Лесные войны - 2

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Лесные войны - 2

"Начавшийся в прошлом году передел в лесной отрасли затронул и второго по величине производителя целлюлозы - Архангельский ЦБК. Миноритарный акционер из далекой Хакасии Татьяна Дворяк попыталась наложить арест на реестр акционеров комбината в момент завершения сделки по приобретению крупного пакета акций комбината банкирским домом "Санкт-Петербург ". Примерно в это же время представители группы "Сибирский алюминий" вышли с предложением к Владимиру Крупчаку, главе управляющей комбинатом группы "Титан", с предложением продать акции. Об этих событиях, а также о планах перехода группы "Титан" и Архангельского ЦБК (АЦБК) на единую акцию Владимир Крупчак рассказал в интервью "Ведомостям".

- Почему глава Промстройбанка (СПб) Владимир Коган вдруг решил приобрести пакет акций АЦБК?
- Банк давно работает с Архангельским ЦБК, и у него в Архангельске свой филиал. Банк хорошо знает целлюлозно-бумажную отрасль, поскольку был крупным акционером ЗАО "Илим Палп Энтерпрайз". В силу каких-то причин он вышел из состава акционеров ЗАО, но интерес к отрасли остался.
- Можно сказать так, что Владимира Когана пригласили вы?
- Мы давно хотели привлечь в состав акционеров устойчивый финансовый институт, способный обеспечить комбинату долгосрочные инвестиции. Решение принимали все акционеры, но не скрою, что я убеждал их в том, что для ПСБ это не спекулятивная операция, а долгосрочная стратегия, идущая на пользу Архангельскому ЦБК.
- Каков был размер сделки с ПСБ? И кто выступил продавцом?
- Это вопрос взаимоотношения банкирского дома и продавцов акций, и он находится вне нашей компетенции.
- Почему в прошлом году вы продали контрольный пакет акций комбината иностранным трейдерам?
- Комбинату требуются огромные инвестиции, иначе через несколько лет мы будем неконкурентоспособны не только на внешнем, но и на внутреннем рынке. Износ основных фондов предприятия - 83% , нужны деньги на реконструкцию, а российские банки в настоящее время таких средств привлечь не могут, поэтому было принято решение продать пакет акций западным компаниям. Консультантом в этой сделке выступала Объединенная финансовая группа (ОФГ).
Мы вели переговоры с компаниями, которые работают с АЦБК уже не один десяток лет и которые специализируются на производстве и продаже целлюлозы и картона. Мы знали, что они не будут приобретать акции с целью перепродажи. Их интерес - это долгосрочные инвестиции в российскую целлюлозно-бумажную промышленность. Например, немецкая компания Conrad Jacobson владеет крупным пакетом акций "Кондопоги", а австрийская компания Wielfrid Heizel является собственником целого ряда целлюлозных заводов в Австрии, Чехии и России, совокупно производящих более 1 млн т товарной целлюлозы.
- Все партнеры, которым вы сделали предложение приобрести акции Архангельского комбината, согласились?
- Конечно, ведь они заинтересованы в успешной работе предприятия и долгосрочном партнерстве.
- На рынке циркулирует слух, что эта сделка - с условием обратного выкупа акций после определенного промежутка времени. Это правда?
- Нет, неправда. Комбинату нужны были деньги - раз, нужны гарантии - два, и третье - когда у компании западные акционеры, появляется доступ к длинным дешевым деньгам, которые находятся в западных банках. Наши банки дают кредиты максимум на год. Наши акционеры оказывают нам полное содействие в реализации инвестиционных программ комбината.
- Какой объем целлюлозы комбината продается через акционеров?
- Вся целлюлоза, которая идет на экспорт. Сегодня на мировом рынке очень жесткая конкуренция. Существует очень большое перепроизводство, каждый год вводятся новые миллионные мощности, особенно в странах Юго-Восточной Азии и Южной Америки. И то, что акционерами комбината являются крупнейшие европейские компании со своей сбытовой сетью, позволяет нам не только удержаться на рынке, но и расширять географию экспортных поставок. Однако в настоящее время доля экспорта в продажах комбината уменьшилась. Если раньше на экспорт отправлялось 70% продукции, то сейчас примерно 35 - 40%. Мы стараемся увеличить наши продажи на внутреннем рынке, да и цены на нем выше.
- А какая сейчас цена на западных рынках на целлюлозу?
