Лицензия на молчание

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Лицензия на молчание

"Свидетелей отправляют в провинцию, водолазам запрещают говорить - так российские власти обходятся с теми, кто мог бы пролить хоть какой-то свет на обстоятельства трагедии в Баренцевом море. Никто не должен узнать, что же в действительности произошло с "Курском".

Нет, человек за письменным столом ничего сказать не может. Василий Величко как охранной грамотой защищается бумажным листком, обязательством хранить молчание, подписанным российскими водолазами. Лист стандартного формата А-4, несколько напечатанных строчек, которые невозможно прочитать на расстоянии. Можно лишь различить восемь подписей, поставленных водолазами, принимавшими участие в спасательных работах на затонувшем "Курске". Эта бумага обязывает моряков хранить молчание. Водолазы не должны проронить ни слова о том, что они видели под водой. Ни слова о том, какие повреждения получил "Курск", ни слова о том, что могло бы полить свет на причины катастрофы. Ни слова об этой истории не хотел говорить и Василий Величко, после длительного молчания согласившийся на встречу с журналистом. 
Капитан первого ранга Василий Величко сидит в своем кабинете в здании, огороженном бетонным забором и колючей проволокой, на водолазной базе в Ломоносово на Финском заливе. 
Василий Величко имеет "лицензию на молчание". Перед ним на столе лежит бумага, позади него на стене висит портрет Ленина. "Он всегда висел здесь, - говорит Величко, - мне он ничего плохого не сделал. Напротив, ему я обязан полученным образованием". 
Звонит телефон. "Нет, - отвечает Величко звонившему, вероятно, родственнику какого-то водолаза, - встретиться с ними нельзя. Нет, позвонить им нельзя. Нет, они были на обследовании в госпитале". Величко с ругательством кладет трубку: "Здесь вокруг нас устроен грандиозный цирк". Однако пребывание в больнице, по его мнению, было уже лишним. "Гораздо важнее была бы встреча с нашими родственниками, которых мы не видели уже давно. Доставать из воды трупы - в этом нет ничего особенного для нас. Мы решили все задачи, поставленные перед нами правительством". 
Величко замолкает, уставившись на лист бумаги перед собой. "Государственные тайны должны существовать, - говорит он и приводит пример. - Если бы в руки НАТО попали коды нашей радиосвязи, то их пришлось бы срочно менять. А это, как известно, стоит больших денег. Военные специалисты говорят о сумме приблизительно в 20 млрд. марок, что составляет около половины годового бюджета российского государства". Вести беседу очень сложно, однако русский все же что-то говорит. 
"У нас даже нет дизельного топлива, чтобы отвозить водолазов к месту проведения тренировок", - рассказывает капитан первого ранга. Поэтому российские водолазы вынуждены проводить тренировки в трехметровом бассейне, которые они самостоятельно построили на своей базе в Ломоносово. Из тех материалов, что они смогли выменять на спирт и водку. "И несмотря на это, мы находимся в постоянной готовности. Через четыре часа мы можем быть в полной боевой готовности на причале. Только вот на "Курск" нас сразу не позвали", - говорит Величко и снова замолкает. Он молчит, как молчат почти все, кто хоть что-то мог бы рассказать о том, почему затонул "Курск", и почему не сразу была оказана помощь людям, остававшимся в живых на дне Баренцева моря еще несколько часов или даже дней. 
С момента катастрофы у российского руководства не было другой цели, кроме как скрывать правду. Это началось 12 августа. В тот день, как рассказывают пожелавшие остаться неназванными информированные источники, главком ВМФ Куроедов ожидал повышения по службе. Приказ уже, якобы, был подписан. Куроедов ждал подтверждения, и тут пришла новость о взрыве на "Курске". Именно поэтому главком информировал всех неправильно и слишком поздно - и президента, и российскую общественность. 
История катастрофы в Баренцевом море - это история лжи и подтасовок. Сначала военное руководство оказалось в полном смятении, потом общественности были представлены три версии произошедшего, которые должны были снять ответственность с военного руководства. "Курск" натолкнулся на немецкую мину времен Второй мировой войны; "Курск" столкнулся с натовской подводной лодкой или же на его борту взорвалась торпеда. 
Однако в это никто не может поверить даже в петербургском Клубе подводников, в котором встречаются моряки, пережившие аналогичные катастрофы. Дом 9 на Васильевском острове, пожалуй, самый важный адрес в Петербурге для журналистов, желающих больше узнать о "Курске". Однако члены клуба тоже молчат: они берегут честь российского флота. 
Только один подводник согласился говорить о "Курске". Он пьет третью рюмку коньяка, не рассказывая ничего такого, что могло бы серьезно повредить репутации российского военно-морского командования. По словам моряка, он точно знает, что на борту "Курска" взорвалась торпеда. Это был новый тип торпеды, поэтому не исключено, что она могла направиться не наружу, а вовнутрь. Еще одной историей больше. 
21 августа начальник штаба Северного флота вице-адмирал Михаил Моцак приказал петербургским подводникам хранить молчание. В письме членам клуба он потребовал, чтобы бывшие моряки прекратили все контакты с журналистами. 
8 сентября президент Путин получил доклад ФСБ, в котором говорилось, что причиной гибели "Курска" стала ракета, выпущенная с крейсера "Петр Великий". Об этом написала "Берлинер Цайтунг", затем последовало опровержение российского военного командования. "Этого не могло быть, потому что это противоречит предписаниям", - утверждали в Москве. Однако, как известно, ошибки при проведении стрельб не редкость для российской армии. С десяток российских морских офицеров, среди которых были и адмиралы, говорили корреспонденту "Берлинер Цайтунг": нельзя исключать, что роковой выстрел был произведен с "Петра Великого". 
Однако военно-морское командование все же может чувствовать себя достаточно уверенно, ведь о запуске ракеты могло знать не более двадцати человек. Правда, позднее российская газета "Московские ведомости" опубликовала исповедь морского офицера Сергея Овчаренко. Он рассказал журналистке, как с борта крейсера "Петр Великий" было выпущено три ракеты в направлении "Курска", одна из которых попала в цель. Офицер рассказал, что он видел это с мостика. Чтобы поговорить с моряком, журналистке пришлось пробраться в Североморск, выдавая себя за официантку. 
Однако российское командование опровергло и этот материал. Было сообщено, что такого офицера просто не существует. В действительности несколько человек, независимо друг от друга, подтвердили, что такой офицер все же вполне реален. Однако, как сообщила газета, он больше ни для кого не досягаем. В это же время военное командование собрало всех офицеров "Петра Великого" в военно-морской академии Санкт-Петербурга. Там, профессор Доценко, спичрайтер адмирала Моцака, представил офицерам еще одну новую версию гибели российской подлодки: "Курск" был потоплен торпедой, по ошибке выпущенной с американской подводной лодки "Мемфис". 
Военнослужащие, в августе проходившие срочную службу на "Петре Великом", в сентябре были досрочно уволены и оправлены по месту жительства в свои деревни. Остальные моряки были переведены на другие корабли Северного флота. Свидетели исчезли. Только в конце ноября московские журналисты смогли выйти на след некоторых из них и получили подтверждение показаний Овчаренко, заявившего, будто он видел ракету, выпущенную с "Петра Великого". 
Однако такими расследованиями занималась лишь часть российских журналистов. У могущественных российских медиа-магнатов Гусинского и Березовского сейчас столько собственных проблем, что они уже не рискуют принимать участие в споре с российским военно-морским командованием. "Комсомольская правда", единственная российская газета, ведущая серьезное расследование, в ноябре была куплена норвежским концерном. 
В беседе, состоявшейся в редакции "Комсомольской правды", принимали участие такие специалисты, как адмирал Эдуард Балтин, переживший пять подводных катастроф. Все категорически отвергли версию военного командования. Бывший командир "Курска" Александр Лесков, переживший катастрофу на советской подводной лодке "К-3", был категоричен: "Не было никакого столкновения с другой подводной лодкой или с другим кораблем. Причиной трагедии стал мощный удар внешнего происхождения. Больше в настоящее время сказать нельзя". 
Лесков может себе позволить говорить больше других. Он ушел в бизнес и поэтому независим. Однако даже Лесков не сообщил о том, что 14 ноября командование снова собрало всех бывших подводников в Санкт-Петербурге, приказав офицерам хранить молчание до следующего лета. 
Так что российские водолазы, которые могли бы пролить свет на причину гибели "Курска", продолжают оставаться в изоляции. После госпиталя, они отправятся в санаторий. И только после этого людей, спускавшихся к "Курску", представят общественности. Их, вероятно, повезут развлечься в московский цирк. 
Итак, десятки журналистов ждут. Они уже видели клоунов и слонов, только вот водолазы все не появляются. Их выход пока откладывается. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации