Милицейская йога

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


МВД обмануло Медведева, сорвав его карательную акцию после теракта в «Домодедово»

1296548312-0.jpg Министр Нургалиев доложил президенту, что главные виновники найдены и наказаны. В отставку отправлены начальник УВД на транспорте ЦФО Алексеев, начальник ЛУВД «Домодедово» Трушанин, двое его заместителей. Но начальника Домодедовского ЛУВД, и его заместителей с работы никто не снимал. И, что гораздо важнее, снимать их в общем не за что: основная вина лежит совсем на других людях. В первую очередь на кураторе транспортной милиции, зам. министра внутренних дел Александре Смирном, чьи реформы и привели к коллапсу и сбоям в системе. Все эти горе-реформы Смирный продвигал с одобрения и поддержки министра, посему Нургалиеву вспоминать о том совсем не хочется…

Взрывная волна “Домодедово” затухла на полпути, так и не дойдя до высоких кабинетов. За 35 трупов мало что никто не ответил; даже тех, кого объявили уволенными, в действительности не тронули пальцем. На всю систему МВД нашелся один-единственный стрелочник — начальник созданного пять месяцев назад транспортного УВД в ЦФО Андрей Алексеев. И начальник Домодедовского ЛУВД Александр Трушанин, и двое его заместителей, о чьей отставке министр Нургалиев в среду доложил президенту, по-прежнему находятся на своих местах. Так, по крайней мере, заявил нам вчера сам Трушанин.

По рассказу полковника, о своем увольнении он узнал из выпуска новостей. От должности его не отстраняли, приказа не объявляли, к руководству не вызывали. Еще занятнее обстоит дело с якобы уволенными заместителями Трушанина: приказа по ним тоже нет. А поскольку фамилий министр публично не называл, в ЛУВД уже неделю гадают, кого считать отставниками. Всего в «Домодедово» шесть заместителей; каждый примеряет нургалиевские слова на себя…

Этот милицейский абсурд — закономерный итог суматошных реформ МВД: ведомство расшатано, здесь царят бардак и хаос. Никто — от постовых до зам. министра — не знает, чего ждать завтра, а потому особо не рвется в бой. Спору нет, и Алексеев, и Трушанин свою часть вины должны разделить. Притом что сугубо формально предъявить им в принципе нечего. (начальник ЛУВД Трушанин заявил, что его подчиненные строго выполняли предписанные нормативы. На входных группах действует режим так называемого выборочного досмотра, а никакой предостерегающей информации из МВД и ФСБ милиционеры не получали).

Однако главная ответственность лежит совсем на других людях: на руководителях МВД Рашиде Нургалиеве и Александре Смирном.

Будущность шефа МВД — вопрос, безусловно, политический: оставим его на усмотрение президента. А вот насчет вины его заместителя Смирного не может быть и двух мнений. Теракт в “Домодедово” однозначно находится на совести Смирного: причем сразу по двум причинам. Во-первых, он куратор транспортной милиции, ему подчинено Главное управление МВД на транспорте. А во-вторых, именно Смирный и был идеологом той реформы, что привела к коллапсу системы. С кого спрашивать за рухнувшее здание, как не с архитектора?

Чуть больше года назад по инициативе штатного реформатора МВД генерала Смирного транспортная милиция едва не почила в бозе. В декабре 2009-го она была ликвидирована.

Еще тогда я писал, к каким непоправимым последствиям приведет этот необдуманный шаг, прогнозируя рост преступности и чрезвычайных происшествий. Я был бы рад ошибиться, но время — увы — доказало мою правоту. 35 трупов поставили точку в нашем затянувшемся споре с генералом Смирным.

Короткое пояснение. Транспортная милиция всегда являлась государством в государстве. Здесь существовала своя параллельная вертикаль: линейные отделы на объектах (вокзалы, порты, аэропорты) подчинялись межрегиональным транспортным управлениям, те — напрямую МВД. За 90 лет истории транспортной милиции ее особый статус никогда не ставился под сомнение. Слишком сложное, специфическое хозяйство находилось в ее ведении: 508 вокзалов, 167 аэропортов, 96 речных и морских портов. Только по железной дороге в год передвигается больше 2,5 миллиарда человек.

Но реформаторский зуд оказался важнее здравого смысла. Линейный принцип транспортной милиции было решено упразднить, а саму систему — влить в территориальные органы, ликвидировав 20 межрегиональных УВДТ и курирующий департамент МВД. Объяснялось это оптимизацией системы; хотя в действительности привести она могла только к ее парализации. О чем незамедлительно и заявили все ведомства, в кооперации с которыми работала транспортная милиция (как оказалось, этот вопрос предварительно с ними никто не согласовывал).

На самом деле причина была гораздо прозаичней. Как говорят в коридорах МВД, таким изощренным способом Смирный с ведома Нургалиева пытался убрать начальника транспортного департамента Вячеслава Захаренкова: по-другому избавиться от матерого питерца не получалось. Чтобы ликвидировать неугодного генерала, решили ликвидировать всю его службу. (Кстати, точно так же в 2008 году был упразднен Департамент по борьбе с оргпреступностью: дабы спихнуть его начальника Сергея Мещерякова. Как результат — специалисты хватаются сегодня за голову: в стране идет резкий рост тяжких преступлений и заказных убийств.)

О генерале Захаренкове говорят и пишут разное: и хорошее, и дурное. Но одного у него не отнять: мужества. Захаренков оказался едва ли не единственным милицейским генералом, кто осмелился открыто воспротивиться бездумным реформам. В противовес позиции министра в разных кабинетах он доказывал, что ликвидация службы — ошибка.

В итоге транспортную милицию восстановили — ценой головы Захаренкова. В марте генерала отправили в отставку, а саму службу принялись лихорадочно реформировать под началом ее нового куратора Смирного.

Двадцать межрегиональных управлений сократили до восьми, искусственно расчленив по федеральным округам. Транспортный департамент преобразовали в главк, уменьшив на 40%. Среди прочего под сокращение попало и ОРБ, занимавшееся прежде разработками по экстремизму. Вообще угроза терроризма для транспортной милиции словно перестала существовать. Во всех аэропортах одновременно были кастрированы отделения по экстремизму: их урезали до групп. Это уже была инициатива нового начальника транспортного управления МВД в ЦФО генерала Алексеева. В принципе Смирный планировал поставить Алексеева на место смещенного им же Захаренкова — начальником транспортного главка всего МВД. (Этих людей связывают многолетние дружеские отношения: когда-то молодой Смирный служил в Омске под началом отца Алексеева.)

Документы на назначение уже были внесены в президентскую администрацию, но по разным причинам назначение не состоялось. В итоге Алексееву пришлось довольствоваться местом окружного начальника; специально под него Смирный создал новое управление, влив в него два самостоятельных прежде столичных УВД — на железнодорожном и воздушно-водном транспорте.

Так была совершена еще одна системная ошибка. Московское УВД на воздушном и водном транспорте было абсолютно уникальным подразделением. Оно координировало работу четыре столичных аэропортов и водных артерий, включая речные порты.

30 лет здесь нарабатывалась профессиональная специфика: один московский пассажиропоток превышает все потоки страны, а по разношерстности не идет ни в какое сравнение. И вдруг в одночасье худо-бедно, но работавшая система подверглась бездумной ломке. Территория обслуживания у нового УВД выросла, в нее влились и соседние области, а количество сотрудников — напротив, сократилось. Снизилась управляемость системы, упал внешний контроль.

Не обошлось и без человеческого фактора. Под предлогом борьбы с захаренковским наследием уволили многих опытных руководителей: из 6 заместителей начальника МУВДТ на воздушном транспорте уцелел только один (зам. по следствию). Все остальные перешли с железной дороги, из бывшей вотчины генерала Алексеева. Показательно, что и в транспортном главке МВД не осталось ни одного руководителя, служившего прежде, выражаясь милицейским жаргоном, «на воздушке». Вот и оказалось, что самый значимый участок — аэропорты — оказался в МВД на вторых ролях; бал отныне правили «железнодорожники», чья специфика работы кардинально отличается от «воздушки». (На одном из первых же совещаний генерал Алексеев, десять лет руководивший московским УВД на железнодорожном транспорте, удивленно поинтересовался, почему в аэропортах нет грабежей и убийств.)

Результат не замедлил себя долго ждать. Он наступил 24 января в “Домодедово”.

Месяцем раньше в результате реформы все сотрудники УВДТ ЦФО, включая и ЛУВД “Домодедово”, были выведены за штат. Ровно год они работали в ожидании непонятных перемен, не ведая, кого уволят завтра. Как работается в таких условиях — ясно без перевода. Только в “Домодедово” под сокращение попало 60 человек; в их числе и патрульно-постовая служба. Именно эти сотрудники должны были просеивать пассажиров на входе. Но раз указал министр — урезать 22% — стало быть, в ущерб делу расшибись, но выполни…

Реформа в МВД сегодня фактически превратилась в механическое, бездумное обрезание; каждый начальник в два этапа должен сократить у себя 22% личного состава. Как и кого срезать — все выбирали самостоятельно, исходя из личного видения. Вместе с приказом министра №77 от 15 февраля прошлого года всем начальникам ГУВД-УВД-УВДТ-МВД была отправлена таблица в 24 графы, где против каждой службы следовало указать: сколько человек сокращается. А тем временем заместители министра рассылали вниз гневные письма, требуя не прикасаться к курируемым ими подразделениям: каждый бился за своих в ущерб соседу. Несомненным осенним хитом коридорных обсуждений в МВД стала телеграмма Нургалиева, ушедшая на территории в прошлом сентябре. В ней он впрямую расписывался в собственном бессилии. Пункт 3.1 приказа “под личную ответственность” требовал “не выполнять указания руководящего состава МВД России, противоречащие федеральному законодательству… незамедлительно докладывать мне лично о подобных фактах”.

Я, мол, товарищи генералы, не могу запретить своим замам вас терроризировать; но я вам приказываю, того… плевать на их противоправные указания. Эдакая милицейская йога!

Реформа по Смирному обернулась гигантским прокрустовым ложем. Кромсали налево-направо, не разбираясь в сути. В транспортном департаменте МВД работало 278 человек; сегодня — 160. Но ведь количество задач от этого не упало; преступность — напротив, растет. И в каждом аэропорту должно стоять как можно больше сотрудников; ни один металлоискатель не заменит собой наметанный профессиональный глаз.

Еще в 2004 году, после предыдущих терактов в “Домодедово”, на транспортную милицию возложили дополнительные полномочия. Отныне она должна была обеспечивать безопасность не только самих аэропортов, но и двух предыдущих рубежей защиты: привокзальной территории и входов в здание. Под эту задачу указом президента МВД выделялось 2,5 тысячи человек дополнительной численности, однако, как теперь выясняется, сделано этого не было. Нургалиев просто заставил руководство транспортного департамента перераспределить свои штаты, перебросив на аэропорты сотрудников с других участков (вокзалы, порты), где ситуация тоже далека от идеальной. (Путину при этом было доложено, что его указание выполнено.)

Самое поразительное, что в разгар реформы МВД попыталось избавиться от этой важнейшей функции. В письме, направленном год назад президенту, Нургалиев предлагал отказаться от обеспечения авиационной безопасности силами МВД. По замыслу реформаторов, заниматься этим следовало Ространснадзору — организации сугубо гражданской. Слава богу, в кремлевской администрации идея Смирного (а именно он готовил письмо) поддержки не нашла…

…Реформы, которые судорожно проводятся в МВД, вызывают порой ощущение полного бреда. Пять лет назад, по инициативе того же Смирного, в министерстве упразднили все управления и главки, создав вместо них департаменты. (Оригинальнее всего звучало новое название департамента угрозыска: ДУР.) Теперь департаменты Смирный предлагает заменить управлениями и главками. (Такая бумага была внесена МВД осенью в президентскую администрацию.) В 2008-м бездумно был ликвидирован департамент по борьбе с оргпреступностью. Прошло три года — и ДБОП хотят реанимировать снова.

Раньше в МВД существовало 58 критериев оценки работы подразделений. После того как министр объявил отказ от палочной системы, таких критериев стало уже 65, включая столь экзотический, как «общественное мнение». (Кто его определяет — никому не ведомо.)

В стране усиливается волна террора и массовых беспорядков, а тем временем в МВД распускаются части спецназа, многократно доказавшие свою эффективность. Расформирован Ростовский отряд спецназа внутренних войск, призванный локализовывать конфликты на Северном Кавказе. Ликвидирован аналогичный (600 человек) отряд в Москве: случись что — столицу прикрывать попросту будет некому.

А упразднение системы спецмилиции, обеспечивавшей безопасность закрытых городов и ядерных объектов? Уникальные подразделения, где сотрудников подбирали поштучно (у каждого — допуск), влились теперь на общих основаниях в территориальные управления, хотя все профессионалы наперебой доказывали ошибочность такого шага. Координацией спецмилиции ведает отныне… оргинспекторский департамент (штаб) МВД.

Что это? Непрофессионализм? Дурость? Вредительство?

Ощущение тотального «ДУРа» усиливается вдвойне, если вспомнить, что до Смирного милицейскими реформами занимался его предшественник Александр Боков: где находится этот человек сегодня, говорить, полагаю, излишне…

Генерал-лейтенант Боков обвиняется в беспрецедентном по масштабу мошенничестве: 46 миллионов долларов. Грехи его сменщика генерал-полковника Смирного ни в какое сравнение с этим, конечно, не идут. Он всего-навсего загнал систему МВД в коллапс. Впрочем, за это у нас никого не наказывают…

Александр Хинштейн

Оригинал материала

«Московский комсомолец» от origindate::01.02.11