Лужкову осталось пара месяцев, чтобы любоваться Кремлем

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

© "GQ", май 2005 Посадил дед гостиницу Судьба гостиницы «Москва» проливает свет на климатическую близость Москвы к джунглям
Григорий Ревзин, "Ъ"
Converted 18839.jpg

Странная вышла у нас история. Юрий Михайлович Лужков снес гостиницу «Москва», обещав восстановить один к одному, потом уехал в Брюссель и оттуда передумал. Очень красивый вид на Кремль потому что открылся. «Это, — говорит, — конечно, очень серьезное решение, которое нельзя принять просто так. Но если меня об этом попросит общественность, если выскажутся специалисты, если, что немаловажно, об этом же попросят инвесторы, уже вложившие средства в снос гостиницы, то я об этом подумаю». Думал долго — два месяца. А потом обратно передумал. Будем восстанавливать.

Бывают такие девушки, у которых заяц в голове, и это даже развлекает. Но меня немного смущает, что люди с таким мятущимся характером редко становятся градоначальниками. В этом есть решительная несуразность. Но тогда что же это все-таки было? Кто как, а я более всего заинтересовался инвестором. Потому что снос гостиницы обошелся в 50 млн долларов, и хочется понять, как можно потратить 50 млн, получить взамен вид на Кремль и не остаться внакладе.

Ничего у меня не вышло. Инвестором всей этой истории является фирма ОАО «ДекМос», совместное предприятие, наполовину принадлежащее правительству Москвы, а наполовину — фирме Decorum Corporated, зарегистрированной в США и существующей только для финансирования данного проекта. Она — дочка Hypo Moscow Real Estate Investment Fund. Он хотя и Moscow, но зарегистрирован в Лихтенштейне. Единственное действие этого фонда—в том, что он родил дочку в Америке. Сам он — тоже дочка лихтенштейнского же банка Hypo Investment Bank, который, в свою очередь, дочка австрийского Vorarlberger Landes- und Hypo-thekenbank. Этот последний банк нормальный, приличный. Но он тоже не финансирует работы по сносу и строительству гостиницы «Москва». Он размещает в этом проекте средства швейцарского Banque SCS Alliance. А чьи средства вкладывает туда швейцарский банк, узнать не удается.

Ничего себе финансовая схемка, не находите? С одной стороны, государственное дело, а с другой — финансируется оно, будто пароход левых бананов из Латинской Америки через Исландию везут.

Я имею в виду, архаическая какая-то стилистика финансирования. Нет, не то, чтобы такое было сегодня нельзя. Сегодня такое можно, но при условии. Чтобы первое лицо лично знало, откуда ноги растут. Если знает — тогда можно хоть от рюмочной «Байкал» в Твери плясать, и уж чтобы она основывала банк на Кипре, который через Лихтенштейн и Гондурас будет финансировать производство стратегических бомбардировщиков. Но вот если первое лицо не знает, тогда это, конечно, прямой караул.

Про Лужкова говорили черт знает что, но, как доказали многочисленные суды по делам о клевете, он на самом деле совершеннейший бессребреник. Еще про него говорят, что город он держит потому, что всегда знает, откуда ноги растут. А может, как раз в этом случае он был в неведении?

Не в полном, конечно. Знаете, бывают такие истории, мне няня в детстве рассказывала. Посадил дед гостиницу «Москва». Праправнучка за правнучку, правнучка за внучку, внучка за дочку, дочка за мамку, мамка за австрийскую бабушку, деньги тянут-потянут, а кто — непонятно.

Уехал, значит, Юрий Михайлович в Брюссель и оттуда как-то по-гоголевски задумался: а может, и не строить нам эту гостиницу? Уж больно вид красивый открылся! Чистый Манилов, но это на публику, а в душе, наоборот, Собакевич. Сидит и гадает — кто же, черт побери, все же купил у меня эту гостиницу? Может, засветится? И засветился. И, что интересно, стоимость строительства упала с $600 млн до 230, что, кстати, получится, если каждый из пяти посредников берет себе по 30% стоимости проекта — нормальная, ходят слухи, московская такса по муниципальным объектам. Но дело не в том, что деньги сэкономились, а главное — все дело теперь стало законнейшее. Этот человек Лужкову теперь лично известен.

У меня сейчас такая семейная ситуация, что супруга пеняет мне на тяжелые климатические условия в Москве. А я говорю: душа моя, ну что тебе не мило? У нас прекрасный климат — чистой воды банановая республика. Джунгли.