Михаил Касьянов, чиновник-технократ

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© Рolitcom.Ru, origindate::18.01.2002

Михаил Касьянов, чиновник-технократ

Премьер-министр России: штрихи к политическому портрету

Алексей Макаркин

Converted 12541.jpg[...]Известный лишь в кругах, имеющих отношение к Министерству финансов, государственный служащий, только в феврале 1999 года получивший пост 1-го заместителя министра финансов, он внезапно совершил мощнейший карьерный скачок: министр, 1-й вице-премьер, премьер. И все за год и несколько месяцев. Касьянов подчеркнуто технократичен, дистанцируется от политики, не любит риска. Всю жизнь провел на госслужбе, что наложило отпечаток и на характер его команды.

Долги наши

Выпускник автодорожного института, Михаил Касьянов долгие годы проработал в Госплане РСФСР - сравнительно небольшой конторе по сравнению с одноименным могущественным союзным ведомством. От распада СССР и стремительного возвышения российских ведомств Касьянов мало что выиграл (если не считать того, что ему не пришлось искать новую работу). К 35 годам после 12 лет службы в российском экономическом ведомстве (трансформировавшимся из Госплана в Минэкономики) он занимал малозаметный пост начальника подотдела. Для сравнения можно сказать, что Егор Гайдар, который старше Касьянова на год, к тому времени уже побывал и.о. премьера, а Борис Федоров (младше нынешнего главы правительства на несколько месяцев) уже дважды занимал пост главы Минфина.

Именно Федорову Касьянов обязан своим первым карьерным рывком. В 1993 году министр финансов (он же вице-премьер) обратил внимание на чиновника из соседнего ведомства, который свободно владел английским языком, что было редкостью для бывших госплановцев. Кроме того, Касьянов неоднократно выезжал за границу и был в курсе долговых проблем бывшего СССР и новой России. И, наконец, он не собирался переходить в негосударственный сектор, как это сделали в то время многие молодые и перспективные чиновники.

Касьянов ушел из Минэкономики без особой печали. Во-первых, министр Олег Лобов собирал вокруг себя крепких хозяйственников средних лет, которые были Касьянову чужды. Во-вторых, Федоров предложил ему возглавить департамент иностранных кредитов и внешнего долга - самостоятельное подразделение Минфина, обещавшее стать одним из ключевых. Непосредственным начальником Касьянова стал один из наиболее молодых членов гайдаровской команды, 32-летний 1-й заместитель Федорова Андрей Вавилов. Именно Вавилов уже после отставки Федорова пролоббировал перед новым министром Владимиром Пансковым назначение Касьянова на пост заместителя министра. Произошло это в 1995 году, после чего карьерный рост будущего премьера прекратился на 4 года - вплоть до нового рывка.

Однако ни Федоров, ни Вавилов в настоящее время не входят в ближний круг Касьянова. Может быть, потому что они были его начальниками и несколько свысока смотрели на скромного госслужащего. Но, возможно, свою роль сыграло и "несходство характеров" - и Федоров, и Вавилов склонны к азартной игре с большими ставками, а Касьянов, как было сказано выше, подчеркнуто осторожен и аккуратен.

Возглавив департамент, Касьянов начал формировать вокруг себя круг специалистов по работе с внешним долгом. Его заместителем становится Алексей Смирнов, кадровый сотрудник Минфина, который еще на экономическом факультете МГУ подружился с Андреем Костиным. Впрочем, дороги друзей после окончания МГУ разошлись: Костин работал в МИДе (в Австралии и Великобритании), а после распада СССР ушел в бизнес, став гендиректором Русской инвестиционно-финансовой компании (РИФК). Однако это не мешало ему поддерживать дружеские отношения со Смирновым. Касьянов вполне доверял Смирнову и после своего ухода в замминистры "продвинул" его на пост главы департамента.

В 1994 году Касьянов приглашает на работу в свой департамент Сергея Сторчака. Бывший сотрудник ИМЭМО, он затем работал в МИДе. В касьяновской структуре Сторчак начал службу со скромного поста заместителя начальника отдела, но уже вскоре стал начальником отдела, а при Смирнове получил должность замначальника департамента. В феврале 1995 года департамент Касьянова пополняется еще одним сотрудником - Владимир Дмитриев становится заместителем его начальника, покинув аналогичный пост в валютном департаменте Минфина. Ранее Дмитриев работал в МИДе, в том числе в течение шести лет - в посольстве в Швеции. Еще одним ближайшим сотрудником Касьянова становится Олег Буклемишев, возглавивший отдел международных финансовых рынков. Позднее он станет "бессменным" помощником Касьянова на поста главы Минфина и премьера.

Именно эти люди (Касьянов, Смирнов, Дмитриев, Сторчак, Буклемишев) осуществляли "черновую" работу по вопросам, связанным с обслуживанием российского внешнего долга, а также долгов зарубежных государств, сделанных еще в советское время (индийским, ангольским и др.). По данным "Московского комсомольца", Касьянов активно занимался вопросами, связанными с предоставлением так называемых связанных кредитов под гарантии государства. Именно с этими операциями и связано прозвище "Миша Два процента", запущенное в СМИ уже в бытность Касьянова премьером. Однако никаких доказательств, пригодных для уголовного обвинения, в его отношении представлено так и не было. Из публикаций СМИ неясно, к примеру, удалось ли "заработать" на операциях с индийским долгом тогда еще малоизвестному банкиру Александру Мамуту. Если "Московский комсомолец" безапелляционно утверждал, что удалось, то другие источники заявляют прямо противоположное. В общем, весьма энергично проведенная антикасьяновская информкампания завершилась ничем.

В полном составе команда Касьянова работала в Минфине сравнительно недолго. Постепенно ее члены "перебираются" в еще одно ведомство, занимающееся долговыми вопросами - Внешэкономбанк СССР. Именно так до сих пор официально называется структура, на которой "висит" советский внешний долг.

"Переток" людей Касьянова в ВЭБ начался после того, как в 1996 году председателем правления банка стал упомянутый выше Андрей Костин. В 1997 году первым заместителем к нему уходит Дмитриев. В 1998 году замом становится Сторчак. Наконец, в 1999 году, когда Касьянов уже был министром, заместителем председателя правления ВЭБа назначается Смирнов (разумеется, он по служебной линии и ранее тесно контактировал со своим другом Костиным). Таким образом, трое касьяновцев в настоящее время занимают ключевые посты в ВЭБе, а Сторчака весной прочили на пост главы Долгового агентства, которое планировалось создать в результате реструктуризации ВЭБа.

В то же время нынешний глава правительства, в принципе, рассматривает ВЭБ как один из источников кадрового пополнения своей команды. Так, Владимир Чернухин, проработавший в ВЭБе четыре года и прошедший путь от заместителя начальника отдела в кредитном департаменте до заместителя председателя правления, 1 мая 2000 года стал заместителем министра финансов (это произошло за несколько дней до того, как Касьянов уступил пост главы Минфина "питерцу" Алексею Кудрину). А бывший непосредственный начальник Чернухина Александр Житник (начальник кредитного департамента ВЭБа в 1994-1997 гг.) в октябре 2001 года возглавил Россельхозбанк, через который проходят финансовые потоки агропромышленного комплекса.

В ВЭБе в качестве заместителя руководителя юридической службы работала и Татьяна Трефилова, возглавляющая с февраля 2001 года Федеральную службу по финансовому оздоровлению и банкротству (ФСФО). Впрочем, быстрый карьерный рост Трефиловой может быть связан и с совместной работой с советником Касьянова Вадимом Артюховым в Кредитпромбанке (см. ниже).

Долговые вопросы до сих пор остаются под пристальным контролем Касьянова. В начале 2000 года, уже будучи первым вице-премьером, он вместе с Костиным завершил переговоры о реструктуризации российского долга Лондонскому клубу. В настоящее время долговыми вопросами занимаются упомянутые выше Чернухин и Буклемишев, а также еще один замминистра финансов - Сергей Колотухин, которого также в СМИ неоднократно называли "человеком Касьянова". Правда, Колотухин до перехода в Минфин работал не в ВЭБе, а во Внешторгбанке, но заместителем министра стал при Касьянове (в феврале 2000 года).

