Миллионы бюджетных рублей - «коту под хвост»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск
2020деньги

РосПил помог доказать: ведомство Пьянкова и областной НПЦ по охране памятников нечисто играют


Свердловское УФАС признало факт ограничения конкуренции: при проведении тендеров на разработку охранных зон для зданий-памятников в районе «Царского моста» «незапланированного» участника не допустили к участию в аукционе неправомерно. Выходит, контракты - «липовые»? Тем не менее, деньги за них уже заплачены самые настоящие, и Правительство области готовится утвердить новые охранные зоны для района, где лучше всего в Уральской столице сохранилась комплексная историческая застройка. Кто ответит за то, что бюджетные миллионы, выделенные на охрану объектов культурного наследия освоила фирма-специалист по бетону?


Управление антимонопольной службы Свердловской области, наконец, рассмотрело жалобу на тендеры, организованные Свердловским НПЦ по охране и использованию памятников истории и культуры (далее - НПЦ), состоявшиеся в августе минувшего года. Отметим, что заявление одного из отстраненных участников - ООО «Алькасар» - рассматривалось в УФАС аж в течение полугода (жалоба была подана в УФАС в августе 2014 г., решение по данному обращению было оглашено 24 февраля 2015 г.). Серия электронных аукционов привлекла пристальное внимание общественных активистов по нескольким причинам. Дело в том, что предметом этих тендеров была весьма специфическая деятельность - разработка охранного зонирования для зданий-памятников Екатеринбурга. (В частности, для ОКН, расположенных в районе с условным названием «Царский мост»).


0Документ.jpg


Хотя по закону лицензирования эта работа не требует, выполнить её, не имея специальных навыков просто невозможно. Судите сами: чтобы разработать проект охранной зоны исполнителю сначала требуется провести различного рода исследования (историко-архитектурные, историко-градостроительные, архивные, даже археологические - при необходимости). Затем надо грамотно обосновать разработанный проект, чтобы он прошёл историко-культурную экспертизу. Это означает, что для обоснования надо предоставить научный отчёт о проведённых исследованиях и приложить к нему многочисленные карты, схемы, документы.


Странность в том, что победителем в итоге вышла фирма, специализирующаяся на производстве бетона и сносах. То есть, деятельности, откровенно противоположной профилю охраны зданий, со статусом наследия. При этом участника, не один год специализирующегося на разработке охранных зон, от участия в аукционе отстранили.


На рассмотрении дела в УФАС координатор антикоррупционного проекта РосПил в Екатеринбурге Екатерина Петрова, представлявшая интересы отстраненного участника, пояснила: «Все заявки ООО «Алькасар» были отклонены из-за того, что якобы не были документально подтверждены полномочия директора этого ООО (как лица, подписывающего документы для участия в тендере). На самом деле такое подтверждение представлено было - приказ о назначении директора и выписка из ЕГРЮЛ.


Подозрения в мухлеже возникли у общественников и при анализе конкурсной документации (проектов контрактов, смет и техзаданий). Оказалось, что предусмотренный ею порядок выполнения работ не соответствует порядку, предусмотренному законодательством. Так организатор тендера (НПЦ) в проектах контрактов вопреки требованиям закона установил для исполнения работы некое дополнительное согласование. (Оно не предусмотрено ни законом № 73-ФЗ, ни расшифровывающим его Положением о зонах охраны).


«Это могло привести к предоставлению преимущественных условий отдельным участникам, поскольку такое промежуточное согласование носит субъективный характер, - пояснили комиссии УФАС общественные активисты. - Ведь для исполнения контракта установлен срок 60 дней. И вдруг некие дополнительные 30 дней. Считаем, что в действиях заказчика содержатся нарушения, предусмотренные ч. 1 ст. 17, п .2 ч. 1 ст. 14, п. 2 ч. 1 ст. 15 закона «О защите конкуренции».


Карикатура


Поэтому в решениях конкурсной комиссии, изложенных в протоколах, градозащитники и представитель РосПила усмотрели признаки ограничения конкуренции, а в действиях организатора тендера (НПЦ) - создание дискриминирующих условий.

Например, такая странность, отмеченная активистами: конкурсной документацией не было предусмотрено требование о лицензировании. Тем не менее, в сметы проектов контрактов и в техзадания был включён раздел «выполнение историко-культурной экспертизы» (далее - ИКЭ), для осуществления которой лицензия нужна. (Раздел «Этапы выполнения проектов зон охраны» в сметах к каждому проекту контракта - прим. авт.).

Представители НПЦ и МУГИСО, выслушав обвинения, дружно отвергли их, заявив, что все, заявленное общественниками - есть лишь их превратное толкование законодательства, и не более того. На самом деле при проведении указанных тендеров закон был соблюдён на все сто. Во-первых, заявки «Алькасара» были отклонены, т.к. ему надо было грамотно подтверждать полномочия своего директора - не приказом о его назначении, а решением учредителя. Что до выписки из ЕГРЮЛ, то это вообще не документ.

Во-вторых, что касается лицензирования, то для осуществления деятельности по охране ОКН, к которой относится и разработка проектов охранных зон, лицензия не требуется. Поэтому лицензию ни у кого из участников аукционов и не запрашивали. Если общественники не знают разницы между охраной и сохранением ОКН, то это их проблемы. А вот в областном Управлении налоговой службы эту разницу знают. И на спецзапрос НПЦ (надо или нет включать НДС в стоимость работ по разработке охранных зон для ОКН) дали разъяснение: если выполнение работы требует лицензирования, такая деятельность НДС не облагается. В случае с разработкой проектов охранных зон для ОКН в районе «Царский мост» НДС указывать надо. И это ещё раз косвенно подтверждает то, что для данного вида работ лицензия не нужна.

(Получается, организатор тендера не был уверен: подлежит заявленная им работа лицензированию или нет. Иначе, зачем тогда добиваться разъяснения от налоговой службы? Несмотря на то, что такие сомнения, судя по всему, у НПЦ были, лицензия ни у кого из заявившихся на аукцион участников, не запрашивалась).

В третьих, закон «Об объектах культурного наследия народов РФ» не содержит конкретики по поводу процедуры разработки охранных зон, в нём прописаны только общие моменты. И этот закон не адресует непосредственно к Положению о разработке зон охраны, на которое ссылаются градозащитники. (В преамбуле данного Положения есть прямая отсылка к ст. 34 закона «Об объектах культурного наследия народов РФ» - прим. авт.). В Положении говорится только о том, что должен содержать сам проект зон охраны. И вообще, заключённые контракты на данный момент уже исполнены, их историко-культурная экспертиза проведена, и в Правительстве области уже готовится постановление об утверждении новых зон охраны, разработанных по этим проектам. Так что, опоздали вы, граждане.

Тем не менее, УФАС ткнуло представителей НПЦ и МУГИСО носом, указав именно им на неправильное толкование закона. Им разъяснили, что приказ о назначении лица на должность директора - полноценное подтверждение полномочий руководителя организации. Этот документ подтверждает факт трудовых отношений между ООО и директором - наличие трудового договора с ним, а, следовательно, подтверждает полномочия директора подписывать конкурсную документацию. Выписку из ЕГРЮЛ, что бы там себе ни думали в МУГИСО и НПЦ, судебная практика во многих случаях признаёт полноценным подтверждающим документом.

Представители НПЦ и МУГИСО также уверяли комиссию УФАС, что разработка охранных зон для зданий-памятников фирмой-бетонщиком - это абсолютно нормально. Что, в принципе, любая шарашкина контора может разработать проект таких зон, поскольку лицензирование для этого вида работ не требуется. И на качестве работ отсутствие лицензии никак не скажется, ведь после разработки проекта, он обязательно должен пройти историко-культурную экспертизу. Именно она и есть та самая гарантия качественности выполненных работ. Ведь вывод лицензированного эксперта не может оставлять сомнений в том, что всё сработано, как положено. Поэтому организацией экспертизы занимается не кто-то, а само МУГИСО. (По мнению НПЦ только этот госорган и вправе это делать). Только после этого происходит согласование разработанных проектов в МУГИСО и утверждение охранных зон постановлением областного правительства.

Так что, какие нарушения, где?

То, что в Положении о разработке охранных зон установлен один порядок их разработки, а НПЦ с МУГИСО установили другой (с дополнительным согласованием, на которое требуется ещё 30 дней плюс к 60-ти дням, установленным проектом контракта) - это, конечно, не нарушение. Так, мелочь, на которую не стоит обращать внимание. Равно, как и на то, что согласно конкурсной документации организация, выигравшая аукцион должна разработать проект зон охраны и самостоятельно провести его историко-культурную экспертизу. Ведь ей за это заплачены бюджетные деньги. И как тут быть с уверениями о том, что только МУГИСО вправе организовать такую экспертизу ? Достаточно открыть контракты по каждой из усадеб в районе «Царского моста» и убедиться в обратном. Чёрным по белому в каждой смете и в каждом техзадании значится: такая экспертиза должна быть проведена исполнителем самостоятельно. То есть, ДО вступления МУГИСО в процесс согласования выполненного проекта охранных зон. При этом представитель НПЦ Александр Займогов упомянул, что кандидатуру эксперта предлагает сам исполнитель работ. Вопрос о том, насколько эксперт не заинтересован в том, чтобы дать требуемое положительное заключение (которого и хочет лицо, заказавшее экспертизу) не нуждается в комментировании.

Зачем же втирать очки, если аукционы, по словам чиновников, проведены на условиях законности и прозрачности? МУГИСО с НПЦ не видят ничего странного в том, в цену контракта включено проведение экспертизы, которую фирма-бетонщик, конечно не в состоянии провести сама.

«Просто участник в данном случае (фирма-бетонщик) выступил в роли заказчика экспертизы (заказать же её может любое лицо). И передал деньги, перечисленные ему из бюджета области специально на проведение экспертизы, экспертам» - простодушно пояснили комиссии УФАС представители НПЦ и МУГИСО. Зачем исполнителю такие сложности? Затем, что МУГИСО было нужно получить разработанный проект охранных зон «под ключ», т.е. с историко-культурной экспертизой. Поэтому МУГИСО, дескать, и не имело смысла самому выступать заказчиком экспертизы, поскольку заказать её (при наличии согласования и организации экспертизы МУГИСО) может, как уже было сказано, любое лицо.

Такие затейливые объяснения, впрочем, не повлияли на суть решения УФАС. Оно пришло к выводу: при проведении тендеров на разработку охранных зон для зданий-памятников в районе Царского моста было допущено ограничение конкуренции - заявки ООО «Алькасар» были отклонены неправомерно.

Это означает, что заключённые контракты на общую сумму почти в 10 млн. руб. подлежат расторжению в судебном порядке. А вот с уплаченными по ним бюджетными средствами будет явно сложнее. Едва ли неведомая контора по производству бетона, сможет, точнее, захочет их вернуть, учитывая, что контактного телефона этой фирмы нет даже в Городской налоговой инспекции. Такая особенность характерна для фирм-однодневок, которые после выполнения своей сверхзадачи - например, получения бюджетных миллионов за выполнение чего бы то ни было, беззвучно и бесследно растворяются.

Теоретически признание антимонопольным ведомством факта нарушения антимонопольного законодательства само по себе пока ничего не меняет, поскольку подавать в суд на организаторов аукциона УФАС не намерено.

Как пояснил «ВЕДОМОСТЯМ Урал» заместитель руководителя Свердловского УФАС Евгений Ружников, в данный момент ведомство не имеет возможности обратиться в суд с иском о расторжении заключенных контрактов, так как в жалобе заявитель на этом не настаивал. «Если бы они об этом заявили во время заседания или ранее, тогда управление имело бы такую возможность. А так сейчас заявитель самостоятельно может обратиться в суд, используя при этом материалы нашего решения», - заявил чиновник. В УФАС также заверили, что намерены возбудить административное делопроизводство и передать материалы в суд для взыскания административного штрафа с членов комиссии, которые принимали противоправное решение. Правда, по какой конкретно статье КоАП будет заведено производство, антимонопольщики пояснить затруднились...

Между тем, обратиться в суд (о расторжении заключенных контрактов и взыскании неправомерно израсходованных бюджетных средств), в интересах неопределенного круга лиц - то есть всех жителей области, никто не мешает, например, прокуратуре, главной задачей которой, напомним, является борьба с любыми нарушениями закона, кто бы их ни совершил, и активная защита интересов общества и государства. Однако надзорный орган пока молчит...

Какую ответственность понесут нарушители антимонопольного законодательства и вернутся ли в областную казну незаконно потраченные миллионы, «ВЕДОМОСТИ Урал» расскажут в ближайшее время.

Ссылки

Источник публикации