Медленная девальвация страны

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Раздав почти бесплатно валютные резервы России коммерческим банкам, ЦБ уничтожил все шансы на возрождение реального сектора

1237566030-0.jpeg То, что произошло в конце прошлого — начале нынешнего года с курсом рубля, правительство называет плановой девальвацией и ставит ее примером ответственного подхода государства к обязательствам перед своими гражданами. Такая девальвация объявляется противоположностью неправильной, лавинообразной, безответственной девальвации 1998-го, дефолтного года.

Не вдаваясь в детали этого самовосхваления, просто проанализируем эти две девальвации с точки зрения самой простой (на уровне школьной программы) математики. Когда говорят, что нынешняя девальвация была медленная в противоположность быстрой девальвации 1998 г., то, видимо, речь идет о скорости изменения курса рубля — раз уж используются термины «быстро» — «медленно».

Две девальвации

Измерим же скорость изменения курса рубля в 1998 г. На графике 1 представлена кривая курса рубля по отношению к доллару США с мая 1998 по май 1999 г. Если аппроксимировать этот график прямыми (на графике они выделены синим цветом), то мы обнаружим, что собственно лавинообразная, обвальная девальвация длилась с 4 августа 1998 г. по 21 января 1999 г., т. е. 171 день. Курс рубля по отношению к доллару упал примерно с 6,5 руб. до 22,5 руб. за доллар, или на 246%. Скорость падения курса составила примерно 9,3 коп., или 1,43%, в день.

На графике 2 представлена кривая изменения курса рубля по отношению к доллару США с мая 2008 г. по сегодняшний день. Аппроксимируя этот график аналогично предыдущему, мы обнаружим, что «плановая» девальвация осуществлялась примерно с 17 декабря 2008 г. по 3 февраля 2009 г. После 3 февраля курс рубля стабилизировался, и валютной поддержки Центрального банка больше уже не требовалось.

Итак, девальвация в последнем случае длилась 49 дней, курс рубля по отношению к доллару упал с 27,0 руб. за доллар до 35,0 руб., или почти на 30%. Соответственно, скорость падения курса составила примерно 16 коп., или 0,63%, в день.

Однако в этих графиках есть одно важное несоответствие. Дело в том, что в 1998-1999 гг. не было колоссальных рождественских каникул, изобретенных депутатами «Единой России», и поэтому в период с 1.01. по 11.01. данные несравнимы. Для элиминирования этого фактора нужно признать, что плавная девальвация рубля осуществлялась реально на 11 дней меньше, чем по календарю, поскольку в указанный период валютные торги не производились. Таким образом, реальная девальвация в 2008-2009 гг. проходила 38 дней и ее скорость составила 21 коп., или 0,8%, в день.

Принципиальное отличие этих двух девальваций состоит в том, что в первом (дефолтном) случае мы имеем абсолютно свободное падение рубля, поскольку финансовые власти при всем желании не могли поддержать курс в связи с отсутствием валютных резервов. Во втором же (плавном) случае власти сами не отрицают, что тратили на это огромные деньги. По официальным оценкам, на это было потрачено от $150 млрд. до $200 млрд.

Таким образом, если выбрать позицию критика властей, то можно утверждать, что, будь скорость падения курса рубля равной скорости свободного падения в дефолтный год, падение было бы примерно на 70% медленнее или, как говорят нынешние адепты управляемой девальвации, плавнее и закончилось бы в середине марта. При этом валютные резервы остались бы больше минимум на $150 млрд.

Если же выбрать позицию адвоката нынешнего экономического курса и утверждать, что скорость нужно мерить не в копейках, а в процентах от базы (что ж, такая позиция, вероятно, может иметь право на существование), то при свободном падении курс нашел бы равновесие на 17 дней раньше, т. е. примерно в середине января.

Таким образом, будучи абсолютно лояльным к нынешним финансовым властям, можно сказать, что они выбрали плавный курс, что позволило им выиграть две недели. Стоили ли эти две недели потраченных денег — вопрос открытый. Но даже самый яростный защитник нынешней власти должен серьезно подумать, прежде чем уверенно говорить про то, что около $12 млрд. в день — это хорошая цена за плавность. Для большей наглядности сообщу, что это означает, что в день на поддержку курса тратилось значительно больше, чем в федеральном бюджете заложено на все здравоохранение на целый год.

Двухходовка ЦБ

Пикантности добавляет также то обстоятельство, что всю осень наши финансисты накачивали экономику рублями, т. е. печатали деньги и снабжали ими банки. Это называлось «спасение банковского сектора от коллапса». Я не берусь судить, правильная это была мера или неправильная, но смею предположить, что проводилась она не просто для спасения банков (сами по себе они никому не нужны), а, как и анонсировалось, для того, чтобы не остановить платежи, чтобы поддержать процесс кредитования реального сектора.

Совершенно очевидно, что в условиях кризиса кредитование реального сектора — мероприятие чрезвычайно рискованное и пойти на него могут заставить только крайние обстоятельства и отсутствие на рынке других способов (инструментов) для зарабатывания денег. Наш Центральный банк, удерживая высокую ставку рефинансирования, вообще загнал процесс в тупик, поскольку к рискованности самого кредитования реального сектора (риск кредитора) он добавил еще и снижение интереса к кредиту со стороны предприятий, так как высокий процент кредита их отпугивает (риск заемщика).

В этих условиях наши финансовые власти для стимулирования перетока ликвидности из финансового сектора в реальный должны были бы зорко следить за тем, чтобы на рынке не появилось безрисковых высокодоходных инструментов. На рынке все работало на эту задачу — недоверие к производным бумагам, падение котировок акций, отсутствие спекулятивных инструментов в связи с падением цен на сырьевые товары. Но не таковы наши финансовые гении, чтобы сидеть сложа руки: накачав банки чудовищным количеством рублей, они вывалили на рынок сотни миллиардов долларов и обеспечили банки тем самым безрисковым и высокодоходным инструментом, которого ни при каких обстоятельствах на нем не должно было появиться. Доходность по покупке валюты достигла 30% в месяц, или 360% годовых, что полностью решило все проблемы банков по возвращению взятых у ЦБ рублевых кредитов. Фактически ЦБ этой двухходовкой просто раздал валютные резервы страны коммерческим банкам почти бесплатно.

Обогатив банки (причем абсолютно немотивированно, на пустом месте), ЦБ уничтожил все шансы на возобновление в обозримом будущем кредитования реального сектора. И в довершение этого упражнения он еще сообщил городу и миру, что у нас особый российский путь и мы будем держать в отличие от всего остального мира высокую ставку рефинансирования.

Если отбросить в сторону коррупционные предположения, то все вышеперечисленное может быть охарактеризовано знаменитым выражением наполеоновского сподвижника Жозефа Фуше: «Это больше чем преступление — это политическая ошибка». Присовокупив к этому художеству еще и так называемые народные IPO «Роснефти» и ВТБ , стоившие людям миллиарды долларов, я с нескрываемым наслаждением слушаю из уст наших сегодняшних правителей про «грабительские» 90-е, когда даже самые яростные противники тогдашней власти предъявляли ей счет на «всего лишь» сотни миллионов долларов, да и то не имея возможности предъявить реальность этого ущерба, или про «ваучерную аферу», которая, может, и не дала людям по две «Волги», но уж во всяком случае ничего у них из кармана не вынула именем их же блага.

Альфред Кох, независимый обозреватель; в 1996-1997 гг. председатель Госкомимущества, вице-премьер правительства РФ

Оригинал материала

«Ведомости» от origindate::20.03.09