- На СIF примерно $330 - 350 за тонну сульфатной лиственной целлюлозы с доставкой конечному потребителю и платежом через 60 - 90 дней с момента поставки. Сейчас перед российскими экспортерами лесной и целлюлозно-бумажной продукции появилась очень серьезная проблема, которая может ограничить экспортные поставки на рынки Западной Европы, - это необходимость сертификации лесов и лесопользования.
- Но у нас еще есть какое-то время пройти сертификацию?
- Если мы не успеем решить этот вопрос на государственном уровне, тогда производителям самим придется заниматься сертификацией своих лесных делянок и тратить огромные деньги из своего кармана. Хотя мы уже сейчас частично проводим сертификацию - это сумасшедшие деньги.
И самое главное, что сегодня уже начался импорт целлюлозы в Россию. То есть в некоторых случаях выгодней покупать целлюлозу у финнов.
- А разве у нас нет ввозной пошлины на целлюлозу?
- Ввозная пошлина есть - 15%. Но российский рынок для скандинавских производителей интересен, поскольку транспортная составляющая небольшая и в перспективе возможна отмена ввозных пошлин в связи с вступлением России в ВТО. Более значимой проблемой для отрасли является вывозная пошлина. Обычной практикой экономической политики государства в период отраслевого кризиса является поддержка производителя: отменяется пошлина, вводятся другие методы стимулирования. У нас же, когда вводилась пошлина, цена на отдельные марки целлюлозы в Европе поднималась до $670 за тонну. В этом случае введение пошлины на вывоз продукции вполне оправданно с точки зрения бюджетной политики. Но когда рынок падает, надо быть более гибким. Все знают, что надо отменять эту таможенную пошлину. Знают, но ждут, что цена вот-вот пойдет вверх. Мы считаем, что цены на целлюлозу сейчас на самом дне, падать дальше некуда, а рост не начнется еще какое-то время. По нашим оценкам, цена на целлюлозу начнет расти только поздней осенью.
- Что осталось у группы "Титан" после того, как она продала контрольный пакет акций АЦБК?
- Леспромхозы, три лесозавода, Мурманский тарный комбинат, Подольская картонная фабрика и ряд других предприятий. "Титан" - единственный поставщик сырья на ЦБК. Архангельский ЦБК занимается производством, а торговый дом "Архбум" занимается продажами и поставкой продукции. Но управление предприятиями единое. При этом все открыто - у нас единая с комбинатом финансово-экономическая служба. И "Архбум" работает на жесткой комиссии, которую утверждает совет директоров АЦБК.
- Можно ли теперь сказать, что переговоры с "Илим Палпом" о слиянии или создании совместной структуры, после того как акционером стал банкирский дом, стали неактуальными?
- Я хочу сказать, что любые переговоры вести нужно, но на сегодняшний момент при такой ситуации они наверняка неактуальны.
Они нам сделали несколько предложений. Одно из них - войти вместе с Братским ЛПК и Котласским ЦБК в новую компанию, в которой нам предлагалось получить 30% акций. Было предложение объединить по территориальному признаку Котласский и Архангельский ЦБК.
- Как отнеслись к этому предложению западные акционеры комбината?
- Этот вопрос досконально не рассматривался. В декабре они сделали предложение, мы попросили его подготовить в письменном виде. Они должны были приехать к нам на совет директоров комбината, предложить конкретную схему, но никто не приехал, потому что у них начались проблемы в Иркутской области.
Кстати, у нас есть собственная программа по переводу всех активов группы "Титан" и АЦБК на единую акцию, и занимается этим ОФГ. Мы уже получили разрешение антимонопольного комитета на консолидацию этих активов. Это делается для того, чтобы наш бизнес был открытым. Впоследствии не исключена продажа 25% акций компании на открытом рынке или стратегическому инвестору.
- Разве "Титан" до сих пор владеет акциями АЦБК?
- Да, небольшим пакетом, но, кроме того, "Титан" владеет и другими активами. Часть из них станет основой единой компании, в которой, по предварительной договоренности, планируют принять участие и иностранные акционеры Архангельского ЦБК.
- Есть ли у группы "Титан" какие-нибудь перспективные планы?
- Сейчас мы рассматриваем два очень серьезных проекта. Во-первых, строительство завода по выпуску мелованной бумаги, которая сейчас почти полностью импортируется. Мы планируем вложить в проект около $300 млн и разместить его на территории третьей очереди комбината, что даст большой экономический выигрыш, поскольку целлюлоза будет подаваться жидким потоком. Организационно новое производство будет выделено в самостоятельное юридическое лицо, чтобы обеспечить привлечение финансовых ресурсов непосредственно в активы нового проекта. Во-вторых, мы планируем заняться восстановлением первой очереди комбината по выпуску целлюлозы, что обойдется в примерно такую же сумму. Решать, с какого проекта начать, будет совет директоров комбината по подготовленным материалам и расчетам.
- Вы планируете найти для осуществления этих проектов новых партнеров-акционеров?
- Да, ведем об этом переговоры. Есть заинтересованность у Heinzel, у Jacobson. Их участие, безусловно, интересно. К сожалению, они не обладают свободными финансовыми ресурсами, достаточными для всего проекта, но они смогут привлечь серьезные инвестиции. Кроме этого мы рассчитываем на поддержку флагманов отечественной банковской системы, в первую очередь Внешэкономбанка. Скорее всего это будет банковский пул.
- Какой из проектов более приоритетный?
- Безусловно, тот, который более эффективный и будет быстрее окупаться. С него мы и начнем. Окончательный ответ за расчетами, за оценкой плюсов и минусов каждого проекта. Мы прислушаемся и к мнению инвесторов, банков.
- Насколько ваши иностранные партнеры участвуют в оперативном управлении предприятиями?
- Наши иностранные партнеры входят в состав совета директоров комбината и принимают самое активное участие не только в стратегии его развития, но и в тактических вопросах. Все правление нанимается на работу только с согласия совета директоров. Производственная программа утверждается советом директоров. Сделки с основными партнерами, в том числе и с "Титаном" как с поставщиком леса, и "Архбумом", находятся в компетенции совета директоров. Привлечение кредитов - тоже в компетенции совета директоров. Кроме того, у нас есть западный технический менеджмент, который помогает нам проводить реконструкцию комбината.
- К вам приходили представители "Сибала" с предложением о продаже бизнеса?
- Да. Позвонили, предложили встретиться. Приехал в Новодвинск человек, дал визитку, на которой написано, что он вице-президент "Сибала". Предложил "Титану" продать пакет акций АЦБК. Мы сказали, что наш пакет не продается, и посоветовали обратиться с таким предложением к нашим западным акционерам.
- Как вы объясните иски, поданные миноритарными акционерами вашей компании?
- Посмотрите, у нас появились восемь миноритарных акционеров, подавших иски против руководства комбината. Такие же акционеры, купившие по две-три акции, появились в Сыктывкарском ЛПК - Дворяк и т. д. Та же самая схема. Это не просто разовый удар по кому-то - это система насильственного передела отрасли.
Мы понимаем: это возможно благодаря некоторым пробелам в нашем законодательстве. Но с точки зрения здравого смысла и норм мировой экономики такая ситуация является полным абсурдом. А иностранцы вообще ничего не понимают. Они считают - дурдом. Как так можно - зайти на предприятие, минуя волю основных акционеров, а потом его продать?
- На ваш взгляд, почему иски к Архангельскому ЦБК были отозваны?
- Изменился состав акционеров - может быть, поэтому. А теперь менеджеры из группы "Сибал" переосмысливают ситуацию. Или повторяться не захотели. Но скорее всего нас ждет продолжение.
- А вы принимаете какие-то превентивные меры?
- Арест реестра совпал по времени с проведением конференции трудового коллектива, которая у нас проходит раз в два года и на которой мы принимаем коллективный договор. Мы собрали все руководство профсоюза, объяснили ситуацию и то, что может произойти. Гендиректор АЦБК Белоглазов в прямом эфире по городскому телевидению сообщил, что может произойти силовой захват предприятия. Я думаю, что. .. да нет, я уверен: весь город встанет. Это правда. Просто так ничего не отдадут. Понимаете, они же бьются не за Крупчака - они бьются за хорошую жизнь: что было и что сейчас? Когда мы пришли четыре года назад, в конце 1997 г. , задержка по зарплате на комбинате была восемь месяцев. Рабочие говорят: мы даже детей в школу не могли отдать, потому что они падали в обморок, так как зачастую кроме куска хлеба и пустого кипятка нечего было есть. Сегодня мы подняли этот завод, два года держали самые высокие зарплаты в отрасли. Рабочие говорят: Владимир Ярославович, будем держаться - мы только стали жить по-человечески."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации