Ловушка для олигарха

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Ваш Тайный советник" (Санкт-Петербург), origindate::18.11.2002

Ловушка для олигарха

Валерий Береснев

Вот уже три месяца Северо-Западное пароходство - крупнейшая судоходная компания региона - находится в состоянии внутренней войны. За это время власть в пароходстве менялась дважды. Первая смена власти произошла в августе, когда компания была фактически захвачена миноритарными (мелкими) акционерами, которым удалось путем простого голосования отстранить владельца контрольного пакета акций отдел предприятия. Одновременно миноритарии через суды добились ареста контрольного пакета (его удалось разблокировать только в минувшую среду). Проведенное нами журналистское расследование показало, что иски миноритариев к главному акционеру во многом были сфабрикованы. Если заглянуть за кулисы конфликта, становится понятно, что козырная карта миноритариев, разыгрываемая от лица одной из сторон, извлечена из рукава опытного шулера, а сами мелкие акционеры - лишь пешки в чьей-то большой игре.

"Государственный переворот"?

Война за Северо-Западное пароходство (СЗП) развернулась между могущественным московским олигархом Борисом Кузыком и малоизвестным петербургским предпринимателем Андреем Гуськовым. Оба являются акционерами СЗП: Кузык владеет контрольным пакетом акций пароходства, а Гуськов вправе распоряжаться 6,7-процентным пакетом. Кроме этого предприниматель на протяжении двух лет занимал пост заместителя гендиректора СЗП по экономике и финансам и входил в состав совета директоров предприятия, но минувшей весной вынужден был уволиться из-за конфликта с Кузыком. Казалось бы, исход поединка заранее известен, поскольку весовые категории противников слишком неравные. Тем не менее на глазах у всей страны произошло чудо: подчиненный без труда положил на лопатки своего "шефа".

"Чудо" свершилось 24 августа на внеочередном собрании акционеров СЗП, созванном, как говорят, специально, чтобы исключить Гуськова из состава совета директоров. Инициатором собрания выступила Национальная авиационная компания (НАК), представляющая в СЗП интересы Кузыка. Однако в результате голосования большинство мест (5 мест из 9) в новом совете директоров неожиданно получили кандидаты от миноритариев - сторонники опального Андрея Гуськова. Такой исход стал возможен благодаря тому, что Гуськов предусмотрительно заключил союз с московским чиновником Василием Шупыро, который на собрании представлял Министерство имущественных отношений (Минимущество владеет блокирующим пакетом акций СЗП). Во время заполнения бюллетеней НАК, по обыкновению, распылила принадлежащие ей акции между девятью кандидатами в совет директоров и проиграла. Гуськов и Шупыро, напротив, голосовали за более узкий круг (5 человек), потому их объединенных пакетов хватило как раз для того, чтобы обеспечить своим кандидатам символический перевес в десятые доли процента. Злые языки утверждают, что все было заранее просчитано и что Гуськов, голосовавший позже НАК, имел возможность ознакомиться с уже сданными бюллетенями. Впоследствии наковцы припомнят и то, что никто из них не видел подписанного протокола собрания, но доказать им ничего не удастся.

В тот же день Андрей Гуськов был избран и.о. генерального директора СЗП. Совет директоров предприятия возглавил его союзник по "перевороту" Василий Шупыро. Следующим шагом нового руководства стало решение о разрыве контракта с заводом "Северная верфь", который также принадлежит бизнес-группе Бориса Кузыка. Контракт был заключен на строительство дорогостоящих судов и к моменту заявления Гуськова сильно проигрывал по срокам. Однако разрывать его было нецелесообразно: убытки пароходства могли стать еще значительнее. Скорее, этот шаг символизировал окончательный разрыв отношений с самим Кузыком.

Официальная позиция нового гендиректора СЗП была пронизана патетикой и "мессианскими" идеями. В своих многочисленных интервью Андрей Евгеньевич заявлял, что спас пароходство от неминуемой распродажи, якобы запланированной Кузыком. При этом он якобы опирался на поддержку государства (на самом высоком уровне) и миноритариев, с которыми Кузык не считался. У простых работников складывалось впечатление, что Гуськов "пришел навсегда". Между тем сам Андрей Евгеньевич не мог не понимать, что это не так. Национальная авиационная компания, как всякий реальный собственник, сохраняла за собой фактическую власть над СЗП, а значит, и возможность переизбрать мятежный совет директоров. Лишить НАК этой возможности можно было, лишь оспорив принадлежащий ей контрольный пакет акций пароходства. И тогда в провинциальный Шлиссельбург стали приходить странные письма...

Странные письма

Письма в Шлиссельбург стали приходить в минувшем сентябре. Они были адресованы сразу двум жительницам этого небольшого города, которые числились в реестре акционеров пароходства среди прочих безвестных миноритариев. 47-летняя Татьяна Журкова и 75-летняя Мария Кудрявцева никогда прежде не были знакомы друг с другом, но письма, которые они стали получать, были на редкость одинаковыми.

Заказные, в толстых конвертах, эти послания содержали бесчисленное количество судебных документов из арбитражных судов обеих российских столиц - Москвы и Петербурга. Из документов следовало, что Журкова и Кудрявцева совместно с каким-то тоже незнакомым им Александром Кутьиным из поселка Сертолово подали иск на Северо-западное пароходство и Национальную авиационную компанию, и теперь суды, как и полагается, держат их в курсе дел.

Татьяну Журкову письма рассмешили, Марию Кудрявцеву удивили и расстроили. Обе женщины твердо знали, что не подавали никаких исковых заявлений и не собирались ни с кем судиться. Конечно, на свете много шутников и хулиганов, обожающих щекотать нервы обывателей, но о таких жительницы Шлиссельбурга еще не слышали. Раньше, к примеру, в почтовых ящиках можно было запросто обнаружить письмо о том, как "мальчик на берегу реки встретил Бога". Письмо полагалось переписать несколько раз и разослать - иначе всей семье грозили страшные болезни и мучения. Теперь "хулиганы" действовали изощреннее: они слали письма на судебных бланках, с печатями и подписями судей, но если и грозили чем, то только арестом акций НАК. Ни Журкову, ни Кудрявцеву судьба акций НАК не волновала - женщины никогда не слышали о такой компании. Поэтому письма они серьезно не восприняли. Татьяна Журкова была занята на четырех работах и совершенно не имела свободного времени, чтобы выяснять, кто допустил эту (как ей думалось) "чудовищную ошибку". Мария Кудрявцева, вторично парализованная в мае 2002 года, вчитываться в письма была не в состоянии, а ее муж, Алексей Васильевич, предпочитал сразу же выкидывать пухлые конверты, "чтобы не расстраивать бабку".

Если бы Кудрявцевы и Журковы читали столичные газеты, они, возможно, узнали бы о громкой судебной тяжбе, начавшейся этой осенью. Печатные СМИ дружно сообщали, что тяжба возникла по инициативе трех миноритарных акционеров пароходства, проживающих в Шлиссельбурге и в Сертолове. "Имена миноритариев пока не разглашаются", - сожалели газеты. От имени трех таинственных миноритариев в судах действовал доверитель. Судебные заседания продвигались настолько успешно, что уже к началу сентября контрольный пакет пароходства был подвергнут аресту.

Война с "ветряными мельницами"

Исковое заявление от имени Татьяны Журковой, Марии Кудрявцевой и Александра Кутьина поступило в Арбитражный суд Петербурга в конце августа. Иск содержал просьбу обязать Национальную авиационную компанию сделать им оферты (предложения) о выкупе их акций по цене 14,96 доллара за штуку. По мнению истцов, контрольный пакет акций СЗП был сосредоточен в руках НАК с рядом нарушений. В качестве основного нарушения указывалось на приобретение компанией контрольного пакета в обход 80-й статьи закона "Об акционерных обществах", которая предписывает делать оферты при аккумулировании более 30 процентов акций. То обстоятельство, что в устав СЗП накануне приобретения НАКом контрольного пакета акций были внесены изменения, освобождающие от офертов, по всей видимости, не извиняло НАК, а лишь свидетельствовало о продуманности всех шагов, предпринятых компанией с целью получить контроль над пароходством. Исковое заявление помимо требования сделать оферты включало еще одно – признать недействительным решение собрания акционеров СЗП от 16 мая 2000 года, утвердившее роковые изменения в уставе пароходства.

4 сентября иск, аналогичный петербургскому, за подписью тех же истцов, поступил в Арбитражный суд Москвы, и здесь его приняли безоговорочно, несмотря на существующую практику отказов - в случае если в других судах уже рассматриваются похожие дела. Характерно, что и в Москве, и в Петербурге Фемида сработала оперативно: уже через несколько дней оба суда вынесли определения об обеспечении исков, предписывающие наложить арест на долю НАК в Северо-Западном пароходстве. Московский арбитраж был даже радикальнее петербургского: блокировке подвергся сразу весь контрольный пакет акций, тогда как питерский судья оставила НАК те 20 процентов, которые были у компании до приобретения контрольного пакета.

Национальная авиационная компания начала серьезную оборону. Адвокаты НАК протестовали против "неадекватных обеспечительных мер", принятых обоими судами. При этом в реальности существования самих истцов никто не сомневался. Мелкие акционеры вполне могут питать обиду к ловко пришедшему к власти мажоритарию и объединиться под знаменами Гуськова.

О том, что НАК на протяжении всей судебной тяжбы воевала с "ветряными мельницами", которых издали принимала за миноритариев, стало известно лишь в начале ноября. Именно тогда корреспонденту Агентства журналистских расследований удалось выйти на тех людей, от имени которых уже два месяца велась эта судебная дуэль. Оказалось, все это время Мария Кудрявцева и Татьяна Журкова оставались в абсолютном неведении относительно роли, которая была им отведена в громком судебном процессе.

Кудрявцева и Журкова рассказали ошеломляющие подробности. По словам обеих женщин (разговор с Кудрявцевой, только что перенесшей тяжелую операцию, стал возможен благодаря ее мужу), они действительно долгое время являлись акционерами СЗП, но летом этого года продали свои акции.

Из рассказа следовало, что еще в первой половине августа в Шлиссельбурге появилось объявление о том, что некая компания производит скупку акций Северо-Западного пароходства. Скупка производилась в общежитии Невского судостроительного завода (г. Шлиссельбург), входящего в состав предприятий СЗП. Татьяне Журковой запомнилось, что покупатели акций оперировали каким-то обширным списком, содержавшим полный перечень мелких акционеров с указанием их адресов и телефонов. Большинство этих людей приобрело свои акции в самом начале 1990-х годов, в эйфории приватизации, когда слово "дивиденды" имело магическую власть над обывательским воображением. Но ни Журковой, ни Кудрявцевым приобретенные ценные бумаги никакого дохода не принесли. Поэтому естественно, что Татьяна Петровна и Мария Ильинична обрадовались возможности обменять бесполезные бланки на настоящие денежные купюры.

Покупателем в этой сделке выступила компания ООО "Северо-Западный Транс Сервис" (СЗТС). Татьяна Петровна продала СЗТС свои акции по цене 12 рублей 50 копеек за штуку. Мария Ильинична уступила еще дешевле: по 10 рублей. Во время заключения сделок обе женщины практически не глядя подписались под целым ворохом документов.

То, как использовались полученные в Шлиссельбурге подписи, сегодня более-менее ясно. В регистрационном журнале нотариуса Кировского нотариального округа сохранились записи о нескольких доверенностях, выданных разным лицам Татьяной Журковой и Марией Кудрявцевой в день продажи акций. Среди них - на право представлять интересы женщин в суде. Сегодня Журкова и Кудрявцева уверяют, что не понимали, под чем подписываются.

Скажи мне, кто твой друг...

Поразительно, с какой бесцеремонностью распоряжался неизвестный мошенник чужими именами. С помощью документов, приложенных к иску, была создана некая вторая реальность, в которой жили и действовали все те же Татьяна Журкова и Мария Кудрявцева, только чрезвычайно далекие от своих прототипов. В этой фантастической реальности Журкова и Кудрявцева вели интенсивную переписку с компанией СЗТС на предмет скупки их акций по цене 14,96 доллара за штуку! Но для пресыщенных жизнью женщин это была не сумма, они упрямились и капризничали, после чего шли на принцип и подавали в суд с требованием обязать НАК купить у них акции по уже указанной баснословной цене.

В действительности материально стесненные шлиссельбургские акционеры с радостью уступали свои акции за 10 - 12 рублей и ни о каком суде и не помышляли.

В исковых документах Марии Кудрявцевой было всего 30 лет (в ее данных ошибочно указан .1 972 год рождения), она с легкостью разбиралась в ситуации на рынке ценных бумаг, знала, как таблицу умножения, закон "Об акционерных обществах" и с гордостью несла свое скромное имя "миноритарий". В действительности 75-летняя парализованная Кудрявцева лежала в районной больнице, ничего не помня ни о Кузыке, ни о миноритариях, ни даже о самой таблице умножения.

Корреспонденту АЖУР удалось встретиться и с третьим участником судебной дуэли - 41-летним Александром Кутьиным из поселка Сертолово. В отличие от своих шлиссельбургских "соавторов" по иску Кутьин не отрицал, что обращался в арбитражные суды. Однако фамилии доверителей, действующих в судах от его имени, Кутьину почему-то оказались неизвестны.

Тем не менее Кутьин - фигура принципиально иная, нежели Кудрявцева и Журкова. Во-первых, насколько известно, он никогда не заключал сделок по продаже своих акций и является в этой истории единственным реальным акционером СЗП. Во-вторых, Александр Михайлович по-прежнему работает в руководстве одного из дочерних предприятий пароходства - ЗАО "Морской песок". В-третьих, Кутьин считается близким к центральному персонажу - Андрею Гуськову.

Близость Кутьина к Гуськову способна многое объяснить. На их давние отношения указывает, в частности, тот факт, что еще в начале 2000 года Кутьин пользовался автомашиной, зарегистрированной на имя Гуськова. На этой же машине ездил Сергей Ипполитов, коллега Гуськова по группе СОТИ, возглавляемой самим Андреем Евгеньевичем. В мае 2000 года именно Ипполитову Кутьин выдал доверенность на право голосовать от его имени на собрании акционеров, утвердившем новую редакцию устава СЗП. Между прочим, на том собрании Кутьин руками Ипполитова голосовал "за".

На имена Андрея Гуськова и Сергея Ипполитова вообще слишком часто натыкаешься при выяснении подробностей этой судебной истории. В частности, на имя Ипполитова Татьяной Журковой в августе якобы была выписана одна из доверенностей. Характерно и то, что компания "Северо-Западный Транс Сервис", скупившая акции у шлиссельбургских миноритариев, входит в группу СОТИ. Сам гендиректор СЗТС Вадим Немов, согласно официальным данным, является одним из соучредителей СОТИ. Кстати, на роковом собрании акционеров 24 августа миноритарные кандидаты избирались именно от СЗТС.

А суду все равно...

4 ноября в Московском арбитражном суде состоялось очередное заседание по иску трех миноритариев. Пожалуй, впервые за всю историю тяжбы кроме доверителя присутствовал один из истцов - Татьяна Журкова. Парализованная Мария Кудрявцева по понятным причинам в Москву прибыть не смогла. Однако у нее нашлись сразу два доверителя: прежний, действовавший от имени мифической молодой женщины, и новый, представивший доверенность от 75-летней бабушки.

Татьяна Журкова сразу же объявила о том, что отзывает свой иск. Однако изложенные ею скандальные подробности не произвели на арбитражного судью ожидаемого впечатления. Намерение нового доверителя Кудрявцевой вслед за Журковой отозвать иск было отклонено - до выяснения обстоятельств по существу. Вместо того, чтобы ужаснуться количеству сфабрикованных документов и подделанных подписей, судья заметила, что существует еще истец Кутьин, который не собирается отказываться от заявления. Дело было оставлено для дальнейшего рассмотрения, а обеспечительные меры, принятые по иску, - сохранены.

Вероятнее всего, арбитражные суды вовлечены в конфликт вокруг СЗП именно ради получения жестких обеспечительных мер. Само положительное решение по иску ничего не давало команде Гуськова (вряд ли этих людей могли волновать не сделанные оферты), но блокировка контрольного пакета была очень на руку. Арест контрольного пакета отнимал у НАК право голосовать на собраниях акционеров пароходства и вообще каким-то образом вмешиваться в его дела. В петербургском Арбитражном суде адвокатам НАК еще в октябре удалось добиться отмены обеспечительных мер. Но хватка московской Фемиды оказалась мертвой.

НАК переходит в контрнаступление

Утром 21 октября в кресло гендиректора СЗП неожиданно для всех вместо Гуськова сел Андрей Антонов. Тот самый Антонов, который, по данным гуськовской пресс-службы, после августовского "переворота" задерживался охраной пароходства за попытку вынести с территории предприятия служебные документы. На этот раз Антонов сам явился с охраной - сотрудниками охранной фирмы "Форт-С", которые обеспечили ему свободный вход в административное здание пароходства на Большой Морской, 37. Прибывшие к зданию Андрей Гуськов и члены его команды были поставлены перед фактом "вторжения".

Долгое время никто не мог понять, на каком основании Национальная авиационная компания отважилась вернуться. То, что к управлению СЗП вернулась именно НАК, ни у кого не вызывало сомнения: Антонов традиционно считался человеком из команды Кузыка.

Впоследствии ситуация прояснилась. Мажоритарии основывали свои действия на определении Новгородского арбитражного суда, принявшего жесткие обеспечительные меры по заявленному адвокатами НАК иску. Меры приостанавливали действие всех решений, принятых на собрании акционеров от 24 августа, и накладывали табу на заключение сделок и на дополнительную эмиссию акций, осуществляемую командой Гуськова в дочерних предприятиях пароходства. Тем самым новгородский судья автоматически восстанавливал в правах прежний совет директоров, действовавший до "переворота". Позднее аналогичные меры были получены адвокатами в Вологде.

То, что в период с 24 августа по 21 октября гуськовское руководство СЗП действительно проводило допэмиссию в "дочках", знали все. Гуськов преподносил организованную им допэмиссию как нечто, предпринятое в государственных интересах и одобренное "сверху". Предполагалось, что в результате эмиссии государство получит в дочерних компаниях СЗП не менее 20 процентов акций. Одновременно то же государство в лице заместителя министра Минимущества Николая Гусева слало на имя Василия Шупыро встревоженные директивы с просьбой срочно прекратить допэмиссию до более детального обсуждения вопроса. Насколько известно сегодня, эмиссия была предпринята Гуськовым в восьми наиболее доходных дочерних предприятиях пароходства: "Морской песок", "Пассажирский порт", "СПб речной порт", "Ленинградский речной порт", "Северо-Западный флот" и пр.

Итогом этого процесса могло стать размывание акций Кузыка в "дочках" и фактическая потеря контроля над ними. Именно поэтому НАК так обеспокоена ситуацией. Команда Кузыка никогда не сомневалась в том, что ей удастся вернуться в пароходство, но она сомневалась, что к этому времени будет, куда возвращаться. От прежнего СЗП могли уцелеть лишь несколько дочерних фирм, не представляющих большого коммерческого интереса. Основные активы пароходства с помощью допэмиссии могли запросто перекочевать к другим владельцам.

Даже сегодня НАК по-прежнему отказывается от официального комментария своих действий. Хотя на счету команды Кузыка уже есть серьезные успехи: 13 ноября Московский арбитражный суд прекратил производство по иску псевдоминоритариев и отменил все обеспечительные меры. Иск Кутьина оставлен без рассмотрения. Таким образом, НАК возвращен ее контрольный пакет. Но означает ли это, что к Кузыку вернется его пароходство?