Лебедь идет ва-банк

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© FreeLance Bureau, origindate::06.06.2000

Лебедь идет ва-банк

Игорь Саськов

Преступление и - губернаторство

Converted 10631.jpg

[...]Боязнь Лебедя (хотя на все НТВ он громогласно и заявил, что ничего не опасается) после лишения его сенаторской неприкосновенности в связи с вступлением в законную силу путинских законопроектов вполне оправданна. Это его имел в виду Александр Котенков в первую очередь, когда говорил о губернаторах, которые сядут. Грехов, за которые можно если не угодить в тюрьму, то хотя бы стать первым отстраненным от должности руководителя российского региона, за Александром Ивановичем числится предостаточно.Мы уже не будем говорить о том, КАК Лебедь пришел к власти в Красноярском крае, КАКИМ образом и на КАКИЕ деньги это произошло (см. материалы [page_9271.htm "Бухгалтер предвыборной мафии"], [page_9272.htm "Лебедь стал ручным и пушистым"]).

Нет нужды подробно останавливаться и на том, что Счетная палата при проверке выполнения бюджета края за 1998-й год (первый год работы Лебедя на губернаторской должности) обнаружила нецелевое, а значит, незаконное использование краевой администрацией неизвестно на какие нужды 117-ти миллионов рублей. Кстати, цинично по этому поводу уже высказался один из замов Лебедя Александр Сараев, заявив, что Счетная палата ошиблась и что администрация использовала не по назначению не 117, а всего-навсего 27 миллионов рублей. Это так, цветочки, заниматься которыми при случае Генпрокуратура будет спустя рукава, обратив внимание на другие, более серьезные, прегрешения губернатора и его свиты. Мы лишь остановим ваше внимание на двух любопытных делах Александра Лебедя, наиболее близко стоящих к нам по времени. Свеженьких, так сказать. Начнем? Речь пойдет всего о двух фондах, работающих при поддержке красноярского губернатора и под его непосредственным пристальным вниманием.

Красноярск - город "хлебный"!

Хлеб, как говорится, всему голова. На языке чиновников и руководителей российских регионов это звучит немного по-другому, но тоже впечатляюще: "продовольственная безопасность страны". Впрочем, сути это не меняет. Важно другое: как правильно расходовать деньги и зерно такого фонда на поддержку своих региональных сельхозпроизводителей, чтобы каждую осень не устраивать традиционную битву за урожай, а каждую весну не поднимать цену на хлеб до заоблачных высот. Скажем честно - Александр Иванович в этом, мягко говоря, не преуспел...

Та же Счетная палата Красноярского края недавно обнаружила, что в региональном фонде зерна 294 миллиона 871 тысяча рублей израсходована неэффективно и незаконно. Проще сказать, пропали куда-то эти денежки. Но этого мало: красноярский краевой фонд зерна фактически превратился в инструмент уничтожения крестьян и фермеров в Красноярском крае.

Краевой региональный фонд зерна появился задолго до Лебедя, в 1993-м году и по вполне обоснованным причинам. До этого государственной заготовкой зерна занимался Госхлебопродукт. В 1993-м с хозяйствами края, как и с хозяйствами всех регионов, были заключены договора и получено зерно для новой посевной. Но собственных средств для стимулирования крестьянских и фермерских хозяйств у Госхлебопродукта не оказалось, и для этих целей были взяты банковские кредиты, причем под существующие тогда сумасшедшие 210 процентов годовых. Ну, время было такое. Потому-то и расчеты за зерно произвели только летом следующего, 1994-го года, когда деньги уже обесценились более чем в 5 раз. С тех пор Госхлебопродукт стал банкротом, а власти края приняли закон "О создании зернового фонда". И сначала все было нормально: деньги на закупку зерна для посевной выделись, зерно закупалось, все были довольны. 1994-й год - закуплено 258,3 тысячи тонны, 1995-ый год - 349,3 тысячи тонны... Во время президентских выборов 1996-го динамика закупок резко нарушилась: около 65 миллионов рублей было отвлечено из фонда для поддержки территорий края, и средства эти до сих пор не возвращены. Ну, это ладно, не каждый же год мы Президента выбираем. Можно и потерпеть.

...И вот в Красноярске победил Александр Лебедь. Тут же последовал провал закупок зерна у краевых производителей: всего 115,6 тысячи тонны, а в прошлом году 119,8 тысячи тонны. Позиция краевой администрации при этом удивляла до бесконечности. Говорилось, что денег нет ни на что, в том числе и на дешевый красноярский хлеб. Еще бы, если знать, на какие деньги мы выбирали себе губернатора.

Из материалов Счетной палаты:

"Очевидна тенденция снижения объемов зерна, закупленного фондом в последние два года. Основные причины такого положения в следующем:

а) недостаточность оборотных средств у фонда для закупок зерна у товаропроизводителей (заметим, что именно эти средства должен был найти и дать Александр Лебедь - "FLB")

б) последние неурожайные годы в других регионах РФ повысили спрос на зерновом рынке края, вследствие чего рыночная цена на зерно, особенно в 1999-м году, сложилась выше той, которую установил фонд.

Объемами зерна (менее 20 процентов от краевых потребностей), которые поступили в фонд в 1998 и 1999 годах, уже невозможно влиять на рыночную стоимость муки, и, как следствие, на цены на хлеб и хлебобулочные изделия".

Как говорится, тут и сказке конец. Приехали, есть нечего. Да плюс еще изношенность сельскохозяйственной техники в крае составляет 80 процентов. И уже не хочется говорить о многом. О том, что вот уже несколько лет краевая администрация нагло обманывает крестьян, продавая им весной зерно на посевную по одной цене в обмен за уже поставленное горючее, а осенью, забирая долги зерном, по другой цене того же горючего, в несколько раз выше. При этом каждый год в краевом бюджете, проект которого разрабатывается в недрах аппарата Лебедя, выделяется значительная сумма на пополнение оборотных средств фонда, но куда уходят эти деньги (в 2000-м году на эти цели предусмотрена рекордная сумма в 500 миллионов рублей) - неизвестно. Не хочется вспоминать и том, что, как следует из заключения Счетной палаты: "краевые власти не могут повлиять на формирование цен на хлебопродукты", и в итоге буханка хлеба в Красноярске этой осенью станет стоить не меньше 16-ти рублей...

О многом еще не хочется говорить в этом сельскохозяйственном беспределе. Но нужно понять главное: основополагающей функцией подобных фондов, как бюджетных, так и внебюджетных, является возможность для исполнительной власти в лице Александра Лебедя и К более-менее свободно распоряжаться денежными средствами, особенно не связывая себя бюджетным региональным законодательством. Так что Генеральной прокуратуре есть, где покопаться. И что накопать.

Тайны губернаторского двора

А вот еще об одном фонде сейчас в Красноярском крае предпочитают не говорить. По крайне мере, публично. Для Генеральной прокуратуры Фонд губернаторских программ Александра Лебедя - пока тоже тайна за семью печатями, но это, как говорится, вопрос времени, политической воли Владимира Путина и желания правоохранительных органов. FLB лишь напомнит основные моменты, связанные с этой довольно-любопытной структурой.

Первый небольшой, но показательный скандал вокруг так называемого Фонда губернаторских программ произошел в середине апреля 1999-го года между исполнительной и законодательной ветвями власти Красноярского края. На проходящей в Красноярске шестой сессии Законодательного собрания края значился отчет губернатора перед местными депутатами о проделанной работе. Сам Александр Лебедь на встречу не явился, слишком поздно прилетел из Москвы с очередного заседания Совета Федерации, устал, поэтому рассказывать о работе краевой администрации пришлось его заместителям. И вот совершенно неожиданно на сессии ЗС возник конфликт при обсуждении деятельности того самого Фонда губернаторских программ, созданного по инициативе краевых властей в июле 1998-го (через месяц после победы Лебедя на выборах) и предназначенного для привлечения и распределения поступающих в край инвестиций.

К тому времени эта загадочная, как Служба Внешней Разведки России, организация, основу которой составляет частный капитал, уже прославилась в крае несколько раз. Впервые о Фонде стало известно в связи с отказом Лебедя принимать отработанное ядерное топливо с украинских и российских АЭС на перерабатывающий комплекс РТ-2 под Красноярском вопреки установленным межправительственным договоренностям. Тогда губернатор захотел, чтобы уже не край, а Фонд получал деньги за хранение топлива, выделяемые Украиной. [...] Скандал тогда удалось замять, Фонд ничего не получил. Ситуация стабилизировалась.

Второй раз имя Фонда всплыло в связи с арестом в начале 1999-го года иркутскими правоохранительными органами заместителя директора Фонда губернаторских программ Анатолия Помигалова, разыскиваемого иркутянами за финансовые аферы в особо крупных размерах. Сам Помигалов, устроившись работать в красноярский Фонд, уже около полугода находился в федеральном розыске, а его арест автоматически превратился в очередной аргумент оппозиции в крае, обвиняющей генерал-губернатора как в необдуманной кадровой чехарде, так и в слишком доверчивом отношении к собственным подчиненным. Кстати, сам Лебедь до сих пор уверен, что Помигалова оклеветали, и он не виновен. Так, тогда на вопрос какого-то чересчур язвительного журналиста "возьмете ли вы Помигалова обратно на работу, если вскоре его освободят?", Александр Иванович по-солдатски быстро и уверенно кивнул головой. Видимо, губернатору тогда до сих пор не доложили, что его бывший протеже уже этапирован в Иркутск и скоро предстанет перед судом.

В третий раз о Фонде стали говорить, когда именно там обнаружились 72 миллиона рублей, предназначавшиеся для погашения долгов перед кредиторами Красноярской угольной компании, которую хотело прибрать к рукам РАО "ЕЭС России" в разгоревшемся в регионе "угольно-энергетическом скандале". Прессе тогда сообщили лишь о том, что для того, чтобы спасти все три угольных разреза края от банкротства и передачи федеральному Центру, деньги Фонду выделил крупный местный бизнесмен, попросивший не афишировать его личность. Инкогнито так и осталось нераскрытым. Спасти от банкротства красноярских угольщиков, правда, так и не удалось, и контроль над энергодобывающими предприятиями Восточной Сибири перешел в руки московских бизнесменов. Где теперь пресловутые 72 миллиона, на что они потрачены? Об этом история умалчивает.

И вот краевые депутаты решили выяснить, что представляет собой эта странная финансовая организация, носящая статус губернаторского Фонда. Впрочем, работавшая тогда заместитель губернатора края Марина Гончарова так не считала. И хотя она и рассказала вкратце депутатам, чем занимается Фонд, все это было больше похоже на отговорки (позже Гончарова тихо уволилась со своего поста, и где она сейчас, неизвестно).

Во-первых, как было сказано, Фонд носится с идеей организации в городе коммерческих рынков, безопасность и порядок на которых поддерживало бы краевое казачество. Почему этим должен заниматься Фонд, а, скажем, не краевое управление внутренних дел или краевая администрация лично, понятней так и не стало. На данный момент в Красноярске нет подобных рынков, а местное казачество, выбрав себе в атаманы чиновника краевой администрации, по-прежнему лишь щеголяет по городу в сшитых наспех галифе и с шашками из автомобильных рессор. Так что эту благотворительную миссию Фонд провалил.

Во-вторых, Фонд в лепешку разбивается, но ищет деньги на благо края - как для простых граждан, так и для организаций в виде инвестиций. Результат обществу пока неизвестен, как собственно, и методы поиска. В Фонде 11 работников, которые регулярно расписываются в ведомостях о получении заработной платы. В итоге в задачке спрашивается - что такое этот Фонд, и как он воюет против социальной напряженности в крае?

Кстати, ответить, кто его учредитель, и из каких источников происходит его финансирование, госпожа Гончарова тогда наотрез отказалась, мотивируя это тем, что Фонд - организация сугубо коммерческая. Депутаты ЗС края стали активно протестовать, и вот тут на поверхность всплыли другие странные факты о деятельности Фонда губернаторских программ.

Оказалось, что, во-первых, в Фонд до сих пор не допущены юристы Счетной палаты, имеющие право проверки любых органов, связанных с государственной властью финансовыми отношениями (эта ситуация таковой осталась и до сегодняшнего дня), а во-вторых, Фонд профинансировал деятельность трех пролебедевских газет. Тогда дошло и до прямых обвинений Лебедя в создании частных коммерческих структур. Так, депутат Всеволод Севостьянов напрямую связал Фонд губернаторских программ с деятельностью в Красноярском крае московского финансиста Бориса Йордана, некогда занимавшего первые посты в российском филиале банка "First Boston" и контактировавшего с Лебедем в период губернаторских выборов в мае 1998-го. По словам депутата от КП РФ, краевая администрация достаточно много должна этому банку, для чего и создала свой Фонд, аккумулирующий все валютные инвестиции, поступающие в регион.

В связи со всей вышеизложенной информацией депутатам Законодательного собрания края ничего не оставалось делать, как высказать свое сомнение в правомочности существования Фонда губернаторских программ, а некоторые депутаты даже прямо называли его "карманным предвыборным фондом Лебедя". Вопрос решили отложить до появления перед депутатами самого губернатора, который и должен будет ответить на все неудобные вопросы местной законодательной власти. Тем не менее, сам Фонд губернаторских программ с собственными "тайнами мадридского двора" после первой атаки на него красноярских депутатов все-таки устоял. Так с тех пор дело о Фонде и заглохло: эта организация по-прежнему работает, но что она делает конкретно, чем занимается, откуда у него деньги и на какие цели они тратятся... Тишина.

В распоряжении FLB находится постановление Красноярской краевой администрации за номером 335-П от 2 июля прошлого года об утверждении Устава Фонда губернаторских программ Красноярского края "в целях мобилизации внебюджетных финансовых средств", а также сам Устав. Документы эти любопытные. Вот вкратце их суть.

Сам Фонд - организация некоммерческая, членства не имеет, создается без ограничения срока деятельности. Учредитель - администрация края (вспомните отказ Гончаровой назвать учредителей). Фонд имеет самостоятельный баланс, вправе от своего имени владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом, приобретать его, заключать договоры, совершать в России и за рубежом сделки, соответствующие своим целям и задачам. Цели и задачи Фонда тоже благие, "консультировать, поддерживать, разрабатывать, обеспечивать и развивать" все, что касается губернаторских программ. Но! Фонд также имеет право "создавать финансовые и инвестиционные механизмы" (кто будет делать это бесплатно?), рекомендовать проведение тендеров операторов по взаимозачетам (золотая жила, если перевести на русский), консультировать по юридическим вопросам, а также учреждать средства массовой информации, привлекать средства граждан и организаций и осуществлять предпринимательскую деятельность. Каково? Вообще, все эти документы можно было озаглавить как "О чем молчала Марина Гончарова". Контроль за деятельностью Фонда осуществляет... ревизионная комиссия самого Фонда, либо (!) привлекаемые внешние аудиторы (а их ведь можно и не привлекать, мол, обойдемся своей ревизионной комиссией). Комментарии, как говорится, излишни.

На этом нам хотелось бы закончить, в очередной раз напомнив о желании Александра Лебедя на словах отказаться от сенаторской неприкосновенности, а на деле же делающего все, чтобы раз и навсегда скрыть свои собственные грехи и не стать одним из первых посаженных либо скинутых со своего высокого поста губернаторов.

Время идти ва-банк? Лебедь понял, откуда дует ветер и терять ему практически нечего. Он будет драться, и эту драку мы вскоре сможем наблюдать, как и возможное желание прокуратуры с искренним интересом покопаться в деятельности не только двух названных фондов, работающих в Красноярском крае с согласия и при поддержке Александра Ивановича Лебедя.