Уже занимая пост главы правительства, Касьянов создал основу для сделки по выкупу фирмой "Фалкон" российского долга Чехии в декабре 2001 года. Именно Касьянов во время своего визита в Чешскую республику подписал дополнения к межправительственному договору от 1994 года, согласно которым стал возможным перевод долга на коммерческой основе третьим лицам. В результате наибольший выигрыш от сделки, по данным "Ведомостей", получило РАО "ЕЭС России", погасившее за счет многоходовой комбинации (с участием "Фалкона") свою бюджетную задолженность в 1,35 млрд долл. всего за 550 млн долл.

Еще одной важной, но остающейся в тени составляющей деятельности ВЭБа (а, значит, и сотрудников Касьянова) являются вопросы, связанные с обслуживанием сделок в рамках военно-технического сотрудничества (например, ВЭБ обслуживает контракты на поставку российской военной техники в Китай, а также сделки, связанные с продажей самолетов фирмы "Сухой"). Клиентами ВЭБа традиционно были компании, занимающиеся торговлей оружием (в настоящее время это "Рособоронэкспорт"). Интерес к этим вопросам Касьянов сохранил и заняв пост главы правительства - так, один из его помощников специально занимается вопросами торговли оружием (подробнее см. ниже).

Путь к вершине

Новый карьерный рост Касьянова начался еще во время премьерства Евгения Примакова. Это было не случайно - деидеологизированный чиновник Касьянов, всю жизнь проработавший в центральном аппарате, куда более органично соответствовал стилистике примаковского кабинета, чем либералы Кудрин или Вьюгин (по некоторым данным, назначение Касьянова активно поддерживал и тогдашний 1-й вице-премьер Юрий Маслюков). В то же время карьерное продвижение Касьянова устраивало и администрацию президента, в которой уже обсуждался вопрос о возможной смене Примакова и подыскивались кандидаты на ключевые посты в новом правительстве.

Трудно сказать, кто конкретно организовал "встраивание" Касьянова в сферу влияния группы, которую обычно называют "семейной". Некоторые эксперты "грешат" на Александра Мамута, который начинал карьеру в ВЭБе и проявлял явный интерес к долговым вопросам. Однако никаких прямых доказательств такой роли Мамута нет.

Значимость фигуры Касьянова для Кремля проявилась в период формирования правительства Сергея Степашина. Тогда администрация президента жестко настаивала на двух правительственных назначениях: вице-премьера Николая Аксененко и министра финансов Михаила Касьянова. Однако Степашин, примирившись с кандидатурой Аксененко, возражал против второго кремлевского протеже. У него был свой вариант - назначение первым вице-премьером по макроэкономике Михаила Задорнова с сохранением за ним поста главы Минфина. По некоторым данным, Борис Ельцин неоднократно менял свои решения, но последним оказался "семейный" вариант: Задорнов - первый вице-премьер, Касьянов - глава Минфина. Было очевидно, что Задорнов на такой вариант не согласится, так как он означал потерю ключевого ресурса - контроля над финансовым ведомством. Так и произошло - Задорнов ушел с госслужбы, а Касьянов сохранил пост министра и в правительстве Владимира Путина.

После того, как Путин стал и.о. президента, Касьянов в ранге первого вице-премьера фактически возглавил правительство. Большинство наблюдателей расценило этот шаг Путина как часть соглашения между новым главой государства и "семейной" группой, которая, лишившись своего центра (в лице Бориса Ельцина), рассчитывала сохранить ключевые аппаратные позиции. В межвыборный период и даже в первые месяцы послевыборного периода возможности президента по проведению на ключевые посты в государстве своих людей были существенно ограничены - так, ему не удалось настоять на назначении генпрокурором "питерца" Дмитрия Козака.

