Миграционная экономика

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Миграционная экономика FLB: «Трудовые патенты себя оправдали. Затрат никаких. Сколько стоит эта карточка? Она стоит полкопейки. Четыре с половиной миллиарда мы уже получили на этом деле, из воздуха, в принципе»

"           Рейд ФМС РФ в Люблино. Москва, 29 октября 2010 года         Итоги рейда ФМС РФ на Казанском вокзале в Москве. 24 января 2012 года       «В основном мигранты – ответственные и трудолюбивые люди» Константин Ромодановский: «Миграцию не остановить. Поэтому нужно извлечь из неё максимальную выгоду при минимальных потерях» «Пока мы беседовали c директором Федеральной миграционной службы России Константином Ромодановским, ему докладывали о завершении «оперативного мероприятия» по депортации из нашей страны активисток так называемой группы «Фемен», которые голыми ворвались на избирательный участок, где голосовал Владимир Путин, и хотели похитить избирательную урну с его бюллетенем», - пишет в апрельском номере «Совершенно секретно» Григорий Нехорошев . – Константин Олегович, насколько я знаю по сообщениям информагентств, сегодня депортирована последняя из активисток. А если они вдруг неожиданно вернутся и опять голышом прорвутся на какой-нибудь важный объект? Что будет? – После депортации въезд в Россию закрывается. Поэтому если они снова въедут, то совершат незаконное пересечение границы. Сейчас нет такого чистого механизма, как привлечение к уголовной ответственности за их появление здесь. Сейчас как раз, после коллегии с участием В.В. Путина, мы вносим это предложение. Граждане, которые после депортации, после выдворения, после закрытия въезда появляются в Российской Федерации, должны привлекаться к уголовной ответственности. Я честно скажу, что не сторонник санкций «стражных», здесь может быть какой-то вариант общественных работ. – Вы сейчас вносите этот законопроект в Думу? – Пока разрабатываем. После согласований с заинтересованными ведомствами внесём в Правительство, а уже потом его рассмотрит Дума. – Это такой европейский вариант? Там тоже за нарушения – трудовая повинность. – Всё равно идём в сторону Европы, по большому счёту. – И когда этот законопроект может стать законом? – Как в определённой степени опытный чиновник, я считаю, что за весеннюю сессию это проблематично. Скорее всего, осенью, до конца года. – А сколько нарушителей настоятельно попросили покинуть нашу страну в прошлом году? – Порядка 30 тысяч человек выдворено. И более чем 30 тысячам мы закрыли въезд, тем, кто имеет два нарушения. – И во сколько обошлось выдворение 30 тысяч человек? – Выдворяло до 1 января МВД. На это деньги выделялись. И, насколько мне известно, они всегда оставались. Потому что процедура выдворения происходит таким образом: в первую очередь, за счёт самого иностранного гражданина, потом за счёт работодателя, и если исключается первое и второе, тогда за счёт государства. В основном эти процедуры реальны и выполнимы. Наибольшее количество выездов — это «самовывоз». Всё-таки люди включают голову и уезжают сами. Реже платит работодатель. И точечно уже – государство. Поэтому большого обременения этой процедурой для государственного кармана я не вижу. Я работаю семь лет почти, всегда оставались деньги. – Я часто бываю на станции «Комсомольская»-кольцевая. Там какие-то невероятные процессы происходят: несколько сотен азиатских ребят что-то обсуждают, какие-то бумажки то ли продают, то ли покупают. Это толковище мигрантов очень раздражает пассажиров метро. – Там работают в большей степени посредники – представители национальных диаспор. Причём это команды мигрирующие: то есть часть из них находится на «Комсомольской», часть уезжает в отстойник на «Красные ворота». Сидят там у заднего вагона. И они вот так через полчаса меняются. Мы их периодически вместе с милицией задерживаем, тормозим. Но, конечно, шашкой махнув, этот вопрос не решить. К сожалению, если у них все документы в порядке, мы их отпускаем. Но если мы выявляем поддельные миграционные карты, поддельные документы, то передаем материалы в органы внутренних дел для возбуждения уголовного дела. Наших сил, естественно, здесь не хватает. Мы в одиночку этот вопрос не решим. Имейте в виду, что в Москве на линии миграционного контроля работают всего 343 человека. То есть миграционная служба-то у нас небольшая . Я этот вопрос руководству озвучивал. У меня всего пять тысяч сотрудников на всю Россию. То есть 900 с чем-то человек — это Москва, Питер, область . Даже три основных субъекта я не могу догнать до тысячи. Никто с меня не снимает выдачу паспортов, сейчас тем более весенний период идёт, проблемы начинаются опять. – А сколько иностранных граждан сейчас находится в России? – По официальным данным, на текущую дату в России находятся 9 миллионов 538 тысяч 132 иностранца. А по неофициальным данным, в три-четыре раза больше. Мы, кстати, раньше тоже говорили, что 25-30 миллионов . Потом пересчитали с помощью специальной компьютерной системы, которую мы недавно построили и запустили. И оказалось, что 25 миллионов — это въездов. А один человек въезжает несколько раз. У нас один таксист из Прибалтики 425 раз въезжал. Есть украинцы, которые въезжают от 400 раз и больше, их порядка тысячи. Тысячи иностранных граждан, они в приграничных зонах в день несколько пересечений делают. И у нас количество пересечений среднее за год 30–35 миллионов, а количество граждан 12–15 миллионов, в разные годы это число колеблется. Но если мы говорим о персоналиях, сколько было граждан, то машина нам их идентифицирует, систематизирует и пересчитывает... Оперативную миграционную картину мы получаем в автоматическом режиме из нашей информационной системы, так называемой интерактивной «Миграционной карты России», где фиксируются все контакты иностранных граждан с представителями госорганов: на границе при въезде, в органах ФМС при постановке на миграционный учёт, при устройстве на работу, получении вида на жительство, разрешения на временное проживание и т.д. В основном, насколько я знаю, это трудовые мигранты. Их количество зависит от квот на иностранную рабочую силу, которые выделяют соответствующие государственные службы. Квоты выделяет Министерство здравоохранения и соцразвития. Мы разрешение на работу без квоты не выдаем. Есть такой вариант, как дать разрешение на три месяца. Но я к этому отношусь крайне скептически. Плохо отношусь, это всё левое. И я каждый год это ограничиваю, чтобы всё у нас было направлено, прежде всего, на защиту российского рынка, под механизм квотирования. И в прошлом году мы практически на нет это свели. – А вот эта новая инициатива – продавать патенты тем, кто работает у частных лиц: нянечками, домработницами, ремонт в квартире делают, что с этим? – Я считаю, что она удалась. Это была моя идея. Четыре с половиной миллиарда мы уже получили на этом деле, из воздуха, в принципе. Затрат никаких не было. Сколько стоит эта карточка? Она стоит полкопейки. И где-то 1,2 миллиона человек вышли из тени . Пожалуйста, вы хотите построить дом. У вас нет возможности обратиться в фирму, которая займётся этим вопросом. Вы сами нарисовали проект, сами набрали людей, двух молдаван, двух украинцев… То есть это относится к работе там, где нет прибыли. Если от их работы вы прибыль не получаете, как в данном случае, это элемент патентирования. Растет количество патентов. За прошлый год – миллион патентов практически. За первые два с половиной месяца этого года: рост более чем в два раза. Это говорит о том, что патенты берутся на больший срок. Мы в прошлом году посчитали: если разделить сумму денег на количество патентов, то в среднем патентник работал четыре с половиной месяца. Это уже какой-то шаг в сторону законного осуществления трудовой деятельности. И мы получаем деньги, региональные бюджеты получают, и люди себя чувствуют более спокойно . До смешного доходит. Моя заместитель была на приёме граждан. Приходит человек, говорит: я работаю помощником депутата и проживаю в России по патенту. Это же что-то? – Смешно. – К сожалению, у нас сложновато оформить свой правовой статус в Российской Федерации. Так что патенты – это элемент нормативной либерализации, я бы сказал. – Смысл своей службы здесь вы как понимаете? – Прежде всего, конечно, экономика. – Насколько я понимаю, миграцию не остановить? – Безусловно. – И поэтому нужно извлечь… – Максимальную выгоду при минимальных потерях: наибольший экономический плюс при минимальном правовом или правопорядковом минусе, так примерно. То есть, чтобы меньше было блуждающих на улице . Если люди приезжают, хотят работать, надо чтобы они легально работали. Ведь по большому счёту тех, кто слоняется праздно и совершает какие-то антиобщественные правонарушения – немного. Уровень «мигрантской» преступности – 3,4 процента. То есть из ста преступлений – 96 с копейками совершают российские граждане и только три с хвостиком – иностранные. Это по данным МВД. Мы совместили нашу компьютерную систему с этими данными, разбили правонарушения по статьям. Оказалось, 27 процентов из них – подделка документов. А дальше по нисходящей. Кража, грабеж – 20,67 процента. – А если без процентов говорить, Константин Олегович? Часто звучат заявления, что выходцы из Таджикистана, Узбекистана, Киргизии совершают больше преступлений в Москве, чем все другие. Это что – легенда, навет на них? – Мы говорим в среднем по России. В Москве – 18,6 процента. Но в Париже-то – 60. В Питере тоже выше, чем в среднем по России. Это особенность мегаполиса. И в Московской области тоже выше, по-моему – 9 процентов. Концентрация мигрантов здесь. Это же, грубо говоря, пересылка . Они через Москву все едут. И Москва не только место для осуществления трудовой деятельности. Но это и место скопления денег, людей, производства. 45 процентов приезжих направляются в Москву и Подмосковье, в Санкт-Петербург и Ленинградскую область. Эти четыре региона принимают на себя основной удар . Уроды тоже приезжают. Но в основном здесь те, у кого в Таджикистане, Киргизии, Узбекистане по шесть-восемь детей. Конечно, есть такие, красавцы молодые, которые заводят две семьи. Но в основном это люди, которые треть тратят на себя, а две трети отдают. – Вы хотите сказать, что эти люди более ответственны? Если у них по шесть-семь детей. – Я в этом уверен. Отморозки есть везде, без грязи не бывает. Но в большинстве своём – ответственные и трудолюбивые люди. – Кроме трудолюбия ещё и навыки должны какие-то быть… – Сегодня, к сожалению, приезжают в подавляющем большинстве низкоквалифицированные или вовсе не квалифицированные работники, не знающие или мало знающие русский язык. По сути дела, наша миграционная политика долгое время «программировала» конфликтные ситуации, связанные с трудовой миграцией в России. Под «общую гребёнку» подпадали все: и учёный, приехавший трудиться в российском научном институте, и разнорабочий, не имеющий ни образования, ни профессии. Такое миграционное законодательство ориентировано на приток временных иностранных работников и похоже на миграционное законодательство континентальной Европы семидесятых-девяностых годов прошлого века . У нас до сих пор, в отличие от большинства развитых стран мира, отсутствуют сколько-нибудь внятные механизмы отбора мигрантов, как постоянных, так и временных, с определёнными демографическими, социокультурными, экономическими характеристиками, с признаками, отражающими способность к адаптации и интеграции в российское общество. Вот цифры: за прошлый год было выдано 1 219 796 разрешений на работу в России, а количество квалифицированных и высококвалифицированных специалистов, получивших такие разрешения, – 38 178 иностранных граждан . Это не значит, что остальные – это неквалифицированная рабочая сила, умеющая только копать, профессию многие из них имеют. Но есть среди них, а в большей степени – среди нелегальных мигрантов – не готовые, а где-то и не желающие адаптироваться к жизни в России и потому остающиеся за социокультурным «бортом». Вот за счёт этой массы и могут формироваться те самые «анклавы», о недопустимости и опасности которых говорит Владимир Владимирович Путин. Наши миграционные законы не должны работать против нас. Повторюсь, необходимо, чтобы трудовая миграция приносила России значительно большую пользу, основывалась на взвешенной миграционной политике и реальном государственном управлении миграционными потоками. Моя задача — контролировать миграционную ситуацию. Но я на своей зоне ответственности не останавливаюсь, я пытаюсь идти дальше. Меня никто не заставлял два года назад создать Управление содействия интеграции. Я это срисовал во Франции и на свой страх и риск создал у себя такую же структуру. И вовремя . Люди, которые к нам приезжают, либо должны интегрироваться, либо, если приехали ненадолго, должны быть адаптированными. Тогда у нас понимание начнётся. Это тоже вроде бы была не наша, а теперь наша сфера. Я не ухожу от ответа, а говорю: наша позиция наступательная. Но я не могу везде успеть. Вы не забывайте, что у меня помимо иностранных граждан есть ещё и российские. Да, у нас нет мандатов на внутреннюю миграцию. Но без понимания внутренней миграции невозможно определять потребность во внешней миграции . – А какое количество мигрантов нужно? Кто это определяет научно? – Да никто. Это должен сейчас сделать, по идее, каждый губернатор. Но у них до этого руки не доходят. И внутренней миграцией как таковой не занимается никто. Я на свой страх и риск создал отдел внутренней миграции год назад . Это только первые попытки. Нужны серьёзные исследования, анализ, где не хватает рабочих рук россиян и по каким специальностям, чтобы на эти рабочие места приглашать иностранцев. Сейчас мы понимаем, что нам нужно не меньше, чем 300 тысяч человек в год принимать на «оседание». – Откуда такая цифра? – Из расчётов демографов. Учитывают наши потери населения. Работы выдающегося демографа Вишневского посмотрите, чтобы опираться на первоисточники. Анатолий Григорьевич очень конкретно и чётко всё просчитал. Порядка 330 тысяч, по Вишневскому, нужно. Миллион на три года . – Вы с демографами плотно работаете? – Да. Мы начали сотрудничать в рамках рабочей группы №7. Это группа по разработке стратегии «2020». Группа, в том числе, рассматривает вопросы миграции. И в рамках деятельности этой группы мы работаем над подготовкой концепции со специалистами из Высшей школы экономики. – ФМС была инициатором введения экзамена по русскому языку для мигрантов. Как будет проводиться этот экзамен и за чей счёт: налогоплательщиков или мигрантов? – В первом чтении уже прошёл закон об обязательном знании базового уровня русского языка для тех иностранных гражданах, кто работает в ЖКХ и в сфере обслуживания. Очень надеюсь, что скоро пройдут второе и третье чтения и закон заработает. Уверен, что реализация его не будет сложной – уже задействована система тестирования тех, кто получает гражданство. Платит за тестирование иностранный гражданин, тестирование проходит в учреждениях, которые находятся в ведении Минобрнауки. – Считаете ли Вы необходимым введение миграционного контроля на границе? – В 2008 году мы оттуда ушли, и считаю, что нет необходимости в наличии большого количества заинтересованных служб на границе. К тому же надеюсь, что в недалёкое время технический прогресс даст возможность урегулировать все вопросы без нашего присутствия. – Недавно в газетах активно обсуждали скандал с артистами, которым ваша служба чуть не сорвала концерты. – Это не скандал, а выполнение сотрудниками ФМС своих обязанностей. Чтобы к организаторам концертов не было претензий, у них должно быть разрешение на привлечение иностранцев к труду, а у артистов — разрешение на работу. И, конечно же, у них должны быть рабочие, а не туристические визы. Почему организаторы концертов не оформляют рабочие визы — вопрос не ко мне. Такие проверки ФМС проводит, как только поступает информация о нарушениях миграционного законодательства. Это не только концерты, а и другие различные области. За подобные нарушения миграционное законодательство предусматривает от 250 до 800 тысяч рублей за каждого незаконно работающего иностранца, а самому иностранцу грозит штраф — от 2 до 5 тысяч рублей. – Миграционные правила ужесточаются и для россиян? Недавно вы говорили об усилении ответственности за нарушение правил регистрации, вплоть до принудительной выписки. Не слишком ли это жёстко? – Речь шла о ситуации, когда в одной квартире или доме зарегистрированы десятки, сотни, а иногда и тысячи человек – это так называемые «резиновые дома». Их всего в России около 6 тысяч. Конечно, фактически они там не проживают, но благодаря такой регистрации имеют возможность брать кредиты, скрываться от правосудия. Проблему «резиновых домов» надо решать, и одно из предложений – возможность ФМС обращаться в суд для решения о снятии с регистрации из квартир фактически не проживающих там людей, но, подчеркну, пока это только мысли для обсуждения, в том числе общественности . И хорошо, что реагируют. Появились и другие варианты решения вопроса. – А не планируется ли, наконец, всё же отменить «прописку»? – Пока об отмене регистрации речи не идёт, но значительно упрощается процедура оформления. С 1 июля запускается межуровневое взаимодействие. Далее, если коротко: когда будет запущена «Универсальная электронная карта», то будут созданы условия для отмены штампа прописки . – Ваше ведомство сейчас испытывает новые биометрические паспорта. Насколько они соответствуют европейским стандартам? — Все страны Евросоюза уже помещают в чип сканированные узоры указательных пальцев обеих рук. Они активно работают над системой, связанной с безопасностью документа, основанной на отпечатках пальцев. Мы стараемся с ними идти в одном направлении и приходить к единым стандартам. В соответствии с поручением президента РФ, мы в прошлом году выполнили экспериментальный образец паспорта с внесёнными в чип узорами указательных пальцев обеих рук. Работаем над вопросами безопасности этой системы, планируем запустить его в пяти пилотных регионах. Мы спокойно в плановом порядке поэтапно проводим работу по доработке загранпаспорта, выпуску проездного документа беженца и вида на жительство для лица без гражданства. Миграционная служба будет готова к 2013 году выдавать их на всей территории России. – Планируется ли введение в чип загранпаспортов дактилоскопических данных? Не боитесь ли вы, что эта информация может быть использована в мошеннических целях? – Никакой базы отпечатков пальцев создаваться не будет. У человека снимаются отпечатки пальцев, информация вносится в чип и хранится только в нём. При прохождении границы, если у пограничника возникнут сомнения, он может сверить с отпечатками пальцев, хранящимися в чипе. Поэтому невозможно их использовать в мошеннических целях». Григорий Нехорошев, «Совершенно секретно», № 4/275, апрель 2012 г. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации