Мастер разговорного жанра

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Независимая газета", origindate::02.11.2000, Фото:Lenta.Ru

Мастер разговорного жанра

Геннадий Селезнев - перспективный образец для будущей генерации компартийных деятелей, если таковая появится

Александр Головков

Converted 11128.jpg

Начиная примерно с 1968 года бесперспективность кондовой коммунистической идеологии стала ощутимой для всех, кто был способен мыслить, - как на западе, так и на востоке Европы. В рядах советской партийной номенклатуры тогда возникла склонность к экономическому и всякому иному сотрудничеству со "стратегическим противником", со временем породившая поголовное стремление ответственных работников к загранкомандировкам. А среди руководства ряда европейских компартий, заботливо предохраняемых советскими опекунами от уклонения в социал-демократию, зародилась новая и странная ересь - еврокоммунизм. Подвержены ей были, естественно, не представители закаленной "старой гвардии" но, в первую очередь, те лидеры, кои по относительной молодости отнюдь не стремились бороться за торжество идей Маркса-Энгельса-Ленина, но и не отказывались от оных (по крайней мере внешне), желая закрепить собственное положение в евроэлите так, чтобы при сохранении финансовых дотаций от КПСС не воспринимать мнение Москвы, как истину в последней инстанции.

В связи с известными событиями, случившимися в последние десятилетия XX века, еврокоммунизм так и не вызрел до состояния движущей и направляющей идеологии общественного развития. Но некий эквивалент этого любопытного для политологов явления наблюдается сейчас в активно функционирующей Коммунистической партии Российской Федерации, для которой, как представляется, в настоящее время могут быть актуальными многие идейные проблемы и коллизии, напрягавшие исчезнувшую ныне западноевропейскую компартийную среду два-три десятилетия назад. В определенном смысле самым ярким образцом нового российского еврокоммуниста можно считать Геннадия Селезнева. Он благополучно удерживает второе место в иерархии КПРФ и одновременно уже второй срок подряд занимает место спикера Госдумы, являясь одним из столпов "антинародного режима". И это лишь доля очевидных достижений одного из самых незаурядных деятелей современной российской политики.

Вальяжный человек из народа

Геннадий Николаевич Селезнев родился 6 ноября 1947 года в городе Серове Свердловской области.

Свою взрослую жизнь он начинал скромно (надо полагать - сообразуясь с возможностями семьи). В 1964 году будущий глава российского парламента окончил всего лишь профессионально-техническое училище, но зато не где-нибудь, а в Ленинграде. И была у него мечта - стать пограничником. Так могло бы и случиться - в 1966 году Геннадий Селезнев поступил в Московское высшее пограничное командное училище КГБ СССР, однако позже был отчислен оттуда по состоянию здоровья.

Зато в 1974 году он заочно окончил факультет журналистики Ленинградского государственного университета. Со временем стал кандидатом исторических наук, получил звание доцента (в Московском институте молодежи). С августа 1998-го - почетный профессор Санкт-Петербургского института управления и экономики. Владеет английским языком.

Он женат, его супруга Ирина преподает в техникуме. Дочь Татьяна работает социальным психологом.

Среди своих увлечений на первое место он ставит чтение книг (особенно любит историческую литературу), журналов, газет (отдает предпочтение таким изданиям как "Известия", "Независимая газета", "Сегодня"). Другие увлечения: плавание, рыбалка, настольный теннис. Кроме того, Геннадий Селезнев занимался лыжным двоеборьем, конным спортом. В бытность редактором "Комсомольской правды" побывал на Северном полюсе.

Из спиртных напитков он предпочитает водку. Также любит кофе и сигареты. Курить начал в шестнадцать лет. Сейчас порой вытягивает две-три сигареты подряд, а для уменьшения дозы поглощаемого никотина использует мундштук со специальным фильтром.

Из ушедших политических деятелей ХХ века Селезнев более всего уважает Ленина, Косыгина, раннего Брежнева, позднего Андропова. А среди нынешних политиков выделяет Зюганова, Стародубцева, Варенникова.

