Махинации Геннадия Хандорина на "ТНХК" при пособничестве замминистра Куранова

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© овая Газета", origindate::20.12.99

"Рачительный хозяин", или Игры с госсобственностью

Борис Гамов

История приватизации ОАО "Томский нефтехимический комбинат" приобретает все более причудливые очертания. Незаинтересованному читателю, далекому от тонкостей нефтехимии и приватизации, средства массовой информации, особенно местные, преподносят ее как борьбу сибиряка-патриота с некими московскими структурами, стремящимися получить контроль над предприятием и, уведя налоги в центр, оставить область на "голодном пайке". Однако за громкими, трескучими фразами героя-патриота, в роли которого выступает генеральный директор СХК Геннадий Хандорин - знатный управленец и государственник, - остается в тени не менее интересная история приобретения ТНХК государственным предприятием СХК, т.е. государством. И роль в этой, не менее интересной истории самого г-на Хандорина.

А история такова. В 1997 году Геннадию Хандорину удалось убедить тогдашнего министра атомной промышленности Михайлова приобрести у известного российского предпринимателя Кахи Бендукидзе акции ТНХК и его дочернего предприятия ТХК-4. Необходимость такого приобретения мотивировалась, во-первых, экономической выгодой, поскольку продукция комбината после его реструктуризации и модернизации могла быть востребована рынком как в России, так и за рубежом. И, во-вторых, выгодой социальной: по уверению Хандорина, ТНХК мог бы предоставить работу сотрудникам атомной промышленности, которые потеряли ее, т.е. работу, в результате конверсии.

На приобретение пакета акций и векселей ТНХК и ТХК-4 государственное предприятие СХК затратило определенное количество денег. Мы используем термин "определенное" вместо точной суммы, поскольку сегодня ее определение затруднительно. По одним данным, на покупку было потрачено около 27 миллионов долларов, по другим - около пятидесяти. Из справки же главного бухгалтера СХК В.В. Соколовой вообще следует, что всего "за пакет акций и векселей было уплачено 666 654 тысячи рублей, или около 117 миллионов долларов (!!!) по тогдашнему курсу. И здесь, как в школьной задачке, возникает вопрос: сколько все-таки г-н Хандорин израсходовал государственных средств, если источники, близкие к продавцам пакета, говорят, что получили они за свой пакет ... около 12 миллионов долларов. Да и то не все "живыми" деньгами.

Даже если принять во внимание усушку-утруску, дефолт и курсовую разницу, все равно непонятно, как говорил известный поэт "где деньги, Зин?" Кстати, некоторые источники неофициально говорят, что участники сделки поимели от нее свой интерес - каждый в соответствии с приложенными усилиями. Больше всех усилий прилагали замминистра К. Куранов и гендиректор Г. Хандорин. Не исключено, что намеки на интерес уважаемого академика в "откате" - наветы и домыслы, имеющие своей целью запятнать белоснежный казенный мундир Геннадия Петровича, однако...

Однако дальнейшее после приобретения государством в лице СХК акций ТНХК развитие событий не просто бросает тень на белоснежный государственный мундир Г. Хандорина, но просто-таки делает его цветовую принадлежность неразличимой.

Что сделает рачительный хозяин-государственник, приобретя на государственные же средства часть акций какого-либо предприятия? Ответ кажется очевидным: постарается увеличить долю государства в активах компании. Ну и уж конечно, всеми силами постарается сделать производство на этом предприятии рентабельным, прибыльным.

Про нынешнее состояние дел на ТНХК, про виртуозную реструктуризацию предприятия, проведенную при непосредственном участии г-на Хандорина, разговор долгий и особый, поэтому не будем останавливаться на этой теме. Гораздо интереснее разобраться с действиями Геннадия Петровича по обеспечению государственного контроля за новым государственным имуществом.

А действия были предприняты, мягко говоря, странные. Вместе со своим финансовым консультантом, обеспечивающим сделку по покупке Минатомом акций ТНХК (а еще раньше - покупку акций ТНХК Кахой Бендукидзе) - частной фирмой "Вангвард", генеральный директор СХК Геннадий Хандорин создает и регистрирует частное же ООО "Аппарат Управления". Новое ООО было призвано осуществлять управление Томским нефтехимом и обеспечивать государственные интересы в вопросах взаимодействия с другими собственниками акций ТНХК. СХК получил в нем сначала 85,45% уставного капитала, а ООО "Вангвард" - 14,55%. Потом "Вангвард" внес в уставный капитал "Аппарата" 53 тыс. акций Нефтехима и таким образом нарастил свою долю до 17,88%, государство осталось уже с 82,12%.

Казалось бы, все нормально, государству недосуг заниматься своим многочисленным имуществом, и оно нанимает (или создает) специализированную структуру для осуществления этих функций. Все бы так, если бы не два пустячка. Пустячок N 1 - это то, что госсобственность при активном участии Г. Хандорина плавно перетекла в частную структуру. "Ну и что, - скажет читатель, - ведь в этой частной структуре при самом минорном раскладе более 80% акций в руках ФГУП СХК, то есть в руках государства". Скажет так читатель и будет не прав. Причем не прав "в квадрате".

Во-первых, как ни крути, а юридически ООО - частная структура, "частность" которой не уменьшается ни от какой доли в ней государства. А во-вторых, в данной конфигурации СХК + "Вангвард" - "Аппарат управления" весьма существенное значение имеет "пустячок" N 2 под названием "Устав ООО "Аппарат управления". Пункт 8 статьи 14 данного Устава гласит, что "решения по вопросам, указанным в подпунктах 2, 3, 4, 5, 7, 8, 11, 14 пункта 2 статьи 10 Устава Общества принимаются всеми участниками общества единогласно". А подпункты эти регламентируют порядок принятия решений по вопросам изменения Устава общества, учредительного договора, образованию исполнительных органов общества, денежной оценке неденежных вкладов, распределения чистой прибыли между участниками общества и - внимание - принятия решений, "ведущих или могущих привести к отчуждению имущества, внесенного в качестве вклада в уставный капитал Общества".

Другими словами, государственная собственность, приобретенная на государственные же средства, была добровольно передана государственным чиновником частной структуре. Мало того, волею того же чиновника государство было избавлено от возможности самостоятельно распоряжаться своим собственным имуществом.

Один мой знакомый, услышав эту историю, высказал свое суждение о ней в том смысле, что ловко "обули" государство и как это человек с таким счастьем - и на свободе? Хороший вопрос. Интересно, даст ли на него ответ государственник и патриот Геннадий Хандорин? А если даст, то когда: сейчас или после получения депутатской неприкосновенности?