В то же время Путин мог иметь и собственные резоны, назначая Касьянова фактическим руководителем правительства, а в мае 2000 года предлагая его кандидатуру на утверждение депутатам Госдумы. Своей технологичностью и знанием особенностей работы центрального аппарата Касьянов выгодно отличался от возможных кандидатов из числа губернаторов. Он не был политическим "тяжеловесом" и вообще сторонился политики - так что президент не видел в нем опасного конкурента. Кроме того, Касьянов не принадлежал к числу "отраслевиков", что объективно давало ему возможность встать над проблемами конкретных лоббистов. Не было за плечами Касьянова и самостоятельной "вотчины" - такой, как МПС у Аксененко.

Был, судя по всему, и еще один важный резон. Касьянов, несмотря на свои связи с "семьей", все же находился на ее периферии. Он рассматривался "семейными" как важный союзник, но не как полностью свой человек. Его не связывали многолетние дружеские узы с ключевыми фигурами этой группы. Соответственно, Касьянов имел возможность присягнуть на верность президенту, обособившись от "семьи".

Команда премьера

Окружение Касьянова как главы правительства формировалось из различных источников - как из числа государственных служащих, так и из выходцев из коммерческих структур. Их общее свойство - отсутствие стремления к излишней рекламе. Мало кто из них дает интервью, а если все-таки касьяновцы и общаются с журналистами, то на сугубо профессиональные темы.

Ближайшим сотрудником Касьянова является глава его секретариата, 36-летний Константин Мерзликин. В середине 80-х годов он учился на экономическом факультете МГУ вместе с Ашотом Егиазаряном. Затем Мерзликин окончил аспирантуру, защитил диссертацию и ушел в бизнес, возглавив целый ряд коммерческих структур: Российскую международную валютно-финансовую биржу, АО "Кассовый союз", Депозитарно-клиринговую компанию. В 1996 году Егиазарян, по данным СМИ, фактически устанавливает контроль над Уникомбанком и приглашает Мерзликина на пост заместителя председателя правления этой финансовой структуры, вскоре оказавшейся в сложном финансовом положении. Осенью 1998 года Мерзликин переходит на госслужбу, заняв пост заместителя руководителя секретариата вице-премьера Юрия Маслюкова, который испытывал потребность в сотрудниках со знанием рыночной экономики. В то же время Егиазарян становится консультантом Маслюкова. Уже тогда СМИ утверждали, что оба могут получить более высокие назначения в структурах, создававшихся после кризиса 1998 года: Мерзликина прочили на пост главы Российского банка развития, а Егиазаряна - на пост руководителя АРКО. Однако эти планы не были реализованы и, казалось, что карьерный рост обоих прекратится после отставки Маслюкова вместе со всем примаковским кабинетом. Тем более, что фамилия Егиазаряна фигурировала в известном "скуратовском" скандале.

Однако события развивались по иному сценарию. Егиазарян в декабре 1999 года был избран депутатом Госдумы по списку ЛДПР, а затем занял значимый пост зампреда бюджетного комитета. А Мерзликин стал вначале заместителем руководителя, а затем руководителем секретариата Михаила Касьянова (с мая 2000 года). К давним друзьям Мерзликина относят и банкира Дмитрия Голованова, который работал с ним в Уникомбанке, а в настоящее время возглавляет Российский банк развития (РБР).

Мерзликин обеспечил определенную кадровую преемственность в секретариате Касьянова по сравнению с маслюковскими временами. Так, среди сотрудников Касьянова остался Михаил Синелин, возглавлявший аппарат думского комитета по экономполитике при Сергее Глазьеве и Юрии Маслюкове. В 1998-1999 годах Синелин был непосредственным начальником Мерзликина в качестве шефа маслюковского секретариата. Бывший сотрудник Госплана СССР, он, по данным "Известий", является близким родственником Глазьева, вместе с которым работал еще в Министерстве внешнеэкономических связей.

Из аппарата Маслюкова к Касьянову перешел и Александр Моисеев. Полковник запаса российской армии, он был сотрудником вице-премьера Виктора Христенко, от него перешел к Маслюкову. В начале 2001 года Касьянов выдвинул Моисеева на пост 1-го зампреда председателя Госкомрыболовства, а вскоре - и на пост и.о. главы этого ведомства. Предполагалось, что Моисеев, освоившись в новой для себя структуре, будет официально назначен председателем этого комитета, однако в Кремле решили иначе: "главным рыболовом" стал Евгений Наздратенко, которого надо было "пристроить" после отставки с поста приморского губернатора. Моисеев остался "человеком № 2" в ведомстве.

В аппарате Христенко (но не Маслюкова) работал и еще один советник Касьянова, аппаратные позиции которого в течение 201 года активно укреплялись. Речь идет о 29-летнем Вадиме Артюхове, курирующем вопросы, связанные с ФКЦБ, АРКО, Центробанком и РБР. Его отец Виталий Артюхов в течение 90-х годов занимал ряд ключевых постов в госаппарате: 1-го заместителя министра финансов (в тот период, когда Касьянов был "простым" заместителем), главы Госналогслужбы (в ранге первого вице-премьера), руководителя Федеральной дорожной службы (затем Росдорагентства), 1-го заместителя министра транспорта. Летом 2001 года Артюхов-старший был назначен министром природных ресурсов, сменив на этом посту Бориса Яцкевича, которого СМИ обвиняли в ангажированности в пользу некоторых нефтяных компаний.

Влияние Артюховых обеспечивается не только занимаемыми ими постами, но и разветвленной системой связей. Так, упомянутая глава ФСФО Татьяна Трефилова (назначена в феврале 2001 года) работала вместе с младшим Артюховым в Кредитпромбанке (Артюхов был председателем правления, Трефилова - начальником юридического управления). Успешную карьеру делает Игорь Слюняев, работавший с Артюховым-старшим в дорожном ведомстве (начальником управления обеспечения доходов дорожных фондов, затем заместителем главы Росдорагентства). В ноябре 2000 года он был временно назначен заместителем министра транспорта, в марте 2001 года - уже постоянным замминистра, а в июле - первым заместителем министра. В СМИ отмечалось, что Слюняев может стать преемником Франка на пост министра транспорта.

Еще один бывший сослуживец Артюхова-отца Фамил Садыгов работал под его руководством в Минфине, Госналогслужбе и Федеральной дорожной службе, также весьма быстро продвигаясь по служебной лестнице. С июня 1999 года он является заместителем министра по налогам и сборам, а в 2000 году, сохранив этот пост, стал куратором работы МНС в Сибирском федеральном округе (на территории которого находятся, в частности, крупнейшие алюминиевые предприятия). Наконец, Алексей Перепелкин работал заместителем Артюхова-отца в Федеральной дорожной службе, а после назначения того главой Минприроды возглавил ключевой департамент лицензирования с перспективой дальнейшего карьерного роста.

Касьянов как глава правительства стремится контролировать и вопросы военно-технического сотрудничества (как было сказано выше, интерес к ним у него остался еще со времен тесного сотрудничества с ВЭБом). В 2000 году его помощником стал Александр Рыбас, ранее занимавший пост заместителя начальника департамента ВТС в Министерстве торговли. По данным "Коммерсанта", Рыбас тесно связан с Александром Котелкиным, бывшим гендиректором "Росвооружения" и 1-м замом министра торговли. СМИ утверждали, что "семейная" группа планировала возвращение Котелкина на пост главы "Росвооружения" в 2000 году, однако Путин решил реорганизовать систему ВТС, передав ее под контроль своих бывших коллег по работе в ГДР.

Однако "оружейные" связи Касьянова проявились в самой неожиданной сфере. В июне 2001 года министром энергетики был назначен бывший председатель Госкомитет по госрезервам Игорь Юсуфов (в тот же день, когда Артюхов-старший стал руководителем Минприроды). Ранее Юсуфов работал заместителем министра внешнеэкономических связей при Сергее Глазьеве, по данным СМИ, был близок к Александру Руцкому. Осенью 1993 года Юсуфов был вынужден покинуть госслужбу, но вскоре он возглавил компанию "Росвооружение-трейдинг". На этой должности он оставался в течение всего периода пребывания Котелкина во главе "Росвооружения".

В СМИ неоднократно сообщалось о связях Касьянова с Александром Мамутом. Однако единственными "вещественными" доказательствами этой связи являются кадровые назначения в окружении премьера. Так, на ключевой пост руководителя аппарата правительства по настоянию Касьянова был назначен Игорь Шувалов, до перехода на госслужбу в 1997 года бывший директором одной из "мамутовских" структур - адвокатского бюро АЛМ (расшифровывается как Александр Леонидович Мамут). В нынешнем году СМИ утверждали, что Касьянов лоббировал кандидатуру Шувалова на пост вице-премьера.

Помощником Касьянова является Михаил Помазков, до февраля 2001 года входивший в состав наблюдательного совета МДМ-банка (председателем этого совета тогда был Мамут). В течение длительного времени Помазков работал в ЦБ в должности заместителя директора департамента банковского надзора, пока в 1999 году ни стал советником главы МДМ-банка Мельниченко. Помазков назывался "Коммерсантом" в качестве возможного кандидата на пост главы Россельхозбанка в октябре 2001 года; делались предположения, что МДМ-банк может войти в состав акционеров Россельхозбанка. Однако выбор пал на другого "касьяновца", не связанного с российскими частными банковскими структурами - Александра Житника. Не совсем ясен аппаратный генезис помощника Касьянова Бориса Френкеля, который работает с ним еще с минфиновских времен. В СМИ (правда, не очень уверенно) утверждалось, что и он работал некоторое время в МДМ-банке.

Наконец, в окружении Касьянова присутствовали и присутствуют выходцы из бизнес-группы "Российский кредит"-ИМПЭКСбанк-"Металлоинвест". Примечательно, что лето прошлого год внештатным советником премьера стал Александр Лившиц - произошло это за день до назначения того председателем правления "Российского кредита". Судя по всему, официальный статус помог Лившицу в успешно завершившихся переговорах с западными кредиторами банка. В настоящее время Лившиц перешел в структуру "Сибалюминия", однако "свято место пусто не бывает". В октябре 2001 года начальником вновь созданного контрольного управления правительства стал Всеволод Вуколов. Он длительное время работал в "Российском кредите", был фактически "делегирован" банком на пост вице-губернатора при Александре Лебеде, а в 1999 году возглавил одно из ключевых предприятий "Металлоинвеста" - Михайловский ГОК. В мае 2001 года он был вынужден оставить этот пост - по данным местных СМИ, это произошло из-за напряженных отношений с новым курским губернатором Александром Михайловым. Формально Вуколов получил повышение, став вице-президентом "Металлоинвеста", однако его реальные ресурсы были ограничены. Поэтому переход в аппарат правительства можно рассматривать как явный карьерный рост.

Перспективы

Михаилу Касьянову время от времени прочат отставку. Но пока ему удается не только удержаться на плаву, но и одерживать локальные аппаратные победы. К наиболее значимым из них за последние полгода можно отнести четыре: назначение Артюхова-отца и Юсуфова министрами, а Житника - главой Россельхозбанка, а также создание контрольного управления правительства (ранее такой орган был только в администрации президента). В настоящее время Касьянов активно занимается проблемой реструктуризации ВЭБа - в будущем году он должен разделиться на ВЭБ России с функциями коммерческого банка и ВЭБ СССР, которое фактически станет долговым агентством. Есть основания полагать, что близкие к Касьянову люди имеют неплохие шансы занять ключевые позиции в обоих структурах. А это значит, что вопросы обслуживания внешнего долга и сделок в рамках военно-технического сотрудничества останутся в сфере влияния главы правительства.

В то же время Касьянов вряд ли с оптимизмом относится к росту влияния Ильи Клебанова, который теперь совмещает посты вице-премьера и министра промышленности и науки. Тем более, что премьер, по данным "Коммерсанта", имел отношение к назначению предшественника Клебанова на посту министра Александра Дондукова, с которым они знакомы с середины 90-х годов. Дондуков рассматривался в качестве противовеса Клебанову - теперь ситуация изменилась в пользу вице-премьера, имеющего прямой выход на главу государства.

Непростым испытанием для Касьянова стала затянувшаяся история с отставкой министра путей сообщения Николая Аксененко. Премьер длительное время поддерживал своего подчиненного, так как понимал, что его уход будет означать победу "питерской" группы, с которой Касьянов находится в непростых отношениях. В ноябре 2001 года Касьянов демонстративно отозвался об Аксененко как о хорошем министре и выразил сомнение в справедливости обвинений в его адрес. Однако, в конце концов, премьеру пришлось уступить, согласившись на уход главы МПС, однако все же "выторговав" некоторые уступки. Так, Касьянов сам внес предложение об освобождении от должности Аксененко, получил возможность сделать его уход как можно менее болезненным (премьер участвовал в проводах на коллегии МПС, вручил бывшему министру почетную грамоту). В рамки компромисса входило также назначение главой МПС Геннадия Фадеева, не принадлежащего к питерской группе (это кадровое решение напоминало летнее - с Артюховым и Юсуфовым).

Как карьерный госчиновник Касьянов предельно аккуратен в отношениях с президентом, понимая, что в случае активного лоббизма интересов коммерческих структур (в частности, "семейной" группы) он может быстро лишиться своего поста. Поэтому и люди Касьянова (например, Артюхов-отец и Юсуфов) в публичном пространстве активно выступают в качестве защитников государственных интересов. Позиционируя себя как осторожный реформатор, премьер не допускает видимых ошибок, которые могли бы нанести ущерб репутации власти. Связи Касьянова на Западе, наработанные им за годы службы в Минфине, "вписываются" в рамки западнической ориентации внешней политики России.

Наиболее существенная угроза для нынешнего премьера связана с аппаратной экспансией питерской группы. Пока что она не затронула основных сфер влияния Касьянова, но если события будут развиваться по худшему для премьера сценарию, такой процесс может начаться. В этой ситуации Касьянов может уйти на заготовленные позиции - в СМИ уже давно бытует версия о том, что он может все же возглавить орган, занимающийся проблемами российского внешнего долга, который планируется сформировать на базе ВЭБа. Не исключено, что в сфере интересов Касьянова после его возможной отставки может оказаться и Внешторгбанк - правда, пока не ясно, кто будет собственником этого банка к моменту касьяновской отставки. Так, в конце прошлого года президент поручил главе правительства ускорить решение вопроса о вхождении в состав акционеров ВТБ Европейского банка реконструкции и развития.

Для российских политических реалий Касьянов является новым типом главы правительства. После "соправителя" Черномырдина, "наследника" Кириенко, "конкурента" Примакова и последовательных кандидатов в "преемники" Степашина и Путина, у руля оказался человек, имеющий две ипостаси. Первая - технократическая (недаром, в 2000 году Касьянова называли "техническим премьером". Вторая - клановая (Касьянов был протеже Семьи при "несемейном" Путине).

Однако со временем масштаб политической значимости Касьянова существенно вырос - из "техника" и "аппаратчика" он превратился в публичного политика. Достаточно сказать, что, по данным ВЦИОМа, Касьянов, начиная с сентября 2001 года занимает "твердое" четвертое место при ответе на вопрос: "Назовите 5-6 политиков, которым вы более всего доверяете". Если в марте 2000 года его назвали лишь 3% россиян, то в декабре 2001 - 11%. Впереди лишь Путин (с гигантским отрывом - 47%), Шойгу (14%) и Зюганов (13%). Таким образом, по уровню доверия Касьянов оказался в непосредственной близости от лидера КПРФ, дважды получавшего более 30% голосов на президентских выборах.

Пример Касьянова показывает, что и в условиях складывания моноцентрической системы премьер-министр, благодаря хотя бы своей роли "человека № 2" в государстве, не может не быть политической фигурой, даже если он позиционирует себя как технократ. Этот вывод может относиться как к Касьянову, так и к его будущим преемникам. Речь идет только о большей или меньшей степени самостоятельности от президента, но это будет зависеть от выбора кандидатуры преемника Касьянова, который рано или поздно, но сделает глава государства.