Неизжитая склонность к курению - едва ли не единственная "неноменклатурная" привычка Селезнева. Но перед камерой он практически никогда не появляется с сигаретой (как бы соблюдая стереотипы поведения геронтократов позднесоветской эпохи). Во всем остальном Геннадий Селезнев поддерживает имидж большого компартийного начальника последней номенклатурной генерации. В течение долгого карьерного пути он отточил умение предводительствовать большими совещаниями и сейчас блистательно рулит парламентским процессом; иногда его манера поведения в Думе напоминает обращение умного преподавателя с разболтанными школярами. В парламентских дебатах и в многочисленных интервью Селезнев демонстрирует великолепную реакцию и умение находить нужные слова в нужный момент. Однако в иной аудитории, среди "простолюдинов", его профессионально поставленное красноречие обычно не находит отклика, аргументы не убеждают, пафосные слова не внушают доверия - быть может, потому, что слушатели нутром чувствуют в нем чужого, барина, "обком обкомыча", которому доверять нельзя ни в коем случае, как бы убедительно он ни говорил.

Селезневское барство - отнюдь не прирожденное, а благоприобретенное, поскольку в юности был он самым настоящим пролетарием - после профтехучилища работал токарем на предприятии # 730 в Ленинграде. Но недолго - уже в 1968 году занял пост секретаря комитета комсомола в родном ПТУ, а по совместительству стал инструктором Выборгского райкома ВЛКСМ. Через два года вырос до ответственной должности заведующего отделом Выборгского райкома, затем стал заместителем заведующего отделом Ленинградского обкома ВЛКСМ, и в этом статусе пребывал до 1974 года, когда был переброшен в журналистику (получив соответствующее образование).

В большой журналистике

С 1974 по 1980 год Геннадий Селезнев был заместителем главного редактора, а затем - главным редактором ленинградской областной газеты ВЛКСМ "Смена". Газета нравилась начальству и читателям, выполняя должным образом функции "коллективного организатора и агитатора". Поэтому в 1980 году, когда у главного редактора "Смены" годы зашли на четвертый десяток, его передвинули с молодежного издания на должность первого заместителя заведующего отделом пропаганды и агитации ЦК ВЛКСМ. А 1 января 1981 года утвердили главным редактором печатного органа ВЛКСМ - газеты "Комсомольская правда", где он проработал до 28 декабря 1988 года.

В период работы Селезнева в "Комсомольской правде" появились так называемые прямые линии "Комсомольской правды" (телефонные беседы известных политиков и общественных деятелей с читателями "КП"), цветное еженедельное приложение к "Комсомольской правде" - газета "Собеседник" (первый цветной еженедельник в СССР) и другие интересные новинки. В то же время именно при Селезневе "Комсомольская правда" провела кампанию против советской рок-музыки (статья "Рагу из Синей птицы" и др.). Обыкновенная история - главный редактор хотел делать как лучше, но порой приходилось делать "как всегда".

Достигнув 41 года (возраст уже далеко не комсомольский), Геннадий Селезнев был переведен во "взрослое издание" - в декабре 1988 года он стал главным редактором "Учительской газеты". Соответственно поднялся и в общепартийной иерархии - в июле 1990-го на XXVIII съезде КПСС был избран членом ЦК КПСС. Затем настала пора настоящего номенклатурного возвышения (благо перестроечные ветры многих уносили из насиженных кабинетов, так что интересные вакансии открывались перманентно). В феврале 1991 года Селезнев стал первым заместителем главного редактора "Правды". А затем возглавил газету - но уже после судьбоносных событий августа 1991 года, в результате которых указанный печатный орган перестал быть главной газетой Советского Союза (а затем и Союз распался).

Занимая в советские времена крупные посты, Селезнев не удосужился наработать надлежащие навыки администратора-менеджера. Ему было достаточно владеть искусством идейного руководства, черновая же работа делалась нижестоящими и шла как бы сама собой. Поэтому, оказавшись во главе хорошего издания с хорошо раскрученным брэндом, но при отсутствии прежней обеспеченности государственными финансами, главный редактор Селезнев охотно согласился уступить все черновые менеджерские функции явившейся как бог из машины фирме "Стилайт холдинг лимитед", возглавляемой греческим коммунистом-бизнесменом Яннисом Янникосом. В апреле 1992 года газета "Правда" вошла в созданное греческими "братьями по идеологии" АО "Правда Интернэшнл", где Геннадий Селезнев занял посты вице-президента и члена совета директоров.

Передача знаменитейшей коммунистической газеты новым собственникам осуществлялась достаточно скандально. Новое акционерное общество было создано и зарегистрировано за спиной журналистского коллектива, в котором только через два месяца после акта официальной регистрации провели собрание, где Селезнев добился согласия на создание АО "Правда Интернэшнл". Участники собрания в тот момент не представляли, что на самом деле все уже решено и юридически закреплено. Со временем выяснилось, что Селезнев заключил еще и конфиденциальный "Договор о форме организации и порядке деятельности акционерной компании "Правда Интернэшнл", в соответствии с которым главный редактор самовольно, не имея на то полномочий, передал "право на название газеты "Правда", издательские и патентные права, архивы, библиотеку, информационные материалы, электронные и обычные технологии воспроизведения, хранения и т.д. исключительно, безвозвратно и безусловно в распоряжение Компании", то есть семьи Янникосов, получивших в ней 55% акций.

Существует версия, что Селезнев элементарно "купился", доверившись "греческим проходимцам". По другим источникам, Янникосы намеревались честно выполнить свои обязанности.

Однако даже при поддержке идейно близких спонсоров замечательное компартийное издание недолго продержалось на плаву. К началу 1994 года убыточность данного российско-греческого проекта стала ощущаться как медицинский факт, вдобавок ко всему прочему разразился острый конфликт между редакцией и греческими держателями контрольного пакета АО "Правда Интернэшнл", который в конце концов и добил газету, основанную Ульяновым-Лениным в 1912 году.

Но агония "Правды" происходила уже без Селезнева. Поскольку в ходе событий сентября-октября 1993-го газета "Правда" поддерживала парламент против президента, 13 октября 1993 года приказом Комитета по печати РФ Геннадий Селезнев был снят с должности главного редактора газеты. (Его преемником стал Виктор Линник, который затем и попытался разобраться с греками, отстаивая приоритеты российского журналистского коллектива. Вначале Линник потерпел полное фиаско в своей борьбе с "захватчиками", но потом сумел раскрутиться, и в настоящее время возглавляет издание, пытающееся восстановить права на брэнд ленинской газеты. Селезнев же в конфликте поддерживал Янникоса, а затем практически отошел от правдинских дел.)

В большой политике

На II (восстановительном) съезде Коммунистической партии Российской Федерации в феврале 1993 года Геннадий Селезнев не фигурировал в числе компартийных лидеров и не вошел в руководство партии. Но в ходе событий, последовавших за днями "красного октября", он стал одной из знаковых фигур оппозиционной журналистики, а потому в ходе парламентской выборной кампании был включен в партийный список КПРФ на одно из видных мест и получил мандат депутата в новосозданной Думе. Там он с января 1994 по январь 1995 года занимал пост заместителя председателя комитета Государственной Думы РФ по информационной политике (по итогам межфракционного соглашения о разделе парламентских постов).

В этом новом качестве Геннадий Селезнев проявил себя как активный критик исполнительной власти и тех парламентариев, которые власть поддерживали. Он, в частности, не смолчал в деле с бюджетным финансированием "Российской газеты", заявив, что в России "бедствуют все издания, и будет трудно объяснить, почему Госдума позволит "жировать" одной газете". В июле 1994 года Геннадий Селезнев был назначен председателем комиссии Государственной Думы РФ по проверке финансовой деятельности Российской государственной телерадиокомпании (РГТРК) "Останкино" - и в этом деле нашел немало материала для критических замечаний в адрес кремлевских назначенцев на телевидении.

Но активнее всего Селезнев занимался укреплением собственного политического статуса. В феврале 1994 года он вошел в инициативную группу общественного движения "Согласие во имя России" (среди подписавших обращение о создании движения были Валерий Зорькин, Александр Руцкой, Геннадий Зюганов, Сергей Бабурин, Станислав Говорухин, Сергей Глазьев, Аман Тулеев, Александр Ципко и др.). Проект не удался: весной 1994-го движение учредилось, а к осени 1994 года уже распалось. Зато Селезневу удалось войти в верхушку компартии. В январе 1995 года на III съезде КПРФ он стал членом Центрального Комитета, затем на пленуме ЦК КПРФ был избран секретарем ЦК.

Следующим и очень значительным шагом в парламентской карьере Геннадия Селезнева стало его избрание заместителем председателя Государственной Думы РФ (январь 1995 года); на этом посту он сменил беспартийного депутата от фракции КПРФ Валентина Ковалева, который стал против воли фракции министром юстиции (и затем прославился в известном "банном деле").

На должности зампреда Госдумы Селезнев курировал взаимодействие парламента со средствами массовой информации. И именно он 21 марта 1995 года председательствовал на слушаниях по вопросу разгосударствления РГТРК "Останкино" и создании на его базе АОЗТ "Общественное российское телевидение". Естественно, как коммунист - выступил категорически против создания ОРТ. В марте 1995-го Геннадий Селезнев был утвержден главным редактором (на общественных началах) печатного органа КПРФ - еженедельника "Правда России" (занимал эту должность до января 1996 года).

На выборах в Государственную Думу РФ в 1995 году Геннадий Селезнев получил первое место в Дальневосточной группе общефедерального списка КПРФ и 17 декабря 1995 года был вновь избран депутатом Государственной Думы РФ по списку. Те парламентские выборы ознаменовались крупнейшим успехом коммунистов и их союзников, завоевавших доминирующие позиции в нижней палате Федерального собрания РФ. 16 января 1995-го Геннадий Селезнев был выдвинут фракцией КПРФ кандидатом на пост председателя Государственной Думы РФ и после трех туров голосования был избран, значительно опередив других кандидатов - Ивана Рыбкина и Владимира Лукина.

В объятьях "классового врага"

Борис Ельцин умел не только сокрушать, но при необходимости также и приручать политических противников - тех, кого считал полезным материалом для государственного строительства. Приручение Геннадия Селезнева происходило в течение всего срока работы Государственной Думы второго созыва (1996-1999 годов).

Изначальные взаимоотношения новоизбранного спикера с Кремлем были обременены множеством неприятных эпизодов, имевших место быть в предыдущие годы. Антипрезидентские инвективы селезневской "Правды" в сентябре-октябре 1993 года нашли логичное продолжение в июле 1995 года, когда будущий председатель Госдумы выступал с идеей отрешения Ельцина от должности: он даже подготовил и распространил тогда памятку о процедуре импичмента, дабы помочь депутатам разобраться в необходимых для сего дела политико-юридических тонкостях.

Однако, утвердившись в спикерском кресле, Геннадий Селезнев сразу же многозначительно заявил, что считает свою должность надпартийной. То был вполне очевидный намек для президента и его окружения. Но торопить события спикер не стал и на своей первой пресс-конференции в качестве руководителя Государственной Думы РФ в духе компартийной традиции рассуждал о неудачном опыте президентства в России и целесообразности перехода к парламентскому способу правления. Позже он подтвердил эту мысль корреспонденту газеты "Сегодня": "... Мы отменим пост президента с помощью отмены сегодняшней Конституции и принятия новой на референдуме". 15 марта 1996 года Геннадий Селезнев голосовал за постановления Государственной Думы РФ об углублении интеграции СНГ и признании юридической силы итогов референдума 17 марта 1991-го о сохранении Союза республик.

20 марта 1996 года случился забавный казус. Депутат от фракции "ЯБЛОКО" Елена Мизулина внесла предложение включить в повестку дня пленарного заседания Государственной Думы РФ вопрос о снятии Селезнева с должности председателя ГД. За это предложение проголосовали 88 депутатов при 207 против и 4 воздержавшихся, и предложение было отклонено. Но одним из депутатов, голосовавших за рассмотрение вопроса о смещении Селезнева, был, по сообщению газеты "Известия", не кто иной, как сам Геннадий Зюганов. Впоследствии выяснилось, что Зюганов отсутствовал при голосовании и его карточкой проголосовал кто-то другой - но сам эпизод выглядел весьма символично: он как бы предвещал будущие многочисленные несовпадения между лидером компартии и его ближайшим парламентским соратником.

Когда Ельцин был переизбран президентом на второй срок, воинственность коммунистов несколько остыла. Потерпев поражение на президентских выборах, руководство КПРФ поспешило откорректировать свои взаимоотношения с исполнительной властью. И прежде всего это коснулось действий контролируемого КПРФ руководства Госдумы, где в августе 1996 года сравнительно легко осуществилось повторное утверждение Черномырдина на посту главы правительства. Коммунист-спикер при этом проявил максимум лояльности, и в Кремле это оценили. В качестве шага навстречу левой оппозиции при президенте был создан Консультативный совет высших должностных лиц России, куда Селезнев вошел вместе с главой Совета Федерации и премьером.

Но далее у Кремля с коммунистами опять не заладилось. Руководство КПРФ вознегодовало на Чубайса (на тот момент - руководителя администрации президента), который попытался явочным порядком войти в состав упомянутого Совета (что дало бы ему фактически легитимное первенство в решении государственных дел в условиях, когда президент болел, а премьер был связан по рукам и ногам заполнившими правительство представителями мощных олигархических кланов). Затем произошло назначение Бориса Березовского заместителем секретаря Совета безопасности РФ. Селезнев тогда заявил, что категорически протестует против этого назначения ("...убежден, что такое назначение на столь ответственный пост не могло состояться без личной заинтересованности и протекции со стороны главы администрации президента Анатолия Чубайса"). Он также официально заявил, что отказывается "участвовать в Консультативном совете высших должностных лиц страны в присутствии господина Чубайса". В своем заявлении Селезнев назвал Березовского "человеком, сделавшим антироссийский информационноый переворот на первом канале телевидения". Однако после вышеназванного демарша 21 ноября 1996 года спикер-коммунист все же принял участие в первом заседании Консультативного совета.

Затем в течение нескольких лет Селезнев уверенно дирижировал парламентским процессом, более или менее убедительно имитируя борьбу с "режимом", но избегая при этом серьезных столкновений с Кремлем. В ряду бесспорных заслуг спикера - парламентское утверждение Сергея Кириенко на посту премьера (апрель 1998 года), отклонение Думой предложения Примакова о практической несменяемости правительства до президентских выборов (март 1999 года), а также провал попытки вынесения вердикта об импичменте президенту Ельцину в мае 1999 года. К этому следует добавить, что в 1999 году за кулисами парламентской сцены Селезнев сыграл не последнюю роль в срыве амбициозных планов формирования широкой коалиции левых и левоцентристских сил (под предводительством Юрия Лужкова, а затем Евгения Примакова).

В канун декабрьских парламентских выборов 1999 года политическая карьера Геннадия Селезнева зависла в некоем неопределенном состоянии. На основании собственного политического опыта и по анализу экспертов он понимал, что эпоха господства КПРФ в парламенте завершается, а потому его перспективы сохранения председательского статуса казались призрачными. И спикер-коммунист принял неожиданное (для несведущих в политической кухне) решение - баллотироваться на выборах губернатора Московской области. Селезнев рассчитывал, что к известным электоральным ресурсам подмосковной организации КПРФ добавится поддержка опытных кремлевских политтехнологов, и это вкупе обеспечит решающее превосходство над соперниками. Однако выступая соло и а капелла в подмосковных городах, Геннадий Селезнев не снискал того успеха, к которому привык на парламентской сценической площадке.

Провал в Подмосковье не стал роковым для карьеры Селезнева. При поддержке старых и новых друзей и политмеценатов он вернулся на пост председателя Госдумы, где ему практически гарантированы четыре года полнокровной политической жизни. А на третий срок оставаться спикером Селезнев, по его собственным словам, не собирается. Хотя кто знает, как оно повернется в большой политике... Тем более что определенная смена идеологических вех, произошедшая в Кремле по ходу и после избрания второго президента РФ, создает благоприятнейшие возможности для открытого и откровенного конформизма в отношениях между верховной исполнительной властью и всеми вменяемыми деятелями, ранее числившимися в рядах "коммунопатриотической" и просто "патриотической" оппозиции. Объясняя нынешнюю позицию КПРФ и свое личное отношение к власти, г-н Селезнев не так давно сказал: "Мы ведь с Кремлем не заклятые враги... Плоха та власть, которая не слушает оппозицию. Борис Николаевич в последние годы был "инвалидом" - в том смысле, что слушал только в правое ухо... Сейчас же пришел Путин. Его, конечно же, есть за что критиковать, но бед, как Ельцин, он не наворотил..."

* * *

КПРФ не может трансформироваться по моделям западноевропейских социал-демократий. В то же время очевидно, что без радикальной модернизации будущего у этой политструктуры нет и быть не может: оевропеиваться надо обязательно и быстро, в течение нескольких лет. Но специфика социальной базы КПРФ такова, что любые серьезные перемены в партии могут оттолкнуть значительную часть нынешнего электората. Как представляется, многие лидеры компартии ломают головы над тем, как измениться коренным образом, ничего не меняя, и как оставить партию такой же, как сейчас, полностью ее модернизировав.

Некие замыслы подобного рода витают и в окружении Геннадия Селезнева, при этом он, в отличие от большинства коллег, уже несколько раз предпринимал осторожные попытки идейно-организационной трансформации - не во всей структуре КПРФ, а в некоторых ее "политических окрестностях". Но даже самая серьезная попытка такого рода, вылившаяся в создание политического движения "Россия", окончилась, по существу, "пшиком". Спикер-коммунист прибавил к своим многочисленным титулам лишь номинальное лидерство в организации, которая вряд ли когда приобретет существенное влияние. Тем не менее своеобразная заявка на политическую самостоятельность Селезневым сделана. Дальнейшее во многом зависит от динамики сложных процессов интеграции-дезинтеграции, происходящих на левом фланге российского политпространства. И если когда-нибудь в России левые политики европейского типа окажутся востребованы в политической практике, Геннадий Селезнев сможет выступить в роли соответствующего лидера в готовой еврокоммунистической имиджевой обертке.