЮКОСа и что последний намерен продавать свою долю в компании через международный тендер с приглашением максимального числа участников. Необходимо отметить, что, по имеющейся информации, до поездки в Братиславу финансист компании побывал в Израиле, где, возможно, и получил от известных лиц, скрывающихся от российского правосудия, наказ ни в коем случае не привлекать правительство России к судьбе компании". Видимо, пребывание на Святой земле придает силы и волю к победе даже техасским ковбоям.

По-видимому, раз осторожный (вплоть до полного отказа от выполнения своих должностных обязанностей) Мизамор решился на то, что разногласия между Советом Директоров и менеджментом вышли в публичную сферу, важность словацкого проекта такова, что может повлиять на финансовые результаты не только компании ЮКОС, но и на интересы его (ЮКОСа и Мизамора) хозяев. Провал участия в литовском аукционе представителей партнеров "Групп Менатеп", если "Транспетрол" купят не те, с кем договорились в Израиле, вряд ли позитивно скажется на имидже ее руководителей. К сожалению, как обычно, непрозрачность решений основного акционера ЮКОСа дополняется непрофессиональными действиями нанятых им менеджеров. Топ-менеджеры нефтяной компании, как типичные американцы, везде ведут себя как хозяева, не считаясь с ментальностью и нравами чиновников государств, на территории которых работает ЮКОС. Вот уже год, как менеджмент компании якобы занимается продажей зарубежных активов по принципу "главное процесс, а результат не нужен". Если и теперь будет сорвана продажа словацких активов, то пострадают не только кредиторы, но и десятки тысяч сотрудников, которым нечем платить зарплату. Литовский пример показывает, что тактика проведения классических тендеров, игнорирующая интересы и позицию заинтересованных правительств, просто не работает. А ведь согласовав на правительственном уровне "Казмунайгаз" как потенциального покупателя, ЮКОС смог бы получить на несколько сотен миллионов долларов больше. Однако американский менеджмент компании сделал все, чтобы этого не произошло.

Дальнейшие шаги компании покажут, как долго Совет директоров будет терпеть невыполнение своих решений из-за видимой несостоятельности менеджмента. Правда, скорее всего, нынешних менеджеров просто не на кого заменять, и это вызывает бессильное раздражение Совета (также, по-видимому, незаменимого). Раздражением Совета директоров, по-видимому, объясняются и слухи о скорой отставке Брюса Мизамора, хотя в самой компании говорят, что это связано не с "успехами" в продаже зарубежных дочек, а с провалом работы с финансовыми аудиторами, кредиторами и со всеми остальными, с кем работал (точнее — не работал) наш ковбой.

***

© «Российская газета»,origindate::28.11.05

О болевых точках и «юкосовских» дочках

«ЮКОС» жив, что бы ни говорили об одной из самых могущественных в недавнем прошлом мировых нефтегазовых компаний. Правда, СМИ пишут, мягко говоря, о неспособности (или нежелании?) Его менеджмента возродить компанию. Странно, но не очень.

Связывают проблемы с «юкосовским» управлением, в том числе с отсутствием самих управленцев: кто-то в Техасе, кто-то в Лондоне, кто-то в Москве, а кто-то бежит в гостеприимную Латвию. Речь в последнем случае идет о бывшем вице-президенте «ЮКОСа» Михаиле Елфимове, который бежит в прямом и переносном смысле, запросив — официально — политического убежища у латвийских властей. В прессе этот поступок одного из топ-менеджеров компании уже назвали «фактом частной жизни». Не будем спорить.

Если бегут управленцы, то резонным будет вопрос: а осталось ли, чем управлять в «ЮКОСе»? Осталось, подсчитали эксперты. Еще как осталось. В этом самом голом остатке — добывающие предприятия в Восточной Сибири и в Самарской области, пять НПЗ, около двух тысяч АЗС и самый лакомый кусочек, вернее, кусище, состоящий из зарубежных активов — словацких, канадских, литовских, английских...

Вот и гадают наблюдатели, когда прилетит в Первопрестольную Брюс Мизамор, финансовый директор «ЮКОСа», вместе со Стивеном .Тиди, президентом компании, и другими представителями руководства компании, чтобы вместе и дружно обсудить за «круглым столом» накопившиеся проблемы и многочисленные болевые точки, о которых говорят СМИ.

Одна из них — «Мажейкяй нафта», мощный, красивый, современный литовский концерн. Последнее время нефтяное сообщество сильно возбуждено проблемой продажи пакета акций этого концерна в размере 53,7 процента. Этими активами владеют две «юкосовские» «дочки» YUKOS FINANS и YUKOS INTERNATIONAL!. А купить пакет хотят очень многие, в числе которьх ТНК-ВР, «Базэл», СП «ЛУКОЙЛа» с СоnосоРhilips, нефтетрейдер Vitol, польский НПЗ PKN Оrlen, австрийская Ваltic Holding, а также «Казмунай-газ».

Преимущественным правом выкупить пакет обладает правительство Литвы. По мнению литовского правительства (обладающего 40,66 процента акций концерна), предпочтение следует отдать ТНК-ВР. Как писала пресса, еще в октябре кабинет министров Литвы решил, что в первую очередь надо начать переговоры именно с этой компанией, которая готова инвестировать в «Мажейкяй нафта» около 300 миллионов долларов.

Насколько это выгодно «ЮКОСу» и эффективно ли сработал в этом случае менеджмент компании, и прежде всего ее финансисты во главе с господином Мизамором, пока судить рано. Но уже высказываются мнения, что с литовским аукционом проблем будет больше, чем выгоды. Хотя бы потому, что только 24 ноября, то есть буквально на днях, суд Амстердама снял запрет на реализацию литовских активов «ЮКОСа». Ну просто новогодняя распродажа!

Кроме «мажейкяйской» болевой точки существует еще одна — словацкая. В Россию Брюс Мизамор ездить боится, так как считает, что «в российской юридической системе невозможно защитить себя». (Впрочем, финансовый директор «ЮКОСа» и не пробовал этого сделать в Москве.) А вот в Братиславу прибыл. Говорят, что летел он в столицу Словакии кружным путем, то есть через Израиль, где то ли хотел святым местам поклониться, то ли получить важные инструкции от коллег и друзей перед важным шагом по продаже еще одного «юкосовского» актива, стратегического, как считают многие, — трубопроводной системы «Транспетрол». Словакию посетил и Виктор Геращенко, председатель совета директоров «ЮКОСа», который во время встречи с руководством словацкой республики заявил, что вопрос о продаже «Транспетрола» необходимо решать на межправительственном уровне двух стран.

Что же касается господина Мизамора, то он в словацкой столице сделал, как писала пресса, сразу несколько заявлений. Во-первых, объявил, что продажа доли «ЮКОСа» есть внутреннее дело компании. Во-вторых, рассказал о своих полномочиях, сославшись на то, что представляет интересы президента «ЮКОСа» Стивена Тиди, которого, очевидно, более важные дела задержали в Лондоне. В третьих, уведомил всех, что «ЮКОС» собирается продать свой пакет акций в «Транспетроле» через международный тендер с привлечением самого широкого числа участников. Заявление вполне тянет на программное. Остается только понять, где оно родилось: в Техасе, то есть по месту пребывания Мизамора, или в Израиле, по месту консультаций?

Сами собой напрашиваются несколько выводов, частично уже озвученных прессой, но пока остающихся достаточно актуальными при анализе управленческих потуг «юкосовского» топ-менеджмента.

Во-первых, за последний примерно год «ЮКОС» распродал своего имущества на сумасшедшую сумму, которая достигает по разным источникам чуть ли не 10 миллиардов долларов. Это, конечно, много, но могло быть значительно больше, если бы «юкосовских» менеджеров, возможно, того же Мизамора, не преследовала бы древняя философская идея: движение — все, конечная цель — ничто. В философии — это ценность, а в бизнесе — дело спорное. Продавать (в данном случае активы в прошлом крупнейшей компании, чья сегодняшняя судьба весьма туманна), может быть и интересно, но, пожалуй, не очень перспективно.

Во-вторых, рассказал о своих полномочиях, сославшись на то, что представляет интересы президента «ЮКОСа» Стивена Тиди, которого, очевидно, более важные дела задержали в Лондоне. В третьих, уведомил всех, что «ЮКОС» собирается продать свой пакет акций в «Транспетроле» через международный тендер с привлечением самого широкого числа участников. Заявление вполне тянет на программное. Остается только понять, где оно родилось: в Техасе, то есть по месту пребывания Мизамора, или в Израиле, по месту консультаций?

Сами собой напрашиваются несколько выводов, частично уже озвученных прессой, но пока остающихся достаточно актуальными при анализе управленческих потуг «юкосовского» топ-менеджмента.

Во-первых, за последний примерно год «ЮКОС» распродал своего имущества на сумасшедшую сумму, .которая достигает по разным источникам чуть ли не 10 миллиардов долларов. Это, конечно, много, но могло быть значительно больше, если бы «юкосовских» менеджеров, возможно, того же Мизамора, не преследовала бы древняя философская идея: движение — все, конечная цель — ничто. В философии — это ценность, а в бизнесе — дело спорное. Продавать (в данном случае активы в прошлом крупнейшей компании, чья сегодняшняя судьба весьма туманна), может быть, и интересно, но, пожалуй, не очень перспективно.

Во-вторых, многие замечают, что американские менеджеры всегда или почти всегда действуют по-американски, то есть ведут себя в гостях по-хозяйски, не считаясь с чиновниками тех государств, где работает «ЮКОС». А ведь игнорировать позицию заинтересованного правительства — значит погубить дело. Это — почти аксиома. Кто-то ее, кажется, не понимает.

И третий вывод. В сделках по продаже «юкосовских» активов наблюдатели констатируют, что они проходят по ценам чуть ли не в несколько раз ниже рыночных. Конечно, считать чужие деньги нехорошо и заглядывать в чужой карман просто неприлично (хотя очень интересно). Но все же, кому выгодно то, что происходит с литовским концерном «Мажейкяй нафта» и словацким «Транс-петролом»? Господину Брюсу Мизамору или Стивену Тиди? Кому конкретно? То есть, cui prodest!